appleseed

 Тэхён хлопает ошалело глазами, как какая-то неумненькая аквариумная гуппи, один-в-один просто, разве что пузыри не пускает. Хотя явно пытается — вон как губищами своими идиотскими шлёпает, сейчас точно что-нибудь родит. Видимо, родиться хочет всё самое нецензурное, что накопилось в голове за двадцать лет, потому что Тэхён в результате забивает на слова и просто орёт, пытаясь всем в радиусе километра поведать о творящейся херне. Хосок, разумеется, ржёт на зависть всем породистым кобылам и очень старается не показывать, что у него, вообще-то, немного истерика. Потому что ну вашу ж мать. Ситуация не то что шепчет фантомно лёгким дежавю, а ебашит им лопатой по затылку с такой силой, что у Хосока перед глазами звёздочки рассыпаются и слёзы выступают. И ему сейчас вообще-то не скакать радостно хочется, а в угол тёмный пыльный забиться и поразмышлять о тленности бытия. Прооравшийся Тэхён смотрит на него в упор и немного как олень перед фарами автомобиля. И это ещё раз с разбегу лопатой, потому что так тоже уже было и может давайте нахрен этот ваш Сикрет Гарден, мы просто тупо снова поцелуемся. Хосок ловит вторую волну истерики и отчаянно хочет в угол на постоянное проживание. А ещё передать судьбе, что у неё на редкость хреновое чувство юмора, и за такое обычно прописывают с вертухи в щи. У Хосока, вообще-то, тот чёртов поцелуй несмываемым пятном лёг на чистенькую репутацию. Гадкий Чимин всегда этим козыряет, когда у него в споре аргументы кончаются — начинает лыбиться дебильно и тянет тоненько: "Зато ты с Тэхёном целовался, фу-фу-фу-у-у" и отскакивает резво от карающего пинка по заднице, прячась за тощей спиной Юнги. А Хосоку остаётся зубами скрипеть, потому что к Юнги лезть — это надо быть камикадзе или уверенным в своей бессмертности Чонгуком, да и по факту мерзкий Чимин прав, Хосок и правда — фу-у-у-у-у-у — с Тэхёном целовался. Ещё и на всю страну, чтоб тех сценаристов голодные тараканы погрызли за такой подарочек к дебюту. Хосоку тогда после эфира тут же позвонили с дома, и он долго слушал в трубке заливистый смех нуны под недовольное бурчание отца на заднем фоне. Хосок потом долго впадал лицом в ладонь, когда в поисковике по его имени в первом десятке обязательно вылезали скрины этого позора. Хосок впадал в ладонь глубже, когда натыкался на чёртовы истории, в которых "Джей-Хоуп смотрел влюблённо" и "нежно обнимал Ви за шею". Нет, если честно, Хосок действительно иногда очень хочет потрогать мелкого за шею. Приласкать поперёк трахеи и подождать, пока губы не посинеют и дёргаться не перестанет. Тэхён словно чувствует основной вектор мыслей и старается раньше времени к Хосоку не подходить. Он, конечно, совсем ебненький, но знакомить своё горло с цепкими хосочьими пальцами желанием не горит. Поэтому ходит кругами вокруг весёленьких подушечек, на которых распластался задумчивый Хосок, и страдает всем своим видом, морду трагично корчит, но молчит. Хосок радуется, что всё это дерьмо травмирует не только его нежную душу, и очень сильно надеется расплеваться с дебильным заданием на раз-два. А потом режиссёр кричит им начинать, и Хосок на первой же попытке срывается и ржёт до слёз, потому что его нервы такого резкого макро просто не выдерживают и включают защитный механизм. Тэхён отголосками истерики не впечатляется, хмурится серьёзно и шипит сквозь зубы, чтобы Хосок не смел запарывать, чтобы это дерьмо побыстрее кончилось. Хосок снова внутренне радуется, что их цели так идеальненько совпадают и это вообще заебись, но внешне кривится и тихо грозит "случайно" чмокнуть, если Тэхён не перестанет выёбываться. Тэхён с ходу затыкается, словно язык проглотил, смотрит волком из-под чёлки и явно планирует потом пнуть его сильнее, чем требуется. А Хосок вытягивается на своих весёлых подушечках и устало вздыхает. Снова в поисковике на первой странице будет вылезать ёбаный стыд, и пойдёт волна свеженьких историй про его страстную любовь к этой мелкой злобно зыркающей херне. И мерзкий Пак Чимин стопудово после напоминания о поцелуе станет добавлять: "Вы предназначены, признай уже, бро", и опять прятаться за Юнги. А Хосок в ответ сможет только челюстями скрипеть и думать исключительно матом. Судьба, мать её.