И кто же будет нашим Владыкой?

_______________________________ Дни, что я оставил позади, не стоит забывать совсем. Свой путь держу я в новый день! Не поднять два сломанных крыла. Ты, видимо, устал от того, как ослепительно синеют небеса. Улыбка на лице не для других людей, а только для себя -- всего приятнее, поверь. [Genji] - Alones _______________________________

      Ночь воцарилась над Каракурой. Вечно спешащий город, наконец, успокоился, чтобы завтра, с первыми лучами солнца, вновь проснуться. Сквозь не задернутые шторы падал лунный свет, легонько освещая всю комнату, в том числе и мирно спящего рыжего юношу. Одно из окон открылось, прерывая эту идиллию, послушно пропуская в помещение незваных гостей. Они спокойно зашли в комнату, попадая под свет убывающего месяца. - И что теперь? – подал голос молодой мужчина с необычной прической. - Не шуми, - холодным голосом ответил собеседник. - Вообще-то он нас не слышит. Забыл? - Не надо забывать, что в этом доме есть еще несколько людей, которые могут нас услышать, - обернувшись к своему напарнику, напомнил Шиффер и через секунду снова повернулся к будущему Владыке. Секста лишь нервно выдохнул. - У тебя есть хоть какие-нибудь идеи? Или мы просто так заскочили к, - Гриммджо запнулся, - …к Владыке? – уж очень он не любил использовать это слово, особенно понимая, что этот, уже беспомощный рыжик, и есть его Владыка. - Нет. - Тогда почему бы не свалить обратно в Уэко Мундо и забыть об этом… об этом? Может, вы все вместе захотите поставить другого ненормального? - Нет, быть Повелителем Уэко Мундо может только Куросаки-сама. - Опять ты за свое! Да он даже не видит нас! – рассвирепел Секста. - Но это не значит, что я вас не слышу, - вмешался в разговор третий голос, больше похожий на лязг металла, делая ударение на слове «я». Джагерджак и Шиффер замерли. Звук доносился с кровати Ичиго, который должен был сейчас спать. Должен был. Одеяло на кровати начало шевелиться и, спустя секунду, двое гостей увидели взлохмаченную рыжую голову. Не открывая глаз, он принял сидячее положение, потянулся и сладко зевнул. - Чего здесь забыли? – грубо спросил металлический голос. - Куросаки, ты… - Я не Куросаки, - передразнив, перебил арранкара парень. - Король сейчас изволил спать, - наигранно пояснил голос, после чего парень изобразил нечеловеческую и даже немного сумасшедшую улыбку, и, наконец, лениво открыл глаза. Глаза юноши немного светились желтым, а по краям склеры неравномерно окрасились в черный. - Еще раз спрашиваю, чего здесь забыли? - Ты пустой? – ответил вопросом на вопрос Кватра. - Кто знает, - загадочно ответил тот, улыбнувшись еще шире. От такого непривычного Ичиго даже арранкарам стало не по себе. - Ты нас видишь? – Гриммджо наконец заметил, что зрачки парня, или того, кто сидит внутри него, не двигались, а взгляд был совершенно пуст. После чего Секста как можно тише подошел к кровати и помахал рукой прямо перед глазами у ничего не подозревающего юноши. Ноль реакции. - Нет, я совершенно ничего не вижу. Ичиго слишком слаб, чтобы я что-то видел. Но, - парень с нечеловеческой скоростью схватил руку арранкара, после чего сжал ее, - не надо забывать про инстинкты, особенно, когда имеешь дело с их воплощением, - последовал мерзкий, но тихий смешок, похожий на звон цепей. Гриммджо выдернул свою руку из достаточно крепкой хватки. А незнакомец продолжал смотреть куда-то перед собой, так и не убрав свою мерзкую улыбочку. – А ты чего замолк? Или вспоминаешь, как я тебя размазал по стенке? Здесь и без слов было ясно, к кому обращался незнакомец. Гриммджо повернулся к Кватре, стоящему позади. И там он увидел, то, что он не забудет никогда. На бледном, освещенном месяцем лице, он увидел эмоции Шиффера. Все бы ничего, но на лице, пусть и с трудом, читался страх, перемешанный с удивлением. До Сексты, наконец, дошло, что не рыжий, а именно этот незнакомец, кем бы он ни был, и победил Кватру. Размышления незваных гостей прервал лже-Ичиго, который почему-то сильно вздрогнул, будто его только что облили кипятком. С лица наконец-то пропала та сумасшедшая и совершенно непохожая на Ичиго улыбка. - Так, чего здесь забыли? – неожиданно резко поменяв интонацию с насмешливой на грубую, нетерпеливо спросил голос. - Мы хотим сделать Куросаки-сама… - оправившись, начал Кватра - Это я уже слышал. Я имею в виду, чего вам надо именно здесь. Вновь последовала тишина. Такая глухая и давящая тишина, которую изредка прерывал неугомонный ветер за окном. Незнакомец вздохнул, поняв, что ответа он не дождется. - Ты знаешь, как вернуть Куросаки-сама его силу? – уже надевший на себя маску безразличия, спросил незнакомца Кватра, который при слове «Куросаки-сама» немного скривился. - Ну, знаю, и что? - Можешь рассказать? Что? Шиффер попросил? Неужто он и вправду боится этого психа? Джагерджак непонимающе посмотрел на Кватру, как бы спрашивая, он ли это. - Ну,- протянул металлический голос, - тут несколько способов. Первый, - парень вытащил правую руку из-под одеяла, направив указательный палец вверх, - подождать, пока в Обществе Душ не появится очередной злодей, с которым сможет справиться только Ичиго… - И тогда эти шинигами вернут ему силу, – закончил слова Гриммджо, при этом склонив голову набок. Рыжеволосый кивнул. – И сколько ждать? - Года два, может пять, а может и все десять, - легко сказал тот, пожав плечами. - Ясно. Что ж, придется подождать, - протянул Секста, тихонько радуясь, что трон правителя Уэко Мундо в ближайшее время будет пустовать, и уже направился к окну, но его остановил Шиффер, задавший новый вопрос. - А другой способ? - Второй способ, - уже показывая два пальца, спокойно продолжил незнакомец, - убить Ичиго. - Убить? – обернулся Гриммджо. - Да. Но для этого нужно несколько ингредиентов: пустой и жертва, которую нужно защитить. Когда силы Ичиго будут на самом пике, именно тогда его и следует убить. - Ясно, - Кватра направился к окну, - идем, Гриммджо. И через пару мгновений незнакомцев, которые воспользовались окном, словно дверью, и след простыл. А на кровати с тем же пустым взглядом в никуда, сидел рыжий парень с постепенно затухающими желтыми зрачками. Он хмыкнул. - Ну, Король, привалило же тебе счастья,- с этими словами юноша снова погрузился в царство Морфея.

***

Две тени тихо, но быстро перемещались по ночному городу, будто боясь кого-то разбудить. На окраине города два силуэта остановились на крыше одного из домов. - Ну, что? Убьем Куросаки? - Другого выхода нет. Тем более это ради Владыки, - больше успокаивая себя, нежели отвечая на вопрос, ответил Улькиорра, открывая гарганту.

***

Первые солнечные лучи бесцеремонно проникали в комнату, освещая и играясь на рыжей макушке еще не проснувшегося юноши. За окном слышался неугомонный щебет птиц, сообщая, что уже давно наступил новый день. Какое же это все-таки сладкое слово - "выходной". Особенно тогда, когда ты понимаешь, что выходной не завтра, а уже сегодня. Перевернувшись на спину, юноша сладко зевнул, потянув руки в разные стороны, и раскрыл свои карие глаза. - Выходной, - протянул юноша, будто еще раз зевнув. - Семь, - пояснил сам себе рыжий, повернув голову в сторону ненавистного будильника. И тут же уныло продолжил: - Эх, а спать как назло уже не хочется. Наконец встав с кровати, Куросаки понял причину столь раннего пробуждения. Во-первых, в комнате было невероятно холодно. Оба окна были открыты, создавая сквозняк. Нет, на улице не было холодно - всё уже давно прогрело солнце, просто ночью температура была значительно ниже, чем днем, да и холодный осенний ветер еще никто не отменял. Во-вторых, невероятно сильно болела голова, будто его несколько раз вмазал в стенку Улькиорра. И чего это Ичиго его вспомнил? Помотав головой, чтобы избавиться от ненужных мыслей, парень поморщился - голова болела до невозможности. Закрыв одно из окон, он принял решение отправиться на прогулку по городу, чтобы лишний раз насладиться одним из самых теплых дней октября. Что ж, выполнив ежедневные действия по приведению себя в более-менее нормальный вид и выпив таблетку обезболивающего, рыжик уже шагал по парку, который на удивление был пуст. Хотя, чему удивляться? Большинство людей сейчас дома, а работающие давно трудятся. Дойдя до своей любимой лавочки, он присел. Отсюда открывался вид на небольшой фонтан, который еще называли "поющий" из-за того, что каждый воскресный вечер фонтан играл струями воды под красивую музыку, меняя их расположение. Здесь также был вид на клумбы с красочными цветами, которые все еще продолжали цвести, несмотря на октябрь. Да и вообще место было хорошим уже потому, что лавочка находилась под старым, но величественным дубом, заставляя чувствовать себя в безопасности от надоедливых солнечных лучей. Юноша почти по-хозяйски сидел на лавочке, закинув руки назад, запрокинув голову и прикрыв глаза. Он погрузился в свои мысли. А думал он о... Хотя, подождите. Кажется, он ни о чем не думал. Куросаки просто наслаждался тишиной и спокойствием, царившими вокруг него. И, вроде, он задремал. Черт возьми, как же ему не хватало этого! Этой спокойной и непринужденной жизни обычного риоки. Сквозь дрему он услышал, как кто-то его окликнул. Такой милый и весело щебечущий голосок. - Куросаки-кун! - звонко и непринужденно. - Иноуэ? - сонно откликнулся он, уже открыв глаза. - Привет. Что ты здесь делаешь? Девушка беззаботно улыбнулась и уже набрала воздуха, чтобы что-то сказать, но тут же передумала, сразу погрустнев. - Привет. Да так, - грустно начала она, отведя взгляд в сторону, - мимо проходила. А ты? Врет. Иноуэ направлялась как раз в сторону магазина Урахары. Опять его хотят оградить от загробного мира. Но нет, Ичиго ничуть не сердится. - Просто решил посидеть в парке. Последние солнечные дни ведь, - улыбнулся. - И вправду, - девушка чуть повеселела. - Куросаки-кун, а мы сегодня... - не успела она договорить, как вдалеке послышался зовущий ее голос. - Иноуэ! Мы же сказали, что сами прикончим пус... - наконец добежавший Исида замолчал, увидев рыжего, и тут же продолжил: - Куросаки? А ты что здесь делаешь? Сегодня же выходной. - Ну, вот я и отдыхаю, - с улыбкой проговорил Ичиго. - Исида! Иноуэ! - а вот и Чад. - Привет, Чад, - не меняясь в лице, поприветствовал Ичиго, делая вид, что не понял, зачем они мотаются. - Привет, Ичиго. А что ты...? - Отдыхаю, - перебил. - А давайте сходим в парк аттракционов? - звонко и весело предложила Иноуэ, пытаясь отвлечь внимание Ичиго от мыслей о пустых и не давая времени думать о делах друзей. Пусть она сказала невпопад, но все тут же переключились на парк развлечений. Решено. Идем в парк. Несмотря на то, что Каракура - сравнительно небольшой город, в нем имеется парк развлечений. Причем есть даже аттракцион, входящий в десятку самых экстремальных аттракционов Японии. А вот, собственно, и он - высокое сооружение из арматуры, отдаленно напоминающее кран, с двумя сидениями на одном из концов. Посмотрев на их хмурое солнышко, которое шло чуть впереди, друзья переглянулись и кивнули другу другу в знак понимания и мысленно давая разрешение на действия каждому из них. - Эй! Вы чего?! - Прости, Куросаки, но это ради твоего же блага, - успокоил Исида, тащивший на пару с Чадом рыжего под руку. Крик Ичиго, который ну никак не хотел утихомириться, был остановлен с помощью хот-дога, которым квинси нагло заткнул рот бывшего временного шинигами. Возмущенно промычав, Куросаки повернул голову в сторону Иноуэ, взглядом прося остановить этих двоих. На что девушка по-детски улыбнулась, повторила слова Исиды и сказала, что пойдет на аттракцион вместе с ним. На что жертва помощи, поняв, что Иноуэ тоже входит в эту компанию горе-спасителей, обреченно взвыл, подняв карие глаза к небу, как бы спрашивая высшие силы, за что ему такое счастье. Они направлялись именно в сторону той кошмарной карусели, которую все любя называли "Чертовка". Да, это именно она входила в заветную десятку аттракционов. Не то чтобы Ичиго боялся высоты, на которую поднималась Чертовка, чтобы раскрутится, просто, согласитесь, одно дело когда ты спокойно, используя хохо, стоишь в небе, а другое - когда в этом же небе тебя кидают и крутят во все стороны, словно взбесившийся Улькиорра. Юноша поймал себя на мысли, что второй раз день вспомнил этот ходячий холодильник с мордой кирпичом. Но эта мысль тут же улетучилась, когда жертву начали пристегивать к креслу аттракциона. Молодой парень, видимо работающий здесь, лениво промямлил что-то про технику безопасности и освободил рот Куросаки от злополучного хот-дога, работающего как кляп, давая рыжему полную свободу слова, чтобы выразить свое мнение, которое, собственно, никому не было интересно. И вот эта Чертовка приходит в движение.

***

По голубому небу лениво ползли серые облака, скрывая фальшивое, но очень яркое солнце, словно плотная ткань. А внизу, на одном из множества перевёрнутых небоскребов, мирно лежал один из обитателей этого странного мира. Лежал и смотрел на собирающиеся тучи, улыбаясь самому себе, хотя эта улыбка была больше похожа на оскал голодного хищника. Краем глаза отдыхающий заметил темную фигуру, однако парень даже не шелохнулся, показывая всем свои видом, что не намерен сейчас ни с кем разговаривать. Но похоже того это не волновало. - Зачем ты рассказал аранкарам про этот способ? Ты же сам прекрасно понимаешь, что вероятность пробуждения сил Ичиго минимальна. - Да потому что Ичиго - это одно большое исключение из правил, - фыркнула отбеленная копия хозяина, продолжая пристально смотреть в небо. - Мы не можем так рисковать. Белый промолчал. - Плюс ко всему он не должен стать правителем Уэко Мундо. - Это еще почему? - белый чуть приподнялся. - Пусть хоть кто-то будет уважать рыжика. Может, станет настоящим королем, - он усмехнулся. - Но Сейретей может ополчиться против него. - Самому не смешно? Этот оболтус перемирит кого угодно. - Зангецу, - Старик прикрыл глаза на мгновение, - ты же знаешь... - Да знаю я про твоих подчинителей! - вспыхнул тот. - Но только где они? А? - Всему свое время, - невозмутимо ответил собеседник. - С каких это пор ты начал верить какой-то кучке шинигами про "Первого временного шинигами"? - передразнил Зангецу. - Да и почему тогда они не пришли за ним раньше? А Старик молчал, устроившись на полставки статуей самому себе с эпично развевающимся плащом и прической. Зангецу, поняв, что ведет себя в точности как Ичиго, успокоился, возвратившись в лежачее положение и вернувшись к разглядыванию облаков. - Да, и тем более, сейчас уже поздно об этом думать, - спокойно продолжил Зангецу, снова ухмыльнувшись. - Не поздно, - холодно заметил тот. - Ты можешь, - но Старика перебил небольшой толчок земли. - Чего это? Неужто Король испугался? - приподнялся меч-пустой, продолжая смотреть в небо, где серые облака поплыли быстрее. Будто в ответ на вопрос, земля снова вздрогнула, появился сильный холодный ветер. Завывая, он мог снести с ног, а в самом шуме ветра можно было расслышать голос парня, который... - Кричит как девчонка, - усмехнулся уже стоявший на ногах Зангецу. - Пошли, Старик, найдем какое-нибудь укрытие.

***

Тем временем с этой адской карусели, которая то опускалась, то поднималась, одновременно вращая сидевших с безжалостной скоростью, доносился веселый хохот Иноуэ, сменяющийся негромкими взвизгами от неожиданности какого-нибудь пируэта этой машины. Но голос Ичиго перебивал звонкий голосок, который истошно, нет, не кричал, а орал во всю глотку. Да так сильно, что прохожие постоянно оглядывались в сторону Чертовки. Теперь понятно, почему у нее такое название. - Ну, зачем же так орать? - поправляя очки, придрался Урюу, который вместе с Садо наблюдал за этим концертом. - Исида, ты ведь тоже это заметил? - не обратив внимание на сказанные слова, поменял тему Чад. - Ты про реацу? - Чад кивнул. - Да, такое невозможно не заметить. Она явно возросла. Как бы он снова не начал видеть духов. - Думаешь, он не потерял свою силу? - У Куросаки слишком много реацу, чтобы вот так легко ее потерять, - заметил Исида, продолжая пристально смотреть на крутящееся рыжее пятно в воздухе. - Он просто делает вид, что радуется спокойной жизни. На самом деле он жаждет сражений, битв и адреналина. А пока пусть вспомнит, что это такое. Хотя сильнее его реацу только его голосовые связки. Ясутора кивнул, тоже пристально следя за жертвами Чертовки. - Может, попросим остановить? - повернув голову в сторону собеседника, спросил Чад. - Нет, пусть еще помучается, - злорадно сверкнув очками, ответил квинси. И вот, спустя пару минут сильнейшего стресса, жертва помощи, пошатываясь и немного оперевшись о Иноуэ, плелся в сторону горе-спасителей, наблюдавших издалека. - Хорошие связки, - издевка, нежели комплимент. - Еще одно слово и квинси вымрут окончательно, - еле отдышавшись, грозно пробубнил Ичиго. - Да ладно, Куросаки-кун, весело же было, - прощебетала Иноуэ, на что рыжий фыркнул, - А давайте пойдем в кино? - также беззаботно продолжила она. Надеясь, что там его не заставят кружиться на подобном кошмаре, рыжий согласился, но, кажется, его мнение никого не волновало. Опять. Если коротко, то поход в кино удался. Вся компашка решила довериться вкусу Иноуэ и предоставили ей выбор. Конечно все ожидали, что она выберет мелодраму или мультик в конце концов, но, ко всеобщему удивлению, девушка выбрала ужастик. Причем не типичный американский ужастик про предсказуемую блондинку с неработающим фонариком, идущую в темный подвал, а самый настоящий психологический ужастик, в котором было не так уж много скримеров. Редко да метко. Каждый из этих скримеров стоил как минимум сердечного приступа, но девушка, на удивление парней, даже не пискнула. Она спокойно сидела и ела свой попкорн как ни в чем не бывало. Вот уж действительно сильная девушка. На аттракционе звонко хохочет, а скримеры ей вообще до лампочки. Но почему-то кажется, что Орихимэ терпела именно ради Ичиго. От этого на душе становилось мерзко и неприятно. Куросаки вздохнул. Да, не самые лучшие мысли перед сном. Ну да ладно. Завтра его ждет еще один обычный день обычного риоки.

***

Тем временем во внутреннем мире две фигуры оживленно о чем-то спорили. Точнее одна фигура возмущалась своим почти металлическим голосом, отдаваясь эхом по всему миру, а другая - спокойно говорила факты, отстаивая свою точку зрения и снисходительно смотря на собеседника. - Ладно, - выдохнув, наконец, утихомириться блондин, сложив руки на груди. - Я постараюсь помочь Ичиго. Но... - Хорошо, я помогу тебе, - перебил собеседник, поняв, что тот, пусть и не сознается, просит о помощи.

***

А в это время в мирном городке под названием Каракура, который уже давно был погружен во тьму ночи, словно спасительный огонек, вспыхнул беспорядочный поток реацу, заставляя некоторых жителей вздрогнуть от столь тяжелой духовной силы. А единственный зритель этого представления стоял на соседней крыше, пристально глядя холодным, или даже пустым, взглядом на мирно спящего рыжего мальчишку, который даже не подозревал, что источником этого потока силы был он. Вскоре тускло освещенная лунным светом фигура исчезла в сонидо, полностью скрываясь во тьме ночного города.