Долг Хокаге

Солнечные лучи нежно играли в догонялки на моей коже. От их тепла меня еще больше тянуло в сон. Буквы перед глазами плыли. Шикамару пребывал в таком же овощном состоянии. Я видел, как он пытался сосредоточиться, но периодически его взгляд устремлялся на любимые облака. Да, правильно говорит Цунаде, нам здесь не хватает жесткой женской руки. Шицуне покинула пост помощника буквально сразу после того, как Какаси передал мне место Хокаге. И о, странное совпадение, захотела отправиться путешествовать буквально через несколько дней после Какаси. Даже я разгадал их план. Видимо, работа на благо деревни их сильно объединила. Нас с Шикамару тоже, только мы выбрали могущественный путь лени. Мой помощник громко зевнул. - Прекрати, я тоже вообще-то не выспался, но сдерживаюсь. - Я вчера всю ночь ругался с Темари. Знаю я, как он с ней ругался. Жена Шикамару отличалась очень буйным нравом. Она резкая, никогда не скроет от вас всю правду и незамедлительно выскажет все претензии. Темари далеко не со всеми в деревне нашла общий язык, но я лично очень тепло отношусь к ней. Правда, на это повлиял один случай. Однажды я, как часто бывает, задержался на работе, погрузившись в размышления на крыше здания. Мой поток мыслей прервал скрип двери и бурчание Шикамару. Я прекрасно знал, зачем он вернулся. Забыл разобраться с документами для Райкаге. Я уже собрался помочь ему, но неожиданно снова громко хлопнули дверью. Послышался недовольный голос Темари, я замер. Она ругалась и ворчала, что муж поздно приходит домой, что даже Хокаге уже ушел. А в этот миг Хокаге думал, как убежать незамеченным, ведь крыша предательски скрипит. Они ругались целую вечность, но вдруг наступила тишина. Когда я понял, чем они занимаются, то был готов от ужаса свалиться вниз. Примирение семейства Нара воплотилось в бурном сексе. Я только надеялся, что не на моем столе. Теперь мне было страшно даже пальцем пошевелить, меньше всего в жизни мне хотелось быть застигнутым здесь в такой момент. Я от смущения заткнул уши, но их стоны все равно были отчетливо слышны. Они вытворяли такое, о чем я читал только в книжках Джирайи. Интересно, если бы я предложил что-нибудь подобное Хинате, сколько бы откачивал ее успокоительным? Она занимались сексом два часа. ДВА ЧАСА! А я еще удивляюсь, почему Шикамару такой уставший по утрам? Спасибо Вселенной, мой помощник наконец-то вспомнил о документах и занялся работой. Темари предложила ему помочь. В параллель они мило болтали обо всем: девушка рассказывала последние новости из деревни Песка, они обсуждали успехи сына, как они гордятся им, и волновались за самочувствие мамы Шикамару. Многие в деревне считают, что этот брак был по расчету, ради укрепления связи деревень. Но после этих нескольких проведенных часов с семьей Нара я понял, как ошибаются люди. Они любят друг друга по-настоящему со всеми недостатками и достоинствами, со всем прошлым и будущим. Я чувствовал эту душевную связь, которую они не всегда показывали при людях, но которая ощущалась всеми фибрами души, когда они оставались наедине. И я, как случайный свидетель, тоже ее ощутил. В ту ночь я не смог заснуть, потому что понял, что никогда у меня не будет такой же близости с Хинатой. - И почему вы опять ругались? – я был готов поспорить, что у нас с ним разные семейные проблемы. - Темари хочет еще одного ребенка, - Шикамару вздохнул. - Это плохо? – вот бы мне его заботы. - Нет… Просто тут столько проблем. Она хочет девочку. Будто это можно предугадать. Темари в последнее время много общается с Хинатой, насмотрелась на ваших детей, и вот… - Шикамару снова вздохнул. За закрытыми дверями каждый может нафантазировать рай. Я хотел сказать другу, что когда любишь, не должны пугать такие мелочи. Но тут я снова вспомнил вчерашний инцидент с Хинатой. Не мне учить человека основам семейной жизни, особенно Шикамару. Резкий стук в дверь отвлек меня от размышлений над ободряющим ответом. - Проходите, - из вальяжной позы ничегонеделания я мигом погрузился в образ трудолюбивого Хокаге. Саске открыл дверь. Я всегда потрясался, как он самым простым движениям придавал благородства и уверенности. Видимо, у клана Утиха эти качества передаются на генном уровне. Шикамару кивнул в знак приветствия вошедшему. Они до сих пор весьма прохладно относятся друг к другу. Меня это всегда расстраивало. Я считал, что люди с таким количеством мозгов на двоих по закону Вселенной должны ладить. Помню, пару лет назад мы устраивали прием, и тогда я решил, что пора этим двум строптивцам находить общий язык. На пути к их возможной дружбе я поставил сёги. Эта партия длилась до самого утра. Разошлись все гости, Темари в миллионный раз умоляла мужа пойти домой, но никто не сдавался. В итоге где-то в районе восьми утра, когда я уже мирно дремал на диване неподалеку от этой фатальной битвы, когда Темари, послав мужа к черту, давным-давно ушла домой, Шикамару-таки выиграл. Но он признал, что таким сильным соперником был только его отец. С того времени в их отношениях поселилось уважение. Саске оценил в Нара умелого стратега, а Шикамару в сопернике – хорошего тактика, достойного места командира отрядов АНБУ. Для меня это уже была маленькая победа. - Я принес отчет, -Саске протянул его Шикамару, - и хотел бы поговорить насчет инцидента с Сарадой. - Отнесу документы в архив, - Шикамару понимал все как всегда молниеносно. Как только дверь за ним закрылась, я начал оправдываться перед Саске тоном, совсем нехарактерным для Хокаге. - Я ничего не знал об этом и не давал никакого согласия, клянусь. - Тебе-то я верю…,- по его лицу пробежала злость. - Но… Я не знаю, как исправить эту ситуацию, потому что команда сформирована, начались тренировки. Конохамару сильно обижен, видимо, Сакура наговорила ему что-то не слишком доброе. Да и не могу я ругаться с кланом Инузука. Ведь теперь в команде племянница Кибы. Саске долго молчал и смотрел куда-то вдаль. - Всему, что надо, я ее сам научу. - Ты бы мог учить ее и официально, если бы согласился на место наставника. - Я слишком неуравновешенный для подобной работы. Мне было важно знать, что ты не имеешь никакого отношения к этой истории. Я подошел к нему и положил руку ему на плечо: - Издеваешься? Проворачивать такое за твоей спиной. Моя жизнь мне дорога. Я улыбнулся в надежде, что черная хмурость покинет лицо моего друга. Мне было грустно без его улыбки в этот нагруженными нелегкими мыслями день. - Жаль, что моя жена не думает также. Упоминание Сакуры еще больше добавило градус свирепости Саске. - Она беспокоится за Сараду. Ее можно понять. Саске зло усмехнулся и посмотрел мне прямо в глаза. Его взгляд теплел. - Твоя доброта тебя погубит. Прекрати думать о людях слишком хорошо. Многие этого не достойны. Бескрайний пессимизм Саске всегда был для меня лучшим толчком к вере. Чем темнее становились его мысли, тем больше моя душа наполнялась светом. Он должен поверить, что мир не так кровожаден и не так чёрств к другим. -Я ведь ни разу не усомнился в тебе. Ты что же тоже не был достоин? Мы все небезнадежны и созданы для любви, а не войны. Просто забываем об этом. Саске засмеялся. Его мерзкий высокомерный смешок, после которого последует язвительный комментарий из категории «Наруто-беспросветный кретин». - Мой дорогой Хокаге, какие высокопарные слова. И что же, и что же эта самая любовь есть? Я замялся. В голове смешалось столько всего. Как описать то, чего нет в твоей жизни, но ты точно знаешь, какое оно должно быть? - В любви смешивается все: нежность, забота, безграничное счастье, страсть… И панический страх потерять это чувство. Желание быть всегда рядом и щемящая боль, когда любимый человек далеко… И вот тут я осекся. Меня будто током ударило. Я, наконец, понял, что сжигало меня в последнее время. Щемящая боль… Она поселилась в моей душе, когда он ушел на миссию. Саске стоял совсем рядом и пристально смотрел на меня. Я уже много раз чувствовал эту боль в себе. Когда много лет назад он ушел из деревни к Оротимару. Когда я рыдал перед Райкаге в стране Железа. Это неожиданное чувство полностью охватило меня. Между нами расстояние все сужалось, но даже удивление в глаза Утихи меня не остановило. Что я делаю? Мои губы прижались к его, от страха я закрыл глаза. Через несколько секунд Саске ответил на мой поцелуй.