Something never change. I will love you forever.

(Луиза) Месяц был слишком прекрасным. Ноябрь был волшебным, сейчас декабрь, точнее пятнадцатое ноября. Мы с Глебом прогуливаемся по ночной Москве. Я ищу подарки своим близким и родным, а он смеется надо мной. - Может это? - я показываю ему на витрину. - Я конечно все понимаю, но он не дешево стоит, - произносит он. - Но моей маме понравиться? - произношу я. - Конечно, он ведь золотой и дорогой, - ухмыляется он. - В каком это смысле? - Ну я думаю, просто, что твоей маме понравиться, - произносит он, выдавливая улыбку. - Хорошо, - улыбаюсь я, шагая в магазин. Через минуту я выхожу из магазина с пакетиком. Десять минут и подарок маме готов. - Ты что правда купила его? - Ну да, - протягиваю я. - Ты потратила семьдесят косарей на это? - он указывает на пакетик. - Да, а что? - и тут я понимаю, что мы немного из разных миров. Я получаю в ответ молчание. - А ты, что маме подаришь? - спрашиваю я. - Всего лишь золотой кулон, - пожимает он плечами, - В виде сердечка, - он произносит это слишком холодно. - Оу, это так мило, - произношу я, беря его за руку, - Думаю ей понравиться, - мило улыбаюсь я. - Твоей маме должно понравиться, - подмечает он. - И твоей, - улыбаюсь я. Я пытаюсь не заводить разговор по поводу денег. Я знаю, что семья Глеба не бедна, коль он учиться в этой гимназии, но она и не богаче нашей, если вообще возможно быть богаче нас…Я не хочу подчеркивать сколько у нас денег, ведь для него я даже не Весентова, не хочу чтобы он это знал. Мы прогуляли оставшейся вечер молча. В конце был достаточно холодный поцелуй. Я не чувствовала ничего, просто ничего, что должна была чувствовать. Я знала, что он был зол, но даже не спросила. Я просто сказала пока и села в машину. Все. (Глеб) Луиз очень скрытный человек. Она меня немного пугает. Я думал, что она совершенно другая, но сегодня она выбросила достаточно большие деньги на простой браслет. Да, он ее маме, но боже. Неужели она такая? Сейчас я иду по холодному центру. Машины пролетают мимо меня. Я думаю о Луиз. Она говорит, что она не из такой уж и крутой семьи, но все факторы ведут, что все наоборот. Эта девушка меня пугает. Я думал, что я для нее секрет, но она для меня еще больший секрет. (Луиза) Проходят дни. Наши отношения с Глебом не становятся лучше или хуже. Они стоят на одном месте. Я пытаюсь пропустить искру между нами, но его холодное сердце не дает мне сделать этого. Я не могу поймать ту искру, которую он беспощадно замораживает. Сейчас у нас урок с Мадам Жири. Все девочки разминаются, пока мадам Жири муштрует меня. - Раз, два, три, - считает она на французском, - Раз, два, три, - повторят она. Я не могу сосредоточиться на ее счете, не могу сосредоточиться на ногах и пуантах. Ноги еле держат меня, да и сама я еле держусь. Мои мысли затуманены, голова болит, а я кажется не попадаю в ритм. Мадам Жири громче считает и хлопает в ладоши, а я начинаю подскакивать и поднимать ногу выше. С меня стекает пот, но я не сдаюсь. Кажется, что я совершенно не контролирую себя, мой мозг вне контроля. Звенит звонок, и я останавливаюсь. Девочки в удивлении выходят из зала, и я собираюсь идти за ними, но рука мадам Жири останавливает меня. - Ты сбиваешься, - недовольно произносит она. - Я знаю, простите, - ною я. - Что твориться с тобой, черт возьми?! - он напрягается. - Я, я не знаю…. - тихо произношу я. - Что случилось? - она стоит на своем. - Ноги просто устали, - вру я. - У тебя почти никогда не устают ноги, для тебя эта тренировка должна была быть легкой, - она уверенно стоит на своем. - Я знаю, но я могу устать. - Ты - нет. - Мадам Жири, позвольте я пойду, - я показываю рукой на дверь. - Завтра дома все обсудим, - произносит она, и я киваю. *** - Я люблю тебя, - тихо шепчет он мне на ухо, - Прости за то, - он нежно целует меня в губы. И именно сейчас я чувствую ту самую искру, которая пробегает между нами, она такая теплая, я бы сказала, что она даже горячая. По телу бегут мурашки. На улице холодно, да, но мурашки от него, точно вам говорю. - И я тебя, - шепчу я с облегчением. *** Пятница. Вечер. Мы сидим в гостиной с Мари и Кларком и наряжаем елку. Родители, как всегда на работе. Сейчас возникли некоторые проблемы, которые они уж точно как всегда решат, я уверена. Кларк вешает шарики внизу, а Мари стоит на стремянки и вешает шарики на верху. Они определенно нравятся друг другу, но они скрывают, думаю не по возрасту или тому подобное, но все это глупости. Я достою из коробки балерину. Я разглядываю ее и думаю до какого я скатилась. Мои ноги ноют, и я не могу станцевать обычный танец. - Повесим ее в середину, - произносит Мари с улыбкой. - Держи, - я протягиваю игрушку ей. Она бережно вешает ее и затем улыбается. - Очень красивая, - улыбается она, - Как ты, малышка, - ее милая улыбка. Кларк лишь улыбается, продолжая вешать игрушки на елку. Кларк и Мари переглядываются, они очень милы. Такие милые. Ав. - Кларк, протяни-ка мне игрушку, - произносит Мари показывая на коробку. Кларк мило улыбается и послушно несет игрушку ей в руки. Их руки притрагиваются в друг другу и они быстро отодвигают их. - Вот так вот, - Мари поправляет бантик на елке, - А теперь верхушку, - командует она и Кларк опять послушно приносит ей верхушку. Мари аккуратно надевает верхушку. Она хлопает в ладоши от радости. - Елка замечательна, - произносит она. Я слежу за ней. Она делает один не верный шаг и падает…Дела пяти секунд, и она падает в руки к Кларку. Я слышу, как они громко смеются и я подхватываю их смех. Неловкость и смех, смешиваются и получается милота. - Вы милые, - произношу я после паузы, - Вы прекрасная пара, - смеюсь я. Мари быстро убирает руки с его спины. Кларк аккуратно ставит ее на ноги. Они переглядываются, а затем отступают друг от друга. Стоят. Их гляделки. Мило. Звонок в дверь. - Я открою, - произношу я, когда Мари делает шаг к двери, - Вам лучше переговорить, - я показываю рукой и ухожу. Я иду к двери в надежде, что это родители, но когда я открываю дверь я вижу Сэма. - Сэм, - с удивлением произношу я. У него в руках большая коробка, видно с игрушками. Раньше мы наряжали елку вместе, это было с детства так было. Но немного все изменилось, и я удивилась, когда увидела его на пороге. - Двадцатое число, время наряжать елку, - произносит он протягивая мне коробку с игрушками. - Оу, - произношу я, - Это конечно же очень мило, - я скрещиваю руки, - Но мы уже нарядили ее, - я пытаюсь закрыть дверь, но он ставит ногу между дверью. - Это наша традиция, - произносит он, и я ослабляю хватку. - Она давно потеряна, - произношу я. - Но мы можем продолжить, - он протягивает мне коробку. Я осматриваю его с ног до головы. Он одет в джинсы и свитер. - По новогоднему, - произношу я. - У тебя тоже, - отвечает он. После молчания я отвечаю. - Ладно, проходи, - я тяну его в дом и беру его коробку, - Только не в гостиную, там Кларк и Мари, - я смеюсь, - Она упала на него и теперь между ними разговор, - я улыбаюсь. - Наконец-то, - радостно произносит Сэм. Мы сидим на кухне. Я наливаю какао ему в кружку. Он следит за каждым движением. Я ставлю чайник, беру какао, кружку, размешиваю его. Беру печенье и какао, затем ставлю все это на стол. - Мне между прочем было неудобно, - произношу я откусывая печенье. - Просто я скучал, - произносит огня. - Не, не, - смеюсь я, - Если ты хочешь, чтобы мы нормально общались, тебе стоит не произносит таких словечек, потому что между нами ничего не было и не будет, - повторяю я. - Ты никогда никому не была доступна, - произносит он довольно, - Кроме меня, - его чертова улыбка. Я не хочу его разочаровывать в том, что я, что у меня есть парень. Я не уверенна, что он должен знать, ведь между нами ничего не было, но в тот же момент я понимаю, что даже если я скажу, то Глеб не будет в безопасности и вряд ли он победит. Он своих же мыслей у меня проходят мурашки. - Что-то не так? - заботливо произносит он. - Нет, все отлично, - произношу я отпивая какао, - Я думаю наши голубки закончили, и мы можем вернуться в гостиную, - произношу я, вставая со стула. Гостиная. Мы переглядываемся с Мари. Кларк пинает Мари в бок и она смеется. - Сэм? - произносит она поднося руку ко рту. - Хай, Мари, - произносит он, - И Кларк, - он улыбается. - Привет, привет, привет, - произносит она поправляя свою кофту. Мы все переглядываемся и наступает тишина. - Я тут игрушки принес, - произносит Сэм улыбаясь. - Ну мы тогда пожалуй с Мари пойдем приготовим ужин, а вы повесите игрушки на елку, - произносит Кларк. - Да, - выдает Мари. Она подходит ко мне и что-то шепчет на английском, но я не успеваю включить свой переводчик в мозгу и поэтому просто произношу спасибо. Они уходят, закрывая за собой дверь. - Это было слишком странно, - произношу я садясь на ковер рядом с елкой. - Слишком, - смеется он садясь рядом. Я держу в руках коробку с игрушками. Отдаю Сэму их в руки он под моим руководством их вешает. Все как в старые времена. Елка, игрушки, какао и новогодний фильм. Все слишком мило. Кажется времена возвращаются, а мы все такие же. Вечер наша закончился вкусным ужином. Было достаточно вкусное застолье, впрочем, как всегда, ведь Мари мой великий шеф повар. Она моя прелесть. Родители настояли и Сэм остался в нашей гостиной комнате. Он был доволен, ведь он так хочет наладить отношения со мной, да и я с ним. Только, как друзья, а не больше и не меньше. - Спокойной ночи, - произношу я, когда мы досматриваем фильм, - Спасибо за вечер, - улыбаюсь я и встаю с ковра. - Сладких, Луиз, - сладко и тихо произносит он. Я поднимаюсь по ступенькам, чувствую на себе его взгляд. Сейчас мне очень уютно. Я знаю, что не все так плохо. Мне приятно. Сэм мне, как брат. Которого я могу любить и не любить. Мой милый, старший брат… *** Слишком много произошло за эти дни. Начнем с того, что я окончательно поругалась с Глебом перед рождеством. Он вручал мне золотую подвеску виде золотой балерины, а когда он мне ее одевал я рассказала ему все, что данным давно должна была сказать. *Flashback* Он надевает на мою шею холодный кулон виде балерины, но вместо улыбки и счастья я выдаю ему слезы. Он испуганно смотрит на меня, его голубые глаза и светлые волосы, которые выглядывают сквозь капюшон, сияют. Я плачу, не контролирую себя. - Что? Что тебе не нравиться? - испуганно спрашивает оню - Нет, все замечательно, просто я должна тебе кое-что сказать… - Что? - Тогда в Нью-Йорке я и…- я не могу говорить связно, но все, что я говорю, он понимает и отпускает мою руку - Ты до сих пор его любишь, - произносит он, испуганно смотря на меня, - Скажи, что ты его не любишь, - произносит он закрывая глаза, - Скажи!
 - Я, я не могу, - произношу я, захлебываясь в своих же слезах. Он молчит, отпускает руки и уходит. Я стою одна на улице в центре Москвы. Холод берет меня в плен и дальше я ничего не помню. *конец Flashback* Мы лежим в кровати на одеяле. Я лежу на груди Сэма и плачу. Его свитер стал слишком мокрым, слишком. Плачу уже три дня без остановки, потому что не могу выбраться из этой тупой депрессии. Мои родители нисказали Сэму про то, из-за чего я плачу и Мари с Кларком молчали. Я ценю Сэма за то, что ему не надо ни чего говорить и рассказывать, он будет поддерживать в любом случае, чтобы не случилось. Я благодарна ему. Я проснулась от солнечных лучиков. Вчера я заснула на груди у Сэма, а он не стал меня будит и уснул так же. Я протираю глаза, которые слиплись от слез. Я медленно встаю, чтобы не разбудить Сэма, но это конечно же у меня не получается. - Славу богу, - произносит Мари давая мне еще одну порцию, - Я так волновалась, - она готова меня задушить в своих объятиях, - Кушай, кушай, - мило произносит Мари. Сэм улыбается, допивая свое кофе. Его улыбка слишком довольная, но не гадко довольная, а приятно довольная. Слишком странно звучит, но думаю, что все поняли. Я улыбаюсь ему в ответ, доедая последнюю порцию от Мари. *** Мы гуляем по территории. Сэм держит меня под руку и рассказывает разные смешные истории от которых я конечно же громко смеюсь. Мой смех для него, это как спасение от темноты, точно знаю, точно. - От чего ты так долго плакала? - вдруг произносит он. - Я надеялась, что такого вопроса не будет, - я замолкаю, - Просто мне нужно время, и я тебе расскажу, - вру я. Для такого нужно много времени, но даже много не хватит, чтобы обдумать все, просто стоит все забыть и все. Стоит, но я не могу. Мы молчим. Молчим и еще раз молчим. - Завтра новый год, - улыбается он. - И славу богу, - смеюсь я. Завтра новый день, завтра новый год.