Come on to the Future

Мне не нужно другой цели. Ты дал мне повод. Не их дело, во что я хочу верить. Ты мой священник, Ты моя правда. Ты моя религия, моя религия — это ты. (Skillet — My Religion)

Отследить фургон не составило труда. Савамура и Сугавара держались на расстоянии от него, предполагая конечную точку маршрута. Ушиджиме и Тендо оставалось лишь ждать. И вот, наконец-то, белый фургон остановился около самого популярного сквера Модеста, рядом с городской ратушей. Ублюдки. Хайба Лев вышел из автомобиля и посмотрел на детективов, которые его преследовали. Он знал. Всё это время он видел за собой слежку и сейчас довольно улыбался, насмехаясь над представителями закона. Гончая открыл фургон на обозрение и…пусто. Показав неприличный жест, Хайба рассмеялся и закрыл двери, а затем картинно поклонился прямо, как на записи рядом с телами Хинаты и Кагеямы. — Чертов ублюдок! — сказал Даичи и покинул свою машину. Он быстрым шагом направился к Льву, доставая пистолет. — Даже не вздумай бежать или… — Даичи! — крикнул Коши, чудом успевая схватить напарника за плечо и оттащить назад. Автобус пронесся в нескольких десятках сантиметров от них, громко загудев. — Было близко. Вот только собственная безопасность Покровителя не волновала. Хайба, воспользовавшись заминкой, сел за руль фургона и поехал дальше. — Черт! Суга, бегом в машину! Потоки автомобилей не давали нагнать преступника, который специально оставлял после себя небольшие заторы или аварии. Все выглядело, как сцены из фильмов, только жертвы были реальными. Савамура чудом не сбил женщину с коляской, которая остановилась на пешеходном переходе из-за седана, влетевшего в минивен. А всему виной белый фургон. Детектив ударил руками по рулю. Засранец. — Даичи, — сказал Сугавара и улыбнулся, указывая на зеркало заднего вида. Мотоцикл с эмблемой «Псарни» ловко преодолевал все препятствия, следуя за беглецом. Проезжая мимо «Бриза», Сатори отсалютовал им, не сбавляя скорости. Теперь все зависело от него. Андроидный глаз рассчитывал траектории движения наперед и фокусировался на различных препятствиях, давая четкий план обхода. Ради этого стоило ослепнуть. Тендо довольно улыбнулся и свернул с главной дороги, сокращая путь переулками. Лев немного расслабился, не увидев за собой хвоста, однако несколько пуль в кузов фургона его отрезвили. Чертов «Адская Гончая» выскочил из переулка и почти поравнялся с ним. Парень крутанул руль вправо, дабы толкнуть мотоциклиста или заставить выехать на встречную полосу. Не тут-то было. Сатори резко нажал на тормоз, а затем выстрелил по задним колесам автомобиля. Занос, удар со встречкой и красивый переворот. Остановившись около фургона, Гончая снял шлем и пошел к подозреваемому, который не шибко быстро выбирался из разбитого автомобиля. — Где устройство? — спросил Тендо, направляя на Хайбу пистолет. Парень поднял голову и посмотрел на детектива, чувствуя льющуюся по вискам кровь из разбитого лба. Все тело нещадно ломило после кульбита. Он улыбнулся и щелкнул зубами, не желая ничего говорить. Цианистый калий. Сатори недовольно цокнул и убрал пистолет в кобуру. Он не думал, что Гончая пойдет на подобное ради своего Покровителя с сумасшедшими идеями. Однако главный вопрос оставался без ответа: где искать чертово устройство?

***

«Шесть пуль. У меня осталось шесть пуль. У него всего четыре, » — рассуждал Куроо, пытаясь придумать план действий. Нужно как-то выманить Кенму из укрытия и… До сих пор было сложно думать о том, чтобы подстрелить лучшего друга. Вот только другого выбора просто не находилось. Придется идти ва-банк. Выскочив из своего укрытия, Тетсуро тут же выстрелил, заставив Козуми спрятаться. Пять патронов. Четыре патрона. Три патрона. Теперь они находились по обе сторона от бака. Стена между друзьями — буквальнее некуда. — Кенма, ты все ещё можешь это предотвратить. Просто скажи, куда увезли газ. — Серьезно? Ты действительно думаешь, что, подойдя поближе, что-то изменишь? Мне расплакаться как в детстве? — сказал Покровитель и рванул вправо. Прыжок, и он стреляет в бывшего лучшего друга. Детектив вовремя среагировал, однако пуля задела шею. Всего царапина, но ощутимо. Сменив укрытие, он ответил выстрелом. Две пули против одной. Осталось продержаться немного. Нужно дождаться, когда Кенма выстрелит последний раз, тогда бой закончится. Специально открывшись, Куроо вынудил парня сделать выстрел. Попался. Коротко выдохнув, «Темный» направился к укрытию «друга». Тот выпрямился, смотря на дуло пистолета. В глазах был привычный взгляд — скука и апатия ко всему в мире. — Все кончено, Кенма. Говори, где газ, — Тетсуро перехватил пистолет удобнее, однако в сердце до сих пор витало сомнение. — Говори. Говори сейчас же! — Лучше убей, — сказал Козуми и пригнулся от выстрела. В рукаве был спрятан метательный нож, который достиг цели — бедра детектива. А затем ученый выпрямился и направил на оппонента пистолет. — Теперь мы на равных, Куроо. Убей меня или я убью тебя. — Кенма, послушай… — Мне надоело слушать всех вокруг… Двойной выстрел прогремел в помещении обсерватории. Безумный ученый опустил глаза на свою грудь и почувствовал острую боль. Стало тяжело дышать. Однако радовало одно — план почти пришел в действие. Губы тут же растянулись в довольной улыбке, ведь он освободит не только множество жизней от гнёта системы, но и отберет самое дорогое у того, кто смел ему помешать. Кенма Козуми упал на пол обсерватории, и более все бытие уже не беспокоило. В отличие от Куроо Тетсуро. Жертвы всегда неизбежны. Есть риски, дабы спасти многих. И если требовалось жертвовать жизнями, даже своей собственной, парень был готов. Лишь одну жизнь он не мог принести в жертву. Жизнь той, что сейчас стояла перед ним, закрывая своим телом. Девушка с трудом повернулась лицом к лицу, а затем опустила глаза на живот. Прикосновение пальцев, и они окрасились в алый. — Тетсуро… — прошептала Маюми и больше не могла устоять на ногах. Усталость накатила, словно цунами на маленький городок. Хотелось спать. Безумно хотелось спать… Двадцатью минутами ранее… Девушка не понимала ситуации. То ли она стала медленнее, то ли Дворняга стала быстрее и с легкостью уворачивалась от выстрелов, будто читая их. Патроны были на исходе, а вот ножи из Архе появлялись вновь и вновь. Когда пистолет оказался бесполезен, Яно поняла, что в ближнем бою проигрывает Яичи. Та однозначно была быстрее, сильнее, безумнее… Хитока не заботилась о собственной безопасности, а с психопатами бороться на равных бесполезно. Маюми сжала зубы от ножа, который вонзился ей в бронежилет и прошел насквозь. Защита оказалась бесполезной. Гончая сняла жилет и зажала рукой правый бок. Рана не глубокая, но ощутимая. Перехватив катану, девушка рвано выдохнула. Если продолжить двигаться в том же темпе, вскоре потемнеет в глазах от кровопотери. Вот план Дворняги — измотать и зарезать. Умно. Но они еще умнее. Яичи бросилась в атаку, но ей пришлось ловко увернуться и отскочить в другую сторону от лезвия косы. Кьётани подоспел как раз вовремя. Яно перевела на него взгляд, а затем увидела Яку Мориске. Одними глазами детектив дал понять, что более её здесь ничто не держит. Кивнув, Маюми побежала в сторону обсерватории, оставляя все на «Зарево». — Ты знаешь, куда увезли газ? — спросил Яку, однако Дворняга лишь сплюнула кровь изо рта. — Что ж, надеюсь, ты вскоре передумаешь… Мориске рассчитывал на продолжительный бой, однако, как они выяснили, тела Дворняг не могли выдержать потока Архе. Не зря же сама природа придумала делить его на двоих людей. Глупые сумасшедшие фанатики больной фантазии Кенмы Козуми. Кентаро ловко блокировал все атаки Хитоки, пока та не рухнула на колени, захлебываясь собственной кровью. Она подняла глаза на парней, и, возможно, её разум прояснился. — Мне жаль… — Если тебе жаль, то скажи, что знаешь, — Яку подошел к ней и встал рядом на одно колено. Та грустно улыбнулась. — Я ничего не знаю… — она начала падать вперед и, прежде чем жизнь оставила её тело, почувствовала теплые ладони на своих плечах. Он добрый. Лишь некоторые не позволят Дворняге замертво упасть, ведь они просто убийцы, не более. — Черт… — сказал детектив, укладывая тело девушки на землю. — И что теперь? Телефонная трель заставила Мориске ответить на звонок и услышать приказ от «Грома». Парень посмотрел в сторону обсерватории. Ученый против «Темного» и «Адской Гончей»… Исход и так ясен. Покровитель и его Гончая оставили напарников, дабы исполнить свой долг и предотвратить катастрофу.

***

Было сложно, но дроны засекли второй фургон. Не такой приметный, как белый, но… — Надо отдать им должное, — сказал Тендо во встроенный микрофон в шлеме, рассекая улицы Модеста на своем мотоцикле, — за находчивость. Фургон химчисток всегда на виду, но их никто не замечает. Если тебе, конечно, не нужно отдать туда вещи. Вот же хитрые ублюдки… — Сатори, сосредоточься на пути, — сказал Ушиджима, сверяясь с навигатором и следуя к указанному месту. — Нужно перехватить их раньше, чем они включат устройство, иначе… — Иначе вмешается наша команда, — влез в передачу Коноха, осматривая главных саперов, которые ехали с ним в фургоне. — Кому, как не «Карбитам» спасать город от газовой бомбы… — Не чувствую гордости в твоем голосе, — съязвил Сатори, пролетая на красный. — Извините, но я спешу. — Не нарушай правила, — отчитал напарника Вакатоши. — Как скажешь, папуля. Достигнув фургона, Гончей пришлось применить все навыки быстрой езды с препятствиями. Задние двери открылись, и на мотоциклиста обрушилась автоматная очередь. Тендо бегло осматривал последствия пальбы по мирному населению в боковые стекла. Пули разбили одно из них, чудом не задев парня. Выбора просто не осталось. Открыв ответный огонь, Сатори выкрутил газ на полную. Стрелка́ это остудило, поэтому была фора, однако со стороны противника нападение не закончилось. Перезарядка. Вот гадство! «Адская Гончая» уворачивался от обстрела, пока пули не поменяли траекторию. Секунда. Визг тормозов. Простреленная шина. Занос. Мотоцикл начало разворачивать прямо на перекрестке. Внедорожник. Тендо отпустил руль и доверился свободному падению. Асфальт не самая мягкая поверхность для прыжков на большой скорости. Внедорожник снес мотоцикл и перегородил одну из проезжих частей, оставляя на асфальте черные полосы от шин. — Черт! — Сатори схватился за левое плечо. Как минимум вывих, как максимум перелом. Кое-как поднявшись, парень снял с головы шлем и посмотрел в сторону уезжающего фургона. — Ублюдки… Звук знакомого мотора. Гончая развернулся полубоком и улыбнулся. Приятное чувство, когда можешь положиться на напарника даже в такие моменты. Ушиджима промчался мимо Тендо, который ему отсалютировал, и продолжил преследование. В зеркалах заднего вида детектив увидел, как напарника подобрали саперы. Теперь можно было сосредоточиться на главном и не отвлекаться на мелочи. И вновь автоматная очередь рокотом разнеслась по улицам города. Вакатоши надавил на газ и ощутимо подтолкнул фургон в задний бампер. Стрелок потерял равновесие. Чуть сбросив скорость, парень пошел на обгон автомобиля. Достигнув заднего колеса, Ушиджима нахмурился и крутанул руль вбок, заставляя водителя фургона потерять управление и врезаться в уличный фонарь. Саперы остановились на безопасном расстоянии и вышли из фургона, занимая позиции для отстрела, если преступники вновь начнут пальбу. Вакатоши также покинул свой автомобиль и достал пистолет, скрываясь за открытой дверью. Сатори поспешил к нему на помощь, перехватывая кусаригаму поудобнее. — Все кончено! — закричал «Темный», надеясь на быстрый исход данной ситуации. — Выходите с поднятыми руками! Водитель фургона послушался детектива и вышел из кабины. Его лоб встретился с рулем при столкновении, отчего светлые волосы приобрели малиновый оттенок. С другой стороны подъехали Сугавара и Савамура, которые быстро заняли позицию. Коши удивленно выдохнул, узнав преступника. Если он тут, то и его Покровитель… — Правда думаешь, что всё кончено? — из-за фургона вышел Киндаичи. Он улыбался, словно сумасшедший. — Веселье начнется только через три минуты. И у вас всех билеты в первый ряд. — Киндаичи? Я не верю… — Даити поражался все больше и больше. Данное дело просто переворачивало отношение к знакомым людям с ног на голову. Да, они не слишком были близки с Киндаичи Ютаро в академии, но… Он не думал, что парень может быть замешан в данном деле. — Разве Киними не был твоим другом? А ты, Ханамаки? Ватари Шинджи… — Он отлично сыграл свою роль подопытного кролика, — ответил Ханамаки с садисткой интонацией. Раскаяния они оба явно не чувствовали. — Вы слишком глупы, чтобы увидеть гениальность Кенмы Козуми и его великого дара. — О, нет… Избавь нас от твоего фанатичного бреда, — сказал Тендо, закатывая глаза и раскручивая цепь оружия. Саперы не спеша дошли до фургона и осмотрели бомбу. Система не из легких, а на таймере осталось две с половиной минуты. Время не в их пользу. Ютаро мимолетно посмотрел на саперов у фургона и стал опускать одну из рук. — Руку обратно! — скомандовал Вакатоши, однако тот не послушался. Детектив прицелился и повторил: — Живо руки вверх или я выстрелю! — Такахиро, — сказал Покровитель своей Гончей, отчего тот сорвался с места. Детективы среагировали рефлекторно, не желая выяснять мотивов преступников. От фанатиков можно ожидать многого. Ханамаки закрыл своего Покровителя, однако Сатори смог добраться до Киндаичи, как только прогремел последний выстрел. Холодная сталь оружия оставила глубокий порез на животе парня, который сжимал в руках… — Детонатор! Каноха, живо все от… Каноха Акинори, Терушима Юджи, Ширабу Кенджиро и Гошики Тсутому не смогли среагировать мгновенно и лишь замерли, когда цифры таймера стремительно подошли к нулю. Они так и не успели добраться до нужного провода. Крышка прогнулась вниз, а затем из короба показались несколько трубок с распылителями. Переглянувшись, «Карбиты» вспомнили о договоренности насчет неудачного исхода задания. Гошики показался перед «Темными» и «Адскими Гончими», стараясь не обращать внимания на выстрелы в фургоне. Он поднял взгляд на детективов, снял пистолет с предохранителя и поднес к виску. — Не дайте им выиграть, — Тсутому нажал на курок, чувствуя, как ярость к Покровителям начинает распространяться внутри. Секунда и вечное забвение. «Лучше умирать Гончими рядом с Покровителями, чем превращаться в Дворняг» — договоренность, которая не должна была исполниться… Тендо посмотрел на Ужиджиму, а тот на Савамуру и Сугавару. Единственное, что они еще могут — предупредить всех вышестоящих об опасности и провале задания. Остальное — известно лишь Богу…