Скиталец (рабочее): (СКИТАЛЕЦ-1)

      Здоровенный, больше двух метров роста, на глазок, широченный, насыщенно-зеленый, с крупными чертами морды - массивной нижней челюстью, огромными клыками, глубоко посаженными зенками и поломанным множество раз носом и огромными ушами, с абсолютно лысой черепушкой- в грубых штанах и голым, обвешанным полупустыми бандольерами с боезапасом, шрамированным ломанными линиями заросших ран торсом пришелец был вооружен огромным топором, который обычный бы человек с трудом удержал в обеих руках, он же держал его шутя одной правой. В левой же покоился, до поры до времени, массивный и грубый болт-пистолет, украшенный шашечками.       Орк - а это мог быть только он - вперил свой взгляд на остатки каменных столбов, около которых приземлился, а затем перевел свой взгляд на опешивших эльфиек, замерших, с оружием в руках, около побитого молниями почившего жреца трона. Заметив их, он взревел радостно:       - Ыыыы! Ыльдарскаи бабы, зог! Сичас я вас пастукаю! - расплылся в довольном оскале гриб ходячий и, даже не пытаясь стрелять из слагги (у этих ребят с меткостью, мягко говоря, не очень, да и ближний бой они прям-таки уважают (а их за это ценит "батаня" Кхорн, наверно, не говоря уже о Горке и Морке)), рванул в атаку огромными скачками-прыжками. Однако, как говорится, глаза боятся, а руки делают - пока я размышлял, какого хрена чудилы (а кто, кроме орочьих псайкеров, мог такое вообще сотворить?) решили наведаться в холодные края (понятное дело, настоящего орка холодом не испугать, но вот в таких условиях грибница, так сказать, растет туго - иначе бы хрен в той же Вальгалле местные искоренили полностью бойзов - вон, на Армаггедоне, уж на что прогнали Газгкулла (ненадолго) и его банду, и то там по местным джунглям плодится грибное племя уже которое десятилетие), тело сменило магазин в пистолете, а целеуказатель совместил прицел с затылком орка.       БАНГ! БАНГ!       Две пули врезались в череп бойза, взрывая черепную коробку и выпуская содержимое наружу. Тем не менее, он смог добежать до расступившихся девчат и рухнул, подрыгиваясь, доламывая деревянный трон окончательно. С момента происшествия прошло от силы пять секунд. Тишину нарушало лишь наше тяжелое дыхание да потрескивание портала, который и не думал закрываться. Повинуясь предчувствиям, я рявкнул, чтобы все прятались, и не высовывались. И, к моему большому удовлетворению, спутники не стали спорить, а быстро заняли позиции за громадными обломками. Подхватив маску и посох, я укрылся за покрытой выбоинами колонной прежде, чем из портала появился другой зеленокожий.       Этот дюжий бойз, в отличие от предыдущего, мог похвастаться стальной пластиной, заменяющей ему левую часть головы, в основном ее заднюю область, вплоть до виска, при этом неизвестный болебойз умудрился сохранить ему глаз (с таким ранением куда более ожидаемо замена на бионическую поделку мека, чем на такое мастерство). В руках, прижимая к размалеванной красным груди (вместо бандольеров у него была безрукавка и подобие разгрузки) он держал внушительных размеров одноствольную шуту с толстым магазином. Приземлившись на пол, он, хрюкнув, стал осматриваться, пока не зацепился за останки своего неудачливого товарища.       - Ваафанг, я гаварил, шта ты самый тупой орк, каторага я видел! - рыкнул бойз, подходя к трупу и пиная его ножищей. - Апять ты бросился на юдишку или ищо кого, штобы пастукать, но пастукали тибя!       - Шта происходит? Хде мы? Куда мы идем? - пропищал вылетевший кубарем из портала коротышка, врезавшись в каменную статую и почти сразу вскочивший на ноги. Оба-на, гретчин, да еще с таким шнобелем, что должен его при ходьбе перевешивать!       - Замалчи, сквиг ванючий, и свали с дароги! - рявкнул стрелок. Гретчин поспешил отпрыгнуть в сторону, и вовремя - через мгновение из портала вывалился здоровяк (даже по сравнению с уже появившимися сородичами) с баллонами за спиной и здоровенной скорчей, если пользоваться орочьей терминологией. Морда была закрыта грубой маской.       - О, хде ита мы? - хрюкнуло из-под маски удивленно.       - У Загранта спраси, сквиг пупырчатый! Аткуда мне знать, куда итат чудила нас атправил в этат раз? - гыгыкнул стрелок, забирая себе оружие убитого мной орка, ничуть не печалясь потерей товарища. Хотя было бы чему печалиться...       - Чо ты там мычишь, гамна кусок? Я тибя пастукаю сичас! - вскипел огнеметчик, и уже было собрался устроить файер-шоу, но ему не дал здоровенный орк с левой механической рукой, заканчивающейся когтями, который огрел его по затылку здоровой конечностью, в которой была зажата слагга, спустя мгновение после того, как появился:       - ЗАТКНИТИСЬ, БАЛВАНЫ!       - А чо я? Ита все он, босс! - возмутился поджигатель, потирая вмятину на маске.       - Патаму што я босс, и я так сказал! Хде этат балван Ваафанг? - спросил тот, кого назвали боссом, тряхнув лысой головой, украшенной рогами.       - Ниту бальше Ваафанга, босс. Его уже пастукали, - стрелок толкнул ногой труп сородича.       - Если иго пастукали, то што ита значит, Скаршник? - протянул босс.       - Што-што... што его кто-то пастукал! - после ответа, как и огнеметчик, шутабой тоже огреб от своего начальства.       - Ниет! Ита значит, балван, что тот, кто иго пастукал, может быть ишо здеся! Так што ищите, и быстра, зог вас задири! - рявкнул орк.       После к ним присоединилось десятка полтора гретчинов, которые стали скакать по помещению, не приближаясь, однако, пока, к нашему укрытию, часть и вовсе отправилась в глубины гробницы. Долго это, ясное дело, не могло продолжаться, нужно было поскорее разобраться с нежданными гостями, пока они, под хорошую погоду, не расползлись по Скайриму, а потом и по всему Нирну. А то ведь мекбои на полном серьезе соберут тут пару гаргантов, и даже Алдуину придется туго, не говоря уже о других.       Я снял с пояса гранату и, выдернув чеку, бросил так, чтобы она летела над головами орков. Тот, кого обозвали Скаршник, обернулся на шорох и дзиньканье, издаваемые мною и, вскинув свою шуту, сделал пару неприцельных выстрелов, которые прошли у меня высоко над головой. Когда кругляш оказался над головами зеленокожих, босс и все остальные уже палили напропалую, да так, что нельзя было игнорировать выпускаемые ими заряды. Однако я заставил сдетонировать "подарочек", который расплескал над головами пришельцев щедрую порцию жидкого пламени которое облило многих орков и гретчинов, которые все прибывали и прибывали.       - Waaaaaaaaaaaaaaaaaaaaaagh! - ревели орки, подвывали гретчины, сбивая пламя со своих тел на бегу, устремляясь к нам с Торвальдом, что демаскировали свои позиции. Со стороны коридора, ведущего вглубь гробницы, показались эльфийки, которым я крикнул, чтобы использовали Крик и лук, и не лезли в ближний бой. Сам же стал отстреливать магазин пистолета, уложив двух рубак и единственного огнеметчика, оказавшегося в этой компании.       - Иэх! - размахнувшись, Торвальд, чудом увернувшись от выпущенной почти в упор очереди, впечатал молот в грудь шутабоя, у которого, к тому же, заклинило ствол. Хрустнули кости, однако орк, не растерявшись, попробовал отобрать оружие у норда. Но у него не получилось! Впервые вижу человека, который может так вот сражаться с "грибами". Однако мне пришлось отвлечься на предводителя, который мощным взмахом бионической конечности собирался оторвать мне голову и перекатом уйти ему за спину, рассекая бок "Бритвой".       Гретчины, кто остался жив, с воем прыгали в портал, умудрившись, подвернувшись под ноги, уронить дюжего орка с ракет-лаунчером. Мелочь вроде бы большой храбростью не отличается, в отличие от своих старших собратьев, да и нам это на руку. Рванувших в сторону эльфиек орков встретила мощная струя пламени, которая спалила первых трех и поранила бегущих за ними. Только это не остановило отморозков, которые, размахивая оружием, обрушились на девушек, что, как могли, стали уворачиваться от мощных, но неуклюжих, по сравнению с их навыками, выпадов бойзов. Но долго это не могло продолжаться, ибо усталость давала о себе знать.       - Waaaaaaaaaagh! - взревел босс, разворачивая корпус и одновременно нанося размашистый удар конечностью. Рана, казалось, вообще не доставляла никаких неудобств, несмотря на хлещущую кровь и перерезанные мышцы. Я воткнул лезвие кинжала ему под колено, перерезая кость и ткани, упав на одно колено, пропуская атаку над головой. Орк, взревев, упал на пол, поддерживая себя здоровой рукой. Однако бионическая конечность все же нашла меня, врезавшись в грудь в тот момент, когда я метко отправил в портал "горячий гостинец", отправляя в полет, который закончился об уже пострадавшего орка с ракетницей.       Я стукнулся затылком об его каменную челюсть, да так, что аж экран визора пошел помехами и чуть было не отрубился, а в глазах потемнело на мгновение. Орк скинул меня с себя и собрался выпустить прямо в меня ракету, не заботясь о том, что сам может отправиться на тот свет. Торвальд уже сцепился с другим зеленокожим, а шутабой, с размозженной головой и дырой в груди уже остывал, дергая конечностями. Гретчины уже исчезли в портале, а пяток орков гоняли с диким ревом альтмерок, которые, как могли, атаковали орков кинжалами, стараясь не попадать под сокрушительные выпады последователей Горка и Морка, но порезы не могли остановить этих упрямых ублюдков, которых вел азарт боя.       Собрав силы в кулак, я прыгнул под ноги орку, сбивая его, тем самым предназначавшаяся мне ракета отправилась в дальний конец потолка зала, пробивая в нем дыру и обваливая внушительную кучу камней точнехонько туда, где босс прилаживал к обрубку свою ногу. С громким треском и шмяканьем его туша исчезла под грудами гранита, а я, чудом до сих пор не выпустив из рук "Бритву", воткнул ее в правую глазницу противника, после чего, вновь получив в грудь пудовым кулаком, полетел в статую дракона. Рот наполнился солоноватой и теплой жидкостью, а в груди словно пожар возник.       Ревущий зеленокожий вцепился в клинок, порываясь его вытащить... и у него почти получилось! Лезвие понемногу стало выходить из стремительно высыхающего тела! Острие с влажным хлюпаньем покинуло глазницу, а через мгновение, судя по всему, жизнь покинула тело орка, который теперь напоминал обтянутый кожей труп. На покрытый помехами экран визора вплыло сияющее алым изображение, сигнализирующее о тяжелых повреждениях грудной клетки. Я закрыл окошко и одобрил введение спец-препаратов, ощущая, как в шею и руки втыкаются иглы, вводя боевой коктейль.       Кровь быстрее заструилась по жилам, боль отступила, а сознание резко прояснилось. Я быстро глянул, как дела у Торвальда - он, не смотря на рассеченную бровь и подволакиваемую ногу, успешно давал отпор уже третьему зеленокожему, а вот у девушек дела шли паршиво - Лаймэнэль, успешно вонзив в горло широкоплечему, даже для орка, стрелку свои кинжалы, отправила было его к праотцам... но умирающий орк, не думая даже зажимать ужасную рану, мертвой хваткой сжал тело эльфийки, глаза которой полезли из орбит, а рот раскрывался в беззвучном крике - только сдавленные хрипы срывались с ее губ, заливая с ног до головы кровью. Анариэль пока удавалось избегать такого, но ее все больше зажимали в угол, и недалек тот миг, когда и она окажется в ловушке.       Легкое, словно перышко, тело вскочило, подчиняясь мысленным приказам и стремительно понеслось вперед, а руки подхватили шуту какого-то мертвеца, которому она была уже не нужна. Пальцы с легкостью нажали на спусковой крючок, и тяжелые пули устремились к восторженно ревущему орку, который собирался опустить свою чоппу на голову девушки, рассекая ее словно спелый арбуз. Строчка кровавых дыр прочертила его спину от поясницы и выше, почти отрывая от тела голову. Однако даже это не могло остановить импульс атаки, заложенный мертвым телом. Мысли заполнило кровавым туманом, в ушах громко барабанил пульс, и все, на чем сосредоточилось сознание, стало убийство врагов. Убить. УБИТЬ ВСЕХ! Залить все кровью!       Миг - и тяжелая пушка летит вперед, врезаясь в руку мертвеца, благодаря чему топор впивается в голову убитого Лаймэнэль зеленокожего и застревает в черепе, после чего "трио" падает на пол. Привлеченные грохотом шуты, теснящие Довакина орки оборачиваются ко мне, призвавшего АГК, переведенного в автоматический режим. Добрая очередь в пять патронов разрывает защищенную пластинами брони грудь зеленокожего, выплескивая целый фонтан смердящего ихора и заставляя его отшатнуться на шаг. Его сосед, вскидывающий слаггу, лишился не только оружия, но и руки, перерубленной очередью. Ничуть не растерявшись, он несется вперед, вскинув целую руку с чоппой, собираясь сбить и зарубить, но еще несколько пуль и шаг в сторону меняют пункт назначения на дальнюю стену, ударившись об которую, он успокоился, уже будучи мертвым - с развороченной грудью не повоюешь.       Еще двоих орков я нашпиговал пулями по самый небалуйся, после чего боек сухо щелкнул, говоря об отсутствии патронов, и я без сожаления отбрасываю автомат в сторону. Воздуха не хватает, и я срываю шлем и роняю его на труп обожженного с ног до голову зеленокожего. Последний орк, оскалившись (наверняка думал о том, сколько зубов он соберет с нашей компании и станет богачем), собрался прикончить меня, и тоже в ближнем бою:       - Waaaaaaaaaaaaagh! - взревел зеленокожий, бегом направляясь ко мне.       - Waaaaaaaaaaaaagh! - вторил ему я, делая рывок навстречу, подныривая под смертельную атаку и обхватывая врага за пояс. Орк, хрюкнув, удивился, когда юдишка поднял его над полом и крепко приложил об пол спиной и затылком, аж жубы повылетали. Но особо поудивляться у него не вышло, ибо я, вскочив, навалился сверху, стал мутузить кулаками по голове зеленокожего, ломая кости и превращая мозг в кашу. Я продолжал молотить кулаками, пока голова не превратилась в желе, и остановился. Подняв голову к потолку, я заревел так, что дракон бы позавидовал. В темном экране КПК отразилось искаженное яростью лицо, на котором проступила чешуя, а зрачки в глазах стали вертикальными. Более того, клыки увеличились и стали выпирать из-под губ.       - Марк? - едва-едва через грохот пульса пробился голос тяжело дышащей Драконорожденной, помогающая Лаймэнэль выбраться из хватки мертвого орка, в ужасе взирала на мое изменившееся лицо, залитое кровью, и своей, и чужой. Машинально я слизнул с губ несколько капель, и сознание затопили видения - представлял себе, как будет здорово посмотреть на то, как вылезают из орбит ее глаза, как нежная кожа шеи расходится под острым отточенным лезвием кинжала, фонтан крови хлещет вокруг, как глаза покидает жизнь, а тело обмякает, голова отделяется от тела, и присоединяется к таким же, образуя все растущую гору...       - МАРК! - завопила она отчаянно, голос срывался, полный отчаяния, страха. Меня словно ледяной водой окатило, кровавая картинка исчезла, сознание прояснилось, пульс больше не заглушал звуки. С ужасом я понял, что не слышал никого и ничего, даже ревущего в бешенстве Драйга, который материл меня за поспешность решений и еще за много чего. Не слышал тяжелое, с хрипами, дыхание Торвальда, привалившегося устало к стене, зажимающего рану на руке, висящей плетью; почти не ощущал энергетики Лаймэнэль, которая и умереть от объятий орка могла. Не слышал все еще живого босса, который не помер, даже будучи заваленным камнями. Не слышал треска и шипения, исходящего от портала...       Зато теперь услышал тихий, поначалу, но все набирающий силу хохот существа, которое чуть было не овладело мной, подчинило все естество, заставило собирать... Нет, быть того не может! Но... это же портал в варп... или нет? Где орды демонов, охочих до наших тел, желающих разорвать, уничтожить... или все дело в том, что волшба Хевнорака наложилась на манипуляции чудил орков? Черт, как бы там ни было, нужно убираться отсюда, пока не заявился еще кто похуже! Трясущимися руками я сорвал с пояса оставшиеся гранаты и отправил их все в зев дыры в пространстве. Я подхватил шлем и прицепил его к поясу, побежал к ракетометчику, выхватил у него "Бритву".       - Надо... надо убираться отсюда! - я повернулся к Анариэль, - Помоги Торвальду выйти на улицу, а я вытащу Лаймэнэль. Живо, живо!       Напуганная, ничего не понимающая девушка подчинилась, однако, и стала помогать морщащемуся норду, который опирался на свой молот, двигаться к выходу. Я подлетел к ассасину, проверяя ее состояние. Живая, но без сознания, переломов, о чудо, нет. Бросая, то и дело, взгляд в сторону портала, я вколол ей пару препаратов из уже подопустевшей аптечки, после чего полез в боковой подсумок, где лежала экспериментальная вещь, еще не опробованная нигде.       Нужно было устранить того, кто портал открыл, пока он, судя по подергиваниям и то и дело меняющимся размерам, толком неустойчив. Этот прототип бомбы должен, по задумке, выжигать начисто большой квадрат территории, по принципу действия термобарического боеприпаса. Но тут больше важен тот импульс энергии, который он вызывает. Я вообще без понятия, сработает это или нет... но я больше ничего не могу. "Бритва" ведь не закрывает порталы, а только открывает их. Хохот, глубокий, полный удовольствия, эйфории, казалось, гремел во всех уголках зала, отражаясь от стен, ввинчиваясь в мой разум, подавляя волю, меняя мысли, внушая желание догнать спутников и разорвать. Ибо нет здесь друзей и родных, все вокруг - враги, нужно убить, разорвать, чтобы кровь лилась рекой...       Нет, к черту! Я прошел через столько испытаний и искушений, я был там, куда нога человека ранее не ступала! Я вывел всех, кто был со мной, сокрушал невиданные армии тварей силой оружия и воинского братства... Так почему же ужасные картины вызвали не отторжение, даже малейшее, но удовольствие, желание, радость?       "Глупыми вопросами ты задаешься, трибун. Вместо того, чтобы тупить перед этим порталом, лучше бы позаботился о спутниках, да спалил бы все к чертовой матери. Уж не знаю, кто и как умудрился тебе в голову влезть... только ты забыл, что мы неразрывно связаны, и никто не смеет лезть к тебе в голову, кроме меня или этого недоразумения, зовущегося драконом".       Холодный голос, насмехающийся надо мной и моими страхами, как холодный душ, привел сознание в некоторое подобие спокойствия. Верно, даже если меня попробуют подчинить своей воле такие... существа (коль мои самые неблагоприятные ожидания оправдаются), я не буду марионеткой в их руках - Гай, как минимум, окажет мощное сопротивление, а то и вовсе выпрет вторженцев вон из сознания. Конечно, те, чьи имена давно стали легендой, не станут обращать на меня свое внимание... но ничто не мешает кому-нибудь из сподвижников, далеко не самых последних, попробовать склонить служить им...       "Не время киснуть, партнер! Конечно, эта вспышка... думаю, тебя просто подтолкнули, а ты, в пылу боя, заботясь о жизнях своих девушек, потерял контроль. Не время предаваться унынию, лучше позаботься об этой дыре в другой мир!"       "Верно... верно. Спасибо, народ, чтобы я без вас делал..."       "Сгинул бы в Аду", - скучающим тоном отметил Гай.       "Помер бы со скуки... ну, или от рук того же Кокабиэля, хе-хе!" - рыкнул довольным тоном дракон, однако в голосе все равно проскальзывала обеспокоенность, если не сказать паника.       Поставил около обломков саркофага экспериментальную поделку чудо-оружейника, оставив задержку на полторы минуты - нельзя оставлять тела орков в таком виде, ибо эти твари спокойно из своих спор появиться могут, и начнется в Скайриме хаос почище, чем в мире Молота Войны. Ну, и попытка запечатать портал в... черт знает куда, где орки обитают: планета зеленокожих, космический скиталец, астероид, захваченный мир другой расы - вариантов множество. Собрав свое оружие, отозвав броню и снаряжение, полагаясь только на возможности тела, я взвалил девушку на плечо и, все еще под действием препаратов, закрыл за собой массивную дверь в Валтум, после чего, как мог, поспешил на выход. Когда я почти был у цели, сзади рвануло, выбивая с громким лязгом двери, и волна высокотемпературного пламени устремилась вслед. Едва успев выскочить наружу, я ринулся под укрытие стены, прижимая к груди тело бессознательной девушки, поддерживая ее уже двумя руками, пропуская мимо огромный язык пламени, который испарил огромное количество воды и сжег дотла все, что могло гореть из того, что попалось на пути. Потолок тоннеля неожиданно затрясся, и огромные куски гранита обрушились вниз, заваливая вход.       - Что... что тут вообще происходит? - когда рев и гудение пламени сошли на нет, и грохотание камней затихло, до ушей донесся удивленно-возмущенный рык представительницы местного орочьего племени, на которую, как я мельком отметил, с толикой страха смотрела Анариэль, продолжающая поддерживать Торвальда, чье лицо исказилось от боли.       - Гха! Кха-ха-хах... - неожиданно Лаймэнэль пришла в сознание, чье тело сотрясалось от приступов кашля в моих руках.       - Много чего паршивого... правда, цели мы своей достигли, но цена чуть было не оказалась слишком высокой, - просипел я хрипло - неужто голос сорвал, пока орал, пребывая в одержимом состоянии? Да еще и во рту пересохло. - Что ты так на меня смот... - я было хотел задать вопрос Боргак, но по ощущению стянутости кожи лица и мерзкому запаху вспомнил, что залит ихором "грибов ходячих" по самое немогу. Мля, как же все паршиво сложилось, если отбросить то, что мы все еще живы.       - Марк... - нервно протянула Анариэль, в чьих глазах отразилась моя ужасная рожа, покрытая свернувшейся кровью, кожа еще несла на себе следы чешуи, а зрачки еще не вернули прежнюю форму окончательно.       - Я... постараюсь объяснить то, что произошло... по крайней мере, не здесь и не сейчас! Давайте вернемся в лагерь поскорее, и займемся ранами товарищей. А там... я попробую объяснить все так, чтобы вы смогли понять... Просто... просто я не знаю, как так... я не ожидал...       "Партнер, угомонись! Возьми себя в руки!"       "Громадина дело говорит, ты похож на истеричку, трибун. Где твое хладнокровие и бравада? Смотришься жалко, честное слово".       "В-верно... нужно все обдумать. А еще мне очень нужно поговорить с Игроком. И, очень желательно, с Императором! Гай - спасибо за поддержку, но тебе..."       "Да-да, пора валить во тьму, ибо тело и так изношено, я знаю. Не скучайте тут без меня, детишки, хе-хе-хе!"       "Ты кого ребенком назвал?" - возмутился Драйг.       "Тебя, образина, мва-ха-ха!"       - Марк... отпусти меня... - протянула еле слышно Тень, которую я все еще прижимал к своей груди. Я опустил взгляд, и с удивлением отметил, как пострадавшая едва-едва улыбается, не только губами, но и глазами, которые в этот раз не были закрыты челкой. - задушишь ведь...       - Ох, точно... извини... я...       - Марк, приди в себя, - я огреб подзатыльник от орчанки (к счастью, латной перчатки у нее на руке не было), которая помогала Довакину поставить на ноги норда. Пока я был в прострации, она успела обработать раны на теле мужчины, и даже влить в Анариэль порцию какого-то зелья. - Не знаю, что там у вас случилось, но ты сам сказал, что нужно вернуться в лагерь и позаботиться о раненых. А потом вместе подумаем, что делать.       - Ага, хорошо, - я кивнул, продолжая держать Лаймэнэль на руках. - Я донесу ее сам... ее эта орясина крепко помяла, так что... если хочешь, прыгай на спину, я и тебя донесу, - предложил я на полном серьезе Анариэль. Правда, слабо представлял себе подобное, но чем черт не шутит? Да и чувствовал себя очень виноватым перед всеми.       - Тебя самого качает чуть ли не от дуновения ветра, куда тебе еще и меня нести. Да и не маленькая, сама дойду. Лучше о себе позаботься, - неожиданно спокойно отреагировала Драконорожденная, устало улыбаясь. Поскольку Боргак поддерживала Торвальда, а я нес Лаймэнэль, то ей выпала обязанность страховать нас по пути к лагерю. Прикрывшая глаза эльфийка, левую руку мне за шею, указательным пальцем правого водила по моей груди, прижавшись ко мне.       - Мадам, вы не против того, что боевым конем в этот раз буду я, и доставлю к пункту назначения? - решил я немного пошутить и разрядить атмосферу нервозности, которую сам же и нагнал по большей части.       - Совсем не против, - она вновь улыбнулась, и, двумя уже руками обвив шею, прижалась ко мне, голову положив на грудь, закрыв глаза. Подобного поведения я вообще не ожидал, учитывая тот кошмар, через который мы прошли. Нервно улыбаясь, я заметил, как на лице Анариэль, которая проследовала вперед, мелькнуло раздражение, а через мгновение выражение лица сменилось на усталое. Встав в конце, с эльфийкой на руках, я пошел за спутниками, прочь от этого ужасного места.

***

      - Что... что случилось? - вопрошала с ужасом Иллия, когда мы вернулись в лагерь. За пол-километра от него нас встретил Карджо, несущий караул, сидя в кроне дерева. Без лишних вопросов он спрыгнул вниз, подставляя плечо уже валящейся с ног Драконорожденной, которой тоже немало досталось там, после чего повел нас узкой и малозаметной тропой к лагерю.       - Потом, все потом! - отмахнулась Боргак, которая, пыхтя, помогла Торвальду лечь на кровать в домике. Он продолжал сжимать весь путь в здоровой руке рукоять молота, которую только теперь отпустил и с жадностью приложился к кувшину с водой, глотая жидкость огромными глотками.       На соседнюю постель я опустил посеревшую кожей Лаймэнэль, которая пару раз проваливалась в забытье за время нашего пути, а последнюю койку заняла Анариэль. Пришедшая в себя Иллия взашей выгнала нас прочь, принимаясь суетиться над пострадавшими, погнав Карджо с котелком за чистой водой, а Боргак попросив найти чистую ткань и нарезать на полосы.       - Я помо... - я хотел оказать помощь каджиту, но от меня отмахнулись, силком усадив под ствол дерева, убедившись, что особых ран у меня нет, обработав ссадины и царапины, перебинтовав грудь да всучили зелье лечения, которое мне пришлось выпить. Опять начнется токсикоз из-за препаратов аптечки костюма, который я отозвал, когда мы достигли лагеря.       - Сиди спокойно, тебя самого нехило потрепали. Лучше побереги силы перед тем, как мы вытрясем из тебя душу, требуя объяснений, - сказала магичка, возвращаясь к своим "пациентам". Ха, верно, они меня могут наизнанку вырвать, и за Торвальда, и отдельно за Анариэль. Но как, как я мог предугадать такой вот исход!? Это же орки, чье пси-поле может заставить гаргант летать, если они очень захотят, и их будет много! Только Моргу с Горком ведомо, куда они в следующий раз полезут, чтобы пастукаться... и ведь пролезут!       А с ними... а с ними еще кто-нибудь из обитателей варпа может если не просочиться физически, то уж на мозги надавить с удовольствием и большой силой. Нет, мне и раньше приходилось лезть черт знает куда, и танцевать со смертью латинское танго, но такого количества самых разных существ и порождений, желающих, прямо или опосредованно, моей смерти, еще не было. Это задание уникально во всем... и я чертовски сильно хочу его закончить как можно скорее, и свалить. Да хоть в Ад вернуться, с легионом, да оттянуться месяцок, круша толпы тварей, чувствуя рядом крепкое братское плечо соратников-легионеров!       Мне очень и очень повезло, что не сорвался, не бросился на спутников, одержимый жаждой убийства. Несмотря на заверения Гая, очень сомневаюсь, что у нас бы получилось дать отпор тому, кто так легко направил мою злость и желание защитить спутниц в нужное ему русло. По крайней мере, до того, как случилось бы непоправимое. Моя воля сильна, но не настолько, чтобы, подобно Кальдору Драйго, непоколебимо противостоять натиску тварей. Черт, да даже Зона, и та может подавить меня, если очень того захочет, а мне не повезет даже самую малость...       Углубившись в размышления, я откинул голову назад, упираясь в шершавый, от коры, неровный ствол дерева. Действие препаратов уже подошло к концу, и усталость тяжелым грузом опустилась на плечи, сковывая движения, подавляя всяческое желание пошевелиться. Веки налились свинцом, и, как это уже не раз бывало, незаметно для себя, я провалился в такую знакомую темноту, ведущую меня, в конце-концов, к тем, кто мог дать ответы на терзающие меня вопросы.

***

      В фильмах порой показывают ситуации, когда герои, по каким-либо причинам, падают в очень глубокую пропасть, к примеру. Первые секунды кричат, визжат, паникуют почем зря... но время идет, а конца-края этому падению все нет и нет. Создается даже впечатление, что оно будет продолжаться вечно. Но то в фильмах, а в реальности такая ситуация много времени не займет. Пару раз, когда я возвращался с миссии с трофеями/нужной информацией/доказательствами выполнения задания, я попадал в подобный "аттракцион", устраиваемый сердобольным Игроком. Падал себе, падал... пока ему не надоедало, или я не взрывался от злости.       Порой падение было коротким, но завершалось феерично - то в бассейн ухнусь, то точнехонько в зев глубокого колодца, то в громадную емкость, наполненную желе или киселем. Но, как бы там ни было, а падение, даже самое короткое, было практически всегда. Кроме тех случаев, когда этот хитрожопый любитель черного юмора становился серьезным, ибо проблемы и осложнения разного рода были настолько серьезными, что с хиханьками-хаханьками нужно было временно завязать.       Похоже, в этот раз был именно такой случай... ну, или же Игрок меня решил удивить. Правда, у него и без того это получилось, даже очень - после стольких попыток достучаться до него у меня, наконец-то, это получилось - я оказался, в привычном для себя образе человека в кроссовках, штанах свитере, перчатках с обрезанными пальцами и, куда без нее, маске демона с горящими зеленым пламенем глазами и зевом рта, около массивных дверей, обитых панелями, образующими мозговыносящими узорами, какие человек, даже будучи не в своем уме, не мог себе представить.       Я ухватился за резные ручки, отполированные черт знает сколькими касаниями, и толкнул двери от себя, распахивая их, и вошел в выполненную в привычных темных тонах залу, в дальнем конце которой, над не менее привычным карточным столом, уставленным фишками, колодами карт (в том числе карт звездных, топографических и еще черт знает какими), бутылками, с этикетами и без, тарелками, полными или пустыми - в общем, на столе царил беспорядок. И сидели за ним ничуть не позитивные, как обычно, собутыльники-игроки сильные разных миров (только вот "Александра", пока что, не получилось причислить к какому-либо миру. Однако дела его, в каком-то смысле, говорят сами за себя).       В центре, на месте крупье, восседал Игрок, чья маска-лицо как-то посерела и осунулась. Он рассеяно слушал, покручивая в затянутой перчаткой ладони стакан с виски, другой рукой подпирая голову. Шео сидел, непривычно молчаливый и неулыбчивый, думая о том, что, почти наверняка, даже таким, как я, не понять ни в жизнь. Он сжимал в ладонях массивную стальную кружку с чем-то пенным, то и дело прикладываясь к ней. Александр, поправляя сползшие очки-половинки, читал, быстро, судя по движениям глаз, поглаживая подбородок, что-то с электронного планшета, пролистывая данные вниз. Наконец, Император, стянувший с головы венок, бросив его на перчатки с молниевыми когтями, потирая глаза, так же слушал выступающего.       Далеко не сразу, несмотря на отличное освещение стола и пространства около него, я заметил говорящего. Сначала я отметил, что перед столом, в одном месте, как-то странно сгущается мрак, выступая как-бы вперед, причем там, где его вообще быть не должно. Сделав еще несколько шагов, я смог сфокусироваться, и мрак принял форму высокого, антропоморфного, силуэта, громадного роста и внушительной комплекции. Насторожившись, я не стал предпринимать никаких действия - если уж эти ребята ничего не делают с этим, то чего мне волноваться? Еще через несколько шагов, когда меня от круга света отделяло уже менее пяти метров, я смог куда четче распознать визитера: громадные размеры объяснялись, отчасти, доспехами, в которые он был облачен, черными, словно тьма в глубокой бездне, в которой никогда не бывало света. Голос говорившего был хриплым, но удивительным образом я не мог понять ни слова из того, что он говорил, хотя язык казался чертовски знакомым. Только вот смысл слов ускользал, словно песок сквозь пальцы.       Он был безоружен, как мне показалось, но я не сомневался - он и без оружия чертовски опасен, ибо сам является им - его тело, рефлексы, знания, опыт, отточенные до автоматизма движения... Он замолчал, после чего резко посмотрел на меня. Алые глаза-линзы смотрели на меня бесстрастно и холодно, а выражение лица, если оно и было, невозможно было рассмотреть за шлемом, в котором отсутствовала привычная респираторная решетка, которая располагалась по обеим сторонам шлема, немного ниже линз. Нагрудник не носил никаких украшений, кроме черепа с крыльями, пряжка ремня, кажется, была чем-то отстреляна. Массивные наплечники, внушительный ранец за спиной. Смерив взглядом, с ног до головы, меня, за пару секунд, он вновь повернулся к присутствующим, скрестил руки на груди, развернулся на 180 градусов - перед глазами мелькнуло смазанное, светлое изображение чего-то, сделал шаг во мрак... и исчез, словно его никогда и не было.       - О, Марк, вот и ты, - вздохнул устало Игрок, словно пробуждаясь после легкой дремы. Шео залпом допил содержимое кружки и, расцветая ухмылкой, стал катать в разные стороны, по столу, маленький круг эйдарского сыра, который смердел, как носки недельной выдержки. Александр, сложив очки-половинки, передал планшет Императору, убрал их в нагрудный карман куртки, устало улыбнулся, встал с места и пожал протянутую руку. Повелитель человечества, стирая с лица выражение тяжкой думы, тоже поприветствовал меня.       - А... собственно... кто... - я собрался поинтересоваться насчет личности исчезнувшего воина, но Шео, оказавшись рядом, саданул мне локтем в живот, я аж согнулся и присел.       - Дружочек, тебе не говорили, что "меньше знаешь - крепче спишь", м? Поверь старику, это чертовски мудрые слова! Мудрее только тот, кто ниспослал в головы смертных букашек множество рецептов приготовления сыра-а-а-а... - улыбаясь, как мартовский кот, поглаживая бороду, словно ничего не случилось, спросил Князь Безумия.       - Кто о чем, а Шео о сыре, - хмыкнул Император, кидая планшет в груду бумаг рядом с собой. - Присаживайся, легионер, у вас вроде в ходу поговорка: "В ногах правды нет"?       Я сел за свободное место, которое и раньше занимал, сбросив с него ворох оберток, крошки, порванную обложку XXX тома "Диктатус Империалис" и часть страниц книги, повествующей о непростых отношениях дворянина и его служанки-аргонианки, не удивляясь другим видам мусора (и не такое видали) и устало бухнулся в кресло, сразу протягивая руку к початому кувшину с тосканским, опрокидывая половину содержимого в себя, даже не подумав разбавить. Собравшиеся участливо смотрели на мои действия, не вмешиваясь, а даэдра даже отмахнул щедрый кусок сыра, который я проглотил в три приема, не поморщившись.       - Может, рыбную палочку? - сидящий по правую руку Шеогорат помахал перед глазами пачкой, но я отказался, мотнув головой. - Как хочешь, сам готовил на днях. Дело было вечером, делать на Дрожащих Островах было нечего... - протянул он, откусывая.       - Вы ответите на мои вопросы? - весь тот комок эмоций и переживаний, который сжимался у меня внутри, терзая душу, сам собой размотался, словно бы добрая порция вина, которого я почти уже две тысячи лет не пил, и качественная закусь помогли сбросить напряжение и вздохнуть свободнее. Может, мне именно что-то подобное было нужно. Может, присутствующие помогли - неважно. Я вновь вернулся в свою колею... но вопросы обязан задать, чтобы хоть как-то понять происходящее.       - Смотря какие вопросы, дорогой мой Скиталец, - протянул, усмехаясь, Игрок, продолжая покачивать в руке стакан с выпивкой. - Поверь, далеко не все ты даже захочешь знать. Но в рамках необходимого... - его голос мягко сошел на нет, говоря, что ответы я получу... какие-то.       - Тогда... как там дела в мире демонов и ангелов? - я обвел взглядом собравшихся. Выражение маски Игрока стало медленно меняться на охреневшее, от чего Александр, сцепивший руки в замок, прикрывая рот, улыбнулся широкой улыбкой. Император, кривя рот, хмыкнул ехидно, а Шеогорат так и вовсе залился лающим хохотом, хлопнув по столу раскрытой ладонью:       - А ты говорил "первым делом зайдет и заорет: Какого х** в Скайрим принесло этих е******* недогрибов-берсерков?! И почему вы это не остановили?!", ха-ха-ха! - просипел сквозь смех даэдра, хлопая меня по плечу, - Молодец, букашка, порадовал старика.       - Нет, вы определенно стоите друг друга, - молвил металлист, тряхнув головой.       - Да-да-да, уели старого, больного Игрока... - протянул недовольно Наблюдатель, однако огонек в глазницах был скорее веселый, чем обескураженный. - Что, по пташкам своим переживаешь? А как же эльфиечки, которых к тебе все Шео подталкивает? Чем не устраивают?       - Ну... - я почесал затылок, - хорошего много не бывает...       - А мальчик вырос, - улыбнулся черноволосый правитель Империума, - правда, не очень сильно, и не во всех аспектах...       - О-хо-хо, дружочек, - кажется, Шео, наконец-то, отпустило, - а что ты, собственно, будешь делать со всем этим гаремом, м? Нужно ведь заботится о каждой, удовлетворять, во всех смыслах, потребности... это же безумие чистой воды? Одна эта Зона чего стоит... может, ну их, а?       - Чтобы Князь Безумия, и отговаривал меня от сумасшедшей идеи? - хмыкнув, я опрокинул очередную порцию вина в пищевод.       - Так кто отговаривает, я наоборот, подталкиваю! Даже безвозмездно снабжаю снаряжением с клубничным, хе-хе, ароматом, - ощерился он, продолжая уничтожать рыбные палочки в одну харю.       - Ладно, пошутили, и хватит, - Игрок поставил на стол стакан и склонился над столешницей. - Тебя не должно волновать то, что происходит там. Раз уж влез в Скайрим, то, пока не разберешься с тамошними супостатами, не обращай внимание на остальное.       - Хоть обстановку опишите, ну! - возмутился я, грохая амфору об стол.       - Да паршиво там все. Впрочем, и до твоего исчезновения не шибко лучше было. С одной стороны, твоя выходка, глупая, как ни посмотри, - Игрок подтянул к себе остатки сырной головы и стилетом стал пилить ее на кусочки, - развязала руки Монолиту и его союзникам. А с другой - эти ребята теперь суетятся почем зря, ищут тебя в Скайриме, то и дело сталкиваясь с поисковыми партиями Талмора, которые носятся что крысы во время кораблекрушения. Некоторые разногласия, как стало известно, между фанатиками и жрецами стали только глубже и шире. В общем, тут, как у медали, две стороны, - насадив на острие кусочек, Игрок отправил его в рот, прожевал, и продолжил, - Но, как я сказал, тебя это не должно заботить.       - Но почему?       - Скажем так - у тебя будет шанс устроить все так, что многое из уже случившегося там не наступит, - улыбнулся уголками рта маски собеседник. - Следующий вопрос, полагаю, к Императору?       - Верно, - я повернулся к гиганту в золотом, - как, скажите мне, эти ребята вообще в Скайрим попали?       - А понятия не имею, - на полном серьезе ответил сильнейший представитель человечества, потирая гладкий подбородок. - Все, что делают орки, не поддается объяснению. У них каждый бойз может влиять на имматериум, да так, что полетит нелетаемое, застреляет то, что стрелять не может, заработает то, что работать не может. Причем даже их меки не смогут объяснить, как это работает. Ведь главное - пушки, да побольше, и чтобы красная краска, и шашечки! Быстрее, громче, сильнее - ну прям орочий девиз.       - Вот черт, и то верно... и что же, теперь в гробнице есть прямая дорога через варп? - я даже содрогнулся от такой мысли.       - Нет, не все так плохо - портал закрылся после того, как ты своими "игрушками", в том числе поделкой Саши, - Император кивнул в сторону мужчины, который ухмыльнулся, явно довольный своей работой, - зачистил толпящихся по ту сторону орков, в том числе чудобойза, который эту дыру и раскрыл. Но, сдается мне, - Император перевел взгляд на меня, - тут не обошлось без чьей-то помощи, да?       - Ну, Хевнорак что-то пытался то ли призвать, то ли телепортировать себя... и... как бы... что-то мной пыталось...       - О, нет, тобой овладеть... в этот раз, не пытались, - улыбнулся черноволосый гигант, - ибо, боюсь, в противном случае ты бы не рвался сюда за ответами, а был бы занят... иным занятием. Тут, скорее, просто направили твою злость в другое, немного, русло, чего ты и не заметил. Источники это подтвердили, - видимо, он намекал на непонятного воина в занятной броне.       - Зачем? - можно было бы порадоваться, что в меня ничего не вселялось... но осадок паршивый никуда не делся, и вряд ли денется.       - Ты стал интересен... тем, кто обитает там, - ответил хмуро Игрок, - что совсем не входило в мои планы. Собственно, в мои планы много чего не входило...       - Портал-то закрылся, но это не значит, что зеленокожие вновь "случайно" не откроют портал. Да и "обитатели" могут захотеть им помочь, и расширить ареал обитания, так сказать...       - Не твоя печаль, Марк. Твоя задача тебе ясна, и план действий в Скайриме - тоже. Не отвлекайся, - твердо молвил Игрок тоном, не терпящим возражений. Ох, не нравится мне все это - особенно вмешательство ТАКИХ вот существ. С орками куда проще управиться... Однако, раз начальство перешло на такой тон, то нужно брать под козырек и выполнять. Тем более, что, при всей своей ехидности и склонности к черному юмору, о своих подчиненных Наблюдатель заботится ровно настолько, насколько нужно, ни больше, ни меньше.       - Ладно... итак, две маски у меня, две гробницы очищены. Что мне ждать дальше? - задал я еще один интересующий меня вопрос.       - Направление движения толковый наблюдатель быстро вычислит, подобные события, учитывая интерес со стороны Талмора и Монолита, не останутся незамеченными. И вероятность того, что вы встретитесь с кем-то из них в следующем пункте назначения становится, в лучшем случае, 50/50. А потом и вовсе 70/30, - развел руками Игрок, показывая, что как ни спеши, а столкнуться с отморозками и жаждущими моей крови эльфами придется.       - Становится все интереснее и интереснее! Да так, что другие даэдра начинают обращать внимание на похождение вашего отряда, смертная букашка, - весело, словно речь шла о походе в цирк, вещал Шеогорат. - Сколько крови пролилось, а сколько еще прольется... а-ха-ха, я просто в предвкушении! Это безумно интересно и безумно опасно! В этом-то вся соль! Давненько так не развлекался! Хотя я больше жду очередных шуточек над твоими, дорогими сердцу, девушками с острыми ушками, - сальная усмешка чертовски не шла Князю.       - За мной не заржавеет, собственно, - я допил вино и смел со стола остатки сыра. - Так, еще вопрос...       - Подожди, - Александр извлек небольшую спортивную сумку с ручками из-под стола и протянул через стол мне.       - Это что? - удивился я, принимая далеко не легкую ношу.       - Немного патронов, взамен потраченных плюс парочка магазинов сверху. И несколько, доработанных гранат. Так сказать, в подарок за старания, - улыбнулся мужчина, и я от души пожал его руку. Вот спасибо, теперь проблема б/к отступит на второй план ненадолго.       - Я вот что спросить хотел...       - Нет, дорогой мой, не наглей, - ехидно протянул Игрок, подрезая стилетом несуществующие ногти на руках. - Теперь тебе будут вопросы задавать, а ты на них отвечать.       - Вы, что ли? - удивился я. - Так...       - Нет, не мы.

***

      Ох, стоило бы догадаться, что все именно так и закончится. Ох-хо-хо, голова гудит, мама дорогая! И тело ломит, особенно грудина и ребра - понятное дело, орк меня не погладит легонько своей конечностью, а врезал от души и в душу! Ну, хоть какие-то ответы я получил. И страхи мои успокоили, немного, и, боюсь, ненадолго. Однако все в моих руках, в том числе и судьба. Ну, а пока нужно собраться, и поговорить с обеспокоенным Клинками, чьи лица нависли над моей головой в опасной близости - еще несколько сантиметров, и я поцелуюсь с ведьмой.       - А если бы я испугался и заорал? - задал я дебильный вопрос.       - Но ты же не испугался, - ничуть не удивившись, ответила Иллия, отстраняясь вместе с друзьями. - Ты уже несколько часов не приходил в себя, вот мы и забеспокоились - щипали, нос зажимали...       Так вот почему у меня сопатка так болит! Наверняка орчанка постаралась... хотя они могли меня и клинками пощекотать, чисто для шутки, так что обижаться не стоит. Я и не обиделся, просто поднялся и пошел к костру, где Карджо наполнял тарелки наваристым содержимым, одну протягивая мне. Несмотря на перекус там, есть хотелось зверски, так что я с благодарностью принял кушанье и принялся набивать живот. Пока я ел, меня не прерывали и не задавали вопросов, терпеливо ожидая. Ну, и попутно отрезая все пути к побегу. Стоит мне дернуться не так - и меня располосуют на лоскуты.       Отправив последнюю ложку в рот, я отставил в сторону тарелку, отпил из фляги с пояса, и, глядя в огонь, без предисловия, заговорил, выверяя слова:       - Все шло, в целом, нормально - мы смогли призвать жреца и, в короткой и жаркой схватке, победить его. Но перед смертью он успел открыть дыру в пространстве, собираясь призвать кого-то... но тут вмешались иные силы, скорректировав магию Хевнорака, открывая сюда путь совершенно иным существам. Я... я таких еще не видел. Огромные, но не все, зеленокожие, уродливые, выносливые и сильные, вооруженные невиданным оружием, которое плевалось смертью... мы смогли затаиться, ударить из засады. Нам удалось убить несколько тварей, часть сбежала в ужасе обратно, но большинство яростно бросились в бой. Девушек стали зажимать в угол, Торвальда ранили в ногу, но он продолжил бой... меня крепко приложили в грудь, и головой...положение стало казаться безнадежным. И... я сорвался, - скривив рот в злобной усмешке, я отпил из фляги, смачивая пересохшее горло, и продолжил:       - Ярость и злоба затопили сознание. Я... испугался, что... что Анариэль и Лаймэнэль могут погибнуть от рук этих существ. И набросился на них... использовал их же оружие... рвал на куски. Дошло до того, что, когда все они были мертвы, жажда крови и убийства не стихла, и я намеревался наброситься на побитых товарищей... но Анариэль... я услышал... она кричала... звала...       Никто не перебивал меня, слушая и внимая каждому слову. Треск костра и стрекотание ночных насекомых нарушали тишину ночи. Говорил только я. Я сказал, что, очнувшись, испугался того, что натворил, сказал ребятам выбираться, а сам, подхватив обессилившую Тень, побежал на выход, использовав парочку свитков Огненного Шторма, что были у нас с собой. Мощь наложившихся друг на друга заклятий вызвала такую вспышку пламени, и последовавший за ней обвал. На этом я закончил свой рассказ.       - Говоришь ты складно, - протянул Карджо, подходя со спины, с тихим скрежетом извлекая меч из ножен, - только вот почему я тебе не верю? Кто мне говорил, что не причинит вреда госпоже, а? - он прорычал мне это на ухо, наклонившись, голос клокотал от едва сдерживаемого гнева.       - Знаешь, Карджо... - задумчиво протянула Иллия, когда я поднял голову и посмотрел на нее, стоящую напротив, загораживая путь к домику, где спали раненые, - мне тоже слабо верится в это... только вот глаза врать не могут. Сам взгляни - парень напуган. Напуган делами рук своих, тем, что поддался той тьме, что таится в душе каждого из нас. Так что он не причинял вреда ни Торвальду, ни Анариэль. Да и кровь на его теле и одежде точно не принадлежит тем, кто населяет Скайрим, я уверена - такой вони я еще не ощущала. - И в самом деле, от меня несло... ух, как от меня несло!       - Я своими глазами видела, в каком виде они появились... Марк был чертовски испуган, и мне пришлось даже привести его в чувство оплеухой. Уж если он ничего плохого ей не сделал, путешествуя в Рифтен, а потом сюда, то зачем делать это сейчас? Сколько возможностей было. И талморских шавок бил, судя по словам той же Анариэль, которой он не мог до такой степени мозги запудрить... хотя, конечно, без симпатии, взаимной, тут не обошлось, - под конец орчанка рассмеялась, разрушая напряжение, образовавшееся между нами. Да, я не сказал все правды. О многом умолчал. Но, как верно сказали девушки, я вреда никому не желал, и защищал, как мог... тех...

...кто стал дорогими для меня... личностями...