Гейша. Секрет настоящего

Приношу огромное извинение за столь длительную задержку с выходом новой главы =_="""" Мне очень, очень стыдно, и очень жаль т.т... Ну а теперь, когда я всё-таки написала её (да~~ я сделала это!!)Думаю, можно приступить к её чтению :33 Очень надеюсь, что она вам понравиться ^^ ________________________________________________________________________ Со дня пышного и столь трепетного сердцу дебюта ночной небосклон успело озарить своим драгоценным ликом две полных блистающих серебром луны. Злато-красные кленовые листья обильно усыпали парковые тропинки и мощённые длинные лестницы, ведущие к храму на горе. Частые затяжные осенние дожди превратили большинство дорог в грязевое месиво, через которое не всякий рикша мог протащить повозку. Тем самым перекрыв на неопределённое время возможные кротчайшие пути, которыми пользовались многие гейши, чтобы добраться до определённых мест назначения. Один из чайных домов даже пострадал от этого, так как из-за длительных дождей дорога, окружающая его, превратилась в одну большую грязевую лужу, через которую было тяжко пробраться, а не испачкать дорогущее пёстро расшитое кимоно и того невозможно было. Отчего гейшам и майко этого дома пришлось оставить занятие своим ремеслом на несколько дней, ожидая благоприятной погоды… Чайному дому «Микаэри Янаги» повезло с этим намного больше, поэтому юные майко со столь дражайшими гейшами с приближением вечернего трезвона уличных колокольчиков с превеликим удовольствием старательно подготавливались к своим вечерне-ночным озашики. Бэкхён, чьё имя теперь было - Кохаку, с не меньшим энтузиазмом приготавливался к предстоящему времяпрепровождению. По словам Луны, сегодня у них особенное озашики, на которое их пригласил очень влиятельный, но при этом человек, желающий остаться инкогнио. Он был публичным лицом, потому не любил сплетней о себе. И из-за того, что он занимал довольно таки высокий и влиятельный пост, ему не положено было находиться в обществе гейш. А так как он питал особую страсть к очаровательным таинственным красавицами ночи, он не мог себе в этом отказать, и поэтому старательно делал свои пусть и редкие встречи с ними, тайными. Так как, как никто другой, прекрасно знал, что всё увиденное или услышанное гейшам, навсегда останется с ними и дальше сегодняшнего вечера не пойдёт. Понто-Чо, известный как квартал гейш, каждую ночь загорался и искрился невероятными огнями, манящими всё больше и больше посетителей к себе, словно голубой яркий огонёк, так страстно завлекающий к себе мотыльков и мошек. Только после посещения этого района гости, побывав здесь единожды, обязательно вернутся сюда ещё множество раз, дабы насладиться обществом прелестнейших гейш и сказочной атмосферой, создаваемой каждую ночь. Ведь каждую ночь Понто-Чо перевоплощался в маленький праздник, которым мог насладиться любой желающий. Накладывая последние штрихи макияжа, внимательный Луна не сводил глаз с Кохаку. - Что-то не так? – Всё-таки решил спросить он, аккуратно закручивая густо чёрную стрелку, оплетающую левый глаз. - Я немного волнуюсь. – С неловкой улыбкой на губах честно признался парнишка, разглядывая свой образ на сегодняшний вечер в зеркале. - Тебе не стоит волноваться. – Отложив чернила в сторону, и подойдя к нему, Луна при ободрительно приобнял его за плечи. – Видя, как ты справляешься в последнее время, могу с уверенность тебе сказать, что сегодня всё будет хорошо. – Обхватив аккуратно его личико пальчиками, и направив его взгляд на себя, гейша по-доброму улыбнулся, вселяя юноше своей прекрасной улыбкой веру в себя. Третья луна взошла на ночной пьедестал, окутав своим хладным мягким светом широкие улицы и крыши домов, оставляя на блестящих поверхностях свою яркую улыбку. Ночные улицы снова заблистали разноцветными огнями, а из многочисленных чайных домов, домов для встреч и кабаков полились звуки разнообразных музыкальных инструментов, сплетённых в едином танце с очаровательными голосами гейш, а иногда с лёгкими вплетениями смеха довольных гостей. Озашики, на которое были приглашены Луна и Кохаку уверенно набрал обороты. И когда гости, наполнившие свои желудки терпким и дурманящим сакэ стали активно реагировать на дивную игру старшей гейши на сямисэне, отдавая ей всё своё внимание, Кохаку решил воспользоваться моментом, и покинул столь шумную обстановку. Чайный дом, в котором «господин Х» - так его мысленно прозвал Бэкхён, устраивал данное озашики, находился в верхней части района на небольшой горе, выходя задней стороной дома к реке. Потому, выйдя на несильно широкий, но длинный балкончик с массивными деревянными перилами, юноша восторженно вгляделся вперёд. Пред его глазами открылся яркий, пёстрый, праздничный Понто-Чо, пробуждающий своим видом волнительные чувства. А свежий ночной воздух, тотчас окутавший его, отрезвил его чуть затуманенный от выпитых трёх чашек сакэ рассудок и пробудил в его памяти дорогой сердцу образ матушки. - Негоже бросать гостей, - Неожиданно и негромко раздался голос за спиной, в котором явно слышалась лёгкая усмешливая улыбка, заставшая молодого парнишку врасплох. Слегка дёрнув головой в сторону от испуга, а после, полностью повернувшись к опьяневшему гостю, Бэки увидел перед собой «господина Х». Пусть мужчина и позволил сегодня себе пару лишних чашек сакэ, он всё равно продолжал держать себя подобающим образом, а потому не вызывал особого отвращения у парня. - Вы правы, господин Отомэ. – Сделав небольшой поклон в знак извинения, Кохаку поднял на него свой выразительный взгляд. – Мне не следовало покидать гостей, - парнишка бросил короткий взгляд за спину мужчины, быстро оглядев веселящихся там с Луной других мужчин. – Но сегодняшняя ночь так прекрасна... - Взглянув на ночное небо, он продолжил. - А полная луна, окружённая мерцающими звёздами, так пленительна, что я не смогла устоять и не насладиться данной красотой. – Одарив господина Отомэ своей очаровательной тонкой улыбкой, Кохаку, рискнув, повернулся спиной к господину, продолжив разглядывать светящийся Понто-Чо. - Значит Вы, юная Кохаку, ценительница красоты природы? – Растянув свои губы в довольной улыбке, Отомэ Го присоединился к майко, встав справа от неё и облокотившись всем торсом на широкие перила. - Несомненно, господин Отомэ. – Незамедлительно ответил Бэкхён, взглянув на стоящего справа от него мужчину. – Я считаю, что красота, созданная природой, является самой чистой и неподдельной. И даже человеку невозможно воссоздать даже и малейшую частицу чего-то похожего на неё… Внимательно вслушиваясь в слова, изрекаемые этой юной девушкой, мужчина одобрительно качнул головой. - Готов поспорить с Вами в этом вопросе. – В глазах мужчины загорелись крохотные огоньки, а губы украсила лукавая ухмылка. Повернувшись к девушке всем телом, он продолжил. – Передо мной сейчас стоит самое, что ни на есть прекрасное творение человека, чьё тело умело облачено в красивые ткани, цвета лазури, а длинные прекрасные волосы собраны в сложную роскошную причёску. – Слыша это, Кохаку с трудом скрывал своё удивление, пытаясь сохранять полное спокойствие на своём лице, ведь это впервые, когда гость такого ранга делает ему комплимент. – А это может значит лишь одно - человеку всё-таки подвластно создать нечто, не уступающее в красоте самой великой матери-природе. – Господин Отомэ, высказавшись по этому вопросу, стал выглядеть очень довольным. Рассматривая его под светом полной луны, эти мудрые глаза и тонкие губы выказывающие лёгкую улыбку, эти тёмные волосы, развивающиеся на ветру, Бэки вдруг проникся к нему и возжелал продолжить столь интересную беседу под покровом ночи. Минуты общения наедине под сверкающим небом пролетали, словно падающая звезда в глубине ночного небосклона, чей последний вздох перед неминуемым растворением, длится несколько секунд. Получая невероятно увлекательное общение от человека, питающего особую слабость к пленительным чаровницам, Бэки теряет счёт времени. Лишь когда раздвижные фусума с лёгким шуршанием раскрываются и в проёме появляется тонкий стан дражайшего старшего брата, Бэкхён понимает, что времени больше нет. - Дорогой господин Отомэ, - с неким заигрыванием произносит Луна, незамедлительно подошедший ближе. – Хочу угостить Вас последней на сегодняшнюю ночь чашей сакэ…- Протянув ему небольшой лакированный разнос с чёрной чашкой, полной сакэ, он продолжил. - И украсть из плена ваших дивных речей нашу прекрасную Кохаку. – Дождавшись того, когда Отомэ Го заберёт чашу, тут же убрав разнос в сторону, Луна аккуратно касается предплечья Бэкхёна. - Неужели часы нашего озашики так скоропостижно закончились? – В тёмных глазах Отомэ заблестело вопросительное удивление. Кохаку, переводящий глаза с Луны на господина Отомэ, не позволял себе влезать в разговор между ними, считая, что это будет неподобающим жестом с его стороны, но в тоже время внимательно следил за всеми жестами, интонациями и действиями Луны, ловя во всём этом нужные для себя уроки. - Прошу Вас, взгляните туда… - Луна, легонько приподняв руку и указав тонкой аккуратной кистью в сторону ещё ночного Понто-Чо, обратил внимание мужчины на место пересечения ночного неба с сонным районом, где начинала виднеться узкая полоска светлеющего неба. Проследив за рукой старшего брата, Бэки с огромным удивлением в глазах осознал, что время, проведённое за разговором с этим очаровательным зрелым мужчиной, подвело их озашики к своему завершению. - Ох… - Не менее удивлённо выдохнул мужчина, после чего сделал небольшой глоток из чашки. – Дорогая Луна, Вы правы. Наша волшебная ночь… - Мужчина на последних словах взглянул на милую юную Кохаку. – Медленно подходит к завершению. В таком случае, не смею больше задерживать Вас, прекрасная Кохаку. – Улыбнувшись Бэкхёну, странно довольной и немного грустной улыбкой, Отомэ решил направить всё своё внимание на неторопливо появляющийся восход солнца, лишь бы не видеть, как юная девушка, чьи интересы так неожиданно совпавшие с его, навсегда покидает его. Потому как он был более, чем уверен, что с ней ему больше никогда не свидеться. - Доброй ночи, господин Отомэ. Надеюсь, мы с вами ещё свидимся. – Сделав глубокий поклон в знак сильного уважения, и одарив мужчину своей мягкой улыбкой, Бэки покорно последовал за старшим братом.

※※※※※

Рассвет ещё не успел достичь сонных улиц Понто-Чо, потому здесь всё также горели гирлянды из бумажных фонарей, оплетающие улицы, словно извилистые змеи, только вот уже было значительно тише. Лишь в некоторых местечках ещё слышались звуки затянувшихся озашики. Проезжая мимо одного из уважаемых чайных домов встреч и мысленно воображая образ господина Отомэ, стоящего на балконе второго этажа, неторопливо допивающего свою чашку сакэ и встречающего рассвет в гордом одиночестве, так как пока они разговаривали, навеселившиеся гости медленно распрощались, от чего Луна даже некоторое время молча наблюдал сквозь стеклянную дверь за Отомэ и Бэкхёном, юноша вдруг цепляется взглядом за молодого мужчину, покидающего двери чайного дома. В свете бумажного фонаря, подвешенного под самой крышей, волосы этого мужчины кажутся необычайно огненными, отчего в мыслях Бэкхёна образ господина Отомэ вмиг растворяется, замещаясь этим незнакомцем. А когда на лице этого мужчины проскальзывает невероятно притягательная улыбка, в груди юнца появляется странное ощущение, будто в тёмной непроглядной ночи перед его взором предстал необычайной красоты огненный закат. И в это миг он понял слова Отомэ Го, гласящие о том, что есть на белом свете люди, которым подвластно сравниться с непревзойденной красотой природы. И таким человеком для Бэкхёна сал этот самый незнакомец. Умелый рикша довольно быстро протащил повозку мимо этого чайного дома. Потому у парнишки больше не было возможности насладиться хотя бы ещё несколькими секундами этим дивным молодым мужчиной. Оттого крепкое, но всё же наивное от неопытности, сердечко Бэкхёна запело новую и неизвестную доселе песню. Несущую в себе невероятной силы желание увидеться с прекрасным незнакомцем ещё раз…