Kingsman: Разлом истории.

— Мерлин, что ты тут делаешь? — вопрос скорее риторический — Эггзи забывает о нем через секунду после того, как находит мужчину в одной из комнат особняка. В помещении приглушен свет, словно координатор надеется, что так его не заметят. Но Эггзи замечает. Парень проходит внутрь, закрывая дверь, и наливает себе виски. Под внимательным взглядом координатора садится рядом и прикрывает глаза. Открывает, встречаясь глазами с Мерлином, и мягко улыбается. — Трудный был день, — механические движения говорят сами за себя: юный Галахад перешел в ту стадию, когда обнаруживаешь себя дома вечером и не помнишь, как ты тут оказался. Но другим этого лучше не показывать, поэтому Анвин напускает на себя расслабленность и упорно делает вид, что для него сидеть и пить в четыре часа утра — это абсолютно нормально. — Джентльмены просят разрешения, прежде чем присоединиться. — Прости, я еще только учусь, — Эггзи нисколько не жаль, но Мерлин не настаивает, — так в чем дело? Бокал с янтарной жидкостью опускается на стол. — Сегодня мы познакомились. — С Гарри? — получив в ответ кивок, Эггзи замолкает на какое-то время, вперив взгляд в стол. А с кем еще? — Каким он был? — Что, прости? — вопрос столь неожиданный, что на секунду Мерлин теряется. Сочувствие — вот, что он ожидал. В конце концов, мальчик и сам тяжело пережил смерть наставника. Но вопрос действительно стал неожиданностью. Эггзи пожимает плечами, откидываясь в кресле. — Каким был Гарри? Я не так много о нем знаю, было мало времени на разговоры. Он показался мне классным, — Эггзи сглатывает, — но всё же. Расскажи мне, — видя сомнение на лице собеседника, Анвин объективно добавляет, — все лучше, чем сидеть и напиваться. Мерлин какое-то время собирается с мыслями, чтобы начать. — Он курил. Много. Хотя постоянно говорил, что это вредно. И будто ненавидел себя за каждую сигарету, — Мерлин наблюдает за удивленно распахнутыми глазами парня и усмехается, — он не такой идеальный, как ты себе вообразил. Хотя он был близок к этому, — в какой-то момент его глаза стекленеют и Мерлин говорит, не задумываясь, — с моей педантичностью было трудно уживаться, но Гарри никогда не жаловался: оставлял кружки с чаем на столе, бросал полотенце на пол вместо корзины и всегда находил себе оправдания,— рассказ сбивчивый, в нем отсутствует последовательность, но Эггзи успевает следить за мыслью, — когда он только появился, я работал уже три года. И он был невыносим. Вечно выпендривался и постоянно что-то доказывал. — Кого-то мне это напоминает, — тихо вставляет Анвин, делая глоток. — Да, действительно, — мужчина улыбается. Следующий вопрос явно дается Эггзи с трудом. — А когда вы начали, ну, встречаться? Мерлин хмурится, будто вспомнить это трудно. — Сначала был просто секс, — произносит он без стеснения, — выпускали пар после тяжелых миссий. Встречаться… Гарри не нужны были отношения, по крайней мере, так мне казалось, а я… — Мерлин медлит, — а я собирался жениться, — второй раз наблюдая за обалдевшим парнем, Мерлин продолжает, — отец нашел мне невесту, он был довольно властным человеком. Считал, что, раз она ему нравится, то мне она подходит. А я не смел возражать — не настолько самостоятельным я тогда был. Гарри сказал, что я идиот и какое-то время игнорировал меня. И только тогда я что-то изменил — съехал из дома, снял квартиру и расстался с девушкой. Отец был разъярен — как я посмел ему перечить. Поэтому я не стал ему говорить, что гей и съехался с парнем. Мерлин останавливается, слыша тихий смех напротив. — Что? — он невольно улыбается в ответ, наблюдая за стараниями Анвина не заржать в голос. — Просто… — Эггзи делает глубокий вдох и продолжает, — просто пытаюсь представить тебя, такого бунтаря, и Гарри рядом такого же. Не поубивали друг друга? Мерлин неопределенно водит рукой в воздухе: — Почти было пару раз, вообще-то, — улыбка уже не сходит с лица при продолжении рассказа, — перед одной его миссией мы разругались. Кошмарная ссора, он ушел посреди ночи и ночевал черт знает где, а наутро вылетел в Китай. Я его координировал, параллельно стараясь узнать, где он провел ночь. И когда он еще раз отказался мне говорить, я просто позволил одному наемнику подстрелить его. На нем был костюм, конечно, поэтому опасности не было, но злился он тогда сильно. Получил синяк на полгруди и постельный режим на три недели. Он готов был меня прибить, зато находился дома. Он рассказывает еще несколько историй, пока не замечает, что Эггзи уже готов выронить бокал из рук. — Иди спать, Галахад. Тебе нужно отдохнуть. — мальчишка пытается протестовать, впрочем, не слишком сильно. — Тебе бы тоже выспаться, — устало замечает он, оставляя стакан на столе и выходя из комнаты. — Какая меланхоличность, Эндрю, — звучит голос из планшета, — ты бы еще слезу пустил. Девятнадцать лет прошло, а ты каждый раз сидишь и… — Иди к чёрту, Гарри, — весело произносит Мерлин. — когда уже кончится эта твоя миссия под прикрытием? Эггзи без тебя совсем плохо. — Я вернусь к следующей годовщине, — примирительно отвечают на том конце. Мерлин удовлетворенно кивает, прежде чем отставить бокал в сторону.