Не хочешь по-хорошему, изнасилую нафиг.

      Я не понимала себя. Как можно дружить с парнем много лет и не замечать его сексуальности, природной притягательности? Я что, слепая? И почему именно сейчас меня стало волновать все это? Я молча наблюдаю, как Андрей спокойно допивает кофе, периодически облизывая губы. Последняя капля напитка скатывается по подбородку, попадая на шею. Я не могу на это спокойно смотреть, резко наклоняюсь и слизываю ее. Мой язычок плавно скользит по шее друга, губы в беспорядке приникают к коже россыпью мелких поцелуев. — Алена, ну что ты делаешь? — спрашивает меня Андрей, притянув к себе за руку.       Меня будто током ударяет от его прикосновения. Боже, раньше не замечала какие у него нежные пальцы. Он поглаживает мою спину кончиками пальцев, заставляя тихо таять от удовольствия. Я понимаю, что так не должно быть. Мы знаем друг друга очень давно, но ничего не могу с собой поделать. Поднимаю на него глаза и встречаюсь со смеющимся взглядом. В моем же в этот момент плескается океан нежности. Я нежно касаюсь его торса, очерчиваю каждую мышцу. Знаю, что Андрею от этого ни жарко, ни холодно, а удержаться так сложно. Парень смотрит на меня с явным недоумением, пытаясь понять, чего я добиваюсь. Мне хочется что-то сказать, но слова не хотят вырываться наружу. Липкий ком застревает где-то в горле. — Послушай, Трофимова, если ты пытаешься меня соблазнить, то напрасный труд. — наконец не выдерживает парень, но моих рук не убирает. — Попытаться все же стоило. — обижено шепчу я. — Что тебе в голову взбрело ни с того, ни с сего? — Андрей только качает головой в знак неодобрения.       Я закусываю нижнюю губу, думая, как мне сломить внутренний барьер друга. — Пойми уже наконец, что у тебя ничего не получиться. Ну не заводят меня женские ласки. — он виновато опускает глаза. — Ерунды не говори. — недовольно бурчу я. — Алена, прекрати над собой издеваться. — парень ловит мою ладонь и целует запястье, проходясь языком по коже.       Я вздрагиваю, по спине бегут мурашки. Ну и кто кого сейчас соблазняет? Так ведь нечестно. — Ничего я не издеваюсь. Мне нравиться к тебе прикасаться. — следует мой ответ. — Ты неисправимая упрямица. — Андрей тяжело вздыхает.       Его руки перемещаются мне на грудь, плавно скользя по коже кончиками пальцев. Он поглаживает соски, несильно сжимает упругие холмики. Я запрокидываю голову назад, протяжно застонав. Победная улыбка озаряет его лицо. — Андрей, что ты делаешь? — с трудом произношу, сознание медленно уплывает куда-то. — А на что это похоже? Ласкаю тебя, конечно. Ты же в школу идти все равно не собираешься. — усмехается он. — Зачем? — Ну конечно, умнее ничего в голову не пришло, молодец, Трофимова. — Просто хочу на практике тебе доказать, что у меня больше шансов заставить тебя кричать от наслаждения. — поясняет Краснов. — Ну тебе же нравится, что я делаю, ведь так? — я заглядываю ему в глаза. — Да, но это другое. Мне просто нравиться ощущать твои руки на своей коже. — он подмигивает мне. — Вот чего ты сейчас хочешь? — Тебя. — едва слышно отвечаю я. — О чем я и говорю. Я смог тебя завести, ты меня нет. Поэтому завязывай дурью маяться. А я закончу то, что начал. — спокойно произносит друг. «Нет, только не это. Пожалуйста, Андрей!» — мысленно умоляю я, понимая, что пропала.       Но он не слышит моих внутренних терзаний, подхватывает на руки и несет в комнату. Бережно опускает на кровать, нависая сверху. Его губы ласково касаются моих, в долгом, чувственном поцелуе. И у меня возникает ощущение, что так целоваться умеет только Андрей. Его руки путешествуют по моему телу, вырывая из горла хриплые стоны. Я выгибаюсь навстречу, тянусь вслед за его пальцами. Возбуждение полыхает в крови диким пламенем. Боже, он меня с ума сведет. Я даже знаю почему он это делает, хотя и не должен, учитывая ориентацию. Зараза, нашел еще один способ побаловать меня. Андрей целует меня в шею, прикусывая кожу зубами, плавно спускаясь ниже. Его губы припадают к груди, языком он чертит узоры на моих сосках, втягивает их в рот, посасывает. Его пальцы ласкают внутреннюю сторону моих бедер. Боже, как же жарко. Я просто не могу вынести этой сладкой пытки. — Нравится? — шепчет он, улыбаясь. — Да, но я хочу проделать с тобой тоже самое. — выдыхаю я, поглаживаю его спину. — Алена, я опоздаю на пары. — сурово отвечает он. — Ничего с тобой не случится из-за одного дня. — замечаю я.       Его ласки становятся все настойчивее и жарче, я не могу себя сдержать и буквально выстанываю его имя. Ему нравится моя реакция, вижу это по глазам, которые сияют, как россыпь бриллиантов. Губы постепенно перемещаются на живот, едва касаются кожи, язык чертит влажную дорожку до самого лобка. Руки проворно снимают насквозь промокшие трусики. Я задерживаю дыхание, слушая как трепещет в груди собственное сердце. — Алена, ты проиграешь. — произносит Андрей едва слышно и резко вводит в меня два пальца.       Я вскрикиваю, выгибаясь. Мелкая дрожь пробегает по телу, сбивая дыхание. А его язык уже играет с моим клитором. Слишком горячо, слишком сладко. Ну почему я вечно влюбляюсь не в тех, в кого надо? Ведь если бы мне три года назад удалось ответить на чувства друга, то все могло быть иначе. Может в этом и кроется разгадка смены ориентации парня? Андрей будто не замечает моих душевных терзаний, ускоряя движения языка и пальцев. Я выкрикиваю его имя, достигнув пика наслаждения.       Андрей улыбается, довольный проделанной работой. Я приподнимаюсь в постели и ухватив его за локоть, резко валю на себя. Перекатываюсь, оседлав бедра друга. Целую его в губы, жадно, неистово, будто мечтала об этом всю жизнь. Он отвечает мне, понимая, что просто так от меня не отделаться. Я не спеша перехожу на его шею. Прикусываю кожу зубами и тут же зализываю «метку». Но, яркий красный след все же проступает. О черт, неосознанно я все же пометила парня, как свою собственность. Не скрою, меня такая перспектива вполне устраивает. Перехожу к его торсу, скольжу языком по коже, очерчивая каждую мышцу. Запах Андрея кружит мне голову, сводит с ума. Заставляет желать его еще сильнее. Я снова возбуждена до предела, как если бы не было этих сумасшедших ласк пять минут назад. Возвращаюсь вновь к его губам, облизываю языком, покусываю. Парень усмехается моим действиям. Ах так, смешно тебе, да? Резко подаюсь вперед, хватаю с тумбочки две шелковые ленты и быстро привязываю руки друга к спинке кровати. — Алена, что ты делаешь? — в шоке спрашивает он. — Теперь ты не сбежишь от меня. — поясняю я. — Да я и не собирался. — усмехается Андрей.       Я только качаю головой из стороны в сторону и возвращаюсь к прерванному занятию. Целую его живот, плавно спускаясь ниже, руками расстегиваю пряжку ремня, молнию и пуговицу на джинсах. Стаскиваю ненужную ткань вместе с боксерами. Андрей нервничает, пытаясь порвать путы, удерживающие на месте. Делаю глубокий вдох и провожу кончиком языка по его плоти. Медленно покрываю поцелуями, прикрывая глаза. Пыльцы сжимают ствол, губы смыкаются на нем. Медленно скольжу по всей длине члена, щекочу язычком головку. Постепенно ускоряю ритм, даже не задумываясь правильно ли все делаю. Действую исключительно на инстинктах. И неожиданно слышу протяжный стон. Андрей закрывает глаза, прогибаясь в спине. И тут до него доходит, что произошло. Друг резко распахивает глаза, величиной с блюдца. — Алена, как тебе это удалось? Ты же девушка, это невозможно. — словно в бреду шепчет он. — Для меня нет ничего невозможного, Краснов, запомни это. — гордо отвечаю я, улыбаясь.       Получилось. Я это сделала, смогла возбудить собственного друга-гея. Где-то на краешке сознания понимаю, что сдерживаться больше нет сил. Рывком насаживаюсь на его твердую плоть, двигаясь лихорадочными толчками. То ускоряю темп, то замедляюсь. Андрей рычит, с силой дергая ленты, натягивая их до предела, и морщась от боли в запястьях. Я знаю, что ему очень хочется сейчас поставить меня колени и грубо трахнуть. Так он привык поступать со всеми парнями, с которыми спал. Я видела несколько раз. Честно говоря очень даже возбуждающая картина. Андрей никогда не мог быть пассивом, ни в отношениях ни в жизни. Он привык быть лидером во всем. Даже его ласки, подаренные мне недавно, буквально кричали об этом. — Блядь, Трофимова, развяжи меня сейчас же! — рявкает он, закусывая нижнюю губу.       На его лбу выступили холодные капельки пота, стекающие по лицу, размазывая черную подводку. Дыхание друга сбитое, вырывающееся из груди рваными толчками, руки сжаты в кулаки. Он уже не знает злиться, или наслаждаться моментом. Мне знакомо это чувство — смятение. Срываюсь на какой-то животный темп, сильнее вжимаясь своими бедрами в его, чувствуя, что разрядка близка. Но я не могу позволить себе кончить раньше него. Сдерживаюсь из последних сил. Томительно балансирую на грани, будто раскачиваясь на качелях. Андрей выгибается максимально сильно подо мной, громко вскрикнув. Я чувствую теплые струи семени, бьющие в меня. И в этот самый момент отпускаю железные тиски контроля, кончая следом. Его тело блаженно обмякает на кровати. Андрей прикрывает глаза, облизывая пересохшие губы, шумно дышит сквозь стиснутые зубы. Я перекатываюсь на бок, развязываю «пленника», ложусь рядом и тянусь к его губам. Он хватает меня за талию, грубо, властно притягивая к себе ближе. Яростно целует в губы, прокусывая их до крови, слизывая горячие рубиновые капли. Разрываю поцелуй, кладу голову ему на плечо, крепко обнимая. Он улыбается, перебирая мои волосы, играя с каждой прядкой. — Тебе давно следовало меня трахнуть, чтобы мозги на место встали. — произносит друг и мы вместе смеемся. И в этот момент я понимаю, что люблю Андрея так сильно, что становиться тяжело дышать. — Ты все еще торопишься в универ? — спрашиваю я. — Собственно торопиться уже некуда. Алена, а ты знаешь почему я стал геем? — спрашивает он, приподнимаясь на локте.       Я устраиваюсь поудобнее, готовясь слушать его исповедь.