Думали, избавились?

***

Когда вся толпа зашла в зал, над некоторыми зажглось подобие нимба. Этих «святых» начали выводить на сцену. Министр и его приближенные, глава Аврората и начальники отделов, даже два члена Визенгамота, всего двадцать четыре человека. У Поттера сразу возник вопрос: «Как удалось все держать в тайне?», но на ухо ему шепнул Северус: «Никто не знал тему заседания, а выйти отсюда было нельзя». Большая чаша на пьедестале заискрилась, и вместо вороха пергаментов там появился только один. Глава Визенгамота встал и взял листок в руки. На возвышении стояли подсудимые и смотрели с ужасом на этот лист. По составу присутствующих на сцене всем было понятно, что это. Глава прочистил горло и прочитал приговор:  — Именем моим, которое — МАГИЯ. Выношу вердикт людям, поставившим себя выше меня — ВИНОВНЫ. Нельзя распоряжаться тем, что дано на всех как награда и присваивать себе то, что является сутью МАГИИ. Наказание будет сложным для меня, но необходимым — ОТРЕКАЮСЬ ОТ ДЕТЕЙ СВОИХ и потомков их до скончания времен. И обойдет их магия, так как смогут видеть ее, но не чувствовать. Пусть помнят теплую силу, что заключалась в них и мучаются от невозможности прикоснуться к высшему. Остальное наказание пусть придумают дети мои, кто смог добраться до меня и не дал совершиться преступлению страшному. В зале ахнули, когда Поттер, Снейп и оба Малфоя засветились золотым свечением. Председатель откашлялся и продолжил читать: — Пусть исполнится кара в это мгновение и будет всем уроком. Все маги на возвышении заискрились, а когда пелена света спала, большинство из них оказалось на полу. Они смотрели невидящими глазами на окружающих, а у многих текли слезы. Перед аудиторией стояли двадцать четыре сквиба, которые могли видеть магию, но больше никогда не могли воспользоваться ею. Гарри подошел к Люциусу и что-то прошептал ему на ухо, тот подумал и покивал головой. Северус приподнял одну бровь и тоже согласился, а Драко прошептал: «Жестко, конечно, но они заслужили.» Гарри вышел к кафедре и огласил приговор. — Мы решили наказать виновных от противного. Вы семь лет планомерно уничтожали магию в Британии, теперь пора отработать. Мы предлагаем осудить вас на семь лет заключения в магловской тюрьме, чтобы вы поняли, как это — жить без магии, а потом еще на семь лет общественного труда. Убирать улицы можно и простыми метлами. Вот тогда вы поймете, каково быть немощным рядом с могущественными. А после вы можете быть свободны. Каждому, кто захочет покинуть маг-мир, придумают другое прошлое, остальные смогут жить всего лишь под заклятием непричинения вреда, которое будет наложено на вас всех, и его действие будет передаваться по наследству. Гарри посмотрел на обреченных и испуганных сквибов и сошел с помоста. Полная тишина нарушалась только звуком его шагов. Гарри прошел к дверям, обернулся и оглядел всех собравшихся в зале людей. К нему подошли Малфои и Снейп, и они вместе покинули зал. Хлопок двери сработал катализатором. Зал взорвался! Начался настоящий бедлам. Кто-то кричал, кто-то плакал, кто-то просто сидел и и тупо смотрел в никуда, многие рванули вслед за героями, но их уже не было. Для Поттеров началась жизнь в новом государстве. Люциус стал быстро продвигаться в Министры. Старые «заслуги» ему простили и теперь чистокровный маг, знающий, что и как надо сделать, чтобы вернуть магический баланс на место, был номером один на политическом небосклоне. Жизнь закрутилась так быстро, что Поттеры не могли побыть наедине и выяснить, что делать дальше с их семейной жизнью. Даже секс после воссоединения семьи получился каким-то скомканным из-за того, что всех срочно вызвали в Министерство наводить порядок. Гарри опять бегал от журналистов и поклонников. Скитер снова строчила бесконечные статьи про Золотого мальчика, а Снейпа хоть и побаивались, но все равно донимали. Ему тут же предложили возглавить Британский исследовательский университет, и он согласился, исполняя тем самым давнюю мечту. Драко стал первым за последние десятилетия учеником Парацельса и светился, как новенький галеон. Он перебрался жить в Лондон, и огромный Малфой-менор остался в полном распоряжении супругов. Несколько недель прошло со дня Радужного переворота, как уже прозвали это событие в народе. Гарри возвращался с посиделок в Хогвартсе. Они с МакГонагал частенько теперь распивали чаи и секретничали. Поттер направился к кабинету, чтобы застать супругов и отправиться с ними в спальню, потому что уже очень соскучился по ним. У самой двери он зацепился за ковер и рухнул на пол. Поднимаясь на ноги, он услышал разговор, который явно не был рассчитан на его внимание. — Люц, ну послушай, зачем нам все это надо? Каждый сделал, что хотел: Поттер избавился от проклятий, и вообще, он теперь самый мощный маг, на хрена мы ему сдались? Ты станешь Министром и уйдешь в свои политические дебри, а я засяду в своих лабораториях, тем более, их у меня теперь семнадцать! Давай отпустим нашего гриффиндорца и разбежимся сами, а? Надоели же все друг другу до чертиков. В ответ Гарри услышал только: «Ага, до чертиков». Уходить было нелегко.