***
ГРАААААААААААААААААХ!
Жуткий рев, казалось, грозил расколоть небеса на осколки. Огромная черная тень накрывала собой испещренную камнем землю, то тут, тот там вздымались гранитные глыбы... казалось, что само существование сотрясалось от пролетающей низко туши дракона, поливающего огнем все, что видел, стремясь выжечь одного упертого и самонадеянного человека, которому другой дракон нещадно насиловал мозги нравоучениями наподобие: "Что ты там говорил? И без них смогу стрелять?! Партнер, ты кретин!" Но обо всем по порядку. Уже третья неделя шла с того момента, как мы покинули орочью крепость на северо-западе провинции, и держали путь, соблюдая всяческие правила предосторожности, в Храм Небесной Гавани, единственному оплоту возрождающегося ордена Клинков в Нирне. Вчера мы остановились на ночлег, укрывшись в одной из пещер, а сегодняшний день радовал отсутствием облаков на небе, а так же теплым ветерком, который в условиях плоскогорья, по которому проходил крайний этап нашего путешествия. Пока спутники собирались, попутно не давая заснуть Торвальду, которому выпало отстаивать последние часы караула, я, вскочив на Ветерка, решил разведать дорогу впереди, наивно думая: "Что может со мной приключиться? Наличие крепкого БЗК и усиленного стрелкового оружия делают меня неуязвимым перед обычным противником. Ну не дракон же свалится мне на голову!" Язык мой - враг мой. Так было, так есть и, боюсь, так будет. Стоило мне миновать участок дороги, втиснутом между двумя нависающими над землей скалами, как, помимо чудесной картины, открывающейся на долину бурной реки, моему взору предстала гора чешуи алого оттенка, с громадным размахом крыльев (хотя Партурнакс побольше раза в два будет, по всем параметрам, и это минимум), которая было летела по своим делам, однако была привлечена движением на земле. Слава чутью, я мгновенно спрыгнул с коня, и, хлопнув его по крупу, отправил обратно в лагерь, одновременно скидывая с плеча АГК и давая очередь навскидку... что ушла в молоко, потому как не было направляющих указаний системы сопровождения цели, да и само изображение скоренько покрылось жуткими помехами. А после противник вышел на дистанцию уверенного поражения своим ту"умом... Струя ломящего кости холода почти накрыла меня, когда я отпрыгивал в сторону, матеря под нос технику и самого себя. Однако арсенал восставшего из мертвых ящера явно этим не ограничивался - пару раз меня пытались прожарить, но, к счастью, без особого успеха - спасибо броне. Только ощущение высокотемпературного магического пламени на своей шкуре - удовольствие не из приятных. Визор шлема окончательно сошел с ума - изображение то прояснялось, то вновь исходило жуткими помехами, а система сопровождения цели сошла с ума, фиксируя и сопровождая все что угодно, кроме туши дракона, заходившего на очередной заход. И спутников не было видно. К счастью, или же к худу - у меня не было времени размышлять об этом обстоятельстве. Можно было бы сорвать шлем, и, бросив бесполезный кусок брони и полимеров, расстрелять (или хотя бы попробовать ранить - действие усиленных энергией Драйга патронов 7,62 на местных властителях небес я еще не пробовал) тушу дова... рискуя при этом умереть от испепеления/обморожения головы. "Черт подери, да откуда эта туша вообще взялась!? На небе даже облаков нет, за которыми можно укрыться!" "Меньше надо хлебалом щелкать, и на авось полагаться! Черт, виданное дело, чтобы меня, Валлийского Красного, гоняла какая-то шушера из другого мира?! Да ни в жизнь! Марк, я требую, чтобы ты показал этой ящерице... короче, ты меня понял!" - разбушевался в глубинах подсознания дракон. "Знаешь, я бы с радостью", - ответил я Горынычу, выглядывая из-за валуна, за которым спрятался, привалившись к нему спиной, получив почти тут же струю пламени прямо в рожу, закрытую барахлящим забралом, спустя мгновение хоронясь обратно, - "но это сопряжено с определенным риском! Риском лишиться головы!" "Не ссы, прорвемся! Прими свою судьбу с высоко поднятой головой!" - внушал мне дракон, пока его собрат из Нирна пытался подавить во мне всяческую решимость, снижая мораль огненными аргументами, перемежая их иногда ледяными. "Я те приму! Я те покажу судьбу, шизофрения чешуйчатая! Откуда из тебя пафос-то полез!?" - возмутился я, выставляя ствол автомата над укрытием и давая пару слепых очередей. Судя по раздавшемуся возмущенному реву, одна из пуль достигла цели, к большому облегчению - вскочив на ноги, я приспустил вниз по склону, одной рукой сжимая АКГ, другой постукивая по шлему, надеясь заставить, используя народный способ, вновь заработать. "Вот подожди, разберусь с этим сторонником Алдуина, да покажу тебе, где раки зимуют, провокатор! Сам принимай судьбу, высоко подняв морду! Слабо смахнуться с этой родственной душой, а!?" "Не думай, что тебе удастся уязвить меня словами своими, отрок", - неожиданно в Драйге "проснулся" батюшка, - "будь такая возможность, да вышел бы я в бой с этим родичем, по телу и духу, и да показал бы свою силушку немалую... Да только нет тела у меня боле, лишь в виде Механизма существую теперича, а потому вверяю свою силу в твои руки, отрок..." - ДА ЧТОБ ВАС ВСЕХ....! - сорвался с уст крик души, когда одновременно в голове раздавался нравоучительный рык соседа по телу, в спину меня толкала очередная "йол-тор-шуль"ная заготовочка, а под ногами неожиданно кончилась земля, отправляя меня в короткое, чувствительно падение с неудобным приземлением с перекатыванием. Закончилась сия "комбинация" тем, что я развалился на спине в позе звезды, продолжая каким-то чудом удерживать в руке верный автомат, который вскоре пришлось вскидывать и давать из него очередь по любопытной чешуйчатой морде, что высунулась, на длинной шее, над краем обрыва. К сожалению, из-за проблем с обзором все пули ушли в молоко, однако заставили тварь засунуться обратно. Наверно, пуля все же смогла подранить крылатого ящера. Так, хватит, надоело! Вскочив на ноги, я сорвал шлем и присобачил его к поясу, после чего вновь пустился в бега, меняя на ходу магазин. - ФО! КРА! ДИН! - Чтоб! Ты! СДОХ! - если бы такой крик существовал, уверен, что силы моих эмоций хватило, чтобы через мгновение дова слег с инфарктом пополам с инсультом. Однако такого Крика не существовало, так что мне пришлось рыбкой нырять за очередное каменное укрытие, которое тут же покрылось инеем на внешней стороне. Ящер вновь взвился в воздух, набирая высоту, когда я, поднявшись на ноги, уткнув плечо в приклад, выпустил пару коротких очередей, превращая кожаные мембраны крыльев в лохмотья, после чего, утратив аэродинамические качества, воздухоплавательный аппарат класса "Дова" стандартной комплектации, с алым корпусом, рухнул, в пике, на землю, оставляя внушительный тормозной путь в виде кратера. Облегченно выдохнув - уж сколько меня эта тварь гоняла по буеракам и камням, у меня уже все тело ноет - держа автомат наготове, я стал подходить к дракону с желанием добить супостата. "Вот! Я же говорил тебе - прими свою судьбу, выйди в бой с высоко..." "Драйг, ЗАТКНИСЬ! Сделай я так, как ты говорил, то уже давно бы голову сложил, обмороженную или поджаренную". "Не груби мне! И вообще, кто виноват в том, что носился по плоскогорью как ужаленный в одно место Фулгримом, не ко дню помянутым?" "Да ты... ты вообще думаешь, о чем говоришь!? Сплюнь, скотина, пока эту тварь сюда Слаанеш не занес!", - я содрогнулся от подобной мысли. Словно сопереживая мне, содрогнулась и земля... но причина была в ином - подбитый ящер не хотел сдаваться, и, повернув морду, дал неприцельный "фо-кра-дин" по моему примерному местоположению, дополнительно взмахивая, что твоим хлыстом, хвостом. "Вон, скажи сородичу, чтобы он принял свою судьбу, а то сопротивляется еще... и лягается!" Еще одна очередь в область... хм, крупа... заставила отбросить попытки испепелить меня у противника, и я, сохраняя бдительность, стал обходить тварь по дуге, желая как следует рассмотреть его морду, а то в горячке боя было недосуг. Проклятое любопытство... Ну, морда как морда, разве что черты более мягкие и плавные, чем я ожидал увидеть, сравнивая этого дова с Партурнаксом, чей образ предстал в моих мыслях. Тут дова открыла пасть, но лишь для того, чтобы толкнуть нечто пафосное: - Ты... силен... Довакин... - прохрипела ящерица-переросток, тяжело дыша. Я высунул нос из-за валуна (камень, камень, тут везде камень! Но он спасал мою шкуру не раз, так что буду терпимее), выставив перед собой ствол автомата. - Твой ту'ум... - Эй-эй-эй, я не Довакин! - запротестовал я, словив внезапный приступ словоохотливости, - не надо мне приписывать лавры доблестной дщери Доминиона. И я вообще Крикам не обучен! - Что!? - дракон раскрыл пошире глаза, вперивая тяжелый взгляд в меня, - но... я чувствую в тебе силу... душу дова... "Ничего себе! Драйг, ты чего мух считаешь!? Тебя уже чувствуют! Где твоя скрытность!?" - за язвительным обращением я попытался скрыть собственное удивление. Это что же, не только Партурнакс может ощутить скрытый внутри меня... потенциал? "Да иди ты... нехорошо, однако, получается...", - подстебывающий меня ящер теперь был обескуражен, и сразу перешел на более серьезный тон разговора. - Ты ошибаешься... то есть... короче, я не Довакин, и точка! Вон, - я мотнул головой в сторону пригорка, где на конях гарцевала компания спутников, впереди которых, блестя начищенными доспехами в лучах солнца, гарцевала солнцеподобная Анариэль, - ваш Довакин - девушка со светлыми волосами. - Но... как же... я же... неужели я ошиблась!? - разочарованно пробормота... ла... это что получается, меня гоняла столько времени дракониха!? Да мать-перемать, ну почему мне жизнь снова отравляла баба!? "Почисть карму, сколько раз тебе говорить. Помолись о прощении грехов, умерь либидо, подайся в монастырь, откажись от утех плотских...", - к партнеру быстро вернулось прежнее ехидство, мать-перемать. Что-то день не задался... - Если ты... не Довакин... тогда как ты сумел принять вид жалкого смертного существа!? Неужели твоя сила... неужели ты сильнее Алдуина!? - продолжала удивляться дракониха, чья логика, как часто я замечал за дамами, приходит к совершенно невиданным выводам. - Слушай, все совсем не... Драйг, объясни, что я не Довакин, а ощущает она твою сущность! - воскликнул я, окончательно сбитый с толку. Неожиданно ящер внял моей просьбе, использовав динамики КПК: - Уважаемая (не знаю вашего имени), этот паренек вовсе не дова! А вот я очень даже... пардон, разрешите представиться - Валлийский Красный Император Драконов, Драйг. Можно просто Драйг... - Марк, что происходит!? - бесстрашная Аня, за которой следовала Лайменэль, совершенно не опасаясь дракона, стали спускаться к моей позиции, с удивленно-хмурыми выражениями лиц, а вот другие спутники не спешили с этим, оставаясь настороже. - Что это за голос!? Откуда он раздается!? - Да я сам пытаюсь... - меня опять прервали, но в этот раз это сделала дова: - Так тебя зовут Марк? Или Драйг? - Марк... то есть Драйг это... черт подери, да дайте нормально... "Слушай, парень, мне очень не нравится складывающаяся атмосфера" Прежде, чем я мог хоть пару слов касательно того, что происходит, сказать, как гром среди ясного неба раздался полный чувств рык поверженной драконицы: - Я преклоняюсь перед твоей силой, мессир Драйг! Я, Изира, прошу, покажи, как достичь могущества, подобного твоему! Даруй мне дитя, что будет достойно своего отца! - на несколько тяжелых, долгих мгновений, повисла хрупкая, напряженная тишина, которую разорвали возгласы удивления, громче которого раздавался мой рев-вой: - ДА ЧТОБ ТЕБЯ, ДРААААААААААААААААААААААЙГ!***
Храм Небесной Гавани, первый и единственный оплот возрождаемого ордена Клинков, бывшей Драконьей Стражи... по сути, от прежних организаций остались лишь название, да пара членов - бывшая разведчица Дельфина, нашедшая себе убежище в Ривервуде, под личиной хозяйки таверны, да архивариус Эсберн, старый, крепкий норд, скрывающийся до поры, до времени в убежище, в канализации под Рифтеном. Ему под восемьдесят, ей уже за пятьдесят лет... несмотря на крепость и силу, с которыми они многим молодым воинам дают фору, учитывая непрекращающуюся охоту Талмора за последними членами разгромленной организации, да еще в одном из самых суровых и опасных мест Нирна, стоило уже задуматься о том, чтобы подыскать и подготовить себе достойную смену, чтобы с их смертью - в бою, или в кровати, своей смертью, возрождаемая организация продолжала жить и процветать. И преемники были найдены! Старой разведчице, умело обращающейся с клинком, по душе пришлась жизнерадостная, ловкая и быстрая Дженасса, данмерка, с малых лет наемничающая и побывавшая во многих стычках, обходясь малой кровью. Помимо воинских навыков, обладает острым умом и сообразительностью, успешно постигает премудрости науки тактики и стратегии с использованием как малых сил - от десятка человек - вплоть до крупных соединений. В одной из потасовок в "Пьяном охотнике" с поддатыми посетителями она билась плечом к плечу с Анариэль, которая только-только вернулась в Вайтран, обремененная заданием по поиску кандидатов в Клинки. Торвальд, ее спутник еще со времени побоища в Хелгене (так, по крайней мере, эта парочка говорила) был занят в "Доме воительницы", а потому не мог прийти на помощь своей подопечной. После драки, за кружечкой черноверескового, они разговорились... и данмерка нашла предложение сестры по оружию привлекательным. Во время обрядов инициации рекрута Дельфина обратила внимание на живую и проницательную эльфийку, стала внимательнее присматриваться к ней, наряду с другими, подающими надежду новичками - Боргак Стальное Сердце и Карджо, однако последние два вскоре влились в компанию Анариэль. Конечно, Драконорожденная очень важна для ордена, как символ, как обладающая огромной силой, однако лидером была не она, а Дельфина (Эсберн пожелал остаться на должности хранителя знаний, не собираясь сильно влезать в политику), и это создавало некоторые... сложности. Да и по общей совокупности качеств Дженасса была куда лучше других кандидатов. Почти никто не удивился, что данмерка вскоре стала заведовать подготовкой рекрутов в навыках ближнего боя и правой рукой старой разведчицы. Эсберну же неожиданно приглянулся ранее являвшийся информатором Клинков в талморском посольстве - лесной эльф по имени Малборн. Потеряв всех родных во время одной из чисток Талмора в Валенвуде, он всей душой ненавидел альтмеров, верой и правдой служа Дельфине, предоставляя ценные сведения. Наибольшую помощь босмер оказал тем, что способствовал проникновению Довакина в посольство, закончившееся смертью нескольких стражников и кражей ценных сведений, благодаря которым удалось определить местоположение Эсберна. Старый архивариус пристроил парня, который больше не мог работать на прежнем месте, в архивы Клинков, и он стал помогать норду разбираться в грудах сведений и информации. Вскоре, благодаря живости ума и большой любви копаться в книгах, ему поручили заведовать возрождающейся службой разведки организации. Эти, и не только, новобранцы способствовали тому, что орден постепенно вставал на ноги. Поначалу они действовали под видом наемников, подряжаясь на разную денежную работу - ликвидация бандитских шаек, ловля особо разыскиваемых преступников, уничтожение чудовищ, борьба с дикими зверьем... недавно, благодаря рискованной идее Малборна, удалось выйти непосредственно на командира подразделений Легиона в Пределе. Молодой, относительно, легат был не в восторге от Конкордата в целом и от талморского самоуправства в частности, так что, после пары раундов переговоров Клинки получили заказ на ликвидацию остатков Изгоев, а так же ценные сведения, благодаря которым один из отрядов юстициаров, посланных Ондолемаром, сгинул бесследно в окрестностях таверны "Старый Хролдан"... Конечно же, они не забывали и о своей основной, на данный момент, обязанности - поиске и уничтожении драконов: недалеко от городка Картвастен было обнаружено логово дракона. Так же летающие ящерицы были замечены в окрестностях Рорикстеда, и на самом юге Предела. Однако отсутствие главной ударной силы - отряда под руководством Драконорожденной Анариэль, которая собрала вокруг себя лучших бойцов, о бое с драконом не могло быть и речи - только поглотив его душу, можно быть уверенным, что после он не возродится. Несколько дней назад соглядатаи доложили, что Довакин движется сюда, со своими спутниками. Правда, пара деталей смущали бывшую разведчицу, которая сидела в главном зале, за длинным столом, расположенным рядом со Стеной Алдуина. По левую руку от нее, в дальнем конце зала, располагалась кузница, где трудился молодой, но уже достигший больших успехов в своем деле, норд Арнбьорн, выходец из Фолкрита. Он некогда обучался у тамошнего главного мастера молота и наковальни - Лода, однако Довакин и его смогла завербовать и привести в Небесную Гавань, где он теперь, руководя несколькими своими подмастерьями, ковал оружие, броню и другие необходимые изделия. С правой стороны, сразу за Стеной, к вершине которой вела лестница, располагались множественные каменные двери, ведущие на открытую площадку-плато, где Дженесса сейчас гоняла недавнее пополнение - троих нордов, имперца и бретонца. Чуть в стороне от кузницы располагалась лестница, ведущая в жилые помещения и архивы Клинков, а так же кладовые и другие административно-хозяйственные помещения. Мысли Дельфины занимала личность некоего молодого мужчины, внешность которого не подходила под типаж известных ей рас. Впервые его заметили, когда компания посетила Маркарт. Ничем примечательным он не обладал, разве что вел себя довольно открыто с окружающими, а так же... казался довольно близким по отношению к Довакину и другой представительнице Доминиона, которая, к ужасу женщины, оказалась талморским ассасином, одним из тех, кто убил множество ее братьев и сестер по ордену. Однако та, к еще большему удивлению Дельфины, совершенно не показывала признаков агрессии. Более того, она активно поддерживала действия Анариэль и ее компании... которые как-то резко сменили вектор направленности. Вместо того, чтобы искать крик, позволяющий одолеть Пожирателя Мира, Алдуина, Довакин следовала от одной нордской гробницы к другой, зачищая их от драугров. И все это по указке некоего Марка - так называли этого непонятного человека, от которого, как говорили агенты, порой веяло ужасной силой. Что послужило этому, почему Драконорожденная слушается этого выскочку, свалившегося как снег на голову - ответа на этот вопрос у главы ордена не было. Она раз за разом, обложившись свитками с донесениями, прокручивая в голове устные доклады, пыталась понять, кто или что заставляют Довакина, и ее друзей, следовать воле этого... существа, которое даже талморского ассасина умудрилось поставить на свою сторону. И не могла найти ответа. Однако даже эти размышления отходили на второй план из-за новости, что пару недель назад взорвала всех членов Клинков - талморское посольство было сожжено! Охрана, в том числе крупный отряд ассасинов - все, за исключением прислуги, а так же отсутствующих в тот день в резиденции посла и третьего эмиссара, были зверски убиты. Комплекс зданий сожжен дотла, головы талморцев насажены на прутья ограды. Эленвен в ужасе и бешенстве, юстициары носятся как в одно место ужаленные, судорожно пытаясь отыскать виновных... Пока большая часть новоявленных Клинков радовалась этому неожиданному событию, руководство и их замы ломали головы над тем, чем все это может обернуться. В своих догадках соглядатаи говорят, что и тут не обошлось без участия Довакина и ее компании... чутье же говорило Дельфине, что этот Марк тут сыграл не самую последнюю роль... От не самых веселых размышлений ее отвлекло приближающееся бряцанье доспехов - в зал по лестнице от главного входа поднимался рыжий норд по имени Эрик, облаченный в один из новых комплектов брони, выкованных по образу и подобию брони прежних Клинков. Родом из Рорикстеда, раньше он отличался порывистостью, горячим нравом, однако, побывав в паре тяжелых боев, стал более рассудительным и осторожным, заслуженно получив звание замначкара, коим был старый норд Стенвар, еще один бывший наемник - медлительный, тяжелый на подъем, мастерски владеющий двуручным оружием и несокрушимый в своей тяжелой броне. - Мастер, простите, что отвлекаю... - Ничего, Эрик, - улыбнулась Дельфина, - что у тебя? - "Черепа" докладывают, что сюда движется группа всадников. В четверых опознаны Довакин и ее спутники, еще двое - некий Марк и талморский убийца. Скачут быстро, говоря на повышенных тонах. О чем именно - наблюдатели не разобрали. - О, так они скоро будут здесь, - улыбка Дельфины стала теплее, - Эрик, отправляйся к Эсберну, сообщи ему радостное известие - может быть, хоть это заставит его выбраться из своего царства пыли и пергамента. После возвращайся на свой пост. - Да, мастер, - рыжеволосый норд поспешил исполнить свое поручение, а сама Дельфина стала подниматься на внешнюю площадку - новичкам тоже не помешает посмотреть на ставшую уже легендарной Довакина. Вскоре уже все было готово к торжественной церемонии приветствия - рекруты, и полноценные бойцы ордена выстроились в три шеренги, за исключением караульных и полевых агентов, при броне и оружии. Отдельно стояли Эсберн с Дельфиной и их заместители. Спустя пару минут раздался скрип открываемых каменных дверей, и через протяженный коридор до собравшихся стал долетать продолжающийся диалог спутников Анариэль... на повышенных тонах: - ... говорила, что он еще тот бабник! - раздался возмущенный голос Анариэль, которая была в гневе. - Нет, я... я... да у меня слов нет! - Да послушай ты меня наконец! - раздался усталый, немного охрипший голос молодого мужчины, никому незнакомый, - Я видел ее впервые! И вообще... - И вообще, Марк, ты еще тот... каджит обдолбанный, - присоединился к троице еще один незнакомый, женский, голос, полный плохо скрываемого негодования и разочарования, - а я тебя еще защищала... а ты... - Да, мать-перемать, вы меня выслушать нормально можете!? - возопил мужской голос. - Стендарр милосердный, да замолчите вы уже наконец! - усталый голос принадлежал Торвальду, - Всю дорогу ругаетесь... Марк, уж не знаю, что там и почему... но вот сказать про... как его? Драйг? Вот про него мог бы и сказать. - А-а-а-а, я вообще не... да вы и не спрашивали! Чувствуя, что ничего не понимает, Дельфина, переглянувшись обеспокоено с Эсберном, поспешно разогнали Клинков по казармам и тренировочным площадкам, оставаясь лишь вдвоем - даже замов отослали, к неудовольствию последних - в огромном зале, куда вскоре ввалилась растрепанная, с красными, усталыми, лицами, компания из Клинков и двух малоиззвестных лиц. - Довакин, ты, наконец-то, - натянуто улыбаясь, молвил Эсберн, однако Драконорожденная отмахнулась от него, все внимание сосредоточив на уставшем парне, закутанном в плащ. Каштановые волосы, усталый взгляд золотистых глаз, в которых отражается столь огромный опыт, что не вяжется с его образом. - Ты... ты... я ведь тебе поверила, когда ты поклялся, что ни с кем... я и так терплю эту талморскую выскочку... - Ты кого выскочкой назвала?! - прищурившись, едко отозвалась эльфийка в обтягивающей кожаной броне, с пепельными волосами, челка закрывала ей левую часть лица, - Кто еще кого терпит!? Хотя он и меня тогда обманул... - Да послушайте же... а ничего, что мы продолжаем выяснять отношения в... не самом удобном месте? - парень бухнулся в кресло, вытягивая перед собой ноги. - Да что случилось-то вообще!? - не выдержала Дельфина. - Это... даэдрическое дерь... этот отброс умудрился завести роман с драконом, которая хочет от него ребенка! - выпалила Анариэль. Это заявление заставило поперхнуться вопросом лидера ордена, и чуть было не сесть на пол почтенного архивариуса. Однако тот каким-то чудом устоял на ногах, и слабым голосом поинтересовался, чем же вызван такой интерес со стороны ящера, упомянув, что вообще-то среди драконов не встречалось особей женского пола. Следующее заявление Эсберн не смог выдержать, и таки сел на пол, схватившись за голову. Да и Дельфина тоже стала нашаривать себе стул. Виданное ли дело - внутри этого паренька заключена душа дракона!