My Obsession

Старая, побитая жизнью машина притормозила у дешевого мотеля богом забытого, затерявшегося в глубине штата Айова городишки Эйм с населением чуть больше двух тысяч человек. Сидевший за рулем мужчина несколько секунд рассеянно рассматривал кисти рук, с такой силой сжимавших руль, что побелели костяшки пальцев, а затем, глубоко вздохнув, разжал пальцы и, взяв с пассажирского места видавший виды рюкзак, покинул машину. Звук хлопнувшей двери вспугнул ночную птицу, окончательно разрушившую полуночную тишину своим пронзительным криком. Очередной штат. Очередной город. Очередной мотель. Очередной замкнутый круг – сначала и по новой. Дин Винчестер, в который раз без особого успеха пытался убежать ото всех и, в первую очередь, от себя самого. Запутавшийся, уставший, навечно проклятый бродяга, пытающийся спасти то немногое, что у него осталось. Зарегистрировавшись у сонного портье, даже не взглянувшего на документы незнакомца, мужчина взял ключи от номера и спустя несколько секунд вошел в свое временное пристанище. Какое, по счету – Дин не знал. Да, в общем-то, и не собирался акцентировать на этом внимание. Одним больше, одним меньше. Какая теперь, к черту, разница? Полупустой номер. Никакой роскоши – кровать с продавленным вдоль и поперек матрасом, покосившийся письменный стол и табурет у окна. Никакого телевизора DVD- плеера или даже магнитофона. Посетителями мотеля чаще всего были либо парочки любовников, скрывающиеся от надоедливых благоверных, либо такие же, как он, одинокие, уставшие путники. И тем и другим нет дела до таких предметов, как телевизор или радиоприемник. Лишь бы было, где ноги вытянуть и куда свою, и не только, спину примостить. Мужчина упал на кровать и закрыл глаза. С грустной усмешкой Дин вспоминал доброе, «старое» время. Когда-то давно все было так просто и понятно. И ему. И окружающим. Дин – примерный сын, безоговорочно следующий за всеми принципами и правилами, за железной волей отца. Дин - верный старший брат, готовый умереть и отправиться в Ад, лишь бы был жив младший братишка. Дин – преданный друг, готовый расшибиться в лепешку, лишь бы помочь друзьям или спасти их. Дин - охотник, отправляющий в небытие демонов, убивающий монстров и прочую нечисть, которую только может себе вообразить здоровый и не совсем человеческий разум. Все было так легко и прямолинейно. А теперь кто он? Нет, точнее, что он? Во что он превратился? Дин стал одним из тех, кого ненавидел, кого уничтожал, обращал в пепел и стирал с лица земли. Теперь он сам Монстр, на которого пора объявить охоту. Ату его, ату! Метка Каина день за днем, минута за минутой отравляла все его существо. Она звала, приказывала, повелевала, порабощала его. Когда метка в очередной раз взяла верх, Дин понял, что не сможет так жить. Больше и дальше уже нельзя. И хуже всего было не то, что он оставлял за собой горы трупов каждый раз, когда метка подчиняла его себе полностью. Дин Винчестер оставлял их и раньше за своей спиной. Можно сказать, он привык к этой оборотной стороне своей работы, своего семейного бизнеса. Хуже всего были страх, жалость и презрение в глазах тех, кто был ему дорог и кого он любил. Страха, конечно, было больше. Но и жалости с презрением хватало. Особенно в этих серых глазах. А еще Дина безумно раздражали эти жалкие фразы Сэма и Каса о том, что они смогут все преодолеть вместе, о том, что они обязательно найдут лекарство и спасут его. Бред сумасшедшего. Лекарства нет. И они, как и Дин, прекрасно об этом знают. Но пытаются вести себя с ним так, как, будто все так, как прежде. Словно он не ходячая бомба, готовая взорваться в любой момент и масштаб последствий этого никто даже предугадать не в состоянии. Нет же, его тупой младший братец изо всех сил делает вид, что все нормально, все как всегда. Как и Кастиэль. Как и другие. Все, кроме нее. Дин открыл глаза и уставился в серый потолок. Истинный этого его цвет или ночь его скрыла, он не определил. Да и неважно это сейчас. А важно то, что с момента последней встречи он все еще думает о ней. Странно, когда думаешь о девочке-подростке, которая не является твоей дочерью или родственницей. И думаешь часто и далеко не всегда о ней в дружеском или нейтральном плане. Это попахивает, прямо скажем, педофилией. Хреново, когда эта девочка – дочь твоего лучшего друга и по совместительству ангела. Это уже пахнет предательством. Хотя, сколько его было в жизни Дина Винчестера? Он уже и сбился со счета. Его предавали. Он предавал. Одним больше, одним меньше. Какая, теперь уже к дьяволу, разница? И как только Клэр смогла ему понравиться? Ведь кроме внимательных серых глаз, длинных льняных волос, смелости, решительности, ума и юношеского максимализма в ней больше ничего и нет. Хотя и это уже не мало. Она напоминала Дину его самого в шестнадцать лет и Джо. Джоанна. Еще один шрам на его сердце, клеймо на душе. Господи, как давно это было. Джо была ему, как сестра. И Дин потерял ее. Но он не должен потерять Клэр. Дин не сможет себе этого простить. Он просто убедится, что с ней все хорошо, что Клер нашла свою цель в жизни и, что в этом городишке ее никто не посмеет тронуть даже пальцем (хотя Дин не рискнул бы напасть на такую безбашенную девчонку, будь он даже безумно голодным вампиром). Просто посмотрит на нее издали, понаблюдает за ней. Просто будет некоторое время рядом. Просто убедится в том, что у нее все хорошо, и Клэр ни в ком и ни в чем не нуждается. А потом Дин отправиться дальше по шоссе в очередной штат, в очередной город, в безуспешной попытке спасти свою проклятую душу и жизни своих близких от себя самого. Может быть, ему даже удастся уговорить Клэр поехать с ним под любым предлогом. Если она откажет, что ж… Дин всегда будет в ее жизни, даже если Клэр и не будет знать об этом.