Достучаться до небес

      С того вечера прошло много времени, но Старскрим ни разу не говорил на тему произошедшего, предпочитая забыть это, как сон, будто бы ничего не было. Несомненно, он часто задумывался о произошедшем, хотел ли он, чтобы это произошло, а может всё совершилось под влиянием заряженного. Тем не менее, всё шло своим чередом.       Тем временем ситуация у автоботов ухудшалась. Десептиконские воздушные войска прорвали оборону и стремительно приближались к укрытию, где трудились Рэтчет и Старским. Открылся обстрел, а совсем скоро истребители начали бомбардировку. Решили заживо закопать автоботов под завалами. В помещении медбея как раз в этот момент находились медик и экс-десептикон. Сикер сразу насторожился, и тут в его процессоре всплыл файл, в котором хранилась информация о «протоколе B». Фиолетовозначные решили привести его в действие. О нём Прайму Старскрим рассказывал и на этот случай был создан план эвакуации. Трансформер среагировал сразу: вскочил с платформы и схватил сидящего в кресле медика за манипулятор.       — Надо уходить! — быстро прошипел меха, таща за собой доктора. Они выбежали из медотсека и направились по коридору, однако прямо перед ними один единственный проход завалило.       — Шлак! — Скрим стал оборачиваться, ища какой-нибудь другой выход, но всё тщетно. Металлический потолок вот-вот на них обрушится. Надо было срочно что-то предпринять… Тогда молодой сикер толкнул бело-красного бота на пол, заставив лечь, а сам в последний момент перед обрушением накрыл его собой. Всё произошло так быстро… в конце концов вокруг осталась тьма, лишь где-то неподалёку ещё слышалось, как что-то обваливается.       Рэтчет не успел никак среагировать, лишь почувствовал, что ожидаемой тяжести на нём не было. Активировав оптику, увидел напротив жёлтые окуляры, которые сбоили от того, что корпус красного меха принял на себя не предназначенный для него вес. Локти летуна упирались по бокам от плеч медбота, трясясь от напряжения.       Для медика все это было неожиданностью, он даже сразу не собрался с мыслями. Что-то гремит, кто-то кричит. На одно мгновение Рэтчет застыл, смотря в лицевую сикера.       — Старскрим! — бот мгновенно подал сигнал SOS и уперся ладонями в кусок металла, что держал на своих крыльях и плечах бывший десептикон, чтобы хоть немного облегчить его страдания. Говорить что-либо сейчас? Возможно… ведь не известно сколько они продержаться так, и когда их найдут…       Сикер же даже не ожидал, что сможет удержать такую груду металла на себе. Хотя это давалось с большим трудом. Почему он решил спасти Рэтчета? Наверное, это вопрос, не имеющий ответа. Что-то инстинктивное или подсознательное заставило его совершить эти действия. Возможно, это правильно, так и должно быть.       — Лежи… и не рыпайся, доктор, — проскрипел дентопластинами мех. Было ужасно тяжело, а какие-то шевеления под ним, а уж тем более касания к завалу могли сыграть злую шутку. Экс-дес переправил всю энергию на манипуляторы и сервоприводы, чтобы как можно дольше остаться онлайн или же хотя бы сохранить жизнь такому выдающемуся медику, который ещё много кого может спасти. Его оптика почти потухла, он теперь использовал на неё минимум энергии.       Сверху то ли что-то ещё упало, то ли на поверхность над ними ступил тяжёлый бот, но сикеру стало ещё тяжелее, от чего его локти чуть глубже впились в металлические части под ними, а манипуляторы заскрипели в соединительных частях.       — Старскрим… — Рэтчет был так шлакого близко к нему, почти что лицевая к лицевой, зажат сервоприводами сикера. Так сильно, что чувствовался жар.       — Держись, Скрим, нас вытащат отсюда. Наши спасатели быстро работают, — главным сейчас было не дать красному меху отключиться. Иначе они оба погибнут. Медик уже проанализировал, как сильно повреждены крылья и спина красного меха. В какой-то момент энергон стал капать ему на лицевую, затекая в шлем.       — Не разговаривай. Я с тобой поговорю, — нужно было отвлекать его от боли, чтобы он не ушел в офф, а ничего лучше, чем обычный разговор, у них не было.       — А ты не такой плохой мех, как я думал. Правда первое время я не поворачивался к тебе спиной. И ты наверняка знаешь, что поцелуй мне понравился. Никогда ничего подобного не ощущал, — увидев ухмылку сикера, Рэтчет все же поспешил объяснить свою откровенность. — Нужно тянуть время. Мы с тобой очень мало знакомы, будучи на одной стороне. Но за последние циклы я стал действительно доверять тебе, — медбот старался говорить тихо, не тратя лишнюю энергию.       Старскрим в свою очередь прекрасно понимал, что нельзя сейчас делать чего-то лишнего, даже говорить. И именно сейчас действительно было необходимо отвлечься от боли.       Что же, вот сикеру и удалось разговорить вечно молчащего медика, пусть и таким способом. Тема для разговора, конечно, была не лучшей. Нашёл время! Старскрим старался после поцелуя вообще не пересекаться с бело-красным автоботом, а если и приходилось находиться с ним в одном помещении, то говорил что-то совершенно отдалённое от того вечера. Бледная оптика смотрела прямо в голубую, но в момент, когда медбот говорил последнюю фразу, оптика сикера отключилась, казалось Скрим сейчас уйдет в оффлайн, но этот трансформер не был таким слабаком, несмотря на то, что было ужасное желание расслабить манипуляторы и просто упасть.

***

       Время, казалось, вовсе остановилось, но неожиданно сверху что-то посыпалось, а уже через клик поднялась металлическая плита, которая накрывала Старскрима. Это в очередной раз доказало, что автоботы не бросают своих и действуют несомненно быстрее десептиконов. Истребителя подняли, отодвинули и положили на бок. Почему не на спину? В спине его торчала большая балка, проткнувшая чуть ли не насквозь корпус. Медик заметил это только сейчас. Крылья тоже были в ужасном состоянии, все покорёженные и отломанные по краям. Первым делом спасатели помогали именно Рэтчету, ведь он давал сигнал, да и к бывшему десептикону не было ни доверия, ни желания помогать. Хотя они вроде могли догадаться, что сикер прикрыл собой дорогого доктора.       Скандалист тем временем завентилировал активнее, так как температура корпуса была превышена допустимой. Он увидел лишь, как Рэтча подняли, а потом его выражение фейсплата, когда увидел повреждения красного корпуса. Дальше наблюдать он не мог. Выключив янтарную оптику, мех ещё не торопился уходить в оффлайн, поэтому просто слушал, что говорят вокруг.        Спасатели, что-то выкрикивая и постоянно спрашивая, как у Рэтчета дела, тут же сообщили ему, что бригада медиков уже работает на месте и ему необходимо быть там. Однако недовольный происходящим взгляд медбота остановил их рвение. Он отогнал всех от себя, ведь был в полном порядке, а энергон, покрывавший его корпус принадлежал Старскриму. Взгляд устремился на раненного. Балка… у него в спине была целая балка! И он огородил медика не смотря на это! Сложно было понять, какая выгода была для Старскрима в этом, ведь отойди он на пару шагов вперед — смог бы схорониться в пустующем пространстве, которое потом обнаружилось.       Медбот давно заметил, что все, что делал экс-десептикон имело для него какую-никакую малую или большую выгоду. Но в чем она был здесь?       Он даже занервничал, перегибаясь через Скрима и осматривая место, куда вошла балка. Очень глубоко, опасно вытаскивать её сейчас. Благо у спасателей есть нужные инструменты. Отпилить больший кусок балки, тогда Скрима можно будет перенести в ремблок. Знал ли сам носитель покореженных крыльев, что так серьезно ранен? Чудом не задело искру, но действовать нужно было незамедлительно, на счастье ближайший ремпункт был недалеко и возле них уже стоял перевозчик.       — Приятель… я знаю что ты меня слышишь… все будет хорошо… — Рэтчет переплел свои пальцы с пальцами сикера, а вторым манипулятором погладил его по изнеможденному фейсплейту. — Сейчас ты должен терпеть, а в ремблоке я отключу твой нейроствол, — он чуть сильнее сжал пальчики и стал слышен звук пилы. Другой трансформер пытался держать балку на весу, чтобы не повредить сильнее спину летуна, но все равно это было крайне ощутимо. Вибрации проходили прямо внутрь, создавая невероятную боль.       Красный мех хоть и не видел, но прекрасно ощущал и слышал. Кажется, к его корпусу прикоснулся сейчас Рэтчет, его манипуляторы он узнает всегда и везде. Дальше медик обеспокоенным голосом подозвал к себе одного из спасателей. Медик беспокоится за бывшего главнокомандующего ВВС десептиконов? Этому факту меха даже незаметно мимолётно ухмыльнулся. Несомненно, он прекрасно знал о своём ранении, но если бы док начал волноваться за него тогда в завале, было бы гораздо хуже. Малейшая ошибка — и они бы погибли.       От всех мыслей и посторонних звуков Старскрима отвлёк успокаивающий голос автобота. Все остальное на тот момент отошло на задний план или исчезло. Существовал лишь этот голос. Когда доктор и вовсе переплёл свои пальцы с покривившимися пальцами истребителя… это было неожиданно, но так приятно. Вообще приятно знать, что за тебя кто-то волнуется, заботится, так явно показывая это.       Сначала Скрим даже не понял, это у него в аудиосенсорах зажужжало или что? Но тут он почувствовал, как балка в спине начала давить на бок и вибрировать. Источником жужжания была пила… И сейчас она режет балку. От боли, которая появилась от незамысловатой процедуры, пальцы сикера стали дрожать и сжали ладонь медбота, но не сильно, лишь ощутимо крепче. Лицевая его приняла выражение оскала. Было ужасно больно, да только солдат не издал ни звука.       В какой-то момент мех перестал сжимать пальцы Рэтча, полностью расслабившись, когда инородный предмет ещё даже не был допилен. Допиливали уже по-быстрому, летун все равно ничего не чувствовал.       Вскоре его все же привезли к медбею. Медик так и не отходил от своего спасителя. Сначала демонтировал балку. Потом сваривал и заменял провода. Работа длилась долго. Как оказалось, сикер был самым тяжело раненным во всей этой канители. Поэтому даже когда медик сделал основную работу, то оставался с ним доделывать все до конца. Залатал безобразное ранение, пока ещё грубо, но это не помешает сикеру. Так же не стал трогать его крылья.       Помощь врача понадобилась кому-то ещё, Старскрима он решил доделать самостоятельно, не позволив никому из своих коллег к нему прикасаться.

***

      Полтора цикла прошло прежде чем медик вернулся в палату, где лежал его спаситель.       — Как ты? — взял его ладонь в свои, присаживаясь рядом и наблюдая за тем, как мех медленно приходит онлайн.       Прошло достаточно много мучительного времени перед тем, как Скрим услышал, что кто-то зашёл. Конечно, это был старый медик, кто же ещё. Жёлтая оптика активировалась, и голова повернулась в сторону сидящего рядом на стуле автобота, который держал сикерскую ладонь. Он слегка сжал один из манипуляторов доктора в своём. Губы его сразу же изогнулись в улыбке.       — Жив, значит всё в порядке, — отозвался истребитель, глядя на уставшего доктора. Уровень усталости соседа по отсеку он мог определить сразу, и сейчас он был очень высок.       — Ты устал. Ляг, отдохни, — Старскрим перевернулся на бок, отодвинулся и с силой потянул автобота на себя, заставляя лечь рядом. Нельзя было не послушаться его. Как только тот оказался рядом, летун обнял его обоими манипуляторами и очень крепко прижал к себе.       — Ты говорил, что тебе тогда понравился мой поцелуй. Это правда? — глядя прямо в оптику напротив, спрашивал трансформер. Ответ был положительным.       — Тогда… Позволь, я повторю его, — и уже не дожидаясь ответа, молодой бот прислонился своими губами к губам лицевой напротив, унося их обоих в мир, где существуют лишь они вдвоём. Красный мех пытался передать через поцелуй свою благодарность Рэтчету за то, что когда-то приютил, взял под ответственность, а не отвернулся. Но кроме этого, так он выражал к нему свою симпатию.       Медика же такая близость немного смущала, но он даже не дернулся, позволяя себя обнимать.       — Ты же знаешь, что правда. Иначе я бы не позволил развлекаться с собой столь долго, — а ведь и в правду. В ту ночь они целовались много и долго. Не хотелось прекращать ни на мгновение, но не столь пьяный разум летуна прекратил это. И уже в следующий момент, Рэтчет почувствовал вновь жар этих губ. Ему сложно было описать свои ощущения. Безумно нравится, как целуется Старскрим. Напор, власть, но при этом нежность. Этот поцелуй был особенным. Медик чувствовал, что так его благодарят, при этом сжимая в объятьях. Он и сам высвободил манипуляторы, одним обхватив сикера под бок, а второй положив на его лицевую, чтобы было удобней.       Долгий, приторный поцелуй прекратился. Доктор шумно проветривал свои вентсистемы, стараясь сейчас отвлечься от столь интимной сцены.       — Я не закончил твою починку. Крылья все ещё сломаны, и шов я не отполировал, было много работы. Выглядит жутко, но боли больше не будет. Ещё нам привезли целый резервуар красок, сможем обновить твою броню, — как всегда, разговоры о работе. О том, что лучше будет для Старскрима. Хотя сам медик сейчас выглядел потрепанным, даже на шлеме кое-где отслоилась краска. Тяжелое все-таки время…       Похоже, что эти двое добились взаимности друг от друга. Рэтчет не пытался даже как-то отстранить от себя Скрима, например, из-за разницы в возрасте, на которую молодой бот давно забил. Он просто лежал и целовался с понравившимся медиком, иногда полизывая глоссой его желанные губы, которые так легко поддавались. Хотел было красный меха просунуть глоссу ему в рот, как вдруг автобот оторвался и стал активно вентилировать, опять бубня про работу. Что ж, это немного расстроило, но тем не менее истребитель терпеливо ждал, когда тот закончит. Старскрим опустился корпусом чуть ниже и обнял доктора на уровне брюшной брони, прислонившись металлической щекой к его грудной броне.       — Я же сказал — отдыхай. Потом всё сделаешь, будет время, — с грубоватой интонацией в голосе, почти в приказной форме, прошипел бывший десептикон. Наверное, только он сейчас мог как-то повлиять на решение алозначного трансформера. Сикер был крайне настойчив, именно это так сильно и цепляло. Хотелось его слушаться… Хотя как это Рэтчет мог вообще кого-то слушать? У него всю жизнь было только свое мнение, и, как показывала практика, всегда правильное. Возможно, стоит хотя бы к старости утихомирить пыл и подлезть под накрывающее его крыло. Скрим ещё немного помолчал, просто прижавшись к корпусу рядом.       — Рэтчет… Спасибо тебе за всё. Ты открыл мне другую сторону мира.       Почти сразу медик стал проваливаться в оффлайн. Но он слышал, слушал и анализировал каждое слово, что произносил Старскрим. Казалось, что никто раньше так к нему не относился, а возможно он просто забыл. В любом случае именно сейчас это было совсем не важно.       Рэтчет хотел было спросить, почему сикер его спас, но с каждым движением теплой ладони экс-деса убеждался, что не нуждается в ответе на этот вопрос. Кажется, он понравился ему, невзирая на возраст. Хотя какое отношение имеет к подобному ворны? Все слова были настолько искренними, что медбот чувствовал это своей искрой. А кому как не ему уметь отличать правду от лжи? Когда он не раз испытывал на себе предательство даже близких, готов был верить в тех, кто никогда ему не был дорог.       — Тебе не стоит меня благодарить. Это я должен. Ты спас мою жизнь, тем самым спасая ещё тысячи… каким бы не было твое намерение, Старскрим, я верю тому, что ты говоришь сейчас, — он обнял сикера за шлем, окончательно уходя в оффлайн, тихо вентилируя с умиротворением на фейсплате.