Скиталец (рабочее): (СКИТАЛЕЦ-1)

      "Сижу я в окопе, а пикнуть нельзя...", - вспомнилась строчка, услышанная еще в далеком детстве. Порой, когда ситуация подходящая, она всплывает в памяти, словно рефлекторно. Собственно, здесь как раз тот случай - только вместо окопа внушительный обломок колонны, а заместо фашистов - огневая команда Монолита из полного отделения автоматчиков+командир с гауссом+два "танка" с ПК и РПГ-7. Расклад, прямо говоря, так себе... Первой целью будет гранатометчик - думаю, пара очередей должна вскрыть экзоскелет. Затем берем этого шустрого упыреныша, от которого я в тот раз удрал, попав прямо на вершину Глотки Мира - а в том, что это именно Инквизитор, и никто иной, говорило чутье, которому я привык доверять. Но это все на словах, на деле все может обернуться много хуже. К примеру, мою позицию забросают гранатами, или же фанатик успеет выстрелить из гранатомета, или же зам "пророка Монолита", что вероятнее всего, успеет положить вольфрамовую болванку точно в каменный обломок, пробивая его насквозь и, если шлем выдержит, оглушая меня, после чего автоматчики берут тушку тепленькой, выковыривают из БЗК... дальше можно не продолжать, ничем хорошим это не обернется.       Так что я даже не пошевелился, когда, оглядевшись, Инквизитор, махнув головой в шлеме, потопал внутрь каменной гробницы, увлекая за собой почетный эскорт. Последним, скрипя и лязгая сочлененями так, что было слышно даже с моей позиции, двинулся внутрь пулеметчик. Интересно... эти костюмы жрут заряд аккумулятора только так, какими бы емкими не были батареи. В Зоне это не критично - в домах может гореть свет, в заброшенных лабораториях работает, где не побили, аварийное освещение... даже обесточенные объекты, что называется, всегда под напряжением. И не только дома - не редким является зрелище, когда старая техника, брошенная еще ликвидаторами, урчит моторами, гудит клаксонами... Вон, помнится, сталкер Груздь - назвали его так за любимую мужичком, бывшим учителем литературы, присказку: "Назвался груздем - полезай в кузов", которую он приплетал по делу, и без - пережидая в подвале заброшенной овощебазы Выброс, когда выбрался на поверхность, то наблюдал преинтереснейшее зрелище: во дворе базы проржавевший бортовой ЗИЛ урчал движком, вращая лишенными шин колесами и гудя, словно круизный лайнер, на всю округу.       И это ему еще повезло - вот свободовец по кличке Пингвин, переночевав в одном из домов, на окраине печально известной деревни кровососов (известной ровно до тех пор, пока там не прошелся непохмелившийся Меченный, которого Скряга отправил зачищать деревеньку, обещая, помимо награды, еще и водочки подогнать с огурчиком. Ну, парень сам виноват, нехрен было пить с Поваром полдня, выжрав не только принесенную им же водку, но и запасы самого пьянчуги. После прогулки деревенька из ранга опасных перешла в ранг обычных заброшенных, былой опасности она не представляла), говорил, что ночью он очнулся оттого, что по заросшим улицам рассекал старый "Запорожец", который, увидев вышедшего на крыльцо сталкера, погнался за ним и загнал аж на самый верх водонапорной башни! Хотя парень никогда не отказывался выкурить косячок-другой, так что верить ему...       "Это ты все к чему сейчас вспомнил-то, партнер?", - чуть нервно рыкнул Драйг, который, как и я, наблюдал, и слушал, как за последним фанатиком закрывается дверь, ведущая в Рагнвальд.       "Это я к тому, что без аномальной подпитки запаса аккумуляторов, даже если очень экономить, хватит только на несколько часов, после чего, без посторонней помощи, "оператор" не сможет покинуть становящуюся гробом броню. Монолитовцы, конечно, те еще обдолбыши, но никакими модификациями не пресечь естественные потребности организма вроде желания отлить или по-большому сходить", - пояснил я, приваливаясь спиной к камню и стаскивая шлем с головы. - "Так что через n-ное время гости покинут гробницу".       "И? Я все понять не могу, что нам это дает?" - спросил удивленный ящер.       "Пищу для размышлений. Понимаешь, я знаю, что фанатики объединились со жрецами, даже драугры были в том мире, а Инквизитор от меня именно в портал, поддерживаемый жрецами, удрал... но я все не могу взять в толк, что такого наобещал Харон мертвым прислужникам драконов, что они стали с ним работать?"       "Вопрос, конечно, очень интересный... и ответ может скрываться..." - понимающе прогудел Горыныч, а я продолжил мысль: "Именно, за теми дверями, дружище. И я, уже точно, намерен наведаться в гости к старым знакомым".       "У меня такое чувство, что сейчас последует какое-то "но"..."       "Верно, но у меня довеском команда Клинков и бывший талморский ассасин, а еще проводник из местных. И делать им там нечего, особенно учитывая численность стрелков - даже если мы подкрадемся тихо и уберем большую часть, другие все равно успеют открыть огонь... и местная броня- конечно, если она не даэдрическая или из костей дракона (не проверял, ибо не на чем) - вряд ли выдержит даже попадание пули 5,45, не говоря уже о "семерке", - мрачно закончил я размышление, бросая взгляд за спину, запуская на полную катушку ПНВ, осматривая вход на наличие оставленного наблюдателя, перед тем, как вернуться в лагерь. Такового, к счастью, не оказалось. Значит, пока у противника нет точного знания о скорости нашего передвижения.       Пригнувшись, я поспешил обратно к лестнице, по которой спускался, притормаживая перед первыми ступеньками, только чтобы заметить, как на меня нацелены два туго натянутых лука с наложенными стрелами, что держали в руках эльфийки. Боргак и Карджо, подняв мечи, стояли перед лучниками, прикрываясь щитами, в полном боевом облачении. Проводник стоял рядом с Торвальдом, сжимая в руках обычный нордский меч, а Иллия вот-вот была готова скастовать заклинание на нападавших, если бы они были.       - Раз ты тут, и не было слышно... грохотания твоего оружия. Обошлось без драки? - Анариэль немного расслабилась, и ослабила натяжение тетивы, опуская лук. Так же поступила и Лаймэнэль. А вот каджит и орчанка не спешили успокоиться, равно как и ведьма, что с подозрением осматривали мое "новое" облачение, особенно напряженно осматривая АГК, сжимаемый в руках, чувствуя, наверно, скрытую мощь.       - Да, мое присутствие противник не обнаружил. У меня мало времени, постараюсь объяснить в двух словах ситуацию... и надеюсь на ваше понимание, - я коротко кивнул и быстро спустился к подножию лестницы, увлекая спутников за собой, к костру. Торвальд, ухватив за плечо своего старого друга, повел его к лошадям, подальше от огня. Меньше знаешь - крепче спишь, как говорится: неизвестно, кому может рассказать, случайно, или намеренно, старый проводник, и чем это, в итоге, может обернуться как для каждого из нас, так и для всей компании в целом.       - У вас еще будет время поспрашивать меня на тему внешнего вида, однако сейчас каждая минута дорога. В общем, в гробницу вошли... члены секты, так скажем, из другого мира. Моего мира. Вооруженные и чертовски опасные, особенно их предводитель. Броня у них, конечно, не чета моей, - я постучал себя по бронежилету, после чего вновь опустил руку на поставленный дулом вверх ствол автомата, - однако вашим оружием их не взять. Сомневаюсь, что и магия окажет должный эффект. В отличие от тех тварей, - я повернулся к напряженно и внимательно слушающим альтмеркам, - с которыми мы столкнулись в той гробнице, это - люди, которых, благодаря вмешательству в разум, превратили в идеальных солдат: не испытывающих страха, дисциплинированных, подготовленных, метких и сильных, оснащенных лучшими образцами оружия.       - К чему ты ведешь, парнишка? - Боргак почесала свой шрам на щеке, смотря на меня блестящими в пламени костра глазами.       - К тому, что нужно идти внутрь. Только мне, вы же остаетесь здесь и наблюдаете...       - Стой-стой-стой, - замотал головой Карджо, - то есть, ты хочешь сказать, что в одиночку пойдешь в полную врагов гробницу?       - Именно, - тряхнул я головой, поднимаясь на ноги, - а вы будете наблюдать за входом. Если к рассвету я не вернусь... ну, не будем о грустном. В общем, я пошел, целую в клювик, не скучайте...       - Ты совсем рехнулся? Говорить такое... да кто отпустит тебя одного!? - Анариэль вскочила и схватила меня за руку, в глазах, помимо пламени костра, отражалась упрямство и твердая решимость. Даже в такой момент она выглядела прекрасно.       - Ты и отпустишь, Ань, - я аккуратно убрал ее руку со своей, не повышая голоса, смотря прямо в глаза, - поверь, это единственный подходящий вариант...       - В одиночку ты столько дров наломаешь, что... нет, мы идем с тобой, - Лаймэнэль, не оборачиваясь, вешала себе на спину дополнительный колчан со стрелами и крепила на груди ремень с несколькими метательными ножами в отдельных ножнах.       - Да послушайте же вы! Эти бойцы не будут мазать, или лезть в ближний бой! Любое попадание может стать смертельным! Моя защита дает мне возможность победить, и то лишь в половине случаев! - раскинув руки, я встал на пути собравшихся эльфиек, готовых пойти штурмовать Рагнвальд с таким настроем, что им и сотни монолитовцев не указ. Конечно, бойцы они отменные, но вот попадание стрелы в таких генномодифицированных, оболваненных бойцов, даже в голову, не дает гарантии их мгновенной ликвидации. Как минимум, они подадут сигнал к атаке. Как максимум - развернутся в сторону, откуда были атакованы, и парой очередей наделают дырок в таких ласковых, горячих, гибких телах дорогих мне девушек.       - Слушай, Марк, неужели они действительно настолько страшные? - немного нервно протянул каджит, стоя за спиной Анариэль, его морда выражала полнейшее непонимание ситуации. Орчанка же, покручивая меч в руке, сверлила меня пристальным взглядом. Лица Иллии было не видно, она вновь спрятала его под капюшоном (ночь, пускай и звездная, при луне, но освещения все равно не то чтобы много, а она еще и тень на лицо набрасывает... не понимаю я ведьму эту).       - И страшные - в своей фанатичной вере - и опасные. И... черт, я не хочу, чтобы вы пострадали! - рявкнул я в сторону подходящих девушек.       - Марк, милый, мы давно уже не дети, и не первый раз в бой идем, - улыбнулась Лаймэнль, подходя вплотную, на ходу натягивая на голову свою шлем-маску. - Мы сможем за себя постоять.       - Заодно и узнаем, что этим, как ты говоришь, фанатикам, понадобилось здесь, - проворчала Анариэль, закрепляя на голове шлем, демонстративно проходя мимо меня. Черт, они что, меня не слышали!? "Как сказала красавица с синими глазами, они уже давно не дети, и могут за себя постоять... хотя я помню наши бои с этими ребятами, и меня совсем не радует, что в одном ряду с нами пойдут такие хрупкие существа... Может, связать их?"       - Эй, - шепнул подошедший вплотную Карджо, бросая взгляд себе за спину, в сторону ведьмы, которая что-то неспешно, размеренно, колдовала. Боргак тем временем, неожиданно пружинисто и ловко для облаченного в тяжелую броню воина, шла следом за эльфийками, поднимаясь по лестнице, - там все в самом деле так плохо?       - Хуже трудно представить! Живыми точно не все уйдут, - проскрежетал я приглушенно, уже в самом деле подумывая связать своевольных остроухих, но, как оказалось, это совсем не понадобилось. Каджит, кивнув волшебнице, рванул к лестнице, на вершине которой показался здоровенный ледяной атронтах, похожий на грубо вырезанную из огромного куска льда антропоморфную фигуру, который преградил путь не ожидавшим такого эльфийкам. Те, однако, быстро пришли в себя и было взялись за мечи/кинжалы, но тут последовал удар в спину: Довакин оказалась схвачена ловким, прямоходящим котом, который завел ей руки за спину и парой движений связал собственным ремнем, а рот заткнул каким-то куском ткани. Лаймэнэль оказалась куда более проворной, и, прежде чем Боргак удалось ее утихомирить, орчанка получила несколько свежих царапин на щит и шлем, с которого был срезан и без того потрепанный гребень.       - М-м-м! М-М-М-М! - мычала Драконорожденная, рвущаяся из захвата Карджо, а бывший талморский ассасин основательно перевязывался веревками Торвальдом и Коснахом, которые, если и удивились такому развитию событий, то виду не подали.       - Ребят, я ваш должник! Как вернусь, то проставлюсь в первой же таверне! - я улыбнулся, довольный тем, что удалось, хотя бы так, решить эту проблему.       - Ага-ага... лучше поспеши, и поскорее возвращайся! - пропыхтел каджит, что с опаской посматривал на багровую от злости Анариэль, что бросала яростные взгляды то на него, то на меня. Глаза Тени были от меня скрыты... только вот я ощущал волны, мягко говоря, неудовольствия, что волновали водную гладь ее сознания.       "Конечно, оно хорошо, что девчата остаются здесь... только вот потом, когда вернешься... ох, я даже представить не могу, что они могут с тобой сделать..." - протянул Драйг, попутно продолжая прогонять тесты, проверяя состояние систем, уже по второму кругу.       "Ну, не убьют же они меня, в самом деле", - протянул я мысленно, помахав спутникам рукой на прощание и, пригнувшись, вновь проскальзывая на площадку перед входом в гробницу.       "За яйца уж точно схватят, зуб даю. А там еще и выпороть могут, как нашкодившего котенка. И будут кругом правы!", - фыркнул предвкушающе дракон.       "Эй, ты на чьей стороне вообще, а?" - возмутился я, осматривая безжизненное пространство перед собой, и делая первые шаги к лестнице, ведущей непосредственно ко входу.       "Конечно, на твоей. Но, согласись, такого варианта событий исключать не стоит".       Тоже верно - темпераментные дамочки могут и покалечить, слегка, чтобы, так сказать, неповадно было в дальнейшем что-то подобное делать. Несмотря на то, что исхожу из лучших побуждений - без жертв не обойтись, и никогда не обходилось. Каждый рейд фанатиков на Барьер не обходился без того, чтобы пара-тройка бродяг уходили навсегда в край Вечной Охоты. Любой рейд сталкеров, до тех пор, пока Меченый не отправился туда в поисках ответов, заканчивался быстро, безуспешно и с потерями. Да и штурм Припяти дался группировкам и вольным ох как нелегко, и, несмотря на чудовищные потери, кроме нескольких групп военных, до ЧАЭС никто не добрался.       Потом фанатики потеряли и Радар, и территории вокруг Янова со Скадовском, но Припять... мертвый город они держали цепко. Конечно, Дегтярев смог выбраться, устроив грандиозную спасательную операцию, умудрившись и Стрелка вывести на "большую землю"... но легенды на то и легенды, чтобы совершать подобное. А в последнее время, я так смотрю, дела у монолитовцев пошли на лад, и направление деятельности разительно поменялось. Так сказать, вектор с внутренней политики сместился в сторону политики внешней. В любом случае, ничем хорошим, уж для меня точно, это не обернется ну никак. Ибо мне нужен попавший в опалу сослуживец Игрока. А путь к нему лежит через стройные ряды оболваненных парней...       Очередная, массивная, дверь, украшенная различными композициями на тему драконов и их величия. Типичный стиль древних нордских руин - ну, по крайней мере, тех, которые я посетил. С замиранием сердца я толкнул дверь от себя, ожидая животрепещущего скрипа... но мои ожидания, слава Богу, не оправдались. Приоткрыв дверь так, чтобы образовалась щель, достаточная, чтобы протиснуться боком, я вошел внутрь и сразу переместился за колонну у входа, покрытую зеленым лишайником. Присев, вскинув автомат, стволом из стороны в сторону, в поисках затаившихся тут врагов. Прошла минута, другая... однако ничего не указывало на присутствие здесь врагов, как живых, так и не очень.       "Отлипнув" от колонны, в полуприсяди, я стал двигаться вперед, осматривая каждый угол темного помещения, всю обстановку которого составляли завалы в углах, состоящие из всевозможного мусора, в основном каменного, да широкого, прямоугольного, стола, расположенного в центре помещения, на возвышенности, где, в позе "звезды", развалился усохший труп, судя по остаткам одежды и волос на голове, женщины неустановленного возраста, сжимающего в правой руке рукоять железного кинжала. Приборы показали полное отсутствие какой-либо жизни в высушенном, покрытом струпьями, теле, так что я двинулся дальше, к виднеющемуся в синеватом свете ПНВ проходу в виде большой арки, открывающей проход, довольно широкий, для того, чтобы в ряд могло пройти три человека средней комплекции, который через десяток метров упирался в стену и сворачивал направо.       "Как тут тихо, сыро и мрачно", - подумал я, спускаясь "по стеночке", неспешно переставляя ноги, стараясь не проворонить ни малейшего звука, который могли бы издать те, кто решит подкараулить незадачливого лазутчика, собирающегося помешать... чему? Что здесь забыли адепты, поклоняющиеся куску камня непонятного происхождения? Пришли договариваться с местным "паханом", коронованным еще черт знает сколько лет назад, что до сих пор не хочет вернуться в мир иной (или наоборот, вернувшийся оттуда в бренные свои останки, покоящиеся в саркофаге)? Но, если я правильно помню, Отар Безумный - а разве пошедших служить древним ящерам можно назвать нормальными в принципе - заперт на пару ключей оригинального дизайна в своем каменном саркофаге, что в главном зале располагается, а ключи эти разбросаны по разным углам усыпальницы, полной, как это полагается, ловушек и драугров, жаждущих порезать живых на фарш в честь своего спящего господина.       "А вдруг этого психа уже давно разбудили? А монолитовцы пришли побеседовать с давно бдеющим магом в маске на тему... ", - предложил вариант Драйг. Прежде, чем ответить, я, изготовившись, шагнул с поднятым АГК в поворот коридора, который через пару шагов вновь упирался в стену. Однако по правую от меня руку виднелся очередной проход, резко ведущий вниз, и уже не такой широкий.       "Такой вариант тоже не стоит исключать... особенно если учесть, что по этому миру уже спокойно передвигается парочка "разбуженных" жрецов, которые чуть было не продырявили мне живот своими сосульками и не поджарили молниями", - из-под ботинка выскользнул камешек и с гулким стуком покатился, подпрыгивая на ступеньках, вниз, и я замер, водя стволом автомата от одной стены коридора к другой, готовый в любой момент нажать на спусковой крючок. Но снова ничего не произошло - ни шума шагов, ни звуков чужого дыхания, только пульс гулко отдавался в ушах, а в груди напряженно работало сердце, гоняя по сосудам кровь и впрыснутый железами адреналин.       "Что-то в этот раз ты волнуешься больше обычного, партнер. Это ведь далеко не генеральное сражение за спасение мира, чтобы так переживать", - обеспокоенно прогудел Горыныч, когда я преодолел половину лестницы.       "Не знаю... предчувствие зудит о том, что ждут, не дождутся просто, меня неприятности от этих ребят в зеленых комбезах", - ответил я, отмечая, как в нижнем углу экрана визора появилась иконка, говорящая о регистрации аномального излучения. Странно...если дело в присутствии здесь фанатиков, то прибор должен был подать сигнал еще около входа в гробницу, где они и вышли из портала. Собственно, о резком всплеске сигнатур меня техника и предупреждала. А тут уровень постепенно повышается, словно я приближался к источнику...       Не знаю, как и почему... мне показалось, что чья-то рука легла мне на плечо, надавливая на него, словно бы говоря: "Остановись, ни шагу дальше!". Решив не спорить, я встал на предпоследней ступеньке и стал смотреть по сторонам, ища хоть какой-то намек на ловушку... но вроде бы ничего и нет... стоп. По сторонам-то посмотрел, а под ноги? Опустив взгляд к подножию лестницы, я похолодел от осознания того, насколько близко я был к провалу. Путь прямо упирался в стену, направо и налево вели свои отнорки, но вот путь туда был прегражден. И только бывалые сталкеры могли поставить такое препятствие, которое опаснее любой "умной" мины.       На вид оно представляло собой шар коричневатого цвета, утыканного тонкими, длинными отростками-иглами, и напоминало такого удивительного зверька, как морской еж. Собственно, артефакт, а это был именно он, и был назван в честь обитателя глубин морских. Является редким продуктом переработки аномалией "Жгучий пух" останков незадачливых мутантов или людей, умудрившихся влезть в грязные обрывки-полотна, висящие в самых разных местах любого уголка ЧЗО, исключая, разве что, Кордон, или же пройти с ними рядом. Когда кто-нить приближается к этим мочалам, аномалия выпускает облачко частиц, которые жгут что кожу человека, что ткани, исключая пропитанные спецсоставами или из спецволокна, на ура. Так же могут быть "детищем" еще одной мерзкой аномалии... хотя все аномалии такие. Что не мешало сталкеру Мунлайту, мир его праху, порой, усевшись перед костром, петь песню, в которой были строчки:

Дитя безвредной аномалии, Я обниму тебя за талию...

      Или это был его напарник Змей... да не важно. Ну так вот - еще "Ежик" порождался мерзким образованием, зовущимся "ржавые волосы". Преотвратнейшая вещь, жалящая кожу на манер ядреной кислоты. Такая гадость даже броню вертолетов и БТРов, что являются нечастыми гостями радиоактивных территорий, прожигают, проходя как нож сквозь масло. В отличие от своих "родителей", которые только вредят бродягам, честным и не очень, артефакт относится к группе полезных - выводит радиацию из организма, причем отлично. Одно плохо - открываются все старые, плохо зажившие, раны, и можно помереть не от облучения, а от банальной потери крови. Тем не менее, артефакт стоит прилично, любой торгаш дает за него хорошую сумму деревянными (исключая только жадюгу Сидора, чтоб ему двухстволку в зад затолкали и дробью пальнули в душу).       О другом свойстве "ежа" знает куда меньше народу, а используют так вообще единицы, у которых деньжат хватает. Если артефакт "взвести", что могут далеко не все, то шар становится живой, "умной" миной, реагирующей на громкие звуки или если его задеть. Тогда он начинает носиться по воздуху, отскакивая от твердых поверхностей, нанося тяжелейшие повреждения всему живому, что не посчастливится оказаться на его пути до тех пор, пока "заряд" не закончится. Игнорируются бронепластины бронежилетов и укрепленные волокна - даже экзоскелет может не спасти, особенно если "мина" прилетит в сочленение доспеха или по визору шлема влепит.       И вот на такой вот подарочек, коих было аж три, преграждающих путь, ведущий налево, я чуть было не наступил, по неосмотрительности. Эх, таким образом я мог бы и банальную растяжку проворонить. Чека бы вылетела, ведомая натянутой проволокой/леской, задетой ногой, щелчок предохранителя, прогорание запала и БАМ! - взрывная волна + осколки. Контузия гарантированна, а то еще и ногу оторвет... хотя, может быть, усиленный Драйгом БЗК смог бы выдержать. Но проверять в любом случае нет никакого желания. Как и оставлять "ежиков" тут - и дело совсем не во въевшемся принципе: "Я сталкер простой: вижу артефакт - подбираю", а в том, что, если придется уди... то есть отступать, то могу ведь и вляпаться на обратном бегу в эту мерзость и, заработав дырок в теле, сползти по стеночке на пол в стиле "чет я приуныл", а это ой как нехорошо...       Решение, как ни странно, простое - разрядить "ежа", заставив его активироваться, намеренно, стараясь не попасть под мало предсказуемую траекторию его атак. В данном случае достаточно задеть один из них, дабы два других тоже пустились вскачь по непредсказуемой траектории. А, когда энергия кончится, можно будет "ежиков" себе забрать и использовать в том же стиле. Только вот контейнер нужен особо экранированный, чтобы, не дай Бог, раны не открылись, и у меня есть как раз такой, содранный с капитана Монолита, которого я допрашивал вместе с обретенным другом-напарником. Так что, закинув автомат за спину и подхватив пару камней, я по навесной бросил их в сторону "ежей"...       "Тебе не кажется, что это плохая идея, хотя бы потому, что это демаскирует наше местоположение?", - резонно спросил Горыныч, но уже после того, как кусок гранита задел шипастый шарик аномального происхождения, отчего тот, и его соседи, взвились в воздух, отскакивая от стен, пола и потолка, оставляя на камне внушительные вмятины со смачным треском. Я рванул прочь, и, следуя за грохотанием моих ботинок, пока удирал вверх по лестнице, "ежи", явно чующие меня, и желающие наделать в спине дырок, неотступно следовали за мной. Странно... шума куда больше, чем может устроить бегущий человек. Это где-то в глубине гробницы...       Взлетев на самый вверх пролета, я, упершись руками в стену, отскочил вправо за пару мгновений до того, как шипастые шары врезались в стену, оставляя в ней внушительные вмятины, после чего, отскочив в тупиковую часть коридора, вновь помчались вприпрыжку за мной, вновь взлетающим по лестнице. Когда я был на середине пролета, чутье взревело белугой, и только чудом я успел пригнуть голову, в нескольких сантиметрах разминувшись с особо упорным "ежом", что, пролетев вперед, попал прямо в зал с мертвяком на столе, попав прямо в свободную ладонь трупа... где и замер, исчерпав, видимо, энергию. Два его собрата бессильно свалились к подножию лестницы, где и успокоились.       "Ух... это было близко!", - поборов желание сорвать шлем, ибо перестану вообще что-либо видеть во мраке гробницы, я осторожно приблизился к трупу, опасаясь, что "ежик" вновь решит сделать во мне дырку-другую. Но нет, артефакт даже перестал едва заметно светиться, что обычно говорит о том, что он полон энергии и готов к труду и обороне, что тоже хорошо. Аккуратно отсоединив контейнер от пояса, откинув крышку с него, я аккуратно поместил артефакт внутрь и закрыл его, после чего, вытащив "Длань", неспешно последовал вниз, держа пистолет наготове, а то пошумел я... Хотя там, в глубине, монолитовцы, или кто там еще, тоже неслабый тарарам устроили...       "Очень близко... камикадзе, еперный театр. Тьфу, не учатся ничему некоторые и учиться не хотят..." - проворчал ящер, пока я, присев на корточки, помещал два других артефакта в контейнер, который, после совершения необходимых процедур, вновь занял свое место на поясе.       "Воу-воу, полегче! Тоже мне, нашелся, бывалый бродяга! Еще скажи, что, мол, ты мне про аномалии, а я тебе про хабар!", - реплика дракона вызвала у меня улыбку, уж больно выходила ситуация комичная. Да на эту тушу никакой комбинезон не налезет, нужно будет сшивать из пары-тройки маскировочных чехлов для БТРов, чтобы его чешуя не так сильно светилась на фоне грязно-тусклых цветов, преобладающих в ЧЗО. Солнце, если и появлялось на небосклоне, то редко, большую часть времени на небе правили бал тучи разной степени серости или черноты, а природа и вовсе не спешила радовать обитателей яркостью красок.       "И скажу! И не раз!" - продолжал бушевать, но шутливо, Драйг, пока я вновь спускался вниз, шаг за шагом, посматривая, в том числе, еще и под ноги, напряженно вслушиваясь в хрупкую тишину, повисшую в воздухе, но ничего подозрительного слуховые сенсоры не улавливали. Еще поворот налево - и коридор становится таким узким, что два человека не разойдутся от слова совсем. Идеальное место для засады и для организации на противоположном конце огневой позиции. Пара пулеметов, что будут палить поочередно, и воз патронов в лентах+маленькая тележка - и никакая живая сила не пройдет.       Удвоив бдительность, я быстро пролетел коридор до упора, однако это был не конец, резкий, закругленный поворот вел дальше, и до меня стали доноситься звуки, которые, вне сомнений, относились к работе портала. Еще один? Но зачем? Не проще было бы сразу отправиться внутрь, чем появляться вначале снаружи, а потом, пройдя несколько коридоров, открывать дыру в пространстве еще раз?       Звуки становились все громче, и вскоре я оказался у прохода, ведущего, через узкий мост без перил, к возвышающейся над нижними уровнями площадкой, у дальнего края которой прохаживался неспешными шагами монолитовец в стандартной броне группировки, сжимающий в руках одну из многочисленных модификаций АК, в полутьме не разберешь какой серии. Но точно не укороченную версию. Дальше впереди слышались голоса, один из которых напоминал Инквизитора, а другой был поразительно похож на хрипы драконьего жреца, парочку которых мы успели окончательно упокоить. Неужели успели собрать черепа и пробудить негодяя? Нужно подобраться поближе...       Дождавшись, когда патрульный скроется за стеной, я переместился к оной и, прижавшись спиной, увеличил громкость работы сенсоров, решив, для начала, послушать, что же задумал неприятель, какие шаги станет предпринимать. Разговор шел на повышенных тонах, собеседники, видимо, были раздражены:       - Нельзя ли работать потише, Кросис? - ворчал Инквизитор. Судя по голосу, шлем он снял. Хм, видимо, он не настолько оболванен, чтобы эмоции исчезли из голоса. - С таким грохотом мы не услышим ничего, даже если кто-либо нарвется на мины.       - Замолчи, смертный! Ты ничего не смыслишь в магии! Мой брат Отар, как я и ожидал, оставил несколько сюрпризов для любопытных людишек, что могли бы рискнуть влезть сюда - радуйся, что вообще жив остался! - прошелестел тот, кого монолитовец назвал Кросисом. Интересно... получается, что нашелся, однако, беглец с Двуглавого Пика. Только как он тут оказался? А, блин, портал! Но чего это они раздельно приперлись в эту гробницу? Конфликт в лагере врага? Какая прелесть...       - Этот "сюрприз" стоил жизни брату Утюгу, жрец. Надеюсь, его смерть будет того стоить, - ровно произнес предводитель монолитовцев, а я, вжавшись сильнее в стену при возвращении патрульного.       - Пф! Ваши жизни ничего не стоят, солдат "Монолита"! Только ваш предводитель, Харон, представляет хоть какую-то ценность, как и его компаньон. Вы же все - живой ресурс, не более, - продолжал распаляться жрец, в чьем шелестящем голосе почувствовалось нетерпение и злость. О, минус один у супостатов, отлично. Но их все еще много для того, чтобы лезть на рожон.       - Ты испытываешь наше терпение, жрец. Наш общий враг, по имеющимся данным, уже убил одного из твоих братьев, в провинции Рифт. Некоторые источники говорят о том, что он успел побывать и в Валтуме, и доступ туда перекрыт обвалами...       - ТЫ привел его в этот мир, Инквизитор, - жрец говорил, словно бы выплевывал эти слова в лицо собеседнику, - Так что в происходящем только твоя вина. Наше сотрудничество кажется все более и более бесполезным занятием. Как знать - возможно, этот ваш сталкер уже спешит сюда...       - Тц... брат Клоун, проверь мины, - раздраженно отдал приказ монолитовец, и автоматчик, который совершал обход, поменял направление движения, проходя мимо меня и следуя вперед, по мосту. Когда он стал проходить мимо, я, вскочив, атаковал его со спины, воткнул "Бритву" в шею, между воротником бронежилета и шлемом, придерживая его свободной рукой, чтобы не упал и не громыхнул навешанным на него снаряжением. Еп, тяжеленный, урод! Тело, пару раз дернувшись, обмякло в хватке, и я потащил его к стене, стараясь не звенеть снаряжением.       Источников света тут не было, исключая свечение портала, да пару светильников, которые внизу поставили монолитовцы. Наверно, с собой принесли. Тем временем Кросис - худосочная фигура с зеленой маской и посохом (вспомнил гада, он был в том помещении, куда и прыгнул вслед за тем придурком в черном, с гауссом в руках), который творил волшбу около каменного саркофага, перехваченного сверху двумя дугами из металла. От саркофага вверх вела лестница, широченная, за которой, отгороженная двумя перегородками, располагалось еще два помещения, откуда показалась массивная фигура пулеметчика в экзоскелете. Привалившись к выступу и выставив вперед ствол автомата, я вновь стал наблюдать.       - Я проверил помещение. Есть запасной путь, ведущий наружу. Пройти не смог, проход слишком узкий, - проскрипел, фоня помехами, динамик на шлеме пулеметчика и без того безэмоциональными фразами.       - Братья Швабра, Молоток - осмотрите проход, найденный братом Гризли, - монолитовец отдал команду, и два автоматчика неспешно последовали вверх по лестнице, после чего скрылись за перегородкой, уйдя вглубь Рагнвальда. Помимо них, пары трупов (почивший Утюг лежал, раскинув руки, у подножия саркофага, а еще одного убил я), и бойцов в экзоскелетах, я не наблюдал оставшихся автоматчиков, которые черт знает куда пропали. Ответ на это вскоре дал сам Инквизитор:       - Брат Лом, вы нашли путь к месту хранения черепа? - бросил он в рацию, висящую на плече.       - Нет, коридор обвалился, обходных путей нет, прием, - откликнулась рация испещреным помехами голосом.       - Принято. Брат Фараон, что у вас?       - Нижние уровни затоплены, переправа вплавь не представляется возможной, прием, - откликнулся еще один монолитовец. Понятно, отсутствующие искали пути к тем самым черепам, но безуспешно.       - Принято. Всем группам - возвращайтесь в зал, - отдал распоряжение Инквизитор, приставляя свое оружие к каменной вазе около саркофага. Отлично, скоро все соберутся...       - Брат Клоун, что с минами? Прием, - ан нет, ничего не отлично. Зря надеялся, что как можно дольше не будут его вызывать по рации. - Брат Клоун? - еще раз бросил в рацию Инквизитор, после чего его руки потянулись к шлему, - Внимание всем группам, у нас...       Прежде чем он закончил фразу, я, выбрав цель - бойца с РПГ, что стал подниматься по лестнице на том конце - выпустил с расстояния в несколько метров очередь прямо в голову, чего шлем экзоскелета не смог выдержать, и его содержимое превратилось в кашу, расплескивая месиво в стороны. Благодаря приводам тело осталось стоять лицом ко мне, у подножия лестницы, однако руки выпустили гранатомет, который упал к подножию лестницы. Инквизитор спрятался за саркофагом, не забыв прихватить свою дуру. Следующая очередь полоснула пулеметчика, который за пару мгновений поднял свое оружие, и дульные вспышки ПКМа разорвали неровный полумрак, дорожка попаданий потянулась к тому месту, где я находился до того, как перекатом ушел в сторону, после чего, распластавшись на полу, дал еще одну очередь по бойцу, влепив тому пару пуль в верх нагрудника экзоскелета, что с чавканьем прошли через бронепластины и плоть. Минус два.       Очередной перекат спас мне жизнь, ибо через мгновение каменная поверхность взорвалась, разбрасывая вокруг шрапнель-крошку, лишившись изрядного куска, выломанного попаданием из низко прогудевшей гаусс-пушки, которой воспользовался фанатик в черном. Пуля пролетела дальше и обрушила с потолка внушительный кусок камня. Кросис, ничуть не смущаясь тому, что над головой свистят пули, продолжал колдовать, небрежным жестом натравив на меня призванного свободной от посоха рукой огненного атронтаха, ставшего метать в меня сгустки огня. На том конце зала, стуча ботинками, в верху лестницы, появилась парочка отосланных бойцов, которые стали короткими очередями палить по моей позиции, выбивая каменную крошку из колонн.       "Паршивая позиция, ничего не скажешь", - подумал я, отправляя гранату из подствольника в сторону стрелков, засевших за перегородками. Взрыв, расцветая пламенным цветком, отбросил одно тело к стене, другое, взмыв к потолку, покатилось вниз по лестнице, крепко приложившись об камень головой. Атронтах выпустил очередной сгусток огня, сорвавшийся с изящной руки женского силуэта, объятого пламенем, который, ударив в бронежилет, вбил меня в стену. Не выпуская автомат, послал несколько пуль в противника, но безрезультатно, словно она поглотила все пламя, став только сильнее и злее. С другой стороны, я тоже никакого урона, исключая удара спиной, не получил.       - Берите его живым, братья! - взревел Инквизитор, паля из пистолета. Видимо, гаусс еще не перезарядился. Так-то в Зоне, благодаря аномальной энергетике, которой был богат даже воздух, оный процесс происходил быстрее. И скорость возрастала по мере приближения к центру Зоны. Говорят, что в той же Припяти снайперы Монолита с такими дурами стреляли раз в пол-минуты, а то и еще чаще.       Из левого коридора внизу послышались, несмотря на выстрелы, грохот ботинок спешащих сюда монолитовцев. Игнорируя мельтешащего атронтаха, а так же продолжающего колдовать Кросиса, чье тело освещалось ярким свечением портала и вихрями энергии, что закручивались вокруг него, дал пару упредительных очередей туда, когда Драйг взревел:       "СЗАДИ!"       Развернувшись, я успел заметить, как из скрытого полумраком прохода появилась троица монолитовцев, в чьих руках плевались свинцом автоматы, и пули забарабанили по моему телу, заставляя отшатнуться, делая несколько шагов назад. Один, второй... я успел выстрелить только раз (и вроде бы даже попал, судя по тому, как левое плечо ведущего рванулось назад, а ствол продолжающего стрелять автомата уткнулся в пол, впустую добивая магазин), прежде чем нога перестала ощущать под собой опору, и рухнул, спиной вперед, на нижний уровень помещения, больно ударяясь спиной и затылком, аж звездочки в глазах засветились.       Прежде, чем удалось встать, подлетели еще трое фанатиков: один из них ударом ноги выбил автомат из рук, другой саданул в живот, а третий врезал прикладом по голове, отчего головокружение только усилилось. Несмотря на это, очередной тычок калашом по лицевому щитку я перехватил, рванув монолитовца на себя, втыкая в бок невесть как оказавшуюся в руках "Бритву" - видимо, рефлексы - и попытался встать, скинув в себя тело. Попытку врезать мне ногой по лицу тоже пресек, просто махнув наотмашь рукой с кинжалом, которая легко прошла сквозь кевлар, бронепластины, плоть и кость. Лишившись части ноги, фанатик рухнул рядом со мной, после чего я воткнул в шею, как и до этого Клоуну, кинжал, практически отделив голову от тела.       Тут подоспело подкрепление к оставшемуся автоматчику, что выбил-таки из руки кинжал - сверху спрыгнула еще парочка автоматчиков. Но не это остановило меня, а смотрящее точно в центр груди дуло гудящего гаусса, который держал в руках ухмыляющийся Инквизитор, чья щека едва кровоточила из небольшого пореза.       - Даже не думай - или точно лишишься головы, - неожиданно спокойно сказал парень, по кивку которого меня подхватили его бойцы, вытащив из кобуры "Длань" и скрутив мне руки, ладонями с силой наклоняя мою голову.       - Тягач, займись ранеными, - коротко бросил Инквизитор, и последний из тройки автоматчиков, перевесив автомат за спину, снял с пояса аптечку и стал заниматься ранеными, что не произнесли ни слова, молча терпя боль (если они ее вообще испытывали).       Перед глазами плыло - и дело не только в ударах затылком: системы опять барахлили, и тем сильнее, чем ближе мы подходили к колдующему Кросису, который, судя по тому, как дрожал саркофаг, был почти у цели. Пробормотав что-то еще пару раз, жрец вскинул сжимаемый в обеих руках посох вверх, а затем с силой треснул им об пол, отчего вихри энергии, окружавшие его фигуру, ударили точно в тоже самое место.       Свет померк, повисла, на мгновение, тишина, прерываемая только звуками моего тяжелого дыхания, искажаемого динамиками шлема, после чего крышка саркофага взлетела к потолку, раскалываясь на несколько частей и каменным градом опадая на пол, чудом не проломив никому голову (что жалко). В воздух взвилась фигура, затянутая в тронутую тленом мантию, чье лицо было скрыто за словно высеченной из блестящего камня маской, в узких прорезях которой горело синее пламя.       - Свершилось! Ты снова с нами, брат, - торжественно провозгласил Кросис, раскинув руки в разные стороны, наблюдая, как Отар опускается на пол.       - Кросис... что привело тебя ко мне? С чем в этот раз ты не в силах справиться? - прошелестел жрец, оставаясь парить в нескольких сантиметрах над полом.       - Вообще-то я спас тебя, брат. Вот от этого пришельца из другого мира, - немного раздраженно ответил мертвяк, указывая навершием посоха в мою сторону.       - Этого? Хм, неужели ты думаешь, что он может справиться с нами, наделенными силой самими драконами? - удивился Отар, рассматривая меня, как показалось, словно дивную зверушку.       - От его руки уже пал Рагот, - проскрежетал Кросис.       - Кхах... не... не только он. Хевнорак тоже навсегда упокоился в Обливионе, - прохрипел я, ибо горло пересохло. Да и терять было уже нечего - из хватки фанатиков не вырваться, от гаусса не увернуться.       "Зря ты оставил девчат и друзей там", - проворчал с горечью Драйг. Что, ящер, не видишь путей выхода из полной жопы? Зато я вижу... только он тебе не понравится. И Игроку тоже, ибо раньше времени и карты раскрою, и тело к черту сожгу. Или оно развалится от перегрузок... да, Гай?       Однако у судьбы, видимо, были другие планы на меня и мое задание, ибо из-за спины, оттуда, где некто Тягач занимался пораненными мною братьями, раздались звуки возни, а так же предупреждающий возглас, почти сразу же оборвавшийся. А после, словно райская музыка, раздался удивленный голос:       - Батюшки, какой упорный парень! Он и так без ноги, я ему два раза бок проткнул, а он все равно пытается меня убить! Похвальная стойкость.       - Перестань языком чесать, болван! Лучше прибей этого прыткого урода - он и без своего оружия силен! Даэдра его задери, я ему руку испепелила, и без толку! - громко возмущалась обладательница приятного голоса, что доносился сквозь треск молний.       - КТО!? - прохрипели жрецы, вскидывая посохи. Жаль, я не мог обернуться, чтобы увидеть рожу Карджо, который, судя по всему, добивал упертых, раненых фанатиков, а Иллия пыталась поджарить здорового, который каким-то образом лишился своего оружия. Да еще продолжал нападать с выведенной из строя рукой.       - Убить их! - взревел Инквизитор, направляя гаусс в сторону раздающихся голосов. Ну уж нет, даже попадания по касательной они не выдержат! Собрав силы в кулак, я резко рванулся вперед, утаскивая за собой своих "конвоиров" и врезался прямо в облаченного в черный комбинезон стрелка, отталкивая его на пару шагов, не дав тому даже нажать на спусковой крючок.       Чертыхнувшись, с налитыми кровью глазами, Инквизитор заехал мне по животу прикладом, отчего я согнулся, и добавил по спине, чуть кости не затрещали. От дальнейшего избиения меня спасли стрелы, что впились в руку монолитовца. Такой шаг ошеломил монолитовцев, которые, отпустив меня, взялись за автоматы, собираясь выпустить рой пуль в эльфийку, или обеих остроухих - а это, без сомнения, они стреляли. Вообще странная реакция у парней получилась - ведь куда опаснее был я сам, что и доказал, несмотря на травмы.       Головой протаранив Инквизитора, я сбил его с ног, после чего развернулся к автоматчикам и сшиб одного ударом по ногам, а на другого навалился сам, сверху, хватая того за шлем и пару раз прикладывая забралом по каменному полу, хватая из кобуры на ноге "беретту" и выпуская пол-магазина в нацелившего на меня автомат фанатика. Две пули врезались в забрало, которое покрылось трещинами, а потом в нем образовалась пара дырок, и монолитовец завалился на пол, выпустив автомат. Другой скинул меня с себя, но тут сверху прыгнула Лаймэнэль, которая парой движений вскрыла ему горло и воткнула кинжал под нижнюю челюсть лезвием вверх, пробивая ему мозг.       Ничего не говоря, я сбил с ног несчастную девушку, по которой стал стрелять Инквизитор, держащий гаусс одной рукой, из пистолета, выпуская в ответ остатки магазина по надоевшему уже снайперу, который все никак не может сдохнуть, заставляя того пригнуться и перекатиться в сторону портала, куда уже спешила пара жрецов, метая молнии куда-то вверх, где Анариэль посылала в них стрелу за стрелой, пока Боргак схватилась с ледяным атронтахом (а куда огненный делся?) Черт, уйдут же! Подхватив с пола автомат, я выпустил пару очередей в петляющего монолитовца, безбожно промазывая, после чего сухо щелкнул боек, говоря, что патронов в магазине не осталось.       - Марк! - крикнул Карджо, бросая мне "Длань", которую я чудом смог поймать, навести на фигуру удирающего Кросиса и выпустить в сухощавую спину, скрытую порченной, старой мантией, несколько пуль, одна из которых оторвала тому левую руку, державшую посох, другая впилась в левую лопатку, а третья впилась тому прямо в позвоночник, опрокидывая тело на каменный пол.       "Уходят, уходят же!" - взревел от досады Драйг, пока я перемещал руку с пистолетом, чтобы поразить Инквизитора, который навскидку выстрелил из гаусса. Мушка совместилась с его лицом, грязным, что исказилось, осветилось торжествующей улыбкой. Краем глаза я заметил, как около лестницы, покачиваясь, поднялся монолитовец, которого я "скинул" взрывом подствольной гранаты: бронекостюм его был опален пламенем, шлем сорвало с головы, голова была окровавлена, а правая нога неестественно вывернута... что не мешало ему положить на плечо пусковую трубу гранатомета с торчащей из нее гранатой ОГ-7В, которая была направленна точно туда, где стояла с луком, готовым к стрельбе, Анариэль.       Прежде, чем крик сорвался с моих уст, прежде, чем эльфийка поняла, чем ей грозит эта пошатыващаяся фигура с непонятным оружием, прежде, чем я стал перемещать ствол пистолета, понимая, что не успею пристрелить упертого фанатика, спасая Довакина... тьма, сосредоточившаяся по углам, дрогнула, обретая очертания внушительной антропоморфной фигуры. В свете портала, в котором скрылись Отар и Инквизитор, было не разобрать удара, которым некто разрубил гранатомет и сам выстрел на две части. Движение клинком перетекло в следующее, что снесло голову фанатику, что, замерев на секунду, сползло на левый бок, после чего упала вниз и покатилась по полу. Тело, постояв немного, рухнуло на колени.       Во мраке сверкнули два алых глаза-линзы. Третьим движением гигант смахнул с лезвия кровь, которое не отражало никакого света, и повесил его на пояс. Даже его массивная броня словно бы его поглощала, жадно, словно бы была голодна. Невозможно было не узнать обладателя такого доспеха, той ауры, которую источал он, замерший во мраке, слившийся с ним, ставший единым целым. Усталыми, потяжелевшими руками я снял с головы шлем, жадно вдыхая затхлый, застоявшийся воздух, воняющий кровью, потом, порохом, пылью, и повесил его на пояс. Осенив себя знамением аквиллы, я поклонился тому, кто спас Анариэль, а так же Боргак... да и всех нас:       - Tibi gratias ago pro salute mea collegas triumphanti futuros. Praesertim quos in hoc mundo dilexit. Ante te, frater, mihi debet (Благодарю тебя за спасение моих соратников. Особенно за тех, кого я полюбил в этом мире. Перед тобою, брат, я в неоплатном долгу), - молвил я, стараясь вложить всю ту благодарность, что ощущал в этот момент. Гигант в черном, не пошевелившись, ответил:       - Non habent, sed qui misit pervigilant legionarius fratrem. Venient dies quando colligam te plenarie persolverunt (Не мне ты должен, но тому, кто отправил приглядывать за тобой, брат-легионер. Настанет тот день, когда Он взыщет с тебя сей долг сполна), - голос Астартес поразил меня своей глубиной и живостью, после чего, ударив кулаком по плечу, его фигура растворилась во мраке, словно бы его никогда тут и не было. Вместе с его уходом пришла боль в животе. Проведя ладонью и подняв к лицу руку, я увидел, как она измазана алым.       Я опустил взгляд, с какой-то отстраненностью видя, как левая часть бронежилета и разгрузки разорваны попаданием вольфрамовой болванки, как и ткань бронекостюма, которыми снаряжают магазины гаусс-пушек монолитовцы. Так вот почему так ухмылялся Инквизитор перед уходом. Из раны вытекала неторопливым ручейком темная жидкость, воняющая железом. Сил стоять уже не было, и я рухнул прямо в чьи-то заботливо подставленные руки, слыша, словно бы у меня были затычки в ушах, обеспокоенные возгласы, и видя, перед тем, как отрубиться, напуганные, перемазанные грязью и сажей лица Анариэль и Лаймэнэль, по щекам которых сбегали дорожки слез...