※※※※※
По дому разливались очаровательные звуки сямисэна, и тонкий звон маленьких круглых колокольчиков, прикреплённых к ручкам веера. На первом этаже окия полными ходом шла репетиция учениц. Одной предстояла игра на сямисэне, в то время как другая в составе ещё нескольких девушек, будет исполнять групповой танец. Сидя перед большим обрамлённым светлым деревом зеркалом, и всматриваясь в своё отражение, Бэкхён думал о предстоящем выступлении. Всего через несколько часов начнётся долгожданный фестиваль, а по звукам, доносящимся из бамбукового окна, было явно слышно, что гости уже прибыли и нужно начинать сборы. Волнение накрепко сковало его юное тело, отчего он, совсем не двигаясь, продолжал глубоким взглядом смотреть на своё отражение и бесконечно представлять своё выступление. Большую публику, незнакомую сцену, и единственный шанс на успех. Неожиданно поток его мыслей сменился, и в голове возник образ отборочного дня, когда за свои старания он получил хвалебную похвалу от учителя, но роль на сольное выступление оказалась у другой ученицы, что очень опечалило его. Ведь Бэки был так уверен в себе, он так ждал эту роль. В результате этого Бэкхён даже аппетит потерял, и ничего толком не ел на протяжении двух дней. Но когда их окия посетила камуро, прислуживающая в школе танцев, и принесла неожиданную весть, Бэкхён был сильно удивлён и счастлив, но в тоже время обеспокоен за здоровье той девушки. Прикрыв глаза, и вспомнив эмоции, что переполняли его в тот день, а затем, прислушавшись к игре на сямисэне, что доносилась с первого этажа, он медленно поднялся с пола и начал танцевать, вспоминая все уроки, что дал ему Кити-сан. В танце Бэки начал чувствовать себя намного легче и увереннее. Сегодня у него всё получится, и он обязательно станцует лучше всех. Так он думал, делая плавные движения руками, при этом вырисовывая полукруг правой ногой. - Гхм… - Внезапно раздалось со стороны фусума. Слегка вздрогнув и раскрыв свои глаза, мальчишка увидел на пороге Симойё, немного недовольным взглядом смотрящую на него. Он так увлёкся танцем, что не заметил звука раскрывшегося фусума. - Я… - Рассеянно начал он, пробежав по комнате взглядом. - Я репетировал. – Бэки направил свои злато-янтарные глазки на Симойё. - Это очень хорошо. – Взгляд женщины тут же смягчился, а тембр голоса оказался приятно мягким. – Ну а теперь тебе нужно собираться. И поскорее. – Пройдя в комнату, она сразу же подошла к Бэкхёну. – Начнём?.. На вопрос Симойё, Бэки сделал кивок в безмолвном согласии, будучи полностью готовым к одеванию. Конечно, для одевания существуют одевальщики, но в данной ситуации Симойё не могла рисковать, поэтому всегда помогала Бэкхёну с его кимоно, или этим занималась одна из камуро, если она в свою очередь была очень занята. Закончив с лёгким праздничным кимоно Бэкхёна, женщина приступила к парику. В этот раз часть его волос была на макушке подвязана в сложенный в несколько раз хвост, а другая распущенной, и от основания хвоста шло несколько цветочных ниток, цветы которых были выкрашены в красно-золотистый цвет. Кимоно было выполнено в подобных тонах, белоснежная основа с большими красными цветками понизу, и золотистым оби на талии. Симойё старательно накладывала макияж на нежную кожу Бэкхёна. По окончании, его лицо стало подобно белоснежной маске, а края его прекрасных раскосых глаз украшало красноватое обрамление, приобретающее виды широкой стрелки, уголки которой смотрели вверх. Только губы его были накрашены не полностью, лишь нижняя губа была выкрашена красной помадой. Так гласили правила. Когда последний штрих был наложен, Симойё, наконец, позволила Бэкхёну взглянуть на себя в зеркало. Глаза мальчишки округлились в невероятном удивлении. Его накрыл сильнейший восторг, лишь стоило ему увидеть своё отражение. По ту сторону зеркала на него смотрела самая, что ни на есть очаровательная девушка, и этой девушкой был он, Бён Бэкхён. Сегодня его точно никто не сможет разгадать, и в сегодняшний вечер огни Понто-Чо будут светить лишь для него.※※※※※
Невероятно большая сцена была украшена множеством свисающих длинных нитей, покрытых золотистыми цветами, а на заднем фоне было растянуто тёмно-серое полотно. Во всём зале был намеренно сильно приглушён свет, чтобы внимание гостей стало приковано к сцене, на которой лишь золотистые цветки поблёскивали в полумраке. Зал накрыла глухая тишина. Собравшись с силами, и откинув ненужные мысли прочь, Бэки проверяет веера спрятанные за поясом, и, убедившись в их наличии, мягкой еле заметной поступью торопливо выходит на середину сцены, становясь спиной к публике и занимая нужную позу. Внезапно два боковых прожектора загораются ярким белым светов, скрещиваясь в той точке, где сейчас находится Бэкхён. Публика с ещё большим интересом направляет свои взгляды к сцене. Как только зал заполняют первые звуки сямисэна, Бэкхён достаёт веера и начинает свой танец. Мелодия звучит мягко и неторопливо, благодаря чему можно отчётливо услышать нотки печали, или быть может тоски. Танец Бэкхёна называется «Безмолвная Луна». На протяжении всего танца его задача заключается в том, чтобы прятать своё лицо от внимательных и восторженных взглядом гостей, с помощью двусторонних вееров, каждый раз меняя лицевую сторону веера. Веера с одной стороны покрыты тёмным цветом с белыми вьющимися полосами, а с другой – нежно розовым с косыми золотистыми полосами у одного из края. Смысл его танца заключается в том, что юная девушка, когда-то полюбившая смелого самурая, дарит ему на прощание свой первый поцелуй при свете полной белоснежной луны у глубокого синего озера, и обещает его ждать. Проходят дни, месяца и годы, но девушка неустанно продолжает приходить к этому озеру, надеясь, что в один прекрасный день она сможет встретить своего возлюбленного. Здесь Бэки делает плавные движения руками, вырисовывая правой ногой полукруг, после чего начинает тянуться веером, развёрнутым лицевой стороной к себе, вверх, к якобы полной луне, задавая ей немой вопрос: «Когда же?». Когда девушка получает первую за всё время весточку от возлюбленного, то здесь начинает играть уже тревожная мелодия с резким прерывистым звучанием, а Бэки начинает размахивать веерами, вырисовывая необъяснимые узоры в воздухе, и уже переставая прикрывать лицо, показывая своими движениями полное негодование, отчаянье, боль. В письме говорится, что её возлюбленный пал храброй смертью на поле боя, от этого девушку поглощает чувство ужасной утраты и боли. В этот момент Бэкхён делает пару поворотов с небольшим метанием в сторону, куда вскидывает веерами. А после, резко замирает на месте и, медленно подняв веера вверх, снова задаёт немой вопрос: «Почему же?», и, не получив ответа от белоснежной безмолвной луны, он отчаянно опускается на деревянный пол сцены. Мелодия сямисэна затихает, а после начинает звучать, словно последние капли дождя, стучащие по черепичным крышам домов, и Бэки уже под это звучание медленно поворачивается лицом к сцене, уже закрыв его веерами, один из которых повёрнут розовой стороной, а другой – тёмной. Музыка затихает окончательно и в зале повисает немая тишина. Пряча лицо за веерами, Бэкхён продолжает держать эмоции в себе, выказывая лишь равнодушное выражение лица. Биение его сердца учащается, и начинает отдавать в ушах, словно барабанная дробь, тем самым немного оглушая его. Участницы и исполнительницы, что находились за кулисами, затаивают дыхание, ожидая критики от гостей. И в это момент зал взрывается сильнейшими овациями за историю театра. Слыша это Симойё, находившаяся среди гостей, понимает, что Бэкхён возымел колоссальный успех. В своё время, за своё исполнение Симойё тоже получила сильные овации, но они никогда не смогут сравниться с этими. Видимо этот мальчик станет самым успешным. Сердце её не подвело. Смотря внимательным взглядом и с загадочной улыбкой на ало красных губах на девушку, сидящую на сцене, гейша, в серебристом кимоно с узорной вышивкой и с сиреневым оби на талии, делает новый глоток из бокала и согласно кивает самой себе.