Crystalised

- Всюду ходит волк, волк. Он зубами щелк, щелк. Рябиновый круг замыкается, запирая внутри замершего, усмехающегося мужчину. Привычная усмешка, никак не изменившаяся за прошедшие годы. Холодный, льдистый прищур голубых глаз и естественная для этого человека самоуверенность. Питер Хейл не теряет самообладания. Питер Хейл спокоен, как и всегда. - Он зубами щелк, щелк, - Стайлз, стоя с другой стороны рябиновой преграды, совершенно безбоязненно тянет длинные паучьи пальцы к чужому подбородку, касаясь с ледяной, мертвящей мягкостью, с отравляющей нежностью. - Я выиграл, Питер. Я нашел тебя. Холодные пальцы скользят по шее, к ключицам, обводят по краю вырез футболки. Не нужно быть оборотнем, чтобы прочувствовать, учуять эмоции человека, во второй руке которого как влитой лежит крупнокалиберный “Орел”. Азарт, похоть, облегчение. Питер наклоняется так близко, как может себе позволить, разглядывая приглашающе приоткрывшиеся губы. - Пиф-паф, - приподнимает одну бровь, глядя в темные глаза. - Может, ты наконец-то выстрелишь в меня? - Ты в прошлый раз тоже не был милосерден, - Стайлз ведет рукой по груди оборотня, поглаживая, распаляясь сам и вызывая ответное возбуждение. - Ты оставил меня в лесу, прикованным к какой-то хреновой арматуре. - Я оставил тебе плед, - Питер опускает взгляд, рассматривая длинные пальцы, медленно оглаживающие грудные мышцы. - Мой плед, - вздыхает Стайлз, качая головой. - Ты трахнул меня и оставил в лесу прикованным к арматурине, предварительно завернув в плед. Ты очень заботливый любовник. - В Эль-Пасо ты прострелил мне колено после того, как отсосал на задворках паршивого клуба. Так что, да. Я заботливый любовник. - Я должен был прострелить тебе голову, - Стайлз прихватывает пальцами твердый сосок, слегка сжимая, и убирает руку, опуская взгляд вниз, чтобы удостовериться в сохранности рябинового круга. - Я и сейчас должен прострелить тебе голову. Дерек убьет меня, когда узнает, сколько раз я этого не сделал. - Ты прекрасно умеешь лгать, малыш, - Хейл пожимает плечами, стараясь сохранять равнодушное спокойствие, несмотря на то, что Стайлз, поставив пистолет на предохранитель и заткнув его за край джинс, скидывает куртку и начинает стягивать с себя майку. - Он убьет меня, - Стайлз влажно облизывает губы, отбрасывая тряпку в сторону, - если узнает, что я трахаюсь с тобой. - Ревнует? - Питер едва слышно рычит, разглядывая тренированное тело, украшенное вязью татуировок. - Ты спрашиваешь, сплю ли я с ним? - Стайлз снова подходит к рябиновому кругу, откровенно демонстрируя себя. Питер внимательно рассматривает его “обновку” - маленькое серебряное колечко в правом соске. - Нравится? - тем же тоном спрашивает Стайлз, не дождавшись ответа на предыдущий вопрос. - Хорошо выглядит, - честно отвечает Питер, отводя взгляд. - Так что, может, выстрелишь уже? - Я не сплю с Дереком, - все же отвечает Стайлз, движением ноги разбивая защитный круг, подпуская низко, возбужденно зарычавшего хищника к себе. - И когда-нибудь я выстрелю. Вервольф мягко покусывает нежную кожу шеи, сквозь запахи аконита и пороха находя естественный, дурманяще-пряный, родной, единственно нужный аромат возбужденного, принадлежащего только Питеру тела. - Когда-нибудь, - соглашается Питер, бесстыдно ощупывая крепкие ягодицы, толкая охотника к стене. - А может быть, ты когда-нибудь пошлешь моего племянника и Дитона с их идеями вернуть меня в Эхо. - Не раньше, чем мне надоест простреливать тебе колени, - Стайлз держит пистолет в руке, обхватывая Питера за шею и скрещивая ноги на его пояснице. - И не раньше, чем тебе надоест просыпаться в лесу, прикованным к арматуре? - Оттраханным и завернутым в плед, - нежно шепчет Стайлз в чужие губы, - это ведь совершенно другое дело.