Игры судьбы с драконьим разумом

Это нелегко для великого ума — допустить чье-то превосходство (Шерлок)

Лес… «Снова лес…» Кира непонимающе посмотрела вокруг себя, пытаясь определить свое местонахождение. Где архитектура, которая должна была свести с ума своим великолепием? И главное — где те хваленые эльфы из современных романов с холодной красотой и равнодушным взором?! Девушка быстро сняла пальто — видимо они находились на другом краю земного шара, и здесь был как раз разгар лета. Никакой радости от этой новости она не почувствовала. «Какая, к черту, разница среди каких кустов гулять, где эльфы?!» — Кира перевела задумчивый взгляд на Скарона, ожидая объяснений. — Почему-то многие думают, что если разумен, значит такой же. И мало кому приходит в голову, что расы разные и психология у них тоже разная. Например, часто людям бывает неуютно оставаться надолго один на один с самим собой. И кажется, одиночная камера для преступника остается наиболее актуальной и жесткой пыткой, разве не так? Что же касается эльфов, то у них все наоборот. Они терпеть не могу находиться в толпе. Им отвратителен гул улиц, и им совсем не интересно собирать сплетни друг о друге. И пусть, конечно, эльфы не отличаются практичностью в обыденной жизни, но решить, что видеть они хотят друг друга только по праздникам и договориться об этом они как-то смогли. — То есть? — Кира поняла к какому пришли решению эльфы, но это казалось слишком не реальным. — В эльфийском лесу нет ни одного города, даже столицы и той не существует. Все эльфы стараются жить вдалеке от своих сородичей. Забавно, правда? — Скарон аккуратно сдавил бока лошади, вынуждая ее идти вперед. Покорная кобылка Киры беспрекословно двинулась за Касом. — Но ведь, — Выражение «отпала челюсть» всегда казавшееся преувеличением, сейчас было кстати, — что тогда творится с их экономикой? Как они так живут? А торговые лавки? Как это все понимать? — У эльфов целый арсенал магов, и обеспечить каждый дом телепортом не составило никакого труда. Что же касается лавок, то почему бы не пожертвовать несколькими комнатами своего дома, когда живешь в огромном особняке, — Часто интерес Киры к его миру забавлял. Он с удовольствием мог пересказать ей какую-нибудь легенду или историю, которую узнал еще будучи совсем ребенком. Взамен она рассказывала о чудесах, творившихся в ее родном мире. Всегда эти истории были разными, как и настроение рассказчицы. Иногда же она оживала по особенному, тогда ее глаза искрились таким вдохновением, что он не мог не улыбнуться и не поверить ей. Но сегодня ему было не до собеседницы, и тем более не до поучительных бесед, обычно заканчивающихся спорами. Все его внимание было сосредоточено на тропе, ведущей к дому, который он не посещал уже десять лет. «И был бы счастлив, если не бывал бы здесь столько же…» — Подумал Скарон, хмурясь еще больше. Метаморф никак не мог подобрать стиль беседы, в которой хотел выдержать весь разговор с беспринципной крысой. Последний поступок Ру задел его не только как друга, но и как профессионала. В этот раз эльф позарился на заказ, ЕГО заказ! Кира, чувствующая настроение Скарона интуитивно, быстро замолчала, прекратив всяческие расспросы. К перепадам настроения она относилась с пониманием, поэтому нежелание собеседника разговаривать она перенесла довольно просто, погрузившись в собственные мысли. Идея жить уединенно от остальных одновременно пугала и завораживала. Во время небольшой совместной поездки с Ру девушка не могла заметить каких-то существенных отличий между собой, метаморфом и эльфом. Все они казались ей несколько чудноваты, но ни одна странность не выходила за рамки обычного. Впрочем, Скарон как-то говорил, что ни Ру, ни он сам не являются показателями нормальности этого Мира. Но в таком случае получалось… Что получалось девушка так и не смогла решить, отвлекшись на дом, видневшийся за цветущими деревьями. — Дорический стиль. Классический период- расцвет греческого искусства… — Слова из учебника всплывали сами собой, пока девушка неспеша объезжала небольшой домик, выполненный из белого камня. Мраморные колонны, оплетенные редким вьюном, были единственным украшением дома. Благородство и гармоничность. Здание такое типичное для Древней Греции и необычное в настоящее время. Когда-то девушка мечтала попасть в Афины только ради того, что бы увидеть Библиотеку Адриана. И вот сейчас она здесь, видит не руины, а настоящий, подлинный памятник. Впрочем, конечно это был не крик из ее родного древнего Мира, а всего лишь чей-то дом. — Кира, — Развернувшись всем корпусом в сторону метаморфа, она поспешила к главному входу, около которого ее уже ждали. — Мирного леса вам, путники, — церемонно обратилась эльфийка, встречающая гостей у порога. Девушка замерла, забыв обо всем на свете, как только увидела кто стоит перед ней. Впервые Кира не могла поверить своим глазам, передававшим портер эльфийки сознанию. Красивая? Нет, слишком простое слово, которое не было ее достойно. Она была лучше любого сравнения, которое могло придти на ум. Светло-сиреневая кожа, так напоминавшая о любимой весне в родном Мире, приятно сочеталась с янтарными глазами, знавшими о тебе все. Нечеловеческие черты лица были лучше, изящнее, красивее всего, что девушке посчастливилось увидеть за всю свою жизнь. Больше всего внимание Киры привлекал рисунок на теле эльфийки. Белая линяя узора постоянно двигалась, меняя вариации цветков и листьев, оплетающие руки и шею встречающей, изредка забегая на острые скулы. — Добрый день, Сари, — Скарон без промедления припал на одно колено, аккуратно целуя руку эльфийки. Сариэль, равнодушно изучавшая художницу, внезапно улыбнулась теплой улыбкой. — Демоническая кровь, солнышко, смешиваясь с эльфийской иногда способна творить чудеса. — Здравствуйте. Меня зовут Кира, очень приятно познакомиться, — быстро пролепетала девушка, не обратив на обычно раздражающее «солнышко» ни капли внимания. Легкий реверанс из старого кино немного сгладил нервозность. — Сариэль, — Эльфийка чуть склонила голову в знак уважения. Кивнув своим мыслям, она резко продолжила, — Скарон, Ру ждет тебя. Следуйте за мной, ребятки. — Не переживай, Сари и Ру самая нестандартная пара сего леса. В этом тебе не повезло. Кира приподняла бровь в знак удивления. Легкие взгляды, которые бросали друг на друга метаморф и эльфийка, неприметные слова «ребятки» и «солнышко». Девушка чувствовала, что здесь он не был чужим. Скарон быстро поравнялся с Сариэль, ненадолго позабыв о своей спутнице, уверяя себя, что здесь та в безопасности. — Как дела, Сари? — Уже лучше, — загадочно произнесла эльфийка, бросив еще один заинтересованный взгляд на неуверенно идущую за ними Киру. — Мальчик, не рубани с плеча, хорошо? Я, конечно, оставила свои медикаменты в гостиной, но у меня сегодня выходной. Скарон недовольно пожал плечами, не зная, что следует ответить эльфийке. Слишком многим он был обязан этой семье. Наверное, поэтому он не мог решить, как вести себя с Ру. — Очень постараюсь, Сари, — вынужденно ответил он под внимательным взглядом эльфийки. — Что ж, я думаю, вам стоит поговорить наедине, — Сариэль жестом указала на дверь, за которой расположился ее муж. Скарон сразу понял, что Ру стал третьим в диалоге между ним и эльфийкой. Метаморф приглушенно зарычал от досады. Вот почему он не любил навещать этот дом. Эта парочка была лучшим доказательством того, какой силой могут обладать двое, зная друг друга лучше, чем себя. Они были древними. Они были сильными. Они были мудрыми. Эта мысль, именно к ней вела Сариэль весь их непродолжительный диалог. Не было никакой разницы, как он повел бы себя с ними. Если они захотят — они снова обведут его вокруг пальца, как сейчас. Оставалось только радоваться тому, что для них он был почти сыном, а желать вещественного вреда родственнику у древних каралось вечной мукой.  — Кира, не хотела бы ты составить мне компанию? Я хотела показать тебе ледяной сад, думаю в твоем Мире таких чудес еще не придумали. Девушка чуть вздрогнула, по-новому смотря на эльфийку. «Скарон был прав, Сариэль и Ру стоят друг-друга». — Что ж, почему бы и нет, — Она улыбнулась, впервые позволяя себе полностью расслабиться за этот месяц. *** — Тихого вечера, странник, — Ру отставил от себя недопитый кофе. — Добрый день, — Не требуя разрешения, Скарон сел в широкое кресло напротив стола друга. Пробежавшись профессиональным взглядом по уставшему лицу эльфа, он добавил, — Кажется, проблемы возникли не только у меня. Ру лишь усмехнулся, следуя примеру метаморфа и присаживаясь в идентичное кресло. Чувствуя свою вину, эльф никак не мог посмотреть в темные глаза друга, разочарование и гнев которых убивали разумность любого аргумента наповал. Сегодня его принципы обманули его же самого. За свою жизнь он попробовал многие эмоции на вкус. Предательство друга оказалось гаже всех прежних. — Почему ты это сделал? — Скарон также старался избегать прямого взгляда, предпочитая рассматривать корешки книг в стенном шкафу за спиной эльфа. — Скарон, — Ру зажмурился, устало потирая виски. Количество проблем с каждой минутой только нарастало. На первый взгляд каждая из них казалась тупиковой, не имеющей решения, но возможно… — Скарон, — повторил эльф больше для себя, нежели для спутника, — я связан словом, которое нарушить не мог бы ни при каких условиях. Ты знаешь, насколько погано я себя сейчас чувствую. Я не могу и не хочу раскрывать свои карты, к тому же политика никогда тебя не интересовала, верно. На интуитивном уровне ты догадываешься, почему я так поступил. Прости меня, не обещаю так больше не делать, но я постараюсь. К тому же… Эльф рукой пододвинул шкатулку, кокетливо перевязанную желтым бантом, ближе к метаморфу. — Я отдаю тебе ее обратно. Мы в расчете? Скарон придирчиво изучил шкатулку, прислушиваясь к размеренным ударам сердца. — Ублюдочный мудак. — Не удивил, — Подразнивая, заявил Ру. Плечи расслаблены, на лице добродушная улыбка хозяина жизни. Скарон в который раз удивился темпераментности друга. С каким азартом тот любил примерять разные маски, вживаясь в новый образ, обдуривая окружающих. Меняется все, и за всем этим стоит один эльф, который возможно просто не хочет показать себя самого. Сейчас он снова заводной и легкий, и с ним приятно иметь дело. Завтра он уже будет другим, и остается только удивляться его актерскому таланту, направленному в страшное русло. «Просто он уже забыл, каким он был на самом деле» — Приходит дикая мысль в голову. Ру хитро подмигивает своему собеседнику, и метаморф понимает, что сегодня ему подарили еще одну разгадку. *** Они встретятся там, где нет темноты. Они увидят друг друга в хаосе света. Они скажут пару слов в оглушающей тишине. — Скарон больше не дуется на тебя? — Сариэль привычно лежала на коленях мужа, чувствуя, как тот аккуратно распутывает последний узел, в который еще утром служанка потрудилась завязать ее волосы. Сегодняшний вечер прошел в приятной, непринужденной обстановке. Скарон с Кирой оставались погостить еще на несколько дней, это было предусмотрено эльфийским гостеприимством, отговориться от которого оба не смогли. Впрочем, не сильно то и пытались. Сариэль видела, что Скарон, несмотря на внешнюю браваду, успел соскучиться по ней и по ее супругу. «И после этого он забудет о нас еще на несколько десятков лет», — Сари печально улыбнулась своим мыслям, признавая правоту метаморфа. Эльф бережно взял жену за руку, показывая одним жестом всю любовь, которую он испытывает к ней всю жизнь. — Я постарался докричаться до разума, как видишь, за десять лет он его не растерял. Я бы даже заметил, что за это время он стал менее вспыльчив. …Они любили вечерние прогулки. Прогулки в сопровождении звезд и самих себя. — Не может не радовать. Они замолкают, наслаждаясь пением птиц. Абсолютно свободных и бездумных. Эльфы не привыкли очеловечивать животных, предпочитая наслаждаться ими, как дарами природы. Легкий свист, похожий на звук свиристели, перекликается с еле слышным гоготом. Музыка вечного лета успокаивает нервы, расшатавшиеся за день. Теплый ветер шепчет на ночь какие-то детские сказки. Все они переполнены надежд и непринужденной наивности. По весу они такие же легкие, как сны, которые никто никогда не запоминает. Они успеют остановить мгновение, не успевшее разрушить идиллию, спугнув чахлую ворону. — Ты помнишь наш спор? У меня появилась идея, — Сариэль отмахивается от ветра, кутаясь в теплых халат. Ей нужно было вспомнить о деле, а не давно забытую сказку о демонах. — Повествуй. — Кира. Ты же заметил ее энергию. Сегодня мне казалось, что я захлебнусь в потоке разнообразных эмоций, которыми она, не специально, конечно, делилась со мной. — А ты не хотела верить моим словам, — В голосе Ру послышалось ленивое недовольство. Обычно таким тоном говорят с родителями дети, не заполучив не слишком желанную игрушку. — Потому что ты как всегда все преувеличил, — Сариэль показала язык, от чего они оба рассмеялись. — И что же ты все-таки хочешь? — Отсмеявшись спросил Ру. — Отправим Лаи вместе с ними. — А меня сразу в сумасшедший дом сдадим? — Отдохну от тебя хоть пару денечков, а ты там друзей может быть наконец найдешь. — Я догадываюсь, что свое решение ты обдумывала дольше, чем я, когда делал тебе предложение руки, сердца и прочих органов, — Ру ненадолго замолчал, взвешивая все за и против. — Хорошо, но ты помогаешь справиться мне с этим дурдомом. Один я его не потяну. Староват, наверное стал. — Смотри, как бы песок не посыпался… *** Негласно северная гостиная сделалась общей комнатой, в которой любили собираться все жители дома. Обычно Кира проводила вечера за книгами, увлеченно читая историю Мира. Больше всего ей нравились рассказы о демонах, живших здесь до появления трех сильнейших магов. Детские сказки, нереальные факты, сухая история — все смешалось в голове, закрутившись в один тугой ком. Скарон где-то пропадал. За те несколько дней, что они гостили у эльфов, девушка пересеклась с метаморфом всего пару раз, и то вечером, как раз в этой комнате. Вот и сейчас он появился вместе с эльфом, оживленно беседуя о чем-то своем. Редко их навещала эльфийка. На гостей она обращала внимания ровно столько же, сколько на пыль, собравшуюся на старом комоде. По началу такое поведение раздражало, впрочем, когда изящная фигура скрывалась за фортепиано, все обиды забывались. — От демонов мне передалась целесообразность, которая помешала мне когда-то научиться играть. За десять лет я знала только как играются гаммы, и на этом энтузиазм моих родителей иссяк, — Подсаживаясь на софу к Кире, произнесла Сариэль, — Но дочь, как ты видишь, пошла не в меня. Впрочем, на Ру она тоже не сильно похожа. Кира удивленно перевела взгляд на молодую эльфийку, чья внешность ни капли не отражала характеры родителей. Голубые равнодушные глаза, смотрящие вдаль. Густые белые волосы, заплетенные в тугой хвост. Тяжелое вельветовое платье в пол, — все это было полнейшей противоположностью Ру и Сари. — Не стоит удивляться рассеянности моей дочери. Она влюблена. — Звучит, как диагноз, — Кира улыбнулась краешком губ, заметив, как похожа Сари на педиатра из местной поликлиники, стоит только эльфийке начать говорить о медицине. Видимо некоторые повадки, интонации и взгляды были неотъемлемой частью любого врачевателя. — По сути это он и есть. Несмотря на свою непостоянность, эльфы любят почти один раз за всю свою жизнь. Вернее, это даже не любовь, но в человеческом лексиконе только это слово хоть как-то способно доступно описать чувства, которые испытывает влюбленный эльф. К счастью, это чувство доступно не многим. Сариэль устало потянулась. Весь сегодняшний день ей пришлось пробыть в замке рядом с Итилгаем. Легенду о страшном вирусе, который резко поразил весь эльфийский лес (играть на мнительности эльфов она научился уже давно) включая владыку, следовало поддерживать. Эльфийка устрашающим ураганом носилась по дворцу, припахивая к работе нужных ей людей. Несколько раз она успела навестить Лаи. Та болела по настоящему, но хвала демону-завоевателю, осложнений, которых так опасалась знахарка, не последовало. — Нет, Ру! Хватит с меня твоих интриг, еще от первой не отплевался! — Проси любую услугу, взамен этой, — сквозь зубы прошипел эльф. Девушка невольно вздрогнула, кутаясь в легкую шаль. Черные зрачки эльфа, полностью скрывавшие белок глаз, вызывали страх. Он привык брать на себя роль хищника, наступая своего оппонента, давя своей силой. — Умерь свой пыл, Ру. Такой спектакль будешь показывать своим подчиненным, — Скарон улыбнулся, правда Кире показалось, что улыбка больше походила на оскал. Поведение метаморфа тоже незаметно поддалось изменениям. За те несколько дней он осунулся (впрочем, возможно это были лишь излишки личины), повадки его больше подходили волку, нежели человеку, а взгляд серебряно-стальных глаз упрямо отвечал на немой вызов эльфа. — Любое твое желание, на небольшую услугу. Почему ты не хочешь? — Потому что мне одной девчонки хватает! Ты думаешь, я не устал нянчиться с ней, как с ребенком?! А ты хочешь посадить на мою шею еще и вашу драгоценную принцессу?! Удар. Не физический, но кто сказал, что душевная боль переживается быстрее и легче? Кира поднесла руки к щекам, стараясь скрыть румянец. «Девчонка, с которой нужно нянчиться» Не приятно. И хочется уйти отсюда, злясь на весь свет. Ей казалось, что из них могла бы получиться прекрасная команда. А он о ней… «Девчонка» — Эхом повторила сама для себя девушка. К счастью, никто не заметил, как резко изменилось ее настроение. Эльфы, оказались на редкость тактичнейшие и эгоистичные существа, мало беспокоящиеся о чужих чувствах. — Я не прошу, что бы ты отвечал за нее. Она взрослая эльфийка, и я уверяю тебя, сумеет постоять за себя. Просто возьми ее с собой на несколько дней. Ей нужна поддержка, как тебе, когда ты… Скарон сильно ударил по стене, не желая ворошить свое прошлое. — Два любых желания. Насколько глупы или позорны для тебя они не были, — Сквозь зубы шипит метаморф. Губы растянулись в обескровленную тонкую линию, глаза горят гневным огнем, мышцы на лице находятся в напряжении. Сейчас в нем больше звериного, и это пугает еще сильнее. — Что ж, ладно. Но крадешь ее ты сам. — Так ее еще и украсть нужно?! Алиби, когда нас найдут, будем придумывать все вместе, — Метаморф перевел взгляд на Сари, — Я думаю, что это была общая идея, отправить Лаи вместе с нами, верно, Сариэль? — Нечего ломать комедию. Позлился и хватит, — Эльфийка говорит спокойно, полностью веря в себя и в свои силы. Сариэль давно успела изучить Скарона и его повадки. Сейчас же справиться с его неконтролируемой злостью могла только она, — У меня уже есть план, который обязательно сработает. — Хорошо, расскажешь по дороге. Выступаем сейчас же. Хочу покинуть этот дом, пока с меня не стребовали чего-то еще. — Кира, — Скарон поперхнулся словами, поймав вопросительный взгляд девушки. -Собери наши вещи, пожалуйста, — чуть мягче закончил он. — Я поеду одна и чуть позже, — Тихо говорит девушка, упрямо смотря в глаза метаморфа. — Цирк на выезде! — Зло добавляет Скарон, прежде чем выйти из комнаты. Последние ноты сыграны. Эльфийка молча перелистывает свою тетрадь, ища нечто подходящее под ситуацию… Играет искусно, красиво. И Кире хочется истерично рассмеяться, так эта музыка похожа на Прелюдия op.23 №5* *** Кира давно успела заметить, как меняется метаморф, стоит только заговорить о его профессии. Холодный профессиональный взгляд оценивающе изучает обстановку. За несколько секунд фигура словно бы уменьшается в размерах, становясь уже и тоньше, больше походя на тень, чем на человека. Плавные движения не бросаются в глаза, а сознание воспринимает его частью декора, возможно, торшером. Сейчас он надел личину эльфийки. Блондинка была по-своему красива, но главное ее достоинство заключалось в том, что она не запоминалась. Симпатичное, но совершенно не примечательное лицо. Таких много, с такими редко бывает интересно. Темный модный плащ, небрежно накинутый на плечи, Скарон не захотел скрывать лицо, сказав, что это только привлечет внимание. — Готов? — Сари аккуратно поправила несколько белокурых прядей, заправив за ухо эльфийки. Скарон только усмехнулся. Иногда Сариэль действительно напоминала ему свою мать. Безгранично любящую свое чадо, и желающую оберегать его столько, сколько возможно. Наверное, это и подкупало его в отношениях с этой безумной семейкой. — А как ты думаешь? Кира подняла правую руку, лениво попрощавшись с друзьями. Наблюдать за телепортом со стороны оказалось куда интереснее, чем находиться внутри него. И все же паршивые кошки, предпочитавшие точить свои когти о сердце, мешали улыбнуться хотя бы фальшивой беззаботной улыбкой. — Все будет хорошо, девочка, — по-своему истолковав ее настроение, успокоил эльф, — пойдем, я оставил открытым удивительно дорогое вино, грустно будет, если все вылакают ночные кошмары. *** Аллея была освещена искусственным светом. По обе стороны от дорожки летали магические жуки, играющие бликами светлых тонов. — Когда мама читала мне сказки, я никогда не думал, что стану одним из главных героев. Украсть принцессу, разве может быть что-то романтичнее и глупее? Сариэль устало пожала плечами. Отзываться на саркастические реплики метаморфа не хотелось. По правде говоря, за сегодня она успела порядком устать, и этот вечер изначально хотела провести за книгой. Эльфийки приближались к дворцу. Сариэль бегло оглядела охрану, поздоровавшись с двумя стражниками, быстро прошла в темный коридор. Тусклый свет слабо освещал винтовую лестницу, ведующую на верхние этажи. Скарон немного поморщился. Узкий проход, неудобные ступеньки, с которых было проще лететь вниз, чем подниматься вверх. Видимо эльфы, предпочитающие комфорт везде и всюду, не слишком то жаловали прислугу. Двойственные стандарты только смешили. Наконец они добрались до небольшой двери, ведущей в жилую часть дворца. Метаморф чуть приостановился, прислушиваясь к жизни замка. Где-то здесь, он чувствовал, находилась его цель. Наверное, это было всего лишь плодом его воображения, но он мог поклясться, что всегда чувствует предмет, который должен украсть. Вот и сейчас, едва ли не обгоняя Сариэль, передвигаясь мелкими шажками, Скарон первым добрался до нужной им двери. Эльфийка укоризненно посмотрела на метаморфа. Слишком довольный собой, слишком высоко забрался. Сари не раз напоминала ему, что падать порой бывает слишком больно. А он обычно улыбался, говоря: «Больно не падать, а приземляться» И не хочет думать, самовлюбленный мальчишка, что падают все хотя бы раз. Рано или поздно, так или иначе. Сариэль привычно постучала в дверь. Каждый стук обозначал что-то свое, но Лаи всегда точно предугадывала послание. Молодая принцесса сидела на подоконнике. Карие печальные глаза без интереса скользнули по посетителям. Острый подбородок, черные волосы, зачесанные нетрадиционно назад, ее яркие веснушки, — всё кричало единым вызовом толпе. Всё, кроме нее самой. Метаморф чуть вздрогнул, услышав тихий вой беспробудной депрессии. Книжка в ее руках, подвесной светильник, звездная ночь, — ничто не радовало, и казалось лишь обыкновенной декорацией. «Безвольная. Сломанная» — Про себя подумал Скарон, радуясь, что никто не мог прочесть его мыслей. Но было в этой эльфийке нечто такое, что даровало надежду. Не всем, лишь самым внимательным. Он видел пламя ее души, почти угасшие, боязливо вздрагивающие от легкого ветра сомнения. Скарон видел, понимал, но сделать ее жизнь лучше он не мог. Не носил он в кармане воспламеняющие средства и запасные горелки. Беспомощность и бездействие порождали злость на самого себя и окружающих. — Успокойся, Скарон. Основная работа ляжет отнюдь не на твои плечи, — прошептала на ухо Сариэль, почувствовав тяжелый взгляд метаморфа. — Будьте знакомы. Лариэль, это Скарон. Твой вор. Метаморф наклонился в почтительном поклоне. — Рад нашему знакомству. — Скарон, мог бы ты оставить нас наедине? Побудь, пожалуйста, в соседней комнате. Метаморф пожал плечами. Менять облик он все равно собирался, а делать это при зрителях никогда не любил. Излишне личное, немного явное… — Сари, что это значит? — Эльфийка спрыгнула с подоконника, предварительно закрыв наглухо окно. Сегодня, она впервые за много лет испугалась. Было страшно, и это непривычное, давно забытое чувство в один миг сломало непрочную маску безразличия к внешнему миру. — Я предлагаю убежать тебе, Лаи. Ненадолго, конечно, потом вас найдут. Но не волнуйся, весь удар возьмет метаморф, — Сариэль говорила уверенно, ни на секунду не сомневаясь в своих словах. Ее прямая спина, и репутация уверенной стервы подкупала, заставляя верить. — Зачем? Это было просто. Это было соблазнительно. Это было бессмысленно… — Зачем, Сари? Ведь это пытка, выпускать дикое животное на волю, а потом снова загонять его в клетку! — Эмоции. Слишком глубокие для поверхностного эльфа. Они захватывают разум, слушая лишь глупое сердце. — Последний век ты лишь жалеешь себя. Ты перестала видеть мир, думая, что если его не замечаешь ты, то он ответит взаимностью. Тебе преподносят шанс изменить что-то в себе или в мире. Хватит пускать сопли, я давно их вылечила, — Грубо, но действенно. Сариэль позволила себе тень улыбки, наблюдая эффект от произнесенных слов. Лариэль отвернулась. Тонкие плечи вздрогнули в безмолвных рыданиях. Сари оставалась равнодушна к чужим слезам всю жизнь. Только за самых близких отчаянная эльфийка могла выгрызть глотки любому, кто посмел бы обидеть ее семью. Янтарные глаза играли в полумраке победным блеском. — Куда мы направляемся? — В замок Мага, поэтому возьми пару теплых вещей. Он любит холод. — Исчерпывающе… — Все готовы? — Метаморф в образе чернявого дракона внимательно посмотрел на следы разговора двух эльфиек. Он все слышал, не стоит даже об этом задумываться. Любопытство, необходимость, и просто отменный слух — у него было слишком много «за», и ни одного «против» подслушивания. — Как всегда, — Сари отошла ближе к двери, — Скарон, все остается в силе. — Три желания. — Не наглей… Сариэль прикрыла за собой вечно скрипящую дверь, оставляя последнее слово за собой. Остается теперь только подождать пару минут, и идти следом. *** Как бы забавно это не звучало, но украсть коронованную особу оказалось легче простого. Всего несколько ложных телепортов на разных концах дворцового парка, сапоги, не оставляющие магических следов и шарф, скрывающий ауру, позволили быстро справиться с, казалось бы, невыполнимой задачей. Лариэль была жертвой понятливой, хоть и безынициативной. Просьбы метаморфа выполняла безотлагательно, доверив процесс собственной кражи без лишних вопросов, чему Скарон был очень рад. Тихая, как ветер, и холодная к окружающим подобно мертвецу. Она создавала яркий контраст избалованной вниманием художнице. Слишком разные, но успевшие кое-как поладить за день, который пришлось провести компании в гостях у эльфов. Ру объяснял вынужденное прибывание Скарона и девчонок в доме данью конспирации. По его словам, обычные воры стараются уйти сразу после преступления, желая скрыться от властей как можно дальше. Маневр, который предложил провести он сам, выбьет многих следователей из колеи на несколько дней, тем самым дав фору преступникам. Метаморф злился, но признавал, что эльф прав. …Поздним вечером следующего дня они снова собрались в северной гостиной. Не было той легкой атмосферы, которой дышали стены прежде. Только неизменная фигура за фортепиано приятно играет мотивы из чужого мира. В ее глазах неподдельное равнодушие, которому может позавидовать Лаи. Собравшиеся сильно нервничают, и нервозное беспокойство других заставляет переживать страхи с новой силой. Снова и снова. Параноидальный круг стоит разрушить, и первой хватает сил сделать это Сари. — Ну что ж, ребятки, в добрый путь. Кира чувствует себя девочкой Элли, ожидающей встречу с Могущественным Гудвином. По левую руку от нее стоит Дровосек, желающий получить деньги, а не сердце. Позади держится Лев, которому нужна новая душа. Не хватает только Чучела. Впрочем, его без труда может заменить сама Кира, побыв одновременно и девчонкой и соломенной куклой. — Башня, как раз подошла к эльфийским границам. Я настроил телепорт, он выбросит вас прямо к двери этого чудовищного строения, — Продолжил Ру. Он снова улыбается, добродушной улыбкой, в которую хочется верить. — Вы готовы? — Метаморф обеспокоенно смотрит на своих спутниц, ожидая ответа от каждой. В его голове гудит рой мыслей, мешающий сосредоточиться на чем-то одном. Девушка чуть кивает головой. Большая часть разговора остается утерянной. Сейчас ее мысли собраны вокруг единственной проблемы. Она не знает, хочет ли возвращаться домой… _____ *- прослушать, какие мотивы были нагло содраны из нашего Мира можно здесь — https://music.yandex.ru/album/921656/track/8844521? from=serp.