Не недостаток, а особенность

В своём браке, который длился аж четыре года, я любила три вещи: отремонтированную кухню, ежегодный отпуск на Сицилии и просыпаться под боком у мужа каждое утро. Последнее доставляло мне особую радость, потому что чувствовать на себе тяжёлую руку мужчины для меня означало быть под защитой. И сегодняшнее утро не стало исключением. Это было приятно: вновь обнимать торс любимого мужчины. Вот только проблема состояла в том, что с Питером я развелась уже два месяца назад, и он почти сразу уехал в Бангладеш в длительную командировку. А это значило, что сейчас я лежу в чужой постели, с чужим мне мужчиной. Просто отлично! Теперь к моему списку неудачницы можно добавить: по пьяни переспала с первым встречным. Рядом с фригидностью, конечно, странновато смотреться будет, но я как-нибудь переживу. Но глаза открыть мне всё же надо. Чтобы посмотреть, кто тот несчастный, к кому я пьяная и неадекватная завалилась посреди ночи. Наверняка орала что-то про богиню секса. Вот правильно мама говорила: «Не умеешь пить. Не пей». Странно, что с моим богатым опытом попадания из-за алкоголя в самую задницу я так ничему и не научилась. Зато это обеспечило мне знакомство с Питером и вполне счастливую семейную жизнь, которую я потом сама же и разрушила. Ну почти я… Хотя... Полностью сама. Я открываю глаза. И тут же их закрываю. Как жаль, что увиденного не развидишь. Как жаль, что мой новый сосед-извращенец видел, что я на него смотрела. Вот я дура! Надо было подождать, пока он уйдет. И уже тогда потихоньку смыться к себе в квартиру. - Флора, - чёрт, он и имя моё теперь знает. Ну просто отлично. Поставьте мне памятник при жизни. Пусть все знают о таком неудачнике, как Флора Мине. Но поделать уже ничего нельзя. Раз заварила кашу, то мне её и расхлёбывать. Я выворачиваюсь из объятий моего соседа. Офигеть, я переспала с парнем, даже не зная его имени. А ещё считала себя целомудренной женщиной. Всё-таки есть ещё в моей заднице шило. А постелька-то у моего соседа мягкая. Надо спросить, где он купил матрас. Сосед тем временем встаёт с кровати: я чувствую, как сначала опускается матрас, а потом поднимается. - Флора, - он зовёт меня ещё раз, и приходится открыть глаза. И единственное, что я вижу: точёная, бледная фигура моего соседа. Чёрт меня побери, да этот пацан безумно красив. Кажется, я перешагнула Питера. Пора двигаться дальше и начинать новые… - Флора, может, наконец, пойдёшь к себе домой? – кажется, я тут немного с фантазиями переборщила. – Мне работать надо. Тут на меня снисходит озарение. Видать, до этого ещё не весь алкоголь из мозгов испарился. Вот что я тут себе напридумывала? Идеальное тело никогда не шло в комплекте с идеальной душой. А этот парень получил своё и в конец оборзел. Раз уж всё-таки стала шлюхой, то надо с него денег за ночь содрать. Работать ему, видите ли, надо. Среда на улице, а он работать собрался. Вот чёрт. Да я в жизни больше никогда в рот ни капли алкоголя не возьму. А это извращенца засужу за домогательство к больным женщинам. Я вскакиваю, собираю разбросанную по полу одежду, быстро что-то на себя одеваю и, послав этого придурка куда подальше, с чистой совестью ретируюсь в свою квартиру. Сосед-извращенец провожает меня с открытым ртом. Жалей, что прогнал меня. Потому что моё - идеальное на твой взгляд - тело ты сегодня видишь в последний раз. И из-за тебя я больше никогда не буду пить. Ни-ко-гда.

***

Оказывается, быть безработной скучно. За сегодняшний день я передраила всю квартиру, наконец помыла ковры и окна, пересадила Мирту в большой горшок, сходила за продуктами, приготовила обед из трёх блюд, а на часах было только пять. По телеку в это время крутят нудные, однотипные сериалы. А Питер их, кстати, любил. Всё-таки жить одной утомительно и неинтересно. Помню, когда мы ещё были женаты, Питер всё время придумывал нам разные развлечения: одно время мы играли в настольные игры и собирали мозаики, в другое гуляли в парке, а в третье активно работали над пополнением нашей семьи. Но за четыре года мы так ничего и не добились. И как выяснилось позже: из-за меня. Нет, я была абсолютно нормальной, да и детей хотела. Не так сильно, как Питер, но хотела. А врачи говорили обратное. Гиполибидемия звучала не так ужасно, да и отсутствие полового влечения меня никак не смущало. Но доктор тогда назвал именно это основной причиной невозможности забеременеть. «Дети рождаются от большой любви. А вы её не хотите». Эти слова стали для нашего браком началом конца. Потому что такого Питер перенести просто не смог. А ведь это было полгода назад. Кажется, будто прошла целая вечность. Из раздумий меня выводит звонок в дверь. Чёрт, если это Гризельда… Я, даже не посмотрев в глазок, резко открываю дверь и застываю с открытым ртом. Этот пацан и так получил всё, что хотел. Так тогда что он забыл на пороге моей квартиры? Опять расположение перепутал? Надо будет ему план эвакуации подарить. - Ты забыла, - он протягивает мне маленький пакетик, и я замечаю там красную ткань моего любимого кружевного лифа. Подарок Питера на один из многочисленных юбилеев. - Оставь себе, - у меня даже сил с этим парнем спорить нет. Потому что мысли о разрушенном браке сегодня вводят меня в тоску. И даже не напьёшься. Я пытаюсь закрыть дверь, но сосед останавливает меня. - Подожди, - у него сухие, мозолистые ладони. Это я чувствую своим запястьем. – Я хотел извиниться за сегодняшнее утро. Просто вчера это было неожиданно, и я растерялся. Он опять краснеет. Вот Питер никогда бы… Что-то я совсем приуныла. - Хочешь чаю? – я тяну его за собой в квартиру, не дожидаясь ответа. Всё-таки общение с живым человеком лучше, чем с Миртой и Люси. Да, подаренную мне вчера орхидею я тоже уже назвала. Они с Миртой даже успели подружиться. - Не откажусь, Флора, - у него добрая улыбка. А я слишком трезвая, чтобы злиться.

***

- Значит, только ради этого конкурса ты и приехал Монте-Изолу. Обычно сюда приезжают только ради Изео. Как-никак одно из красивейших озёр в Европе. Я даже и не знала, что в нашем городке проводится такой крупный конкурс скульпторов. Гелия вертит в руках чашку с ромашковым чаем. Я же попиваю крепкий чёрный. А за окном уже вечер. Мы даже не заметили, как весь мой репертуар чая закончился за нашим разговором. - Да. Многие скульпторы находят в Изео вдохновение. Но я собираюсь отказываться от конкурса и вернуться в Дьёр. У меня ведь нет модели… Я застываю с открытым ртом. Он мне тут два часа втирал про то, скольким пожертвовал и через что прошёл ради этого конкурса. А теперь собирается просто так сдаться. Ну не мужики в наше время, а тряпки. Хорошо, что этот хоть не половая. - Никуда ты не поедешь, - я ставлю чашку на стол и резко вскакиваю. Гелия смотрит на меня так удивлённо, словно впервые видит. – Раз для тебя это так важно, то я согласна стать твоей моделью. Что я несу? Какой моделью? Зачем? Куда? Но сказанного не воротишь. Да и Гелия улыбается так, словно ему два миллиона евро за просто так вручили. - Флора, ты лучшая! Спасибо, - да, такого мне даже бывший муж не говорил. Ну ладно, за такой комплимент можно и потерпеть. Постою неподвижно, одетая в какой-нибудь балдахин, на подиуме несколько часов. Переживу. Всё равно ведь заняться больше нечем. Знала бы я, к чему всё это приведёт…