Death's Scenario

В нескольких тысяч милях от владений Элриха на востоке, где росли вековые леса, над которыми и день, и ночь царил сумрак, скрытый за зарослями юноша наблюдал за златовласой девушкой, что несколько часов лежала без сознания подле упавшего бревна ивы. За все то время, что постоянно переменялся ветер от теплого к холодного и наоборот, девушку ничто не могло привести в чувство. Он даже вылил ей на лицо ледяной воды из колодца неподалеку, и специально наступил на хвост подручной пантеры, которой сие действие, мягко скажем, не понравилось и убежала домой, гордо вздернув хвостом. От яростного рыка сумеречных кошек давно бы проснулись и самые остроухие жители их крошечной деревушки, не говоря уже о королевской стражи, которым сон и отдых только заказан. Но девушка и носом не повела. Интересно, к каким эльфам относилась? Ее уши не такие острые, как у большинства народов Андруила, а цвет кожи очень и очень белый, что казалось неестественным и опасным, ибо с наступлением жаркой погоды, эта девица может попросту сгореть. К счастью, в лесах сумеречных эльфов с ней такого не произойдет, если вздумает остаться. И она, наверняка, относилась к знати, несмотря на оборванные в некоторых местах тунику и плащ, — они выглядели очень роскошными и богатыми. Прошедший не так давно мелкий дождь частично смыл с ее лица и рук странную зеленоватую краску, схожую на кровь морлоков. Красавица, да еще и воительница. — Оромэ? Ты чего там стоишь? — крикнул стоящий на ветке его друг. — Сам погляди, — полушепотом произнес Оромэ, поманив друга к себе. Лиловолосый эльф негодующе взглянув на него спрыгнул со своего места и бесшумно подошел, — Как думаешь, откуда она? — С чего ты решил, что это она? — скрестив руки на груди, спросил Файнор, — Небесных эльфов легко спутать. Хотя, — юнец повнимательнее взглянул, — Да, это — она, хех. — Ты только из-за цвета волос отнес ее к небесным эльфам? — Ну, других златовласок я не знаю. Впрочем, девица низковата для Дочерей Солнца, не находишь? — Низкая или высокая сейчас это не важно, — закатил глаза Оромэ, выходя из зарослей, — Ей нужно помочь. — Сдурел? Хайсамы прибыли в деревню! Узнают они, что мы тут чужака у себя держим, с нас головы полетят! — сильно вцепившись в рукав друга, прошипел Файрон. По взгляду и побледневшим щекам было видно, как страх сковал его. Эльф прав: ястребы нового короля, что недолюбливал других представителей эльфийской расы, пленяли каждого чужака, свободно шастающих по земле сумеречных эльфов. В большинстве случаях они их убивали без всякого предупреждения, в независимости от пола или родовой принадлежности. Хайсамы — настоящие охотники за головами, и жуть как гордились своим положением, иногда ставя себя выше королевской гвардии или точо, которых король отправлял на секретные задания. — Да, но… Черт, нельзя бросать ее здесь. Я не хочу, чтобы и она стала их жертвой. — Оромэ, ты и сам знаешь, от хайсамов даже муравей не ускользнет. — И о чем вы болтаете здесь? — сладкий голос позади заставил подпрыгнуть обоих. Испуганно развернувшись к эльфийке, что хитро сощурила желтые раскосые глаза и хищно осклабилась. — Так-так, глава обрадуется новым «преступникам», — ее взор застыл на девушке, — Или же все-таки «помощникам»? Это вы так позабавились с солнечной дрянью? — Эм… мы не… — Все произошло быстро и внезапно, госпожа Мераскула! — выпалил Файнор, закрывая собой Оромэ, — Мы просто гуляли, как и всегда, а потом мы с Оромэ хотели попробовать швырнуть бревно далеко-далеко и вот, — указал на девушку. Пот градом стекал со лба, и юноша молился звездам, чтобы хайсам ничего не заметила. Эльфийка вальяжной походкой подошла к златовласой и, сняв с правой руки железную перчатку прикоснулась к ее шее. Вроде не мертва, но очень холодная. Как и Оромэ, она заприметила странную форму ушей и донельзя белоснежную кожу. От бессознательной златовласки источался слабый запах крови, от которого тянуло блевать. Мераскула в отвращении отпрянула от нее на пару шагов и брезгливо поглядела на редко вздымающуюся грудь. И как она смеет спать перед ней?! — Эй, дрянь Солнца! Вставай немедленно! — носком сапога тыкнула в ее плечо. Юнцы, чувствуя приближающуюся опасность, решили отойти на более безопасное расстояние. Яростно крича на девицу, бросая едкие фразы и с каждым толчком увеличивая силу удара, Мераскула готова была вынуть саблю из ножен. Златовласая не шевелилась и не издавала никаких звуков, нервируя эльфов. Воздух как будто стал тяжелее и хайсам начала задыхаться. С уголка рта начала стекать кровь. Думая, что все адская боль в животе и легких рук дело небесной эльфийки, Мераскула замахнулась ногой. Когда подошва тяжелых сапог едва оказалась в нескольких миллиметрах от лица златовласой неожиданно ее рука вцепилась в лодыжку и резко потянула в сторону. Хайсам в агонии запищала и зарыдала, глотая слезы и кровь. И когда взгляд остановился на оторванной ноге заверещала еще яростней, да так, что вся деревня могла слышать. Ползая в сторону затаившихся юнцов, в страхе застывших при виде вставшей златовласой, Мераскула скулила, плакала и кого-то звала. Девушка, что держала в руке оторванную ногу эльфийки, медленно и грациозно повернулась к ним. Ее отлитые серебром глаза холодно и равнодушно оглядывали вопиющую девушку, что несколько минут назад по-хамски отнеслась к ней. — И чем ты думала, когда вздумала прерывать мой сон? — глубоким голосом произнесла девица, подобно кошке подходя к хайсаму, — Твое счастье, что я смогла увидеть новую печать, иначе бы тебя ждала участь куда худшая, чем твоя жалкая нога. Сейчас я добрая, поэтому отпущу, но навряд ли ты далеко убежишь. — О чем она говорит, Оромэ? — дрожа всем телом спросил Файнор, сильнее прижавшись к стволу дерева. — Самому бы знать, — пискнул его друг, — Я никогда прежде не слышал такого языка. «Выходите или хотите той же истории, что и у вашей подруги?» — послышались в их головах. Голос был ужасным, из самих глубин, приносивший необъяснимую муку. Понимая, что оный принадлежал златовласой, юноши по одному предстали перед девушкой, краешком глаза наблюдая за отползающей Мераскулой. «Молодцы», — мягко улыбнулась девушка, подойдя к парням чуть ближе. — Где я нахожусь? — спросила она более спокойно и не так страшно, как несколько минут назад. Признаться честно, ее обычный голос очень даже приятный. — В сумеречном лесу, госпожа. В одном из, если точнее, — старался не запинаться Оромэ, — Это владения короля эльфов — Зуламана. — Разве не Талдарим — владыка всех эльфов, хотя, погодите-ка. Что это за мир? — Андруил, госпожа, — выдал второй и еще пуще затрясся, когда он увидел озадаченный взгляд златовласой. Слова эльфа поразили, как всплеск молнии. По родимой головушке, раз десяток. Чувствуя, как подкашиваются ноги, Сэл облокотилась о ствол ближайшего дерева. От понимания полного пиздеца девушка нервно улыбнулась. До ребят доносились странные слова, значения которых известны были только «эльфийке с небес». Позади послышался леденящий кровь хруст костей и лязг металла. Медленно повернув головы к источнику мерзкого звука, парни поймали на себе хищный взгляд Мераскулы, кожа которой стала покрываться чешуей. То, что называлось эльфийкой, встала на четвереньки и выгнулась так, будто готовилась совершить прыжок. Покрытый изогнутыми шипами хвост разворошил землю сзади нее и грозно направил острие на молодых эльфов, испуганно смотря то на бешеные глаза хайсама, то на сам хвост. Высунув длинный язык и зловеще прошипев: — Вы очень сильно разозлили меня, детишки, и ты тоже, мерзкое дитя солнца! Скарлетт презрительно смерив холодными глазами существо, подошла к дрожащим детям и прикрыла собой. Шепнув им немедленно уходить, девушка ждала момента, когда они убегут на приличное расстояние. Ощутив их отдаляющиеся ауры, бледных губ коснулась усмешка. — И что ты за тварь, позволь спросить? — Небесная эльфийка и не знаешь, кто такие ингмары? — удивилась обращенная, оскалившись, — Ну, ничего, сейчас ты познаешь на себе силу покорителей драконов! Мераскула совершила прыжок, хвост опасно завихрился и прицелился в лицо спокойно стоящей Сэл. Каково было смятение эльфийки, когда златовласки не оказалось на ее месте. Руками и хвостом разрыхлив землю, ингмар зарычала и плевала ядом, от которого сломанные ветки и опавшие листья растворялись. «Ты где?!» верезжала она, озираясь по сторонам. Глубоко втянув воздуха и не ощутив запаха, Мераскула еще громче зарычала и бросилась наобум, доверившись инстинктам. Девушка, наверняка, побежала вслед за молодыми эльфами. Но не успев пробежать и двадцати метров, черный густой туман обволок ее руки и ноги и резко поднял ввысь головой вниз. Истошно запищав, Мераскула начала вырываться, грызя сталь на перчатках и плевая ядом. Но черная субстанция только крепче сжимала ее. — Во сне я видела огромную ящероподобную тварь, что норовила отгрызть мне голову. Как и с предыдущим сном я решила попробовать использовать две открытые печати, но они не подействовали на ней. И тогда, когда она настигла меня у пропасти кратера, из моих рук стал появляться то ли дым, то ли какая-то другая черная жижа. Она окутала ящерицу и пары этого тумана убили ее. «Вихрь призрачного шторма», — так оно называется. Думаю, тебе он тоже понравится. И действительно, туман стал странно пахнуть. Поначалу запах был очень приятным и как только Мераскула осознала это, туман глубоко проник в ее ноздри и рот, заполоняя полости полностью. Задыхаясь и хрипя эльфийка затряслась, чувствуя запах собственной крови и органов. Туман настиг ее мозга. От хаотично всплывающих видений глаза закатились назад, как у одержимого. Остатками сознания она ухватилась за единственное видение, которое, как оказалось, было ее прошлым. Обращенные ингмары сплотились и решили вернуть себе сумеречных эльфов, что были их самыми первыми союзниками. Занявшись сначала с их предыдущим королем, ни о чем не подозревая, отправившегося в гости к ночным эльфам. Стая драконьих детенышей разорвали короля и его сопровождающих на куски, а на его место поставили своего сообщника Зуламана. Он должен был обеспечить им тихое проникновение во владения сумеречных, что впоследствии и вышло. Особо опасных эльфов Зуламан назначал точо и отправлял куда подальше, на самые смертельные задания. Сторонников же обратил в драконов, как и Мераскулу. Что эта потаскуха сделала? Какую силу использует? Мераскуле неизвестны небесные эльфы с такой темной энергией и немыслимой магией. Эльфийка снова попыталась вырваться и когда ей это почти удалось, она заприметила приближающихся к ним Оромэ и пришедших с задания нескольких точо. Упав на колени и приняв более-менее приличный вид, Мераскула изобразила из себя жертву. Оставшийся в живых командир точо не заподозрит, ведь он не видел, что здесь происходило. А мальчишку можно заткнуть. И эту обессиленную девицу они убьют по ее приказу. В оторванной конечности невыносимо пульсировало. Ничего, посмотрим, как златовласая будет кричать, когда Мераскула начнет с ее распрекрасных глаз. — Вы вовремя, Мирэль! Заприте в кандалы эту небесную суку! Именуемый Мирэлем был платиноволосый мужчина с золотыми глазами, половина лица которого прикрывала мягкая черная ткань. Безразлично окинув взглядом едва сдерживающую крики хайсам, он подошел к пошатывающейся Сэл и к глубочайшему шоку Мераскулы помог ей, забросив ее руку к себе на плечо. Его выживший отряд направил стрелы на опешившую Мераскулу, готовые выстрелить по приказу своего командира. — Долгое время я пытался поймать тебя на ровном месте, змея, — без скрытой ярости и удовольствия над поражением эльфийки провозгласил Мирэль, — Ты и твои сородичи получите по заслугам за ваши злодеяния и предательство! — О чем ты говоришь, Мирэль?! Я ни в чем не виновата! Я никогда бы не… — Молчать! Я не желаю слышать твои оправдания. Убить ее! Вслед за его приказом залп шестнадцати стрел осыпали попытавшуюся улизнуть Мераскулу. Но еще никому не удавалось избежать стрел эльфов. Истошно завопив и в последний раз взглянув на Сэл, хайсам-ингмар на глазах у всех начала превращаться в пепел. Изумленные эльфы осознавали правоту Оромэ, что прибежал к ним, когда были у границ их деревни. Уставшие и истощенные точо не желали слушать парня, но услышав, что Мераскула превратилась в чудовище и напала на «небесную эльфийку», Мирэль оживился и велел вести их. Пятьдесят лет она вешалась ему на шею и плела интриги за его спиной. Преданная зверюшка Зуламана завистливо мучила и убивала всех незваных, искала наиболее отдаленные места для «секретных» заданий точо. Мирэль чувствовал, что с ней, как и с другими хайсамами, тем паче с королем что-то не так. И какое чудо, что именно сейчас он готов доказать всему народу о своих подозрениях. Но для начала… — От всего народа сумеречных эльфов я хочу поблагодарить вас, миледи, — произнес он. Однако эльф не заметил, что Сэл уже минут семь как провалилась в сон, — Черт, Оромэ, у вас в деревне найдутся дома отдыха? — Да, конечно, господин. Идите за мной.

***

Скрывать свою ауру делом было не из легких, но чародеи господина научили, как добиваться нужного эффекта. Три минуты — на большее он не способен. Пока SCP забирали все внимание на себя, Стив воспользовался нужными тремя минутами, чтобы проникнуть в дом убийц и разнести в щепки. Не ожидал он, конечно, что кто-то останется дома. Два безликих не успели рассмотреть негодяя, но взрывчатку заметили и бросились наобум к выходу. Стиву не хватило немного секунд, чтобы взлететь. Рука, наверное, до сих пор лежит под фундаментом нового особняка. Откуда прибыли замаскированные под людей существа и почему решили возвести новую постройку? Для кого? Стив думал, что это тайные союзники SCP, однако у одного из них на эмблеме рабочей рубахи он увидел знакомый символ перечеркнутого круга, внутри которого было два овала, похожих на кошачьи глаза. Ему пришлось вернуться в город и изредка приходить, дабы следить за гостями из другого мира. То, что они были из иного мира, он не сомневался. Да и такой роскошный особняк нельзя построить за каких-то два дня. Затем убийцы во главе со Слендером и его братом вернулись. Нельзя сказать, что они выглядели довольными или счастливыми. Все были сильно измотанными и молчаливыми. Среди них не было Дженнифер, двух братьев и сестер. Плохо. Им было приказано доставить Скарлетт, и теперь, когда ее нет, судя по всему, в этом мире, проблем у Стива предостаточно. Да. Их слишком много. Видимо, Слендер питал скрытую любовь к пыткам, а Оффендер любезно предоставил ему орудия, какие только смог найти. Безликий долгие минуты сидел в кресле, не проронив ни единого звука, в упор смотря в глаза рекрента, которого его брат заковал в цепи несколько выше над уровнем каменного пола. Медленно шагая из одного угла подземной комнаты в другой Оффендер ждал, когда брат позволит всадить колья в Стива или хотя бы одеть железную маску с маленькими шипами. Но брат молчит и смотрит. Безликого раздражало его состояние, но терпел. Похоже, Слендер хочет довести жертву. И то верно, когда не знаешь, что тебя ожидало, нервы сдают не на шутку. К их компании позже присоединился только что вернувшийся Безглазый Джек со своим медицинским оборудованием, предполагая их необходимость. А может ему самому позволят поучаствовать в допросе. — Давно не видел твоей рожи, — плюнул Найрас, смотря на плачевный вид «одноклассника», — Как жизнь? — Побереги свой язык, каннибал, — не остался в стороне Стив. — Огрызаешься? Ну, огрызайся сколько влезет. Ты все равно не выберешься отсюда, — затем, повернувшись к безликим, — Думаете, он расскажет нам? — На всякий случай мы предупредили кое-кого, — ответил Оффендер, остановившись у стола, куда Джек положил свои штучки. Повертев в руках внушительный пинцет, положил на место, — Обычно, после первого ногтя начинают болтать без умолку, но ты же у нас стойкий пацан. Не хотелось бы будить нашу малышку, но твои крики ей, возможно, понравятся. Ну, Сленди, давай уже начнем? Старший безликий поднялся со своего места и подошел к Стиву, вектором прихватив стальные ножницы. Другим вектором он взял целую руку рекрента и, резко вытянув к себе, протяжно начал разрезать палец. Крик демона заполонил всю комнату, эхом отдаваясь в коридоре. И так было с последующими пальцами, пока голос Стива не охрип. «Кто-то явно не желает, чтобы ты проболтался. Посмотри, у тебя нет той силы, что была прежде». — Это — ложь! — завизжал рекрент и битую попытку пытался остановить кровотечение. Но безликий оказался прав: в нем уже не текла демоническая сила, — Ложь-ложь-ложь… «Вы так рьяно твердили нам о его могуществе, о том, как он доверяет вам… Но что в итоге? Он вас предал». — Господин, за что?! — За все хорошее, — хмыкнул Оффендер, садясь на место Слендера, отчетливо слыша каждое слово брата. — Он не мог… Вы не могли! — Может, расскажешь нам, где он прячется? Так сказать, предательство — за предательство, — произнес Найрас. — НЕТ! Вы не могли! Вы обещали награду, если я расправлюсь с ними и доставлю вам эту сучку! Если бы только… «Если бы только… Хватит уже. Все демоны Преисподней таковы. Обещают, а потом вы в итоге остаетесь ни с чем. У них не было чувства достоинства. Ни у кого, не считая единиц. Тебе остается только отплатить ему той же монетой. Я знаю. Ты хочешь этого». Слова безликого звучали куда более убедительней чем в день, когда они пришли в лес и встретили того парня. Ему на миг показалось, будто он уже его видывал прежде, но не мог вспомнить где. И не взирая на его некую женскую грацию, Стив легко поддался. Он едва понимал, о какой вороне шла речь. Ясно было только, что ему нужна девушка с татуировкой крыльев на спине. Но таких в мире было множество и поэтому подросткам пришлось разделиться. Действовали так, чтобы ни родители, ни одноклассники, ни тем более Одри со своей дерзкой свитой не заподозрили. Благо, у них и так-то была не самая лучшая успеваемость, и когда у них появилось задание, она упала еще ниже. Директор с учителями давно закрыли глаза на Стива и Джейка и лишь ждали момента их скорейшего выпуска. Два с лишним года они путешествовали по Канаде, выискивая ту самую. Они понимали, что их долгое и тихое отсутствие может стать причиной слухов среди их потока, но они, так сказать, понадеялись на Одри и ее извращенный ум. По крайней мере, в последнее время он их и спасал. И, разумеется, пообещали друг другу расправы над «подругой», когда они доставят товар хозяину. Их товарищей по несчастью кто-то умудрился убить или поймать, ибо те долгое время не поддерживали связь. А затем Селен улетела по каким-то причинам в Испанию, неожиданно пропали Одри со своими подружками. В особняке Йохансонов объявились пятеро амбалов, которые были почти такими же, как и Стив с Джейком, но гораздо сильнее. Они отчитали их, якобы упустили ворону, но не стали отрывать головы, потому что она возвращалась. Парни несколько дней приходили в себя, услышав такую информацию от рекрентов. И мигом покинули дом, понимая, что больше не нужны. Ради интереса Джейк отправился в дом Йохансонов и застыл в шоке, увидев на его месте пепел. Инстинкты повели его вглубь леса и уже там он был пойман чертовым Николсоном, что был близок с Селен последнее время. На деле Николсон являлся Джеффри Аланом Вудсом — страшилкой, ставшей явью. А позже появилась она. Она убила его с помощью неизвестной силы, которая расплющила Джейка. Стив не мог поверить, что такая хрупкая девица была способна на такое. Наверное, именно из-за этой силы она нужна хозяину. И Стив искал способы поймать ее. Способ нашел, но саму девушку потерял. И руки лишился. И за свои неудачи теперь на привязи и не может регенерировать. Он оказался преданным. Поверить безликому? Отомстить? Он уже ничего не теряет. — Я… я не знаю, что это за место. Мы впервые встретились в этом лесу. Он приказал просто найти девушку с татуировкой вороньих крыльев и привести к нему… — Куда? — с нажимом спросил Найрас. — Город, в котором жители не увидели рассвета, — прошептал Стив, — Думаю, из всего этого сброда тебе одному интересна история, Великий и Ужасный. Большее я сказать не могу. Мне кроме этого ничего неизвестно. «Ты же знал, что все могло быть по-другому. Так почему?». — Наверное, потому, что я — человек. А мы не постоянны. Мы поступаем так, ибо цепляемся за все, что может обеспечить нам хорошую жизнь. И часто ошибаемся. — Не вы одни совершаете ошибки, — тихо произнес Слендер, хотя тому было больно. — Кем она приходится тебе, демон? — Она — моя дочь. — Вот как, — печально улыбнулся Стив, — Хотелось бы мне увидеть, как она улыбается.

***

Некоторые из отряда Мирэля стояли у входа в дом отдыха, обсуждая произошедшую ситуацию с Мераскулой. У каждого были свои счеты с ней, и им явно было мало только обстрелять ее. Возможно, большую долю получила та «небесная эльфийка», неведомо как лишившая хайсам ноги. Командир заверил, что обязательно расспросит гостью и по какой причине прибыла в Сандалар. Слишком возбудившийся Оромэ рассказал жителям деревни обо всем, искренне твердя им, что настала пора изгнать предателей и дать бой королю. Эльфы были согласны, но не уверены в своих силах. У короля достаточно солдат, чтобы за раз расправится с ними. Точо хоть одни из сильнейших бойцов и, судя по всему, выступят на их стороне, все равно мощей им не хватит. И та златовласая эльфийка не сможет помочь им. Впрочем, Мирэль так не считал. Он почти увидел ту черную тень, которой была окутана хайсам. От нее его трясло, но эльф продолжил бег навстречу врагу. Златовласую эта тень ослабила, возможно, из-за огромной потребности в магии, и она не смогла добить Мераскулу. Если девушка наберется сил, то он будет надеяться на ее помощь. Ей не обязательно соглашаться, однако все это связано с обращенными ингмарами! Ни один эльф не может просто стоять и смотреть, как эти полудраконы готовятся поработить мир. Хозяйка дома отдыха выделила им гостиную, единственную свободное помещение, очень уютную и просторную. Угостив точо бесплатным ужином, хозяйка поспешила удалиться, оставив Сэл и Мирэля наедине. Неуверенными движениями он принялся расстегивать ободранный плащ, потом слегка приспустил замок на спине платья, замечая медленно кровоточащие рубцы. Обмакнув белую ткань в блюдце с водой, кой им заранее принесли, протер им ранки, удивляясь, что казавшаяся поначалу темно-красная кровь была на самом деле черной. У эльфов кровь не такая. И у драконов. Что же она такое? Неужто это плата за ее силу? Он бы продолжил обрабатывать рубцы, но ледяная рука девушка резко схватила его собственную, из-за чего Мирэль, не удержавшись, упал с дивана. Блюдце с черной водой опрокинулось, пачкая мягкий ковер из хлопка. Мужчина попытался встать, но странная черная лиана, скользкая и липкая, опасно нацелилась на его горло, грозясь проткнуть. В смирении подняв руки, эльф застыл. — Негоже так лапать девушку, — сказала златовласая, удобно усевшись на диване и в упор глядя на эльфа. — Простите, вы были ранены, и я хотел просто обработать их. — В этом нет необходимости: они все равно бы затянулись через несколько минут. Но спасибо за заботу… — девушка вопросительно подняла брови. — Мирэль, миледи. А вы? — Скарлетт, — протянула она руку. Командир точо в недоумении взглянул на нее, но тоже протянул, — Обычно, это делают наоборот, — хихикнула она и взамен правой вытянула левую и легко пожала, — Вы бы сели, я полагаю, вам не удобно. — Хах, да, вы правы. И он сел несколько дальше от нее. Лиана спряталась куда-то за ее спину, прежде чем похлопав того по плечу. Нервная ухмылка коснулась губ эльфа и незаметно для себя стал болтать сам с собой. Он теперь сомневался, что рядом с ним сидит небесная эльфийка. И что она вообще эльфийка. Невиданная прежде сила и странные омерзительные лианы… А что если ее найдут и король приманит на свою сторону? Тогда прощай на века Сандалар. — Та девушка-ящер твой сородич? Не особо дружелюбной она была, — просматривая деревянный интерьер говорила Сэл, — Она называла себя… ингмаром, вроде. Понятия не имею, кто это, но эти ящеры недолюбливают эльфов, как я заметила. И она отчего-то решила, что я эльф. — А ты разве не эльф? Твои волосы, как свет солнца, это явный признак, что ты принадлежишь небесным эльфам. — Вы людей никогда не видели? — вопросительно изогнула бровь Сэл, поражаясь словам Мирэля. — Людей? Кто это? Понятно. Ее уволокло неведомо куда, где никогда не было и, наверное, не будет людей. Зато есть ящеролюды, красивые эльфы. Наилучшей компании у нее еще не было. Нужно найти кого-нибудь, кто разбирается с перемещением между мирами. Она уже побывала в двух мирах, но в самом процессе создания порталов она не участвовала, только наблюдала. Вряд ли безликая сила позволит ей так легко телепортировать обратно в Эриол. Невольно остановив взгляд на оголенную шею эльфа, Скарлетт увидела часть головы темно-лиловой пантеры, на лбу которой были три ярких самоцвета. Она пододвинулась ближе к опешившему эльфу, чье тело вздрогнуло от прикосновения холодной руки. Отодвинув краешек воротника туники, Сэл в шоке разинула рот, приметив сходство этого кулона с брошью в шкатулке, которую она нашла в долине. Вектор вытянул из кармана плаща ожерелье, что теперь источало тепло, и ту самую брошь. Мирэль в неверии распахнул глаза и едва сдерживал слезы в глазах. — Откуда это у тебя? — спросил он полушепотом, когда взял в руки теплое ожерелье и брошь. — Я нашла это… у себя дома. В мире, именуемый Инферусом. Есть одна долина, в которой произошла битва, и это единственное, что осталось. Они некоторое время молчали. В груди Мирэля бешено колотилось сердце, а в голове вырисовывались образы ночной эльфийки, что с самого его рождения одарила заботой и любовью. Она заменила ему мать, когда та погибла в схватке с ингмарами. А потом… — Я почти два столетия не видел ее. Она как будто исчезла. Ее звали Эридой. Она была… — Валирией, — сказала Сэл, сжимая его руки в своих. — Так ты… — Да. Я тоже. «Он приведет туда, куда нужно».