Долг Хокаге

- Ты не ошибся дверью? – Сакура презрительно посмотрела на меня. -Я не могу зайти к любимой женушке? – мой взгляд был не ласковее. Чем больше Сакура задевала нашу маленькую дочь, тем больше мне хотелось втоптать розоволосую ударом наотмашь в мерзкую вязкую грязь. Наш брак был адом, отношения кровоточили ненавистью, но обстоятельства заставили наши руки быть связанными вместе колючей проволокой. Помню, как после моего возвращения в деревню Тсунаде поставила мне условие: либо я женюсь на Сакуре, либо моя жизнь в Конохе будет трудной. Как я тогда смеялся… Глупая женщина! Я пережил ненависть мира, а она меня тут деревенькой пугает. Интересно, как бы она это осуществила? Но в тот миг моему сердцу очень хотелось почувствовать спокойствие и добрые эмоции. Я устал смотреть на злые глаза окружающих. Спасибо, что эта сентиментальность быстро выветрилась из моей головы, и я вспомнил, каким холодным нужно быть с этим миром. Но тот недолгий порыв ранимости принес мне достаточно боли… Короче, я согласился. Но сразу предупредил Сакуру, что мое теплое к ней отношение никогда не переступит грань дружбы. Конечно же, она мне не поверила. Весь женский пол поголовно уверен, что обладает какими-то сверхъестественными способностями, которые могут одурманить любого мужчину без исключения. Еще раз повторю, глупые женщины! Свадьба состоялась, и все было хорошо до определённого момента… Сам виноват, наивный придурок! Забыл главное правило жизни: «Не показывай человеку слабость, иначе он превратит ее в боль». - Ты чего добиваешься? - О чем ты? Наивная, если играешь в жестокие взрослые игры, так хоть с правилами ознакомься. - Со мной этот дешевый театр не работает. Ты надеешься с помощью Ли отстранить Сараду от меня. - Ты же ее не любишь. Она для тебя лишь способ сохранить твой дурацкий клан. Очередное оружие в твоих руках. Я помню те слова… - Сакура даже не смотрела мне в глаза. Когда я узнал, что она беременна, был готов разнести всю деревню, так сильно ненавидел тогда все вокруг. Я рвался на самые долгие миссии, лишь бы не видеть, как внутри нее растет мой ребенок. Как меня тогда осуждали… И даже Наруто. Глупый дурачок, который носился со своей беременной Хинатой, как с самым ценным бриллиантом мира. Мне так хотелось рассказать ему, что поистине было в моей душе, но я не смог. На это было много причин. А Сакуре было плохо все девять месяцев, я это знал, но делать хоть что-нибудь для нее не собирался. Перед самыми родами я все-таки пришел в больницу. Хотел просто увидеть ее глаза. И тогда в них я прочитал победу надо мной, что отвратило от Сакуры навсегда. От злости я сказал, что сделаю все, чтобы этот ребенок возненавидел ее и боготворил меня. Пожалел об этих словах в ту секунду, что сказал. Но она запомнила… И я расплачиваюсь за них до сих пор. Судьба жестоко отомстила мне. Я полюбил свою дочь, как только увидел ее. И она почему-то выбрала меня и всегда холодом встречала мать. Сакура, конечно же, решила, что это я исполнил свою угрозу, но здесь все за нас раскидала жизнь. - А ты ее любишь? Она так хотела быть в одной команде с Боруто. - Они и так все свободное время проводят вместе… - Сакура, наконец, решила на меня посмотреть. - А Ли ты любишь? – я решился на этот вопрос. Сакура покраснела. Неужели она еще способна на скромность? - Между нами…, - розоволосая искала эвфемизмы, - ничего такого нет. - Такого? Это какого? – меня забавляла эта ситуация. - Саске, я устала от твоих издевательств. Что тебе надо? - Просто ответ. Она долго молчала. - Когда я была маленькой девочкой, верила, что любовью человека можно изменить. Повзрослев, стала понимать, что моя теория рушится, и наделала ошибок. Но я жалею только о том, что та самая маленькая девочка влюбилась в того холодного злого тебя, а не в… - Жирнобрового? Внешность всегда все решает, Сакура, - презрение сквозило в моем голосе. Я столько раз сталкивался с похотливыми женскими (и даже не только женскими…) взглядами, и как же меня от них тошнит. И никто не готов мириться с тем, что внутри этой оболочки. И Сакура тоже… Поэтому я доверяю только Наруто. Он единственный, никогда не отворачивался и не врал; пытался спасти мою жизнь, когда моя нога почти заступила за грань неизбежности, и улыбается мне искренне, после всего, что было. - Причем тут…, - Сакура взвыла от злости и подлетела ко мне. Я чувствовал ее ненависть, - как ты можешь быть таким? Я не люблю Ли, ясно? Но он любит меня. И с годами я поняла, что это главное. С ним мне так спокойно, он так нежно заботится, так красиво ухаживает. - А я о тебе не заботился? С возрастом память стала ухудшаться? - Когда ты был нужен, ты наплевал на меня, - по глазам Сакуры потекли слезы. Но моя жалость дремала дальше. - Ты первая ступила на этот скользкий путь взаимной боли. Она перешла на истерику. - Уйди, Саске, я прошу тебя. Нет более совершенного оружия, чем слезы. Я решил удалиться, не хватало еще, чтобы она своими всхлипами разбудила дочь. Ей достаточно переживаний на сегодня. - Но запомни. Я никогда от тебя не уйду. И не отдам тебе Сараду. Никогда! Как доказать человеку, что нарисованный им мираж не имеет ничего общего с реальностью? - Спокойной ночи, Сакура, - я пошел к двери. - Я тебя ненавижу! – она сказала это сквозь зубы, но чтобы я услышал. Аналогично, моя ненаглядная жена