Запасной

*Дарума-сан га коронда – традиционная японская игра. Тот, кто водит, вместо того чтобы считать до десяти, говорит: «дарума-сан га коронда» («кукла дарума перевернулась»), цель других игроков — подобраться как можно ближе к “водящему” так, чтобы он не заметил их перемещения. *Узуки Югао - куноичи Конохи, член отряда Анбу (длинные фиолетовые волосы). *Омурайсу - омлет с рисом. - Дарума-сан га коронда!* - после очередной считалки Суйгетсу резко повернулся лицом к товарищам, с озорным огоньком в глазах став внимательно рассматривать их. – Ага! – громогласно вскричал юноша, заметив, как предательски сдвинулась рука голубоглазого блондина. - Я не шевелился, даттебайо! – пытался оправдать себя Узумаки, но меченосца уже было не переубедить. Он вошел в раж. Наруто разобижено встал у дерева рядом с уроженцем Кири. - Дарума-сан га коронда! – вновь проголосил Хозуки. Карин с Джуго застыли на месте, не желая проигрывать напарнику. Поразительно, но у «Таки» прекрасно выходило играть по правилам. И узнали они это, конечно же, благодаря Наруто, который бесцеремонно пришел к ним за Учихой. Не обнаружив оного, джинчурики внезапно предложил поиграть в салочки или что-то вроде того. Разумеется, команда Саске рассмеялась ему в лицо, однако после довольно продолжительных уговоров со стороны потомка Йондайме, они таки согласились попробовать. И, как итог, всё утро молодые люди провели, играя в «куклу даруму». Естественно, каждому из «Таки» приходила в голову удивительно правильная мысль о том, что преступники и убийцы не должны заниматься подобными вещами, но… им было весело. - Дарума-сан га коронда! - Шумно, - холодно заметил брюнет, оглядывая задний двор своего фамильного особняка пристальным взглядом. Сакура чуть слышно рассмеялась, увидев, чем в свободное время занимаются герой мира шиноби и опаснейшие нукенины. Посмотрев на лицо друга (любовника?!), девушка поняла, что он тоже прибывает в легком смятении. - Тэмэ! – весело окликнул Узумаки. - Это не то, чем кажется… - вяло пробормотала Карин, осознав, что она поймана с поличным играющей в детские игры. - Сакура-чан? – удивленно воскликнул Наруто, стремглав подлетев к парочке. – Что ты здесь делаешь, даттебайо? - Тот же вопрос уместно задать и тебе, добе, - сухо ответил за розововолосую напарницу Учиха, пока та, по всей видимости, изо всех сил пыталась не краснеть. Лицо блондина украсила его фирменная лисья ухмылка. Почесав затылок, он рассеяно заговорил: - Да вот играем… - Плюс пять очков за разумное объяснение тебе, тупица, - перебил подошедший к друзьям Суйгетсу. – Ну, здравствуй, Сакура, - как только уроженец Кири увидел зеленоглазого медика, его лицо тотчас же посветлело. - Привет, Хозуки-кун, - улыбнулась девушка. Мститель едва заметно повел бровью, реагируя на внезапно образовавшуюся теплую атмосферу между Харуно и его недо-напарником, однако что-либо предпринимать не стал. - Куда пропал, Саске? – наконец обратив внимание на носителя шарингана, спросил меченосец. Каким бы гениальным не был потомок проклятого клана, но именно на этот вопрос найти ответа в сию же секунду он не смог. Сакура, напротив, не растерялась: - Я слышала про твою дипломатическую миссию в Кумо, - будничным тоном начала она, смотря прямо в глаза другу. – Надеюсь, Райкаге-сама был дружелюбен. - Более чем, - поддержал разговор Учиха, вскинув бровь. Сакура застенчиво опустила взгляд, почувствовав, как ее правый глаз стал нервно дергаться, стоило ей трактовать слово «дружелюбно» несколько в ином значении. - А я думал, что Райкаге тебя терпеть не может, даттебайо, - задумчиво проговорил Узумаки, который на ура проглотил наглое вранье. - Поэтому миссия называется дипломатичной, - раздраженно прокомментировала Карин.

***

- Значит, ты обладаешь огромным запасом чакры, но не можешь им пользоваться вблизи того ненормального? – уточнила красноволосый сенсор, когда Сакура решила поговорить с ней с глазу на глаз. Харуно кивнула. Возможно, ей не следовало бы доверять напарнице Саске, но больше вариантов у нее не было. С Шизуне она говорить уже пробовала, а остальные медики, прямо скажем, в этом деле совершенно бесполезны. - И что ты хочешь от меня? - с нескрываемой неприязнью осмотрев зеленоглазую куноичи, спросила Узумаки. Разумеется, дело было весьма заманчивое, однако Карин не хотелось связываться с ученицей Годайме. Но, признаться, красноволосому сенсору было любопытно узнать, каков лимит ее собственных знаний и умений. - Я подумала, что мы с тобой могли бы создать вакцину, - несмело предложила Сакура, став жалеть о том, что вообще решила открыться постороннему человеку. На удивление куноичи, сенсор, перестав ее слушать где-то на середине, уже начала заинтересовано вчитываться в расчеты, которые Харуно успела вывести. - Интересно, - заключила Карин, отложив свиток. – Ты сделала это сама? - с немалой долей скептицизма задала вопрос девушка. Сакура вновь кивнула. Далеко не в первый раз она видит это сомневающееся выражение на лице своего визави. Ей приходилось сталкиваться с этим едва ли не всю жизнь. Доказывать, что она не просто какая-то там куноичи, которая по счастливой случайности попала в легендарную команду №7. Из-за всех сил стараться, чтобы просто поддерживать уровень обыкновенного ирьёнина в глазах окружающих. - Готова поспорить, ты всегда чувствовала себя нужной, - отстраненно проговорила Харуно. – Ты же сенсор… Карин с интересом посмотрела на розововолосую, не совсем понимая к чему этот разговор. - Не всегда, - девушка непринужденно повела плечом, посмотрев в окно. – Саске готов был пожертвовать моей жизнью ради своей цели… если ты не забыла, - безразлично добавила красноволосая. Сакура приоткрыла рот, но слова не желали приобретать форму. Пожалуй, единственный вопрос, который она хотела бы задать напарнице Учихи, мог прозвучать некорректно. Частично оттого, что этот же вопрос она задавала и себе. - Я помогу тебе, - резко встав со стула, проговорила Карин. – Но не потому что хочу, - уточнила куноичи, заметив, как оживилась Харуно. – А из-за того, что мне больше нечем заняться. Ясно? - Предельно, - улыбнулась Сакура.

***

- Прости меня, друг, - апатично пробормотал Копирующий Ниндзя, подняв глаза к небу, что было покрыто тяжелыми сизыми тучами. В воздухе витал аромат приближающегося дождя. Пронизывающий ветер метнулся в сторону Хатаке, окатив того ледяной волной. Мужчина слегка поежился от холода и безучастно поправил разметавшиеся серебристые волосы, однако уходить не спешил. Недалеко от Третьего Тренировочного Полигона напротив Мемориального Камня седовласый джонин провел практически целый день, с тоской вспоминая о днях минувших. Как ни странно, после того, как потомок Белого Клыка самолично покончил с Обито, ностальгия никуда не делась. Наоборот, кажется, лишь усилилась. А вместе с ней сенсея команды №7 стали посещать еще и картинки радужного «если бы только…». Если бы только он относился к Обито по-другому, если бы только он смог защитить Рин, если бы только он был хоть немного сильнее, чтобы предотвратить всё это… - Прости меня, друг, - вяло повторил джонин. - Хатаке Какаши, - раздался низкий женский голос. – Привычки не меняются? Джонин усмехнулся, узнав говорившую, но обернуться не соизволил. - Югао, - кротко обратился он, - давно не виделись. Резкий порыв ветра взметнул необычно темно-фиолетового цвета волосы девушки вверх, на ее миловидном лице появилась меланхоличная улыбка. Конечно, она надеялась побыть у Камня в одиночестве, но перспектива провести время в компании Копирующего Ниндзя не показалась ей неприятной. Скорее наоборот. - Вас давно не было видно, - приблизившись к мемориалу, проговорила куноичи. Хатаке не отвечал. Он лишь безучастно стал наблюдать то, с каким трепетом Узуки дотронулась до плиты. Каждый шиноби, стоя у Мемориального Камня, вспомнит что-то свое, сокровенное. - Я хотела лично поблагодарить вас за устранение Мадары-Тоби или как он там себя называл, - отрешенно промолвила Югао, не отрывая глаз от камня, очевидно, прибывая в поисках определенного имени. Какаши тихо усмехнулся. «Устранение» - какой же хороший термин был адаптирован в АНБУ! И не убийство вовсе, просто устранение. - Меня не за что благодарить. Я только… - … исполнил свой долг шиноби, - мягко оборвала его куноичи. – Я помню. Ветер усилился. С неба стали срываться редкие капли дождя. - Впрочем, - девушка резко выпрямилась и посмотрела на джонина, - я рада, что встретила вас. Мы узнали кое-что. Какаши вскинул бровь, приготовившись внимательно слушать. Отряд Югао славился своим отменным, доведенным до фанатизма методом поиска информации. И устранением опасных шиноби, разумеется. Сама же куноичи в категории АНБУ уступала лишь Саю, чья сила не подвергалась сомнению. - Информация под грифом «секретно», но, думаю, с вами я поделиться могу.

***

С энтузиазмом взбалтывая яйца, розововолосая куноичи не могла не задаваться вопросом, как вообще этот сумасшедший день закончился на том, что она готовит омлет в фамильном особняке клана Учиха. Как оказалось, в этом доме никто не умеет готовить, и почему-то именно к вечеру все вдруг вспомнили, что жутко голодны. - Омурайсу-у-у*, - воодушевленно протянул Суйгетсу, остановившись подле куноичи. - Не помню точно, но, кажется, дома его часто готовили, - задумчиво проговорил юноша. - Не удивительно, - непринужденно ответила Сакура, - это традиционное блюдо. Его готовят практически во всех семьях, потому что это легко и вкусно. - Хм-м, - меченосец осторожно взял палочки для еды. – Можно? Харуно в замешательстве посмотрела на парня. Неужели экс-нукенин хочет сам взболтать яйца? Однако не став задавать вопросов, куноичи протянула ему миску и сама переключилась на содержимое омлета, краем глаза наблюдая, что Хозуки приступил к работе. - Энергичней, - прокомментировала девушка. Хмыкнув, юноша послушно принялся за активную деятельность. Было что-то удивительно странное в этом предприятии. В тот день, когда Саске попросил его присоединиться к «Хэби», меченосец даже представить себе не мог, что год спустя он будет готовить омлет вместе с совершенно незнакомой ему куноичи. Неужели все эпические события, которые имели место быть в его прежней жизни, действительно должны были привести к этому дню? Верилось, естественно, с трудом. Но с каким бы усердием Суйгетсу не подключал к проблеме свой мозг, как бы сильно не пытался анализировать ситуацию, его нутро упрямо твердило, что он всё делает правильно. Всё, кроме самого взбалтывания яиц… - Любишь разбивать посуду? – немного оторопев, спросила Сакура, с приподнятой бровью наблюдая, как по ладоням парня растекается содержимое некогда целой миски. - Обожаю, - придя в себя, с ухмылкой на губах ответил Хозуки. Глаза розововолосой подозрительно сузились. Признаться, она немного побаивалась меченосца с неизменным оскалом на устах. Он казался ей диким и хладнокровным. Однако каждый раз, находясь в его компании, девушка убеждалась, что в нем есть что-то другое. Что-то очень отдаленно, но все же напоминающее человечность. Возможно, она обманывалась на его счет, ведь он сам выбрал свой путь. Его никто не заставлял становиться преступником. Значит, он - зло. Как и остальные напарники Саске. Как и сам Саске. Но после того, как Харуно пережила это пугающее чувство переполняющей ее силы, она перестала делить мир только на черное и белое. Потому что сама находилась где-то посередине. Там же, где и, должно быть, Суйгетсу. - Повар из меня никакой, - сказал, наконец, самое очевидное юноша, внимательно посмотрев на куноичи. - Бывает, - пожала плечами Харуно. - Выглядишь уставшей, - резко заметил меченосец. Сакура на мгновение опешила. Какой наблюдательный! Но, вспомнив, как свежо она выглядела в их первую встречу полгода назад, девушка поняла, что с ней произошли разительные перемены. - Миссии, знаешь ли, изматывают, - наконец нашлась с ответом розововолосая. Хозуки мнительно сощурил глаза. Сакура слишком нравилась ему, чтобы начинать докапываться до правды, но, с другой стороны, уроженцу Кири было уж очень интересно, что там на самом деле происходит между куноичи и Учихой. Однако, стоило юноше увидеть, как Харуно вновь приступила к готовке, напевая какую-то совершенно незнакомую ему мелодию, желание разоблачать ее тотчас же испарилось. Ему вдруг захотелось сохранить этот уютный эфемерный мирок, который они только создали.

***

Саске устало отложил свиток с очередной извращенной и, разумеется, запрещенной техникой Орочимару. Его уже стало подташнивать от странных мето́дов экс-наставника. Впрочем, такая альтернатива времяпрепровождения казалось ему куда более приемлемой, чем перспектива целый вечер лицезреть, как этот наглец Суйгетсу пускает слюни на то, что никогда не будет ему принадлежать. И да, Учиха до сих пор выражал свою привязанность в донельзя ребяческом и крайне незрелом желании обладать. Неприязненно поежившись от холода, носитель шарингана обратил свой агатовый взор к окну: на улице по-прежнему хлестал дождь. Всё-таки он поступил правильно, когда не позволил Сакуре покинуть пределы своего дома. Не хватало еще, чтобы она заболела. Поймав себя на мысли, что его и вправду заботит здоровье розововолосой куноичи, Саске покачал головой. Как же он мог упустить тот злополучный момент, когда благополучие другого человека стало для него важней собственного? Разумеется, это нисколько не тяготило наследника истребленного клана, однако кое-что всё же беспокоило его. Когда у человека есть что защищать, это автоматически делает его уязвимым. Судил Учиха на примере своего старшего брата. Итачи был сильнейшим шиноби, на земле еще долгое время не родится человек, который сможет сравниться с ним. Однако даже у него была одна слабость, а именно - любовь к младшему брату. Только ленивый не скомпрометировал бы его. Удивительно, но только сейчас Саске в полной мере стал понимать действия нии-сана. Если бы Сакуре угрожала опасность, он бы не раздумывая вырезал целое селение, не говоря уже просто об отдельном клане. Конечно, родная кровь и девушка в корне разные понятия, но, тем не менее, черноокий экс-нукенин чувствовал, что пусть на один шаг, но он стал ближе к мировоззрению Итачи. Не в силах больше сидеть на одном месте, Учиха резко встал и направился к двери. Всё-таки размышления на вечные темы угнетают. Судя по тишине царившей в доме, все его обитатели слегли на боковую. Выходит, розововолосая гостья тоже уже спит. Эта догадка слегка удручила черноокого юношу. Принимая во внимание подозрительность его сокомандников, Харуно целый день упрямо избегала его, поэтому носителю шарингана так и не удалось поговорить с ней. Хотя о чем конкретно ему хотелось бы с ней поговорить, Саске не знал, но необходимость в этом остро ощущалась даже сейчас. Пройдясь вдоль коридора, Учиха замер напротив гостевых покоев. Его, естественно, удивлял и немного разочаровывал тот факт, что посреди ночи именно он ищет компании розововолосой, а не наоборот. Должно быть, карма таким способом довольно прямолинейно намекает потомку истребленного клана, что в жизни всё возвращается бумерангом и теперь настал его черед побегать. На мгновение задумавшись о цели своего визита, брюнет едва сдержался, чтобы наотмашь не дать себе же пощечину. Вот он стоит, как дурак, уставившись на закрытую дверь комнаты, в которой Сакура уже давным-давно спит и видит сны, где ее уж точно не беспокоит психопат с посттравматическим стрессовым расстройством. А даже если и не спит, то что он ей скажет? Зачем он, собственно, пришел? Чтобы снова заснуть, держась за руки? Ведь это просто прекрасная затея, поражающая своим рационализмом. Но ведь это действительно то, что ему сейчас хотелось. Просто сжать ее ладонь в своей и знать, что она в порядке. - Саске? - от бестолковых мыслей парня отвлек удивленный женский голос. Допрыгался. Даже голову поворачивать не нужно, чтобы понять, кто стоит позади, чьи зеленые глаза смотрят так изумленно и проникновенно… чье присутствие уже само по себе делает ситуацию до безобразия неловкой. Сакура, слегка наклонив голову набок, пристально смотрела на замершего парня. Признаться, она удивилась, увидев его у своей комнаты. Точнее у его комнаты, но так как она гостья, то комната всё же ее, по крайней мере этой ночью. Шальная мысль о том, что носитель шарингана банально заблудился, была тут же отброшена, а секундой спустя Харуно стала корить себя за идиотизм - дом-то принадлежит ему, как Саске может заблудиться в нем. Заметив, что стакан с водой в ее руке вот-вот лопнет от того, что она слишком сильно его сжимает, девушка попыталась расслабиться. Но всё тщетно, ведь рядом находился Саске. Она намеренно старалась не контактировать с ним весь сегодняшний день, чтобы Карин с Суйгетсу не заподозрили чего, но для нее это стало настоящей пыткой. Ей хотелось проводить с Учихой всё своё время, при этом не боясь быть пойманной кем-то. Становилось тошно от осознания того, что на их пути обязательно будут возникать препятствия. И эта дорога никогда не станет легче. - Ты всегда была такой безответственной? - Учиха вопросительно приподнял бровь, перейдя в наступление. Очевидно, справившись с первичным замешательством, юноша вдруг осознал, что Харуно не очень-то и боится разгуливать по чужому дому в сомнительном прикиде поздней ночью, при этом зная, что здесь живет далеко не один парень. - Прости, что? - сначала Сакура не поняла, откуда взялась эта претензия, но, словив весьма однозначный взгляд, каким брюнет пренебрежительно осмотрел ее с ног до головы, куноичи вспомнила, что на ней сейчас его рубашка. - Я нашла ее в комоде… - предприняла слабую попытку оправдаться девушка. Саске же с трудом подавил желание закинуть бесстыдницу на плечо, принести в свою комнату и закрыть ее там. Навсегда. Но, стоит признать, вид розововолосой в его рубашке отчего-то льстил самолюбию Учихи, он невольно ассоциировал это с флагом на завоеванной территории. - Ложись спать, - тихо и мрачно проговорил носитель шарингана, стараясь не выдать свою заинтересованность. Харуно кротко кивнула, медленно приблизившись к нему. Сейчас лицо Учихи не проявляло ни единой эмоции, он был холоден, как и всегда, но девушке почему-то он казался до боли смешным. - Тут холодно, - поежившись от сквозняка, произнесла Сакура. - Останься со мной. Саске внимательно посмотрел на девушку, не веря своим ушам. Эти три заветных слова он и хотел услышать. A/N: Словами не передать, как мне стыдно, минна-сан. Совсем замоталась.___.