История фиолетового рыцаря

Этот огонь ничего не сжигал — он согревал... Рэй Бредбери

Часть 2.

Бегемот точно не помнил, как он шел через снежный пустырь Вечного Холода к своей хибарке, находящейся к западу от Вересковой пустоши Преисподней. Ноги сами несли его привычной дорогой. Он точно знал, что когда-то эта пустошь была сплошь покрыта лиловыми соцветиями и что было какое-то невыразимо-короткое время, когда луга покрывали эту, на первый взгляд безжизненную, пустыню. Неужели чудаковатый людской мир также подвержен постоянным изменениям? Эти метаморфозы казались Бегемоту сейчас чем-то пугающим. "Он все равно умрет... Рано или поздно, неважно куда, но он уйдет", - думал Бегемот по дороге к дому, все еще охваченный странным видением, представшим его глазам за несколько часов до этого момента. Странная, слишком странная Маргарита со своим Ромуло никак не шла из головы. "Кто поймет этих смертных?" - не унимались мысли в голове "Кота". Он и представить не мог, что могло толкнуть столь сильную и цельную личность на такие жертвы и бал,который, определенно, нелегкое событие. Он осторожно прикрыл за собой дверь своей хижины, кинул пару новых дровишек в закопченную печь, поставил котелок с водой и почему-то захотел снять с себя ветхое, но поистине праздничное одеяние пажа. Еще ни разу не приходил Бегемот с Великого бала в столь крепком смятении: развлечения с Мессиром и Азазелло было, пожалуй, самыми яркими мгновениями в его жизни. Он крепко заварил листы мяты, уселся с ногами на топчан и медленно, но верно стал отпускать мысли об узнике, лежащем посреди комнаты. Он пытался не думать о тонкой, словно папирус, истерзанной солнцем коже. О черных глазах - по-мальчишески ясных, но затянутых легкой поволокой непонимания. О горячих иссохшихся губах. О темных сосках, выделявшихся, словно два острова, на загорелом океане кожи. И только он осознал ход своих мыслей, как вскочил на ноги и решительно произнес: - Нет, Бегемот, так не пойдет! Юноша накинул лисий плащ и чересчур громко хлопнул входной дверью. Это утро было слишком преисполнено сюрпризами, чтобы продолжать оставаться одному! *** Солнце светило сквозь завесь сильного мороза, его плоский лик даже в Преисподней оставался древним кругом, подвешенным незримыми силами посреди густого сероватого морозного неба. Снег, похрустывая под ногами, не отвлекал Бегемота от легкого восторга предстоящей встречи с давним приятелем. Миновав порог, незримую завесу между пустыней Вечного Холода и остальными местами знакомого Бегемоту мира, он оказался в темном, словно чумном, полупустом бесснежном поселении. Пройдя пять-шесть домиков с мшистыми крышами, паж завернул в местечко, чем-то напоминавшее таверну в этом достаточно убогом месте. Пару раз разругавшись, но все же сойдясь на приемлемой цене, он отдал пару золотистых монет бородавчатому демоненку, выхватил кувшин с вином и золотистого поджаристого цыпленка из его рук и отправился к южной перемычке ворот соседнего с поселением города. Проходя привычной дорогой мимо домов, выдолбленных прямо в красноватых скалах, Бегемот не мог не удивляться странностям повседневной жизни местных обитателей. То с виду старик с длинной козлиной бородкой пытается выменять разбитый, но склеенный шаткой магией глиняный горшок у своей соседки. То маленькая демоница с закрученными золотистыми бараньими рогами щиплет мать за подол длинной юбки, совершенно не вникая в разговор взрослых, а только постреливая ясными глазами то на мальчишек, играющих с порожним бочонком, то на стайку городских гусей. Весь этот городской шум Бегемот, конечно, любил, но уют и спокойствие своей маленькой хижины в Вечном Холоде он любил больше. Он необъяснимо любил свет далекого солнца, пусть и скудно, но все же попадавшего сквозь звонкую завесу густого мороза. А в города и многие другие регионы его темной страны свет почти не проник бы, даже если бы и захотел. Кроме того, было несколько веселых и простодушных соседей, которые хоть каким-то образом почти согревали "Кота" в периоды особенно лютой стужи. Бегемот постучал в покосившуюся хлипкую деревянную дверь, и спустя мгновение ее отворил высокий - чуть ли не на голову выше самого "Кота" - кучерявый темноволосый демон с золотистыми озорными глазами. - Свет ты мой, ба! Только посмотрите, кого занесло нынче - сам великий Паж пожаловал собственной персоной! - со слишком залихватской улыбкой проговорил темноволосый демон. - И твоему величию здравствовать, рыхлый пень! Я смотрю, рога высасывают остатки твоего и без того малого мозга, но смелости придают, - пожимая предплечье и обнимая товарища, с улыбкой до ушей проговорил Бегемот. Действительно, бараньи рога, как и у девчушки из соседнего квартала, только темные и матовые, стали заметно длиннее. Наверное, Бегемот слишком долго не навещал его. - Ксафан*, друг мой! Как высоко разгораются костры этого темного места? - Ты же знаешь, я всего лишь печник, - ответил темноволосый демон. - Но, согласись, та редкая древесина, что я тебе недавно подкинул, - отменная вещь! Ксафан и Бегемот прошли вглубь небольшой скальной комнаты с высокими потолками. Большой камин мерцал колдовским фиолетовым огнем по правой стене. Бегемот обожал страсть товарища к огненным делам. Ксафан и сам, казалось, был соткан из пламени, которое зажигал: смуглый, высокий и стройный, с огненными завитушками черных волос. Они сели за стол, налили вина в большие кружки цвета скалистых стен города Пьетро. Бегемот увидел новый темный зигзаг на плече Ксафана под самой кромкой черного безрукавного одеяния друга. - Новый? Не сразу поняв, о чем идет речь, Ксафан не без гордости ответил: - Да, эту татуировку нанес старый друид с окраины Малого леса. Девицы просто с ума сходят при виде ее! - Ты совсем не меняешься, - с легкой хмельной улыбкой заметил "Кот". - Ты ведь знаешь, я инкуб. В мои обязанности входит охмурение смертных женщин. - Не похоже на то, что ты считаешь это тяжелыми обязанностями, - Бегемот, наконец-то, полностью расслабился и почувствовал себя очень знакомо и уютно в доме, в обществе своего до невозможности привычного друга. - Но многие из них такие хорошенькие! - при этих словах мелкие огни с удвоенной силой заплескались на самом донышке золотистых глаз Ксафана. - Не думал, что такую "изысканную" красоту могут оценить смертные, - слишком громко, чтобы не услышать сказал Бегемот. - Ты многого не знаешь о них, друг, - как-то серьезно, но легко заметил Ксафан. - Нет. Я совсем их не знаю, - вспомнив недавнее происшествие, ответил "Кот". Темноволосый демон заметил резкую перемену в голосе Бегемота и понял, что тот чем-то озабочен, но не знает, как начать разговор. - Хитрец, ты еще совсем ничего не рассказал о самом большом событии года! А как же нынешняя Маргарита? Должно быть, горячая штучка попалась? - попытался вернуть разговор в веселое русло Ксафан. - Не твоих чресел дело! - деланно надулся Бегемот. - Бессердечный! Быть в свите самого Главного и ничего не рассказать своему лучшему другу. Ты меня убиваешь! Позже они стянули кувшин с густым вином на пол, и Бегемот долго, разомлев, засыпая под пение фиолетового огня, смотрел на причудливые танцы озорных огненных человечков в камине. Сквозь дрему и стук маленьких барабанов он почти бесконечно далеко и бесконечно близко видел маленькие хороводы языков пламени, узорами отбрасывающие тень на стенки камина, и уже почти не отличал, где кончается явь и начинается сон. - Чудесно, - вымолвил Бегемот, совсем проваливаясь в теплоту и уют, сворачиваясь на полу жилища Ксафана и чувствуя его горячую руку, медленно опустившуюся на плечо "Кота". *** Проснувшись в темной комнате и обнаружив Ксафана, лежащего рядом и обнимающего его своей тяжеленной, как показалось, рукой, Бегемот с сожалением заметил, что колдовской огонь потух. Он встал, аккуратно сдвигая руку друга и стараясь не разбудить, вышел в соседнюю маленькую комнату, верно служившую спаленкой хозяину. Стены комнатки были украшены зелеными, как глаза самого Бегемота, камнями. Только сейчас Бегемот понял, что очень привязался к этому простому, но чудному дому, что ему нравится иногда вот так просто взять и заявиться непрошенным, но желанным гостем. Именно сейчас он понял это настолько отчетливо, насколько это, наверное, было возможно, и потихоньку стал собираться. - Уже уходишь? - сонный Ксафан стоял в дверном проеме. - Да, ты же знаешь, много дел из-за бала пришлось отложить. Праздник закончился, и нужно возвращаться к рутине. - Ты всегда можешь возвращаться сюда, - темноволосый сложил руки на груди. - Знаю, - с ухмылкой ответил Бегемот. - Поэтому и ухожу. Не сожги этот город к чертям! Они тебе спасибо за это не скажут. Взяв в руки свой лисий плащ, "Кот" распрощался с приятелем на самом пороге дома. Он шагнул в глубину красного Пьетро, вновь оставаясь один на один со своими мыслями, перебирая в голове все те дела и обязанности, которые непременно нужно выполнить в самое ближайшее время. *Ксафан — демон второго разряда. Во время восстания ангелов на небесах, Ксафан предложил поджечь небо.