А теперь помолчи! (Кричи 3)

Легче дать, чем объяснить, почему не хочешь. Йост ухмыльнулся и закрыл глаза, откидывая голову назад, на подголовник кресла в самолете. «Ты как?» - примерно в два часа пополудни пришла СМС-ка от Билла. «Доброе утро!» - Дэвид просто не смог. Ну не смог не съязвить в ответ. Впрочем, Билл умел чувствовать нюансы. «Все еще сердишься на меня?» Сначала Дэвид в сердцах начал писать все, что он думает. Потом стер. Потом хотел снова съязвить. Но получилось очень обидно. Он тоже стер. Определенно, он просто не знал, что ответить Биллу. «Не сердись». Вот же засранец, а? «Я люблю тебя, а ты этим пользуешься!» - обиженно написал Дэвид. Ответ не заставил себя ждать долго. «Да!» я тебе твой смайлик засуну куда-нибудь когда-нибудь! Он еще и издевается… Дэвид гневно раздувал ноздри. Возмущение его не знало предела. Эти шутки его порой просто окончательно выводили из себя! «Меня это заводит» - добавил Билл. Дэвид шумно выдохнул, скрывая горячий прилив крови к вискам и не только. Он покраснел, и воровато оглянулся на соседа справа. Всего лишь три слова, и вот он снова готов был сдаться без боя. Он хотел что-то написать в ответ, но видел только губы Билла теперь перед собой. Смоляной взгляд в упор и губы говорящие три слова. Меня это заводит. Святый боже. Будь спокоен, Билл, меня уже тоже. Йост старался заставить себя перестать счастливо и возбужденно улыбаться, чувствуя, как кровь дурными и радостными вихревыми потоками согрела его тело, забилась в голове и сдавила приятно сразу под металлической пряжкой привязного ремня кресла самолета. Он счастливо заерзал на месте, заведенный как дурацкая игрушка, зайчик с пружинкой. Еще чуть-чуть и он запрыгает по салону. Йост захихикал своим мыслям, заставив своего соседа покоситься на себя с некоторым подозрением. Йост очаровательно ему улыбнулся, на всякий случай давая понять что он не полный псих, и отвернул экран телефона побольше к окну, чтобы его сосед не дай бог не прочитал. «Билл. Ты играешь с огнем!» «ТЕБЯ это заводит» - Ха-ха-ха, - Дэвид не сдержался и расхохотался в голос. Он даже не удивился, как обычно, скорости, с которой Билл отвечал на его смс-ки, - простите, - он извинился перед соседом. «О, да, я бы, пожалуй, поиграл бы с тобой прямо сейчас», - написал Дэвид, счастливо отключая телефон, чтобы никто не смог достать его в полете, и откидываясь назад, счастливо погружаясь в сладкую и упоительную трясину эротических грез. *** Дэвид всегда прикрывал Билла со спины. Всегда шел за ним. Никогда впереди. Хоффман ржал над ним порой, но он никому бы не позволил стоять за спиной Билла. Это было, наверное, личным бредом, но тогда он точно знал, что ничего не случится. Билл тоже точно знал, и чувствовал себя спокойнее, и увереннее чувствуя его присутствие рядом, даже не глядя. Билл доверял ему. - Однако, я бы на месте Билла Каулитца не поворачивался бы к тебе задом! – глумился над Йостом Хоффман. - Уймись, старый похабник, со мной его задница, по крайней мере, в надежных руках, - отвечал Йост, заставляя Хоффмана смеяться еще громче. Он вошел в лифт первым. С ним еще был Билл и два охранника. Билл был задумчив, сосредоточен и трагично-серьезен на вид, потому Йост от неожиданности подпрыгнул и едва не взвизгнул, когда все с такой же серьезной физиономией, которую Йост видел в зеркальной стене лифта, Билл ловко ущипнул его за задницу. Такой подлянки старший товарищ никак не ожидал. Он резко развернулся, как, впрочем, и охранники, лицом к дверям, вместе с Биллом, как по команде. Дэвид хотел то ли что-то сказать, то ли отомстить, но не тут то было. Тряхнув копной черных волос, его персональное наказание за все грехи его тяжкие, повело худыми плечами, спуская куртку по плечам: - Помогите мне, - требовательно сказало оно, одним хрупким женственным движением и не терпящим возражения тоном заставляя всех троих мужчин дернуться, в непобедимом разумом желании ему помочь. Этого в Билле Дэвид понять не мог. Как он это делает. Со всеми сразу. На всякий случай, сдержавшись в последний момент, Дэвид отступил назад, и сурово глянул на Билла в зеркале. Билл сверкнул насмешливо глазом, но и бровью не повел в ответ на его возмущение, позволяя Тоби галантно помочь снять с него куртку. - Спасибо большое, - искренне поблагодарил Билл охранника. Искреннее просто уже некуда. Тоби широко улыбнулся ему в ответ. Йост мрачно выдернул из лап охранника куртку Билла, почему-то по странной причине почувствовав себя вдруг третьим лишним. Настроение его вообще испортилось уже хуже некуда. А потом Билл сделал резко шаг назад и…схватил его за яйца. У Дэвида едва очи не повыскакивали из орбит. Ни один из охранников ничего такого не заметил, потому что лицо Билла не изменилось ни на йоту, а то, что он делал, от их глаз надежно было закрыто курткой, нежно сжимаемой как какое-то живое существо руками Йоста у себя на животе. Дэвид уже понял, что Билл с ним заигрывает, но хоть убей, не мог понять, как себя вести. Потому что, когда он попытался освободиться, засранец только чуть сильнее сжал свою шаловливую ручонку на его яйцах, недвусмысленно угрожая ему, что он не то что бы шутит, и еще чуть-чуть и станет больно. Йост выпятил нижнюю челюсть вперед, мрачно раздирая Билла взглядом, однако, Билл в ответ лишь скучающе воздел очи к небу, и меланхолично, зная, что эта его манера сильно бесит по целому ряду объяснимых и необъяснимых причин Дэвида, медленно и демонстративно вытащил и закусил зубами металлическую штангу в языке зубами. Все что оставалось Дэвиду это только стоять и мрачно смотреть на это, потому что ему как-то вот никак не хотелось обнаруживать перед охранниками, что Билл сейчас в этот исторический момент с ним делал. Слава богу, этот лифт рано или поздно все-таки был вынужден остановиться. Они очень быстро добрались до номера Йоста, где Билл попытался было с ним вежливо попрощаться, но Йост мстительно отпустил охранников, и, дернув Билла за руку, затолкал его к себе в номер. Применение грубой силы не произвело на Билла должного эффекта, скорее развеселив пацана только еще сильнее. Он жизнерадостно хихикал за спиной у Йоста, пока тот возился с дверью, старательно пытаясь присобачить на ручку табличку – «Не беспокоить!» - Послушай, Билл! - в сердцах захлопнув дверь, Дэвид повернулся было к Биллу, желая сказать ему все, что он думает о его провокационном и бесцеремонном поведении… - Дэ-э-эвид? – протянул Билл в ответ. Неизвестно это ли вышибло Дэвида разом из седла, толи это капризно-требовательное наотмашь, «Дэ-э-эвид!», то ли его поза. Боец стоял прижавшись спиной к стене, съехав немного вниз, раскинув в стороны длинные ноги. Он так всегда стоял, когда они целовались, потому что Дэвид был его на голову ниже, а так они оказывались на одном уровне. Коротко говоря, Дэвид уже потом понял, что он делает, когда уже стоял, прижавшись к нему всем телом между широко расставленных ног, обнимая его за талию обеими руками, и, счастливо закрыв глаза, наощупь хватая своими губами биллины губы. Он чувствовал тяжесть рук Билла на своих плечах, понимая, что это самая эротичная на данный момент тяжесть на свете и продолжал целовать его губы, подбородок, щеки, шею и снова губы. Руки его на талии хватавшие поначалу Билла привычно осторожно и нежно, все настойчивее с каждой секундой прижимали тело парня к себе ближе, словно с каждой секундой наливаясь все большей тяжестью. Дэвид знал, что Биллу очень нравится, когда он его касается именно так, потому что сквозь сумасшедшую пелену поцелуев чувствовал, как ускоряется биение его сердца. Все, блин, все, он ему уже все мог простить за это, за это забивающееся от его рук сердце, он уже просто уже все к чертовой матери мог бы ему позволить делать, хоть голым на столе танцевать, хоть подорвать этот отель ради прикола. Билл сладко вздохнул, под вошедшим в его рот языком, заставляя одуревающего от счастья Дэвида опустить руки ниже, поглаживая с обеих сторон его раздвинутые тонкие, но, странным образом, удивительно сильные бедра. Хотя, а почему, собственно, странным? Очень даже объяснимым образом, сильные. Дэвид уже прикинул для себя пару способов единственно приемлемой для Билла акробатики, один искусительнее другого. Однако руки Билла надавили ему на плечи с силой. Заставив Дэвида оторваться от сладостного обсасывания его языка с металлическим утяжелителем. Билл в упор встретился с ним черным взглядом. - Иди вниз, - мрачновато, от возбуждения заявил он, подкрепив свои слова дополнительным давлением своих рук на его плечи. Дэвид задумчиво приподнял одну бровь, нет, он конечно понял, что Билл имел в виду, но стоило ли… Бровь с металлическим колечком изогнулась издевательским, «чо, мужик, слабо, да?», что больше Дэвид не размышлял. - Хочешь, чтобы я встал перед тобой на колени? – несколько насмешливо переспросил Дэвид, медленно опускаясь вниз. Он принялся поглаживать рукой ширинку Билла, выдававшую его нешуточное возбуждение. - Да-а, - выдохнул Билл, восторженно запрокидывая голову назад. И будь он проклят, если он видел в этой ситуации хоть что-то забавное. Он действительно именно этого и хотел. - Я взрастил монстра, - грустно констатировал Дэвид, вытаскивая из штанов раздувшийся напряженный хуй пацана и сосредоточенно уставившись на него. Билл не стал ему отвечать, он просто вцепился своими длинным пальцами ему в скальп и недвусмысленным движением сунул его физиономию себе в пах. Несмотря на чисто физиологический приступ острого возбуждения от всей ситуации, от возбуждения и провокации Билла. На ощущения нежной кожи его паха под своей щекой, которое едва не угробило его собственные штаны извержением неожиданно интенсивной страсти, от этой дурацкой и примитивной грубости Дэвид чувствовал, что он начинает снова закипать от грубой линии поведения Билла. Тоже мне, нашел себе шлюху для развлечения! Он уже открыл было рот, чтобы что-то сказать, но его юный оппонент времени не терял, и подхватив снизу ловко сунул ему в рот свой член, другой рукой подхватив его лицо за подбородок снизу, чтобы лучше было видно. Дэвид настолько охуел от этого всего, что у него перехватило дыхание. По сравнению с тем, как Билл в прошлый раз мстительно отъебал его в рот, он мог бы сказать, что уверенность его и мастерство значительно выросли. Видимо только шок и собственное возбуждение не заставили Дэвида возмущенно взбунтоваться и вскочить в ту же самую секунду. Он плотнее сомкнул губы на гладком сладком стволе принимаясь двигаться по нему вперед и назад, ебать его через коленку, на чистом автомате, продолжая пристальнейшим образом наблюдать за наглой нависшей над ним физиономией. И, о, воистину, вскоре он был вознагражден за свое терпение. Билл больше не мог смотреть на него, сладость ощущения силой щекочущих мозг раздражителей конечно же быстро пересилило любопытство и глум. Да, ты рановато принялся спорить с собственной сексуальностью, малыш. Полуоткрытые губы Билла спазматически в полустоне хватающие воздух и вовсе привели Дэвида в прежнее хорошее расположение духа. Ничего, у нас еще много времени, милый. Биллино: - А-а-а-а-а, - сумасшедшей истомой разорвало ему барабанные перепонки, выстрелом обжигая все тело от гудящего от напряжения хуя до самых колен, - м-м-м-м-м, - да, он умел сосать, но до чего же сексуальный у его возлюбленного подонка был голос. Он заставлял его вмиг терять контроль над ситуацией, подчиняя себе, подчиняя все его, дэвидовское я святой воле услышать этот умопомрачительно сексуальный стон снова и снова, чтобы еще больше потерять голову от застилающей глаза горячей похоти. Бедра Билла дернулись ему навстречу в нелепой рефлекторной попытке засадить свой хуй глубже в глотку старшего мужчины, Дэвид позволил ему это, позволил ему заставить себя подавиться его хуем, внезапно чувствуя, как это его безоговорочное подчинение внезапно меняет расстановку сил и власти в их дуэте. Отчаянно-восторженное: - Дэвид! – и сжавшиеся мертвой хваткой руки на его руках, почти примирили старшего товарища и продюсера с гнусным и непотребным поведением младшего возлюбленного и подопечного. Ключевое слово «почти». А не надо терять контроль раньше времени. Дэвид быстро вскочил на ноги, резко прижимая одуревшего от удовольствия парня к стене. - Если ты думаешь, что ты так легко отделаешься, милый, ты меня не знаешь, - сказал он. - Йост, ты обосраться страшен в гневе, - хмыкнул Билл. - Хамилку закрой! – сказал Йост. - Сам закрой, - сказал Билл, а зря, потому что Йост так и сделал, без малейшего возражения. В смысле закрыл его рот рукой. - Ты будешь моей шлюхой, хочешь ты этого или нет, - сквозь зубы возбужденно прошипел Дэвид, - хочешь, я покажу тебе кто на самом деле тут хозяин? Ради того чтобы услышать его ответ Дэвид даже убрал ладонь с его рта. - Давай, покажи, - хмыкнул Билл, - научи меня. - С-сука, - Дэвид не выдержал и расхохотался. Да, уж чего-чего, а самообладания Биллу как обычно было не занимать. - А ты сможешь? – ухмыльнулся Билл. - Что? – переспросил Дэвид отклоняясь назад. - Ударь меня, - спокойно и ласково, и как что-то само собой разумеющееся сказал Билл. - За-чем? – испуганно спросил Дэвид. - Я хочу, - сказал Билл. - Для того чтобы я потом опять следующие полгода мучался совестью, что я это сделал? – Дэвид попытался перевести все в шутку, - Или чтобы у тебя был повод меня ненавидеть? - Чтобы мне кончить, - сказал Билл мрачно, заставив шутку Дэвида подавиться. Дэвид молча смотрел на него, открыв рот. Он пытался что-то сказать но, видите ли, не смог. Не нашлось в его немецком достаточной емкости слов, чтобы выразить всю ту полноту чувств, что он испытал. - Ты не можешь, - тем временем, довольно холодно констатировал Билл. Пока Дэвид удивленно рефлексировал на тему того, как можно иметь столько холодного расчета и цинизма, стоя со спущенными штанами в коридоре, Билл так же холодно добавил, - А я могу. И со всей дури наотмашь ударил Дэвида по лицу. Дэвида откинуло назад, не столько силой удара сколько шоком, и болью, которую этот удар ему принес. Боль и ярость пронзили его разом, переклинив последний мозг, и Дэвид взревев схватил Билла за руку, дернув на себя: - КАКОГО ЧЕРТА ТЫ ТВОРИШЬ? – крикнул он. Билл молча показал ему средний палец. Это было его большой ошибкой. Дэвид рванул его за руку в комнату из коридора, Билл умудрился каким-то невероятным образом вывернуться, выводя его из себя окончательно и бесповоротно. Дэвид был больше не в состоянии думать, какого черта он сам творит, у него перед глазами повисла темно красная пульсирующая пелена чистейшей дистиллированной ярости. Он с хриплым криком вывернул руку Билла за спину, впечатав его наглую физиономию в матрас, заставив завопить, и едва не сломав руку и в самом деле. - Отвали! – заорал на него Билл, и Дэвид понял, что еще секунда и он его точно убьет, - отпусти мои руки! А вот это мысль, подумал Дэвид. Вот это отличная мысль. Спасибо, Билл. Он в сердцах рванул ремень из штанов Билла, сам не зная откуда с такой ловкостью, учитывая вопли и сопротивление какого-то ставшего удивительно сильным для своей астенической комплекции парня, хитро намотал ремень на руки Билла так, что они оказались связанными за спиной. Он аж вспотел за время этого мероприятия. Дэвид устало вытер лоб и хихикнул. - РУКИ РАЗВЯЖИ МНЕ?! – крикнул Билл. - А не хуй распускать руки свои, - сказал Дэвид. Его несколько подотпустило. Надо же. Он его все-таки не убил. - Блядское ты пиздопроебище! - Билл обозвал его так от души, Дэвид даже не сразу догнал, что он имеет в виду, - ОТПУСТИ МЕНЯ, БЛЯДЬ! - ЗАТКНИСЬ!!! – Дэвид с трудом мог его переорать, хотя пытался. Твою мать, пока они дрались, они орали так, что слышно было наверное даже на другом этаже, - НЕ ОРИ, ЗАТКНИСЬ, ПРИДУРОК! Дэвид перевернул Билла на спину рывком, наваливаясь сверху, но Билл умудрился так хитро согнуть свою нижнюю конечность, что она коленкой уперлась Дэвиду в подбородок, рискуя одновременно повредить массу прочих, значительно более нежных органов ниже пояса ботинком. - Ногу, сука, убери! – рявкнул Дэвид. Билл, однако себе не изменил, и взбешенный Дэвид наконец уже совершенно не контролируя себя вмазал ему по роже от всей своей широкой продюсерской души. У Билла аж потемнело в глазах, как. Однако, он сам напросился. Словно сам испугавшись, Дэвид подался назад. Он хотел что-то сказать, но, кажется, это было не слишком уместно. - Заебись, - задумчиво проговорил Билл, осторожно трогая языком губу изнутри, она несколько саднила, но, слава богу, была цела. - Получил, чего хотел? – мрачно скрестив руки на груди спросил Дэвид. - Да, - сказал Билл. - Не понравилось? – Дэвид все еще играл в строгого учителя, но уже был готов в глубине души ползать на коленях, вымаливая прощение. Как обычно, впрочем. Билл уставился на Дэвида в упор и облизнулся. - Понравилось, - очень тихо проговорил он. И, самое страшное, что, кажется, это была правда. Дэвид открыл рот. Потом закрыл. Он поднес было руку к лицу Билла, чтобы осторожно погладить его, но Билл отстранился и, внезапно коснулся губами его руки. Демонстрируя внезапно такую неземную любовь, нежность, податливость и покорность, что Дэвид чуть не рухнул с кровати в мыслях, что, наверное, вот он наконец и тронулся-таки умом от трудоголизма. Дэвид подавился свежим воздухом спальни. У него потемнело в глазах. Он три раза умер мучительной смертью от удара молнии прямо в несчастное его темечко, три раза воскрес, его бросило в жар, по лбу скатилась капля холодного пота, и все это произошло за какие-то жалкие полминуты. Билл поцеловал ему руку. Билл поцеловал ему руку. Сам: - Билл, - осторожно позвал он, все еще не уверенный в том, что ему это не померещилось. - Дэвид, сделай со мной что-нибудь, - сказал Билл. - А? – потрясенно переспросил Дэвид, чувствуя, что сейчас, наверное, заплачет. - Я все еще не кончил, - мрачно разбил все очарование момента Билл, подняв голову от кровати и хищно облизнувшись. Дэвид вдруг понял, что Билл лежит сейчас под ним со связанными руками, с задранной до подбородка в пылу борьбы майкой и спущенными штанами, от которых вообще-то надо было давно избавиться. Что Дэвид и сделал. Член его жизнерадостно вздрогнул и зажил своей собственной жизнью у него в штанах. Жизнь эта, впрочем быстро подчинила себе все его сознание. Он схватил Билла за голову, приподнимая на себя, сунул в рот почти весь язык, другой рукой грубовато и жадно лаская его тело, заставляя парня скоро выгнуться сильнее под своими движениями. Потом подумал хорошенько, взвесил все свои за и против, и меланхолично и довольно цинично, уже не так сильно, скорее насмешливо хлопнул Билла по щеке. Заставляя его, застонав, просить еще. Дэвид вынужден был признать что ему это блядь, тоже чертовски нравится, чтобы он там не рассказывал порой сам себе. Он резко сел на корточки, чтобы расстегнуть свои собственные штаны. Руки его схватились за ремень. - Не снимаешь его с тех пор? – внезапно хмыкнул Билл, заставляя щеки Дэвида покраснеть, напомнив об одном странном эпизоде из их биографии. - Блядь, да, - грубовато от смущения сказал Дэвид. - Дрочишь на него? - любезно спросил Билл. - Щас кто-то доглумится, - хмыкнул Дэвид, - соскучился по нему что ли? Проговорил быстро, втайне мечтая свести это все в шутку. А Билл как-то судорожно выдохнул слово, которое огненным ураганом напалма по джунглям Лаоса испепелило жалкие остатки мозга Дэвида: - Да-а… - Что? – испуганно переспросил Дэвид. - Да, это значит, да, Дэвид, - сказал Билл, - Да, блядь, да…да…да…да. Дэвид ничего не сказал. Только желваки дернулись нервически, когда он дернул этот чертов ремень из штанов. Он сам был так заведен возбуждением Билла, что кажется готов был сделать уже вообще все что угодно на свете. Взяв ремень в руку он осторожно провел им по подбородку и по шее Билла, и осторожно, едва-едва коснулся поверхностью ремня о светлую тонкую кожу на груди Билла. Он его не ударил, конечно. Просто коснулся властно, проведя по его телу слева направо и медленно вниз, так словно обозначая свои владения. По тому, как Билл дернулся, резко откинув голову назад, отклоняясь дальше, опираясь на локти, он понял, что сделал все правильно. Это кто еще из нас на него дрочит, милый. Билл выдохнул воздух, словно всхлипывая, спазматически при скользком движении ремня по его телу вверх, зажмурившись отчаянно. Это кто из нас еще на него дрочит…. Дэвид поерзал на кровати, вставая на коленях над телом Билла более устойчиво, провел рукой по покрытой испарине шее, и накрыл рукой его рот. Дэвид со звонким звуком несильно шлепнул его чуть ниже ключицы, едва не кончив сам от знакомого сдавленного мяуканья и сжавшихся на его пальцах зубах. Это ж надо так, а? Он повторил это еще раз, и еще, с каждым ударом опускаясь ниже, к животу. Билл, впрочем тоже не сидел спокойно на месте, с каждым звучным хлопком, едва ли оставлявшим хотя бы розоватую тень на его бледной коже, он отклонялся назад, словно отдаваясь во власть Дэвида. Это, блядь, заводило. Дэвид подался назад, переводя дух. - Тебе нравится? – коротко спросил он. - Да, - сказал Билл в ту короткую секунду, которую он ему позволил, вскоре снова собственническим движением проводя пальцами по его губам, дразня и без того донельзя заведенную плоть. Рот Билла поддавался и раскрывался навстречу его движению сам, послушно и осторожно обхватывая кончики среднего и безымянного его пальца, сладко скользя по ним, и заставляя застонать их обоих. Дэвид тысячу раз говорил ему «Ты мой», но он в первый раз слышал в ответ «Я твой». Пусть это было сказано таким экстремальным образом, но с Биллом как-то другим, неэкстремальным образом у него никогда не получалось. Да ладно у него….даже у Тома, кстати, получалось так же хуево, не сдержавшись, ухмыльнулся Дэвид, чувствуя в этот момент прилив какой-то странной и не совсем уместной нежности к сопернику и другу. Однако не в правилах Билла было давать ему долгую передышку, как только он убрал свои пальцы от его рта, как зачарованный глядя на голое тело с широко раздвинутыми бедрами под ним, Билл как-то очень жестко и нетактично, голосом железного дровосека из Волшебника из страны Оз выдал: - Это все что ты можешь, Дэвид? Нет, это было не все, что он мог. Дэвид мог и больше, что собственно и поспешил продемонстрировать непосредственно после этого вопроса, заставляя Билла едва не подпрыгнуть на месте от хлесткого удара попавшего по внутренней стороне широко раздвинутого бедра. - А-ай, - собственно не особенно желая того воскликнул Билл. - Хочешь, чтобы я прекратил? – как-то подозрительно ласково спросил Дэвид, и шлепнул еще раз наслаждаясь тем как розовая полоска украшает белую тонкую кожу. Затем другая. - Нет, - Билл едва не подпрыгнул от очередного удара, умудряясь одновременно с этим свести яйца Дэвиду своим экстатическим стоном. У Дэвида сердце забилось где-то в ушах. Это было сумасшествие какое-то. Все то, чего он так боялся оказалось совершенно иным. И ключ к этому был в слове да. Потому что да, это, блядь, значит да. Он уже был слишком возбужден, чтобы продолжать эту игру да и Билл был готов кончить уже как ему показалось от легчайшего прикосновения. Дэвид отбросил к чертовой матери ремень, избавляясь по возможности от своей одежды, одним рывком разворачивая Билла лицом в кровать. Он уже давно не видел ничего, кроме его голого тела, сошедшего с ума от возбуждения, не слышал ничего кроме отчаянных всхлипов, как-то непонятно перешедших в стоны, когда он, мало чего соображая засадил ему в зад свой ноющий от отчаянной похоти член. Он, черт подери, уже и сам орал, как ненормальный, когда схватил в отчаянии Билла за волосы, намотав их разом на кулак и поддернув на себя. Время в этот раз отказывалось ему подчиняться как и его собственное тело одуревшее от смеси острого жгучего перца секса и власти. Дэвид потом еще долго не мог прийти в себя. Уже ночью, когда они, голые, лежали рядом обнявшись в темноте, собираясь спать. Лежал и тупо понимал, что Билл все-таки отымел его в мозг. Дэвид едва с ума не сошел за сегодняшний вечер, и самое страшное заключалось в том, что ему, Дэвиду, это понравилось. Но сейчас его посетило какое-то странное незапланированное чувство стыда за все что произошло, за то что он сделал. Ему почему-то очень захотелось извиниться. - Билл, ты спишь? – тихо спросил он. - Нет, - сказал Билл, - я думаю. Неужели. Дэвид было даже растрогался поначалу. Ему, в мечтах показалось, что, быть может, даже о том же думает и Билл. Билл внезапно повернулся к нему, и, не говоря ни слова, сбросил с него одеяло и сам взобрался на него наверх. - О чем? – спросил Дэвид. - Хочу твой член в рот, - задумчиво заявил ему его сосед по кровати. Дэвид странно посмотрел на него и со смешанными чувствами погладил его по голове. Ну что же, ничего человеческое гуманоидам не чуждо. - Можно подумать, тебе кто не дает, - несколько удивленно не смог не съязвить он. Билл хихикнул ему в ответ, он понял это как да. - Не знаю, я не у всех спрашивал, - очень задумчиво и сосредоточенно сказал он, опускаясь губами по голому телу Дэвида вниз. Томная нежность прикосновения, сладкая и такая упоительная увлекала за собой так что Дэвид не сразу понял что Билл сказал. - Постой, - кажется смысл сказанных Биллом слов начал до него доходить, - а…ты…как….у многих…уже спросил? Билл еще раз идиотски хохотнул, и оставил его вопрос без ответа. Определенно, Дэвид подумал, что сегодня его милый друг превзошел себя по целому ряду параметров. Вообще мысль о том, чтобы отныне трахать его исключительно связанным и желательно с кляпом во рту, не из садомазохистических, впрочем, соображений, а только из соображений собственной безопасности. Тем временем, Билл расположился между его ногами, между согнутыми коленками, опираясь на руки, медленно и ласково засосал его полутвердый ствол. Они уже столько занимались сегодня сексом, что Дэвид уже с трудом в принципе помнил, что существует на свете еще что-то кроме. Кроме их обоих, рядом, голых, возбужденных, целующихся, дерущихся, ебущихся. Все остальное казалось, существовало в какой-то параллельной Вселенной. Нежный теплый рот мокро скользил по нему, спутавшиеся волосы как-то очень интимно щекотали его бедра внутри. Признаться, порой, в минуты сомнения Дэвид размышлял о правильности выбора своей карьеры, и работы в частности, но в такие моменты, в такие моменты, пожалуй, он точно знал, что сделал все правильно. - О чем ты думаешь? – ни с того ни с сего спросил Билл. Дэвид хмыкнул, не сдержавшись, и задумчиво открыл рот. Сроду тебя не ебало ни в одно доступное место, мой милый, о чем я думаю. Он хотел было так и ответить, но сегодняшняя очевидная пизданутость настроения милого заставляла его тактичнее подбирать слова. - Ну…, - начал Дэвид. - Баранки гну, - мрачно отрезал Билл, - не отвлекайся. - Би-и-и-илл, - отчаянно простонал Дэвид. - Чо? - Слушай, а можно со мной как-то понежнее, а? – несчастным голосом попросил Дэвид, почему-то вдруг как-то отчаянно жалея себя, - почеловечнее что ли? Билл удивленно уставился на него. Нижняя распухшая губа развратно округлилась. В глазах была абсолютная пустота. - Билл? – позвал Дэвид. - А?... Ага, - сказал Билл, до которого, кажется, все-таки дошел смысл сказанного, - ща! - сказал он, он задумчиво облизал головку Дэвидовского хуя, потом так же задумчиво плюнул на ладонь, и схватил его длинной почти женской рукой с длинными, нарощенными ногтями, довольно таки цинично поддрачивая его член. Дэвид устало откинулся на подушки. Невозможен. Невыносим. Со этими блядскими провокационными манерами. Отчаянно и невыразимо сексуален. Он держал его за яйца всегда и во всем, в любом смысле этого слова. - Дэвид, скажи, а ты ведь на самом деле хочешь, чтобы я тебя трахнул? - Уймись, чудовище! - Ну, честно? Или не хочешь? - Билл, я тебя ненавижу. - Это к делу не относится. - Билл, послушай… - Да или нет? - Господи,… - Слушай, давай уже решись, Йост, ну чо ты ломаешься, как девушка? - И чего я тебя не удавил сегодня, Билл, а? - Давай, пожалей меня, Дэвид, иначе мне придется изнасиловать собственного продюсера, Хоффман мне этого не простит, и нового не даст! - хихикнул Билл у самого его рта, очень, ну очень эротично ерзая по его телу, учитывая что его член…черт бы его подрал… - Ой, блин, ты чего творишь-то, а? – если Йост все еще был в своем уме и правильно понимал, что с ним происходило, то вопреки своим утверждениям, Билл и вовсе не собирался ждать его ответа. - Билл…, - у него перехватило дыхание от его медленного но чрезвычайно настойчивого вторжения. - Слушай, Дэвид,… – Билл накрыл его рот своим ртом, - ты это…ты замолчи уже теперь лучше, а? Да. И Том был прав. Очень сложно было бы ему объяснить, почему не хочешь.