Последнее "Урра!"

Билли сидел на диване, уткнув локти в колени. Рядом с ним сидела Энни, склонившись к отцу и обсуждала смерть Эдди тихим, мрачным голосом. - Фрэнк был там, когда это случилось, - Шульц провел рукой по голове. – Он сказал, что врач, - Эдди называл его Шредер, - привязал его к столу, чтобы удержать в его офисе наверху. И этот су… Шульц закрыл глаза, прежде чем продолжить. - Он не сделал… как это называется, не дал анестезию. Сказал, это не потребуется. Он пытался вспороть Эдди просто так, без ничего. До того момента, когда Фрэнк настоял, чтобы доктор не пытался вскрыть Эдди на живую. Тогда он использовал единственное средство, что было в аптечке - лошадиную дозу виски. Бостонец подавил желание подпрыгнуть. - И тогда Шредер подождал несколько минут, прежде чем воткнуть нож в грудную клетку Эдди. Без подготовки, без ничего. Я имею ввиду, я знаю, Эдди хотел что-то подпольное, и этот Шредер был лучшим, что можно достать за деньги. Но он просто стоял и смотрел, как Эдди корчится на столе. Фрэнк сказал, тот использовал что-то вроде ручки… Все трое подскочили, когда на всю квартиру прозвучал громкий стук. - Вы кого-то ждете? - Нет, но все нормально. Я открою, - радостный, что смог отвлечься, Билли поспешил к двери. - Эй, Уолш. Ты это у меня оставил, - сказал Конагер, держа бумажник в руке. Из-за его спины выглядывал Лоуренс, с другой стороны был Никлас. Доктор не сводил глаз с мужчин в костюмах, стоящих у двери. Улыбка сползла с лица техасца, когда он увидел выражение лица мужчины на диване. - Э-э, не хотели мешать. Просто решили навестить Уолша. Старые приятели с работы. -О, так это вы, - улыбка Энни стала еще шире, она поднялась с дивана. – Я просила Билли рассказать о вас подробнее. Тишина заполнила комнату. Билли переминался с ноги на ногу, Энни прокашлялась. - Ты не собираешься меня представить? - Хорошо, - Билли замялся. – Это… - Дэлл Конагер, - улыбка техасца была искренней, но глаза его быстро метнулись к мужчине на диване. Что-то в его поведении заставило желудок Конагера сжаться. – Приятно познакомиться. Это мой приятель, Лоуренс Манди, а парень за моей спиной – Никлас Шредер. - Шредер? – шепот, полный яда, донесся из комнаты. Глаза Конагера впились в мужчину. Но именно Никлас удостоился пристального взгляда Шульца Каброне. Новопризнанный босс мафии поднялся на ноги, его бледное лицо стало ярче в свете из окна. Когда он заговорил, голос его был подозрительно мягким. - Эдди Каброне. Этого было достаточно, чтобы Никлас побледнел. Не отрывая взгляда от босса мафии, Никлас схватил дверную ручку и попытался закрыть дверь. Но прежде чем он смог что-то сделать, охранники шагнули к ним, полностью заблокировав пути отхода для трех наемников. - Так это был ты! – Шульц подошел к доктору, руки его сжимались. – Я думаю, что узнал тебя. - Погоди, - обернулся к нему Билли. – Это ты тот шарлатан, что убил … - Это было ненамеренно, - Никлас расправил плечи, стараясь казаться таким же высоким, как и человек, нависший над ним. Лоуренс и Конагер молча шагнули в стороны, чтобы они втроем стояли ровной линией. Воздух просто гудел от напряжения, Билли и Энни замерли в дверях крошечной прихожей. Их взгляды скользили от трех наемников, которые казалось, еще больше нервничали, к темным глазам босса мафии, который неспешно, словно акула, приближался к своей добыче. Конагер выставил руки вперед и нервно усмехнулся. - Джентльмены, давайте не увлекаться, а? - Ты убил моего брата. - Я бы никогда не убил клиента специально, - заявил Никлас. Ну да, за годы практики за ним тянулся порядочный хвост из мертвых тел. Но убить человека, который заплатил так хорошо. – Я не знаю, что случилось. Это было правдой. В первые дни после смерти Эдди Каброне, Никлас долго прокручивал в голове все детали той злополучной операции. И ничего из этого не проясняло ситуацию. К моменту, когда скальпель коснулся тела Эдди, тот был мертв. Нет дыхания, нет пульса, нет признаков мозговой активности. И даже меди-ручка не поможет. Шульц ткнул медика пальцем в грудь. - Лжец! Никлас напрягся и сжал в кармане перочинный нож, радуясь, что не оставил его дома. - Я бы посоветовал не прикасаться ко мне больше. - Ого, - Шульц усмехнулся. – Я не только прикоснусь к тебе. Слова обратились в оскал. Шульц бросился к доктору, но был остановлен Лоуренсом и Конагером. Один на одного. Что же, неплохие шансы, учитывая, с какой расстановкой сил им приходилось сталкиваться ранее. Они безоружны, а у мафии минимум один пистолет на троих, но ведь могло быть и хуже. Комната вдруг ожила, словно прозвучал неслышимый сигнал. Двое метнулись к Конагеру, и тот встретил их кулаками. Третьего Лоуренс схватил и, переместив вес назад, опрокинул навзничь. Пронзительный крик был неожиданным, и Билли потребовалось мгновение, чтобы осознать, что это кричит Энни. Здравый смысл подсказывал ему не вмешиваться. Разум кричал, что тот должен помнить ради чего тот работал последние два года: стабильная жизнь и постоянный доход, который не зависит от численности снесенных голов. Для Энни. Быстро, не осознавая даже, что делает, Билли схватил старое пальто, которым были обернуты биты, хранимые для возможной игры с братьями. Он вскочил между Конагером и членом банды, отражая удар, направленный в сторону техасца. Не оружие Манн Ко., но тоже действенно. Следующий удар пришелся прямо в лицо Билли. Тот засмеялся и треснул злоумышленника битой по локтю. Раздался оглушительный треск и крик. Человек свалился на пол с глухим стуком. - Должен сказать, парни, мне этого не хватало, - Билли подбросил биту и поймал ее обеими руками. Он потоптался по чьей-то черепушке, услышав треск ломающейся кости. - Это все, на что вы способны?– Билли взмахнул руками, но кажется, мужчин не особо впечатлила его боевая стойка. В другом конце комнаты у Лоуренса дела шли не так сказочно. Он никогда не любил кулаки, предпочитая, чтобы пули делали все за него, а это проблематично, когда бойцы Шульца окружили его. Для человека не менее шести футов роста, бандит был легок на подъем и танцевал вокруг снайпера, словно профессиональный боксер. Лоуренс двигался медленно, вращаясь по кругу, чтобы следить за Шульцем. Что же там рассказывал Доу, много лет назад, в Туфорте, когда Лоуренс подошел к нему и попросил обучить кулачному бою? Точно. Прикрыть лицо руками. Кулаки Лоуренса поднялись на уровень скул. С другой стороны, кулак Конагера столкнулся с челюстью невысокого парня. Техасец отступил назад, потрясая кулаком, и поступил более чем неспортивно - пнул мужчину ногой в пах. Торжествующе улыбаясь, техасец наблюдал, как тот упал на пол. Лоуренс мотнул головой, избегая удара. Кулак просвистел мимо его уха, и австралиец отклонился назад, храбро держа кулаки, но, прежде чем он смог воскресить в памяти еще что-то из тех сумасшедших уроков самозащиты, что-то стукнуло Лоуренса по ноге. Тот подскочил, но потом заметил, что это бы пистолет. - Думаю, это можно использовать, - Билли показал техасцу большой палец, другой рукой продолжая размахивать битой. Лоуренс попытался отклониться, но огромный кулак врезался в его ключицу. Что-то хрустнуло под кожей, и он резко выдохнул, прижимая руку к ключице, в которую, казалось, воткнули сразу дюжину ножей. Это все, что было нужно противнику Лоуренса. Хрипло зарычав, он ударил австралийца в лицо, и тот рухнул на пол. Мерзавец же явно намеревался пнуть снайпера в живот. Лоуренс едва осознал, что Конагер рядом грязно выругался. Затем оглушительный звон заложил уши. Моргая и смахивая кровь, австралиец охотился за пистолетом, ощущая под ладонями лишь ковер. Нога противника нависла над его головой. Пальцы Лоуренса сжались вокруг рукояти. Он перевернулся на спину и нажал на курок. Когда ствол выстрелил, Лоуренс понял, что согласен с Билли. Несмотря на то, что лицо его было разбито, он чувствовал как гудит адреналин в ушах, и ощущение оружия в руке грело его душу. О Боже, ведь и впрямь был таким же психом, как и остальные. Противник закричал, когда пуля раздробила коленную чашечку. Мгновение спустя четыреста фунтов веса рухнули на австралийца, выбив оставшийся в легких воздух. Используя ноги, как рычаг, Лоуренс спихнул с себя корчившееся тело и поднялся, держась за спинку дивана, как за спасательный круг. - Хватит! Все в комнате замерли. Лоуренс гляну на кровавое месиво перед Билли, который стоял с битой, окрашенной в красный. Глаза бостонца были устремлены к Шульцу Каброне, который в этот момент сжимал горло Никласа, стоя в прихожей. В свободной руке босса мафии поблескивал пистолет, направленный прямиком в тело врача. Перочинный нож он выбил из рук, и тот, ударившись о журнальный столик, покатился прочь. Человек, который напал на Конагера, был в ярости. Он бросился на техасца, но тот резко отскочил в сторону и нападавший ударился о стену. Раздался выстрел. - Я сказал, хватит, - сказал Шульц, размахивая пистолетом, а потом прижал его к Никласу, развернув к наемникам так, что они могли видеть, как бьется его пульс. Медленно, Шульц потянул врача за собой через комнату. Пистолет не дрогнул. - Я считаю себя разумным человеком, - сказал Шульц, крепче сжав пальцы на шее Никласа. Тот посинел, - Я считаю себя разумным человеком, и считаю неразумным, заводить врагов, если в этом нет необходимости. Шульц встряхнул Никласа, так, что тот подпрыгнул на месте. - Этот человек – ваш друг. Я понимаю вашу реакцию и даже одобряю. И если не учитывать ваш выбор друзей, с вами двумя у меня проблем нет. Даже с тобой, Билл, при условии, что ты превратил одного из моих людей в отбивную. Билли взглянул на окровавленного, хнычущего человека у его ног. Насколько он мог судить, тот будет жить, но красавчиком его уже никто не назовет. - Потерял контроль, да? – Шульц усмехнулся. – Кажется, Энни никогда не упоминала о твоем… нраве. Энни! Билли устремился к девушке, которая замерла у дивана; лицо ее было заплаканным. Когда он посмотрел на нее, Энни постаралась прижаться к стене и испариться. - Энни? Но прежде чем она смогла ответить, Шульц стал перед ней, закрывая от Билли. - Есть более насущные вопросы, мальчик, - сказал Шульц. Никлас все еще висел в его руках, слабо пытаясь освободиться. – У меня остались нерешенные дела с этим парнем, и я намерен их разрешить. Но, чтобы не произошло сейчас, все зависит от вас. - Не увлекайся, приятель, - поморщился Лоуренс и шагнул вперед, впрочем, тут же вернувшись назад – Шульц взвел курок. Когда он двигался, его рука задела журнальный столик. - Даже не пытайтесь, Мэнди. - Манди. Глаза Шульца яростно вспыхнули. - Плевать, как там вас зовут. Вы трое можете уйти, а доктор Шредер пойдет со мной. - Нет такого варианта, черт тебя дери, что мы оставим его тут, - зарычал Конагер, сжав кулаки. – И мне плевать, даже если придется тебя избить своими собственными руками. Шульц пожал печами. - Как знаете, парни. Улыбаясь, босс мафии повернул голову Никласа. Шульц мгновение рассматривал врача, прежде чем заговорить. - Я бы с удовольствием порошил вас на сотню мелких кусочков, но из-за ваших друзей придется немного поторопиться. Думаю, вам повезло. Курок дернулся в пальцах. Что-то серебристо мелькнуло, воздух просвистел мимо Конагера, словно крошечная ракета. Шульц нахмурился. А затем упал. С криком Энни свалилась на колени рядом с отцом, который схватился за рукоятку ножа медика, который по основание застрял в горле Шульца. В другом конце комнаты стоял Лоуренс и улыбался, сверкая очками, не смотря на дикую боль в груди. Да. Он по-прежнему был хорош. Трое охранников смотрели на своего поверженного босса, с разной степенью ужаса и шока на лицах. Но, прежде чем они смогли отреагировать, комнату прорезал вой. Он становился все громче и громче, пока полностью не заглушил все остальные звуки. - Кто-то вызвал копов, - наименее пострадавший мафиози взглянул на двух своих соратников. Он поспешил к Шульцу, поднял его на плечо, посмотрев на Никласа, который потирал горло. Бросил взгляд через плечо. – Это еще не конец. Стивен, уведи девушку отсюда. Билли зарычал и шагнул вперед, когда головорезы подняли окровавленную Энни на ноги. Он успел сделать полшага, до того как Лоуренс дрожащей рукой остановил его. - Мы должны валить отсюда, приятель. Конагер схватил бостонца за руку, увлекая его к двери. Билли уперся, стараясь освободиться. - Энни! – голос его прокатился эхом по квартире. - Давай же, парень. Сможешь найти ее позже. Билли вырывался, едва не рыча от отчаяния. Техасец развернулся, и Билли понесся к двери, вновь забегая в квартиру. - Энни! В комнате было пусто. Бостонец уставился на разбитое окно. Сквозь развевающиеся занавески он видел пожарную лестницу, ее ржавый каркас напротив кирпичной стены. Внизу, черный автомобиль взвизгнул шинами и исчез в облаке белого дыма. Запах горелой резины дрейфовал к окну. Глаза Билли заслезились. Ее уже не было. (-) У Никласа сбилось дыхание, поскольку он старался не отставать от остальных. На его горле расцвел фиолетовый синяк, подтверждая то, что захват Шульца был отнюдь не ласковым. Кожа на висках пульсировала, - после того, как Шульц Карбоне выстрелил в окно, а затем прижал пистолет к Никласу, дуло было раскаленным докрасна, и у доктора остался ожог в доказательство этому. Рядом шел Лоуренс и рылся в карманах в поисках ключей от фургона. Резкая боль в груди сменилась глухой пульсацией при каждом вдохе. Он не был уверен, от шока ли это, или от повреждения нерва, но был благодарен за то, что не чувствует резкой боли. - Сделай одолжение, приятель, - Лоуренс вздохнул. – Когда соберешься в следующий раз кого-нибудь прикончить, убедись прежде, что на нас потом не объявят сезон охоты. Врач покачал головой. - Это не я. Сначала я думал, что это моя вина. Но потом… я должен был догадаться раньше. - Что тогда случилось? - Мышьяк. – Выдохнул Никлас. – Или что-то вроде того. Судороги, нет видимых повреждений органов, чтобы я смог использовать меди-ручку. Прежде чем я начал процедуры, он пожаловался на головную боль. Но я списал все на нервы. Я не знаю, кто убил господина Кабоне, но точно не я. - И когда ты понял это? Никлас косо глянул на Лоуренса. - Вы будете удивлены, к каким соображениям можно прийти, когда вас схватят за горло. Кто-то задел плечо медика. Это был Билли, с непроницаемым лицом шедший вперед. - Поторопитесь, ослиные задницы. Вы же сами сказали, надо валить. Ветер хлестал в лицо Билли, свист почти заглушал вой сирен. Несмотря на произошедшее, Билли чувствовал облегчение. Он еще никогда не сталкивался с ситуациями, которые нельзя решить, быстро убежав. Один звук преследовал Билли на пути к фургону. Тихий, прерывистый плач Энни.