A Little Death

POV Себастиан.       Первое, что привлекло меня в нем, были, конечно же, его глаза. Затем, широкие плечи, мускулистые руки, узкие бедра… Но эти глаза. Этот пронизывающий взгляд, который при попадании во что бы то ни было прожигает, словно насквозь. Глубокий задумчивый взгляд серых глаз манил и сбивал с толку. Я, наверное, с получаса не мог отвести от них взгляд. Я тонул, как бы сентиментально это ни звучало. Он рассуждал про любовь, и при звуке его голоса по венам будто разливался огонь. Так значит, он поддерживает однополые отношения? Гей. Стопроцентный. Я мысленно усмехнулся, потому что это упрощало мою задачу. Я уже знал, что мне хотелось, чтобы эти глаза были обращены ко мне. Раздевали взглядом, просили, умоляли, кричали, наказывали. И этот парень будет моим, чего бы мне это не стоило.       Я догнал его, когда он шел после терапии к своему кабинету.       – Хантер! Привет, — он окинул меня равнодушным взглядом.       – Привет, Себастиан, — секундный зрительный контакт заставил мысли спутаться.       — Я… хотел спросить, надолго ты здесь? — Нервно спросил я, а брови Хантера сомкнулись на переносице.       – А что? — Спрашивает он, и я пожимаю плечами.       – Думаю, как много у меня времени, — уже совершенно уверенно ответил я, обнажая зубы, а Хантер усмехнулся.       – На что?       – Да неважно, — ухожу я от вопроса и обгоняю Хантера, идя вперед спиной и смотря тому в глаза. Он их отчего-то смущенно отводит, но отвечает:       – Надолго, — я довольно болезненно сталкиваюсь спиной с дверью, а Хантер, обхватив меня за талию, тем самым вызывая во мне волны незнакомых и приятных ощущений, отодвигает меня в сторону. Кларингтон входит в свою комнату, и я стою около его двери, не в силах даже вдохнуть. Спустя пару секунд я, чувствуя прилив каких-то новых сил, отправляюсь к себе, чтобы лежать на своей кровати и безумно пялиться в потолок, думая о глазах. О серых туманных глазах.       Примерно через два часа после терапии к нам в комнату зашла Холли, еще одна медсестра, которая будет заменять Эмму и на ресепшене.       – Мальчики, индивидуальные терапии Уилл у вас больше принимать не будет. Его уезд стал толчком к принятию интернов мед.института, поэтому у большинства из вас будет свой личный психиатр. Может быть и такое, что один психиатр примет несколько человек. Уилл принимал всех… — оповестила нас Холлидэй, и мы с Финном переглянулись.       – Они не квалифицированы, — сказал я, а Холли нахмурилась.       – Зато им платить меньше, это же стажировка.       Честно, мне было плевать. Просто не хотелось доверять свои проблемы человеку, который едва ли закончил образование и едва ли знаком с этой сферой. Впрочем, не сказать, что я больше всех нуждался в психиатре. Мои приступы агрессии были в спящем режиме, но я знал, что это лишь на время. Здесь все всегда на время. Иногда кажется, что я никогда не встану в колею.       Когда пришло время обеда, мы с Финном быстро добрались до столовой, и, как оказалось, Холли была и там.       – О, мальчики. Хорошо, что вы пришли, я как раз называю ваших психиатров. Финн, ты будешь у Мерседес, а Себастиан у… — Женщина пробежалась глазами по своему блокноту, перелистывая страницы. — А, вот! Тебя лечить будет Дэни, — Холли захлопнула блокнот и удалилась. Какая нахрен Дэни? Я рухнул на свободное место рядом с Сантаной и устало вздохнул.       – Ну, а Хантер у кого?       Бриттани подняла руку.       – Милашка у меня. Он тебе понравился что ли? — я воткнул вилку в картофелину и покачал головой.       – Просто интересно.       Сантана закатила глаза.       – Хитрый сурикат, все видели, как ты на него пялился, — изрекла она, отправляя к себе в рот вилку.       – Ох, ну, он выглядит, как парень на один раз. Я б его… — Mеня прервал Блейн, спрашивая какую-то дребедень про то, как нас лечили раньше. Да никак не лечили, раз мы все еще здесь. Мне отчего-то стало неуютно, обернувшись, я увидел Дейва, одиноко сидящего на приличном от всех нас расстоянии. Он прожигал во мне дыру, даже не моргал. Хотелось воткнуть ему вилку в глаз.       Я встал из-за стола и, выйдя в коридор, спустился на ресепшен, где подпиливала свои наманикюренные ногти Холли.       – Привет, Себастиан, — не отрываясь от занятия, сказала она.       – Холли, тебя Фиггинс позвал, — стараясь как можно более уверенно произнес я, ожидая реакции.       – Почему ты мне об этом сообщаешь?       – Почему я? Потому что я столкнулся с Фиггинсом в коридоре, и он сказал, чтобы ты зашла к нему. Что это важно, и если я не передам, планы нарушатся, — умело врал я, а Холли округлила глаза.       – Он сказал тебе еще что-нибудь про планы? — Oна заглянула в мои глаза, делая акцент на слове «планы». Я замялся.       – Э-э-э… Кажется, нет. Иди уже! — Холли мигом рванула со своего места в противоположное крыло к кабинету Фиггинса, а я решил воплотить в жизнь свои незаконные планы.       Вырвав лист из блокнота, я начал вводить новые данные, в которых моим психиатром был Хантер Кларингтон. Сунув изначальный лист в карман, я оглянулся по сторонам, и не спеша отправился в свою комнату.

POV Хантер.       Я откинулся в кожаном кресле, вдыхая запах новой мебели и ветра, который сильно задувал в кабинет для индивидуальных терапий. Ко мне должна подойти та странная девчушка с шизофренией, но разговаривать два часа про единорогов мне жутко не хотелось. Я вздрогнул и сел прямо, когда в дверь постучали.       – Войдите, — бросил я, и в кабинет проскользнул Себастиан. Тот самый парень, который не сводил с меня глаз на общей терапии. Тот самый парень с безупречной фигурой, тонкой талией, острыми и благородными чертами лица. Зелеными задумчивыми глазами. Легкой уверенной походкой он садится в кресло напротив меня и в вопросе поднимает брови.       – Где Бриттани С. Пирс? — Задал я очевидный вопрос после повисшего между нами молчания.       – У Дэни, — усмехнулся тот и выжидающе скрестил руки на груди.       – Но… — Начал было я, но шатен прервал меня.       – Могу ее вернуть, если хочешь, — он равнодушно пожал плечами, и я решил, что хватит с него расспросов. Хотя с ним определенно разговаривать не хотелось. Этому рту можно найти более достойное применение, чем разговоры. Смайт, будто догадавшись, о чем я думаю, усмехнулся, и, отъехав от стола, вытянул свои безупречные длинные ноги.       – Так удобнее, — пояснил он, и я прокашлялся, с трудом отводя взгляд от его ног.       – Итак, Себастиан. У тебя психосоматоз… Приступы ярости? — Удивился я, а Себастьян недовольно фыркнул.       – Да, но их проявлений не было давно, даже очень. Но когда они происходили, это было… В общем, меня единогласно отправили в дурку, — пожимает он плечами.       – Не расскажешь свою историю? — Я пытаюсь идти на контакт и смотрю ему в глаза, стараясь разглядеть его чувства, но он слишком умело прячет их, все так же равнодушно пожимая плечами.       – Нет, — отвечает он.       – Ла-адно… О чем хочешь поговорить? — Я не сдавался, и Себастьян смущенно улыбнулся.       – Любишь мюзиклы? — Полюбопытствовал он, а я усмехнулся.       – Еще бы, — ответил я на его вопрос, и мы пустились в обсуждение мюзиклов. Современных, старых, тех, которые еще не вышли, или тех, которые не признал мир. Я вынужден признать, что собеседник из Себастиана просто отличный. С ним было так непринужденно и легко, что не хотелось заканчивать терапию, если она таковой была.       – О, а еще я люблю фильмы ужасов! — Воскликивает Себастиан, и я с неохотой смотрю на часы. Так и знал. Время вышло.       – Мне тоже нравятся, даже очень. Забавляет реакция людей на них, особенно, когда они не страшные, — отвечаю я и улыбаюсь. Себастиан понимает, что ему пора возвращаться в комнату и заметно грустнеет.       – Посмотрим как-нибудь ужасы вместе? — Предлагает он, а я киваю.       – Обязательно, — Себастиан исчезает за дверью, а на моем лице расцветает глупая улыбка. Мой взгляд упал на скомканный лист на полу, и, подняв его, я увидел, что это был список. Список пациентов и психиатров, который гласил, что Себастиана Смайта лечить должна Дэни, моя сокурсница. Моя улыбка становится еще шире, хотя, кажется, шире некуда, и я решаю для себя, что в кино мы с ним обязательно сходим. И даже не раз.