Face Down

— А спой мне песню, — неожиданно попросил Патрик. Мы лежали на диване в объятьях друг друга и смотрели «Ночь перед Рождеством». В этот момент не было человека счастливее меня. До знакомства с Патриком я не понимала, почему люди улыбаются даже от мысли о человеке. Теперь я почувствовала это на себе. — Что? — спросила я, приняв сидячее положение. — Я слышал, как ты поешь, только в подземке. Кстати, слова к «Afraid» очень хорошо получились. Можешь спеть еще что-нибудь свое? — Ну, я написала только куплеты, а Аарон — все остальное. Сейчас мы работаем над «Fighting», так что я могу спеть ее, если хочешь… — Да! — с огромным энтузиазмом воскликнул Патрик, и я пошла в свою комнату за гитарой. — Каждый написал несколько строчек от себя. У всех были разные причины, — сказала я, вернувшись обратно с гитарой в руках. — Эмма написала это о человеке, который ей очень нравится, но имя я тебе не… — Брендон? — прервал меня Патрик. — Не отвечай. Я знаю, что они нравятся друг другу. Продолжай. — Это ты сказал, не я. Аарон и Коннор написали о том, как тяжело им пришлось в старшей школе. А я написала о случившемся за последние два года, — я села на диван и провела рукой по струнам. А уходить мне было очень нелегко, Но перед тем ты должен знать одно: Ведь угораздило меня в своих словах запнуться, Я ухожу и больше не смогу вернуться. Не слушал ты, а я хочу признаться. Ты прав, не должен ты меняться. Пора меняться мне, а значит, навсегда Одна, не сдамся никогда. За что же в этой жизни мне сражаться? Словами не могу я выражаться, Ведь в них тебя молю я о спасенье, Но ты не видишь смысла, к сожаленью. Я продолжаю говорить, что все прекрасно. Зачем я вру об этом, мне неясно. Как жаль, что от тебя я отвернулась. Как жаль… И я опять запнулась. Я ухожу и больше не смогу вернуться. И от безмолвья хочется мне задохнуться. Пора мне уходить, а значит, навсегда Одна, не сдамся никогда.* — Твою же мать… — произнес Патрик. Я подняла взгляд и увидела Пита. — Это звучит куда лучше, когда ее исполняет вся группа, — заметила я. — Если это может звучать еще лучше, то ваша группа, должно быть, чертовски потрясающая, — встрял Пит. Мы еще какое-то время поговорили о группе, перед тем как пойти спать, так как шел уже второй час ночи.

***

— Скай, — хныкала Роуз, дергая меня за штанину, пока я готовила завтрак. И не важно, что было три часа дня. Через полтора часа должна была собраться вся группа, и мне просто хотелось, чтобы Райан и Роуз тихо поиграли в своей комнате. Пит и Патрик в это время отправились на обсуждение их нового альбома. — Да, милая? — отозвалась я, выключив огонь и положив яичницу на тарелку. — Райан не хочет со мной играть. Он злой, — она опустила взгляд и прикусила губу. Я присела на корточки, чтобы быть с ней одного роста. — Почему это? — Он взял одежду куклы Барби и надел ее на куклу Супермена. — Он не кукла! — Райан примчался на кухню. — И ты можешь забрать одежду обратно. Она хреновая… — Александр Райан Блэк! — закричала я, и он побледнел, услышав свое полное имя. — Что ты только что сказал? На его счастье, в дверь постучали. — Я сейчас вернусь. Если ты пошевелишься, наказание ухудшится. Тебя, Роуз, это тоже касается. Понятно? — они кивнули, и я открыла дверь. — Скай, привет! — воскликнула Эмма. — Коннор и Аарон задержались в лифте. Наверно, опять сосутся. Я засмеялась. — Заходи, чувствуй себя как дома. Сейчас я накричу на близнецов, а ты пока напиши им, что дверь открыта и стучать не нужно, — я вернулась на кухню, где рыдал Райан. — Прости, дядя Пит научил меня тому слову! Я не знал, что оно плохое, — умолял он. — Но тем не менее ты произнес его. К тому же ты взял вещи сестры, не спросив ее об этом. Ничто из этого не оправдывает твое поведение. Дай мне свои фигурки. — Но… — Никаких но! Извинись перед сестрой и никогда больше так не выражайся! — я скрестила руки на груди. — Мне жаль, Роуз. Вот твоя одежда. — Нет, тебе не жаль. Ты говоришь это, потому что тебя заставили. — Роуз! — боже, они такие упрямые. — Он хорошо тебя попросил. А теперь ты, Роуз, отдаешь мне своих кукол и идешь в мою комнату, а ты, Райан, отдаешь мне свои фигурки и идешь в свою комнату. — Но ведь я не… — Роуз, ты будешь делать то, что я говорю. Хочешь еще дольше просидеть в комнате? — она покачала головой. — Отлично, давайте свои игрушки. Не выходите, пока я не скажу, ясно? Это будет вам уроком, — они убежали, и я плюхнулась на диван. Аарон и Коннор устанавливали барабаны. — Вам так повезло, что у вас нет близнецов, — вздохнула я. — С тех пор как умер отец, вся ответственность легла на меня… — А как же твоя мать? — спросил Коннор. Я забыла, что единственное, что они знают о моем прошлом, — это смерть моего отца два года назад. — Ну, э-э, когда у папы обнаружили рак, мама начала пить. А когда он умер, она стала… агрессивной. Мы сбежали пару месяцев назад, и теперь ее ищет полиция. В комнате повисло молчание, так как они не знали, как на это отреагировать. — Ну, давайте начнем.

***

POV Патрик — Чувак, может, по пиву? — спросил Пит, когда мы вышли из здания, где проходила конференция. Казалось, она длилась целую вечность. Не знаю, сколько было времени, но солнце уже начало садиться. — Э-э, нет, мне нужно купить кое-что для Скай, — ответил я. Он кивнул. — Тогда ладно. Но не задерживайся, а то она будет волноваться. Если хочешь, я могу прикрыть тебя. — Спасибо, чувак, — я похлопал его по спине, и наши пути разошлись. Я направился в «Аполлон», где недавно работала Скай. Однажды, придя туда, я заметил, как она смотрела на один бас. Он был невероятно дорогим, и даже сейчас, когда у нее есть деньги, она не может себе позволить его. Я зашел в помещение и сразу направился в самый конец, где висел нужный мне инструмент. Это был Fender, прямо как у Пита, только темно-синего цвета с белой накладкой. В этой гитаре больше всего Скай нравилось то, что головка была белой, а цвет грифа варьировался от белого к темно-синему. — Нашли что-нибудь подходящее? Я обернулся и увидел человека, одетого в строгий костюм. На бейджике была указана должность директора магазина. Я узнал в нем бывшего босса Скай, мистера Спарк-как-то-там. Он засунул руки в карманы, ожидая моего ответа. — Да, я бы хотел купить этот бас, — я обернулся, чтобы указать на инструмент. Он подошел ближе. — Отличный выбор, — я почувствовал, как что-то холодное и металлическое упирается в мое бедро через его карман. Пистолет. — Ты ведешь себя так, будто ничего не происходит, и делаешь все, что я скажу, уяснил? Только дернись — и твои внутренности окажутся снаружи, — процедил он сквозь зубы. — О, это отличный бас, — я с усилием сглотнул. — Это точно. У нас недавно был новый завоз. Не хотите взглянуть? — он сильнее прижался ко мне пистолетом, и меня бросило в дрожь. — С уд-довольствием, — я выдавил из себя улыбку. Он повел меня в кладовку (или что бы это ни было) и закрыл за нами дверь. Все еще держа около меня оружие, он толкнул меня на стул. — Даже не пытайся сбежать. Я ведь и выстрелить могу. Элиза, можешь дать мне веревку? Мои глаза расширились при упоминании ее имени. Они расширились еще больше, когда она вышла из соседней комнаты и закрыла за собой дверь. На лице проступили капельки пота. — Здравствуй, Патрик, — она криво улыбнулась. От страха я не смог ответить. — Ох, скромняшка, — Элиза продолжила ухмыляться, а босс взял веревку и крепко привязал меня к стулу. — Спасибо, Альберт. На этом твоя работа закончена, — она начала целовать его, а мне казалось, что меня сейчас вырвет. Да ему уже за сорок. Или за пятьдесят. Гребаная шалава. — Обращайся, Элиза, — он подмигнул и ушел, закрыв за собой дверь. — Что ты делаешь? — спросил я. Нельзя кричать, иначе Альберт может услышать. — Что тебе от меня нужно? — Мне ничего не нужно от тебя, — она села на мое колено и прошептала на ухо. — Мне нужен ты. Несмотря на веревку, я попытался оттолкнуть ее. Элиза взяла со стола пистолет и прижала его к моей пояснице. Господи, сколько еще пистолетов в этом магазине? — Нет, нет, не пытайся что-либо предпринимать, — прошептала она, пытаясь выглядеть соблазнительно, и уткнулась своими губами в мои. — Я знаю, что ты хотел этого. — У меня есть девушка, — я поморщился от ее прикосновений. — Ненадолго, — она прикусила мое ухо и продолжила оставлять поцелуи на ключице. Отвратительно. — Это еще поче… Она снова заткнула меня поцелуем, тут же попытавшись проникнуть в мой рот языком. Потерпев неудачу, она сильнее прижала ко мне пистолет, отчего меня бросило в дрожь, но я все еще не отвечал ей. Она отстранилась. — Ты меня еще послушаешь, — она провела пальцем по моей груди и продолжила говорить: — И ты будешь моим. И ты бросишь эту стерву Скай, или… — Или что? — я чуть ли не плюнул ей в лицо. Она лишь улыбнулась. — Или мне придется убить ее. POV Скай — Эй, Пит, где, ты сказал, сейчас Патрик? — снова спросила я. Прошло уже пять часов с тех пор, как объявился Пит. — Он уже давно должен был прийти. Ты звонила ему? — предложил он. — Звонила, несколько раз. Он не берет, — я опять достала свой телефон и увидела несколько входящих сообщений от незнакомого номера. Патрик мой, шалава. Он не любит тебя. И никогда не любил. Кто вообще полюбит такую? Твоя жизнь — отстой. Твоя мать идет за тобой. Он не хочет тебя. Никто не хочет. Ты просто причиняешь всем боль. Ты подвергаешь их опасности. Они хотят избавиться от тебя. Хочешь им помочь? Оставь их, или я заставлю тебя. Пит выглянул из-за моего плеча и выхватил телефон. — Твою мать, это номер Элизы! — он начал хватать ртом воздух. — Кто такая Элиза? — мой голос дрожал. Но перед тем как получить ответ, на экране высветилось новое сообщение. От Патрика. Прости.