I can not admit

      Ковальски снова уснул на рабочем месте, но проспал не больше двадцати минут. Полудрема нагоняла осознанные сны и иллюстрировала мысли лейтенанта. Резко проснувшись и обретя ясность сознания, он тут же забыл свой сон, но перед глазами почему-то остался рельефный пресс Рико.       «Боже, он сведёт меня с ума. Я окончательно спятил, оказавшись с ним один на один».       Учёный потер виски, и кровь, прилившая к голове, помогла отогнать последствия сна.       — Уже выспался что ли? — услышал он удивленный голос подрывника и оглянулся. Тот лежал в своей обычной позе, закинув руки за голову. На нем снова не было майки.       — Что, опять жарко? — закатил глаза Ковальски, но, отвернувшись, тяжело выдохнул. В груди стало тяжелее, будто разгоралось пламя.       Он поднялся, непривычно громко скрипнув ножками стула по полу. Этот скрип врезался в мозг и заставил учёного болезненно зажмурится. Ему, не знавшему сна уже который день, явно пришёлся не на пользу такой звук.       Добравшись в кои-то веки до кровати больного, лейтенант сел в ногах Рико.       — А тебе, как вижу, снова не спится? — устало спросил он.       — Угу, — кивнул сержант. — Что-то рука ноет и жжёт слегка. Не получается заснуть. Я только и делаю, что сплю. Выспался уже.       — Ладно… возьми на полке у стола лекарство, что я давал в прошлый раз.       Подрывник с готовностью поднялся, он только и ждал, что ему позволят пройтись. Ковальски тем временем откинулся спиной на кровать. Рико выпил обезболивающее и вернулся обратно. Лейтенант спал.       Сослуживец подтянул к нему подушку и бросил одеяло. Сам уселся на пол у кровати, выпрямив одну ногу и подтянув к груди другую. Криво улыбнулся своим мыслям и замер, глядя в одну точку.       Уже около полудня Ковальски проснулся от ощущения, что кто-то коснулся его лица. Он открыл глаза и увидел перед собой сосредоточенно-серьёзное лицо подрывника.       — Прости. Я не хотел тебя разбудить, — пальцы сержанта скользнули по щеке ученого, мягко очертили контур скул, затем двинулись к шее.       — Рико?! — попытался подняться лейтенант, но тот остановил его, довольно грубо прижав к кровати. — Что с тобой?       Поведение подрывника ввело учёного в ступор.       — Кажется, ты говорил моё имя во сне, — как бы невзначай заметил сержант.       — Разве? — голос Ковальского сорвался, и аналитика бросило в жар.       — Что тебе снилось? — взглянув в глаза сослуживца, серьёзно поинтересовался Рико.       — Не помню, — соврал лейтенант, сглотнув.       — Как хочешь, — пожав плечами, мужчина отвернулся скрестив руки на груди.       Учёный несколько раз усиленно моргнул, ему казалось, что произошедшее секунду назад было во сне. Он слегка поднялся оставшись, однако, сидеть с ногами на кровати почти вплотную к сержанту. Тот смотрел вперёд, но краем глаза видел, что Ковальски смотрит на него. Словно магниты разной полярности их тянуло друг к другу, и если аналитик мог бороться с собой, то Рико считал это идиотским и бесполезным.       Они бы спокойно разошлись, как и всякий раз, но ошибку совершил ученый. Он поддался искушению и легко коснулся спины подрывника. Тот на секунду прикрыл глаза и решительно повернулся к лейтенанту подавшись вперед всем телом. Ковальски оказался прижат к кровати. Мужчина криво усмехнулся. Его губы замерли в паре сантиметров от лица товарища. Бедняга, и без того пребывающий в шоковом состоянии, вообще забыл как дышать. Рико наклонился ниже, оцарапав едва заметной щетиной чувствительную щеку сослуживца, и горячими губами прильнул к бледной шее лейтенанта.       Ковальски задохнулся. Он провёл ладонью по тёмным волосам Рико, чем сильнее завёл того. Покрывая шею учёного поцелуями и сжимая его вторую руку, подрывник не давал себе отчета в действиях. Он давно хотел воплотить свои мысли в реальность, и вот шанс представился…       В дверь неожиданно постучали. Благо, она вообще оказалась заперта.       Первым пришёл в себя Ковальски. Он попытался оттолкнуть сержанта, но тот лишь позволил ему сесть, не разрывая контакт.       — Рико, нужно открыть, — прошептал ученый на ухо подрывнику. Тот отрицательно покачал головой.       — Сержант! — строже приказал лейтенант и толкнул мужчину коленом. — Отпусти меня! Он заподозрит что-то неладное. Подрывник снова остановил сослуживца поймав рукой предплечье.       — Поцелуй меня, — он встретился взглядом с учёным.       — Что? — Ковальски надеялся, что ослышался. — Нет, Рико…       — Тогда отпущу.       В дверь постучали более настойчиво. Раздался голос Шкипера, который велел открывать.       — Ты не понимаешь, чего просишь… — взмолился лейтенант. Дверь сотряс мощный удар. Командир не поскупился на размах.       — Вы что, совсем охренели?! Открывайте быстро!       Но Рико был неумолим.       — Хорошо, — вздохнул учёный и приблизился к мужчине.       Он думал отделаться лишь касанием губ, но подрывник придержал его, и лейтенанту пришлось выдержать более долгий контакт.       Затем Рико отпустил его, и Ковальски бросился к двери.       Раздраженного Шкипера, как ни странно, вполне удовлетворила версия о том, что учёный спал. Он перемолвился с ним парой слов, (Рико видел, как тот жестикулировал) и ушёл. Но и лейтенант покинул лабораторию вместе с ним. Подрывник догадывался почему.