«Rigitus 28»
9 декабря 2018 г., 21:57
Моя кожа — моя маскировка. Я нечто большее, чем человек. Я улыбаюсь пред ликом своей смерти. Спросите, кто я такой. (Skillet — Stronger)
Вставать в пять утра всегда было испытанием для работников «Псарни», а если их поднимали из-за очередного убийства, то считайте день уже полетел к чертям. Из-за стремительного сокращения кадров «Темных» Укай дал добро вернуть Савамуру в строй. Как оказалось, Даичи не сидел сложа руки все это время. Он смог отследить фургоны до выезда из города, даже не понимая, что Тсукишима уже это сделал, однако павший детектив не знал о скрытых дронах правительства, которые висели в небе на выезде. Таким образом, стало очевидно нахождение скрытой базы Кенмы Козуми, который черт знает чем там занимался. Теперь оставалось лишь разработать хороший план, дабы больше никто не погиб. — Я могу выступить в роли приманки, — сказал Бокуто, рассматривая карту местности. — О смерти Акааши не сообщали, отчего они могут решить, увидев меня там, что мой Покровитель приехал к ним. — А если они знают об его смерти? Ты тогда просто станешь пушечным мясом, — сказал Сугавара, однако тот предлагал хоть что-то. У самого идей вообще не было. — Не велика потеря. Я сейчас, как бы это помягче… Что-то типо кастрированного пса. — Ауч, — высказался Тендо, услышав такое болезненное сравнение. Он посмотрел на Котаро, а затем ткнул указательным пальцем ему в грудь. — Твой Архе скоро исчезнет полностью из тела, а оружие уже невозможно воплотить. Так что не надо из своего желания умереть делать героизм, — иногда, как сейчас, Ушиджима удивлялся проницательности своей Гончей. Сатори ловко раскусывал людей, будто они были открытыми книгами. Удивительная способность. — Тогда остается лишь одна приманка, — сказала Яно и посмотрела на Куроо, который довольно ухмыльнулся. — Мы уверены, что Акааши вчера предупредил Кенму, поэтому будет логично, что Тетсуро его найдет. — Черта с два вы пойдете туда одни, — высказался Яку, чем удивил остальных «Темных». Да, он новичок, что не пробыл здесь и месяца, однако уже у многих успел заслужить уважение. Да и не хотел, чтобы кто-то еще погиб из-за какого-то психа. — Мы даже не знаем, что нас там ждет. — Сатори, ты же посмотрел видео с камер? Что разобрал из слов Ямагучи? — поинтересовался Вакатоши, на что Гончая открыл папку и зачитал следующее: — За всем стоит Кенма Козуми. Он хочет убить всех. Он хочет заставить нас убить их всех. Дальше я понял, что Акааши был, когда Ямагучи убил Тсукишиму… Так, это его бред… Теперь ты не совершишь моей ошибки. Теперь ты спасен. Как я понял, это он сказал после убийства Акааши, чтобы Бокуто не стал Дворнягой. А, и последние слова: газ, это будет газ. Если ли вероятность, что сыворотку можно превратить в газ? — все сидящие в комнате для заседаний переглянулись между собой, негласно понимая то, что озвучил Тендо: — Если так, то Кенма планирует распылить газ над городом. Гончие сойдут с ума и убьют своих Покровителей. Вот мне только одно непонятно: Кенма хочет быть единственным Покровителем? — Это не похоже на Кенму, — сказал Тетсуро, откидываясь на спинку стула. — Скорее, он хочет стать жертвенным агнцем, что приведет их к «спасению»…***
Когда Хайба понял, что Ямагучи сбежал, то Кенма сказал не искать его. Разум этой Дворняги разрушал сам себя, отчего вскоре он должен был умереть от кровоизлияния в мозг. Типичный побочный эффект для бывших Гончих, которых мучило чувство вины за содеянное. Какой это уже по счету? Девятый? Козуми не помнил. Яичи сидела на плите, что раньше была куском крыши, и напевала какую-то незатейливую мелодию, занимаясь чисткой оружия. Девушка просто не могла дождаться, дабы вновь опробовать свои силы, ведь тогда в их бой с Тадаши вмешался Лев и сохранил тому жизнь. И все зря, лишь не дал ей насладиться убийством «Адской гончей». Мужчины… Девушка подняла глаза, увидев Хайбу. Тот катил к фургону какое-то устройство, дабы оно стало главной феерией их плана — освобождением Гончих. Хлопнув дверьми фургона, парень посмотрел на Яичи и пошел в её сторону. — Зачем чистить ножи, если можно создать новые, а эти расплавить Архе? — он откровенно насмехался над ней, заставляя себя ненавидеть. Зачем? Просто так было намного веселее. — Иди куда подальше, Лев, пока я не перерезала тебе глотку. — Как мило… — Лев наклонился, раздвигая её ноги своими коленями и устраиваясь между ними. — Любишь пожёстче? Знаю, что любишь. Ты так сладко кричала, когда мы… — Помереть захотел? — Хитока приставила лезвие к горлу собеседника, желая его перерезать. Вот только Кенма-сан этому совершенно не обрадуется. — Может тебе отрезать кое-что? — холодное лезвие постучало по ширинке брюк. Выпрямившись, Хайба легко засмеялся и отошел от девушки, так как данные угрозы для него были детским лепетом. Уж слишком много говна он хлебнул в детстве от этой жизни, чтобы реагировать на подобное. Мало кто знал, как именно выживали Гончие из неблагополучных семей до нахождения Покровителей. А уж если у тебя необычная внешность, то… Невольно Лев вспомнил слова матери, которая плакала и повторяла: «Только не сопротивляйся и делай все, что скажут. Делай все и тогда тебе не будет больно…» Да, больно не было, однако отвращение… Даже сейчас тянуло плевать от воспоминаний, как его десятилетнего привели в комнату к какому-то извращенцу Покровителю, дабы удовлетворить наклонности старого ублюдка. — Идем, Хитока. Нам нужно обратить еще парочку Гончих, дабы выполнить план, — сказал парень и пошел к фургону. Яичи собрала ножи, убрала в набедренные ножны, которые скрывались под юбкой, и пошла следом за нежелательным напарником. Она открыла дверь со стороны пассажира, как браслет запищал. Периметр нарушен нежданными гостями. Переглянувшись со Львом, Хитока закрыла дверь и решила встречать нарушителей, а парень отправился один по указанию Козуми. Теперь каждая минута на счету. Руины города Октом, как всегда, казались пугающими и наполненными призраками людей, которые не смогли выбраться из-под завалов в результате землетрясения. Интересно, сколько же там похоронено заживо на самом деле? В новостях сказали их было всего шесть сотен, но в действительности… Вероятно, в разы больше. Остановив автомобиль, Куроо вышел из него. Дальше движения нет, поэтому придется идти пешком. Хлопок второй двери заставил его повернуть голову и посмотреть на Яно, которая взвела курки пистолетов и убрала в ножную кобуру. Девушка вызвала Архе, преобразовывая в черную катану. Теперь можно выдвигаться. — Ты хоть представляешь, где его искать? — спросила Маюми и подошла ближе к Покровителю, готовясь прикрывать. — Ему всегда нравилось здание обсерватории. Думаю, стоит начать оттуда. До него около километра на северо-запад. Идем. Гончая чувствовала волнение напарника, однако поднимать волнующую тему не хотелось. Если бы парню было нужно, разговор бы уже начался. Сама же девушка надеялась, что план сработает, и, в случае чего, Кьётани явится в нужный момент, дабы им помочь. Тетсуро заметил движение слева, отчего остановился и достал пистолет. Рискованно идти у обсерваторию, если они попадут в ловушку. Прежде чем «Темный» придумал план, его схватили за ворот кофты и потянули вниз. Послышался лязг металла. Яно ловко отразила метательный нож катаной. — Иди дальше, Куроо. Я её задержу. Покровитель посмотрел на Дворнягу, принимая решение. Что ж, если «Адская гончая» собиралась сражаться один на один, то его присутствие действительно будет лишним. Коротко кивнув, Куроо бросился бежать к обсерватории, слыша выстрелы за спиной, которые препятствовали преследованию детектива. — Яичи Хитока, предлагаю сдаться или за последствия я не отвечаю. — Да? — Хитока засмеялась, как умалишенная. — Теперь «Псарня» ввела казнь Дворняг? Что ж, я с удовольствием убьют вас всех! Вы мерзкие псы прогнившей системы! — девушка бросилась на Гончую, не обращая внимание на простреленное бедро и руку. — Черт! — Маюми убрала пистолет в кобуру и перехватила катану, двигаясь навстречу оппонентки. Лезвие ножа заскользило вдоль металла клинка, вызывая небольшие искры. Дворняга ударила девушку коленом в живот, а затем локтем в скулу, дезориентируя на несколько секунд. Этого вполне хватило, чтобы полоснуть ножом по лопатке. Сжав зубы от боли, Яно развернулась на левой ноге и ударила Яичи правой, пусть та и поставила блок руками, но катана достигла цели, отчего раздался женский крик. — Сука! — Дворняга вовремя отпрыгнула и с ненавистью посмотрела на Гончую, а затем на выроненный нож и два отрубленных пальца. Теперь на руке осталось только три. — Я прикончу тебя, тварь! — Ну давай, чертова Дворняга, — ответила Маюми и достала пистолет из кобуры, направляя на девушку. Ей надоело играть. — Мне кажется, что для тебя уже все кончено…***
Достигнув обсерватории, Куроо понял, что не прогадал. Как же хорошо они с Кенмой знали друг друга. На удивление, осторожность была лишней, так как здание не охранялось. Сохраняя бдительность, парень заходил вглубь коридора, пока не достиг нечто похожее на лабораторию. Единственное, что смущало — кресло с жгутами. Он вправду ставил опыты на Гончих. Но почему? Зачем? — Не можешь найти причину? — сказал Кенма, выходя из-за какого-то бака, не отрывая взгляда от бумаг. Тетсуро тут же навел на него пистолет, однако вызвал лишь легкую улыбку на губах старого друга. — Это лишнее. Ты же знаешь, как я плох в драках. — Зато помню, как хорош в стрельбе, — парировал детектив, перемещаясь левее, держа ученого на мушке. — И то верно. Все ради равенства, Куроо. Если в мире будут лишь Дворняги, то вскоре они создадут новую, идеальную нацию, — Козуми отложил бумаги и посмотрел в глаза «Темного», где читалось презрение. — Не всем дано это понять, Куроо. Я знал, что ты не поймешь. — Это глупость, Кенма. Ты же знаешь, что Дворняги — ходячие трупы, да?! — Я это уже исправил. Пришлось некоторым умереть, но все это ради мира, в который мы верим. Мира, где все… — Заткнись! Выражение лица ученого отражало отчужденность и апатию. Будто все его действия нормальны, обыденны, как по сценарию. Безумному сценарию безумного ученого. Куроо не понимал лишь одного — как он не заметил этого раньше? Актерская игра? Или безразличие? Кенма всегда был тихим и нелюдимым, так откуда такая тяга к геноциду? — Повернись ко мне спиной и подними руки, — сказал Тетсуро, однако тот лишь ухмыльнулся. — Я сказал, повернись и подними руки! — Или что, Куроо? Застрелишь меня? Давай. Моя смерть никак не помешает воплощению плана в реальность, — всего на секунду «Темный» отвел взгляд. Всего секунда, чтобы Козуми успел схватить пистолет со стола и выстрелить в старого друга. Пуля едва задела плечо, и детектив тут же сделал перекат к столу, занимая оборону. — Здесь только один выход, Куроо. И двое это место не покинут. Так или иначе, ты умрешь. — Так или иначе? Что это значит? — поднявшись над укрытием, Куроо выстрелил несколько раз в Кенму, который выглядывал из-за кого-то бака, уже явно пустого. Рикошет. Прочная сталь. Опустившись обратно на колени, он услышал ответ: — Будет лучше, если Хитока убьет Яно, но и пополнение наших рядов — неплохой исход… — Пополнение рядов? — сердце пропустило удар от осознания сказанного. Покровитель сильнее сжал пистолет в руках и впервые в жизни попросил Бога о сохранении жизни. Не своей собственной, а той, которую так любил.
