"Просто я... тебя... люблю..."

ПРЕДУПРЕЖДЕНИЕ: в этой, а также в след.частях фанфика ПОЧТИ нигде вы не увидите канона, он был "перекроен" в угоду Музе и обстоятельствам. Искренние НРКманы, знающие каждую серию наизусть - прошу меня простить за такое надругательство над хэдом.

Компания «Zimaletto» гудела, как перевернутый улей. Даже не так. Как перевернутый улей, на котором медведи станцевали канкан. Все, начиная с производственного этажа, заканчивая офисом, суетились, шебуршали бумагами, бегали…. шептали или говорили в полный голос… и только об одном. Катя и Андрей собрались уходить из компании. На ресепшене сидел Женсовет всем составом, включая уже глубоко беременную Пончеву, и тихо ударялся в почти неконтролируемую истерику. Весь стол был живописно усыпан использованными носовыми платочками, в промежутках между всхлипываниями доносились приглушенные рыдания, а бедный Федя перебегал от одной красавицы к другой, периодически подливая в стаканы валерьянку и пустырник. - Девочки-и, - в который раз всхлипнула самая впечатлительная из всех женсоветчиц Пончева, - Надо что-то делать? - Что? Вот что тут сделаешь? – заметила мудрая Ольга Вячеславовна, - Ты же видела, в каком они состоянии. Причем, оба! - Но… но мы же не можем просто так сидеть и смотреть, как эти двое гробят свои жизни! – возразила Кривенцова, утирая слезы очередной салфеткой. - Тем более, что они – такая прекрасная пара, - вставила Амура, судорожно теребя свои «дежурные» карты, - По всем раскладам, они должны быть вместе! - Девочки, - решительно встала Тропинкина, кинув на стол истерзанный платочек, - Вы как хотите, а я вот сейчас пойду и всё Катьке в глаза выскажу! Нельзя же так, честное слово!!! Она не может вот так взять и бросить нас! - Сядь, - твердо сказала Уютова, - Сядь и прекрати пороть горячку! Вы уже сходили один раз, и что из этого вышло?! Ничего хорошего! Так что прекратите самодеятельность и занимайтесь своей работой. - Но… - Никаких «но»! - Ольга Вячеславовна! – всплеснула руками Пончева, - Вам что, их совсем-совсем не жалко? - Жалко… - вздохнула Уютова, - Очень жалко. Честно скажу, я никогда не видела Андрея таким странным…. Но мы не имеем права лезть туда, куда нам вход заказан! И если я узнаю о том, что вы, дорогие мои девочки, всё-таки попытались сделать что-то наперекор всему… - Так-так-так! – вышедший из лифта Александр остановился у стойки ресепшена и с ехидной улыбкой сложил руки на груди, - В этой компании, похоже никто не желает работать…. Женсовет, всем составом, издали тихое «ой» и торопливо начал высмаркиваться в свежие платочки. Ольга Вячеславовна, вздохнув, окинула подруг по несчастью долгим взглядом. - Если что, я – в мастерской. И прекратите самодеятельность, в конце концов! Потом, повернувшись к Алексу, Уютова пробормотала дежурное «Добрый-день-Александр-Юрьевич» и быстрым шагом направилась к своему рабочему месту. Вслед за ней гуськом потянулись Кривенцова, Пончева и Буйо. - А-амур? – проблеяла Мария, чуть привстав со стула. - Мне надо… за каталогом! – отрезала гадалка, скрываясь вместе с Шурой и Ольгой Вячеславовной за ближайшей дверью. Тропинкина, шумно высморкавшись, стала быстро собирать салфетки, разбросанные по столу, в мусорную корзину. - Что вы хотели, Александр Юрьевич? – зло спросила она, не удостаивая Воропаева ни единым взглядом. - Я хотел бы повидаться с сестрой, - как можно нейтральнее ответил мужчина. - Кира Юрьевна у себя в кабинете. Вас проводить? – ехидно осведомилась Мария. - Спасибо, не стоит! – в тон ей ответил Алекс, направляясь в кабинет сестры. Кира сидела в своем кабинете, на диванчике, поджав ноги, и смотрела в одну точку. - Сеанс медитации? – насмешливо осведомился Александр, опершись на дверной косяк. Кира перевела на него задумчивый взгляд и слегка улыбнулась. - А, Саша. Заходи… виски – в тумбочке, там же – стаканы и лимон. Я вчера купила. - Лимон или виски? - Лимон… виски я купила неделю назад. - Что, всё так плохо? – заботливо осведомился Алекс, присаживаясь к сестре на диванчик на противоположную сторону. - Что, так заметно? – нервно дернула плечом девушка. - Да уж, заметно, - крякнул Воропаев, поправляя часы на руке. Повисла такая тишина, что Александр услышал, как тикает дорогущий «Ролекс» на его руке. Кира всё смотрела немигающим взглядом куда-то в угол комнаты… Наконец, Воропаев не выдержал и, встав с диванчика, подошел к той злополучной тумбочке, где находился благородный напиток истинных шотландцев. - Ты будешь со мной? – спросил он сестру. Та только неопределенно пожала плечами, - Та-ак, понятно, - хмыкнул мужчина и, выйдя ненадолго, принес ей две чашки с кофе, - Это, конечно, не мой фирменный с коньяком, - улыбнулся Алекс, протягивая сестре чашку, - Но Амура тоже что-то в этом смыслит… Кира кивнула и взяла протянутый напиток. - Ну? – протянул Александр, усаживаясь на свое место на противоположном конце дивана, - Ты так и не хочешь объяснить мне, что с тобой происходит? - Мы расстались… - С кем? - С Андреем. - Наконец-то! – выпалил Александр, отставляя кофе на подлокотник и складывая руки в молитвенном жесте, - Мои самые горячие молитвы были услышаны! - Ты невыносим, Саша! – слабо огрызнулась Кира, стискивая в руках чашку с горячим кофе.. - Что ты так переживаешь? Ну, подумаешь, разбежались-разошлись…. С кем не бывает?! Ты таких, как твой Жданов найдешь еще тысячи тысяч! - Мне не нужны эти тысячи тысяч… Мне нужен только один…. - Скажи, а вот ты… ты-то ему нужна? - Нет, - просто сказала она, - Знаешь, когда я поняла, что не нужна ему? Вот совсем не нужна?...- Кира повернулась к Александру, - Он тогда подрался… в каком-то ресторане… я привезла его домой… это было ужасно… у него был жар… я сделала всё, что могла…. А он… он бредил… и всё звал… понимаешь? Её звал! – к концу фразы она захлебывалась в рыданиях, размазывая слезы по щекам. Александр пододвинулся к ней и приобнял ее за плечи. - Он… он ушел от меня… забрал вещи… - всхлипывала она, - Я… я всё надеялась, верила… что он вернется. Что всё будет… как… как прежде…. Но ничего, ничего… нет ничего… - Девочка моя… - выдохнул он, поглаживая сестру по голове. Кира только шмыгнула носом, и, уткнувшись в его плечо, разревелась еще громче и горше, - Всё будет хорошо… всё будет хорошо, вот увидишь! – успокаивал он ее, а она лишь крепче прижималась к брату, оставляя на его воротнике следы туши. - Не будет! Не будет!!! - Будет! Слышишь меня?! Будет! - Я не смогу без него! - Не говори глупостей, - Алекс отстранил Киру от себя и, взяв ее за плечи, слегка потряс - Сможешь! Ты же – Воропаева! Ты – сильная! Ты – самая сильная из всех, кого я знаю на этом свете. - Нет.. нет… - Да. Послушай меня! Но Кира не могла никого и ничего слышать и слушать. Она еще сильнее разрыдалась, и Алекс просто дал ей выплакать все ее слезы в лацкан своего пиджака. Когда сестра немного успокоилась, Александр подал ей стакан воды. Кира пила воду мелкими глоточками, то и дело судорожно всхлипывая. - Ну, и что ты собираешься делать? – спросил Воропаев сестру, когда она допила воду. - Н-не знаю, - произнесла она на выдохе. - Ну, тогда давай думать вместе, - улыбнулся Алекс и, приобняв сестру за плечи, притянул к себе. В этот момент в дверь робко постучали. - Можно? – Маргарита Рудольфовна приоткрыла дверь и как-то нерешительно посмотрела на них. - Конечно, Маргарита, - кивнул Алекс, чувствуя, как напряглась Кира в его руках. - Кирюш… нам надо поговорить… - Марго посмотрела на «каменное» лицо Воропаевой. Та не шелохнулась. Повисла неловкая пауза. Наконец, Алекс убрал руки с плеч Киры (после чего она слегка поежилась), встал с диванчика и прошел к двери. Пропустив Маргариту внутрь комнаты, он открыл дверь и, прежде чем выйти из кабинета, обернулся. - Если что, я буду в приемной, - и, кивнув на прощанье Марго, он вышел, прикрывая за собой дверь.