Будущее?!

      После последнего собрания прошло несколько дней. Жизнь на корабле текла своим чередом, а двое мальчишек освоились на корабле и стали его неотъемлемой частью. Маленькие Эйс с Луффи настолько полюбились команде Белоуса, что, несмотря на все их проделки, им всё прощалось, и порой, собираясь вместе, команда весело обсуждала, что же на этот раз натворили маленькие сорванцы.       В один из таких ясных вечеров, когда солнце только начало своё захождение за горизонт, команда снова собралась обсудить новости прошедшего дня, отдохнуть и выпить с сокомандниками. Эйс же с Луффи, сидя на бочке из-под саке, внимательно слушали рассказ Татча о его приключениях, которые, к слову, были немного преувеличены, но его «сказки» были настолько интересными, что мальчишки даже не задумывались о правдивости слов кока (А мы знаем сказочника, которого в дальнейшем будет слушать Луффи с открытым ртом). Его рассказ прервал возбуждённый крик одного из пиратов. Тот с восхищением пересказывал своё приключение, которое, видимо, приснилось ему после сытного обеда. Луффи с Эйсом, заинтересовавшись рассказом, спрыгнули с бочки и наперегонки побежали сквозь толпу к пирату. Тот, размахивая руками во все стороны так, что приходилось уворачиваться, чтобы не попасть под удар, рассказывал какую-то чудную историю.  — … и вот, — воскликнул он, — я увидел перед собой вот такенную каракатицу! Ей-богу, не вру! Она была настолько огромна, что я подумал: «Ну вот, пришёл мой конец. Не в бою, а у каракатицы в животе».  — Эй, — крикнул кто-то рядом стоящий, — брешешь же! Не бывает таких каракатиц! — пират весело рассмеялся, хлопнув друга по плечу.  — Не спал я, говорю же! — возмутился рассказчик, тряхнув серьгой в ухе. — Это было в самом деле! Она была такая фиолетовая…  — Не была она фиолетовая! — воскликнул Луффи, тут же пожалев о своих словах.       Споры о реальности рассказа пирата прекратились, и все взгляды, словно по мановению какого-то фрукта, устремились на мальчишку в шляпе. Теперь никто не сомневался в существовании огромной каракатицы, что так напугала бедного матроса. Сам же он, удивлённо вглядывался в побледневшее лицо Луффи, который уже начал отходить назад, пытаясь скрыться.  — Ну ты и дурак! — прошипел Эйс-младший, стукнув рукой по лбу.  — Теперь понятно, чьи это были проделки. Но была ли эта каракатица столь огромной, как её описываешь ты? — произнёс кто-то позади детей.  — Да не было никакой морской каракатицы! Была только маленькая осьминожка! — продолжил мальчишка, забираясь на какую-то рядом стоящую бочку.  — Расскажи, как было! — воскликнул кто-то, а вся остальная толпа поддержала его криками.  — Подвинься, Луффи! Я тоже буду рассказывать, — выкрикнул Эйс, забираясь на бочку.  — Значит, дело было так… После хорошего завтрака… — начал Луффи.  — Дело было после обеда, — поправил его Эйс.  — А, ну да… Ну, так вот…  — Эйсу! — весело воскликнул мальчишка, подбегая к брату, — смотри, что я нашёл!  — Ну, чего тебе? — сонно отозвался Портгас, оборачиваясь на шум. — Опять какую-нибудь ерундовину притащил? Если это опять старый дуршлаг, то я тебе его на голову надену, — пригрозил мальчишка, осматривая находку. — И что же это такое? — спросил он, спустя минуту разглядываний.  — Это? Это осьминогоискатель! Вот что это! — гордо задрав нос, ответил Монки, поднимая выше находку, чтобы брат смог её лучше рассмотреть. — И кто же тебе дал эту «полезную» штуковину? — поинтересовался Эйс, стараясь не засмеяться.  — Марко, — просто ответил Луффи, явно не замечая смешинки в глазах брата. — Пойдёшь со мной искать осьминогов? Вдруг они где-то поблизости водятся?  — Ага, — весело согласился Портгас, — свили гнездо прямо у тебя под кроватью и теперь живут там всей своей осьминожьей семьёй.  — Правда?! — вскрикнул мальчишка, вскинув руки вверх. — Тогда идём скорее! — и, не дожидаясь ответа брата, Монки уже мчался в каюту, выглядывать подкроватных осьминогов.  — Но… Я же пошутил… — произнёс Эйс пыльной дорожке впереди, а затем побрёл вслед за младшим братом, по пути прикидывая, как бы ему достать осьминога, чтобы разыграть Луффи с его глупой штукой.  — Эйсу!!! — донёсся восторженный голос Монки из комнаты.       Портгас настороженно заглянул в комнату, пытаясь разглядеть хоть что-то сквозь завесу пыли и грязи, что клубилась прямо перед его носом, заставляя глаза слезиться, а нос — чесаться. Вскоре из-под кровати раздался громких чих, и пыли приумножилось.  — Что ты там делаешь?! — спросил Эйс, стараясь не чихнуть.  — Я их нашёл! — громко оповестил голос Луффи. — Только он один! Наверное, вся его семья разъехалась, — предположил мальчишка, вылезая из-под кровати и держа в руках нечто розовое.  — Ты уверен? — настороженно спросил Портгас, разглядывая Нечто в руках брата. — Ты точно уверен, что это осьминог, а не, так скажем, засушенная селёдка?  — Но он же розовый! — возмущённо воскликнул Луффи, принимаясь отряхивать свою находку от пыли.  — Ну, тогда это в корне меняет дело, — согласился Эйс и, не в силах больше сдерживать рефлекс, оглушительно чихнул.  — Пойдём, положим его в воду. Авось разбухнет, — произнёс Монки, аккуратно держа находку в руках.       Положив своё сокровище в воду, Луффи умчался искать наличие других осьминогов с помощью своего супер радара, а Портгас ушёл на кухню, вдруг перепадёт чего-нибудь вкусненького.  — Что же было дальше? — нетерпеливо спросил один из пиратов, заинтересованно слушая рассказ.  — Дальше было вот что…  — Эйсу! — воскликнул Луффи, глядя в банку с осьминогом. — Осьминожка ожил! — радостно крутя банку в руках, Монки прыгал вокруг брата, тем самым раздражая его.  — Ну, ожил и ожил. Где тут повод для радости? Хотя, оно само по себе удивительно: выжить после столь долгого пребывания под кроватью…  — Пойдём, другим покажем его! — весело воскликнул Монки. — Вон, смотри, как раз несколько человек сидят на палубе! Вот к ним и подойдём!       Тут голову Эйса осенила чудесная идея. Если его привязали к этому дурацкому осьминогу, то с ним может выйти вполне крутой розыгрыш. Нужен всего-то какой-нибудь спящий человек — и розыгрыш готов. Портгас обвёл глазами сидящих. Большинство из них спали, а пара человек, видимо, находясь в дозоре, осматривали с помощью подзорной трубы окрестности на случай опасности или же приближения острова. Рядом с бортиком стоял старший Эйс, оперевшись на руку и тихонько посапывая. Предмет для розыгрыша был выбран. — Луффи, — тихо шикнул мальчишка, разглядывая предмет своего розыгрыша, — тащи своего осьминога сюда. Вот чёрт, это будет просто чудесный розыгрыш! — воскликнул Портгас-младший, злобно потирая ручки. — Эм… Эйс… В общем… Я голоден… И передумал его кому-то показывать, — Монки смущённо взглянул на старшего брата. — Давай его съедим?       Эйс подозрительно взглянул на розового осьминога в банке. Аппетита его вид не вызывал. Всё ещё пыльный и грязный, еле живой моллюск плавал в не менее грязной воде, отбивая всякое желание его есть. — Нет, есть мы его не будем, — возразил Портгас, отняв банку с осьминогом от брата. — Мы разыгра… — Нет! — упрямо воскликнул Луффи. — Мы его съедим! — продолжил он, выхватывая банку из рук Эйса. — Нет! — начал спорить с ним Портгас, протягивая руки к банке.       Луффи, недолго думая, побежал прочь от Эйса, прижимая к себе осьминога. Портгас побежал вслед за ним. Беготня продолжалась недолго: Эйс загнал брата в угол. Тот, не видя иного выхода, как залезть на мачту, начал забираться туда, благо там сидел наверху Эйс-старший, который и помог забраться брату наверх. Как он туда забрался за несколько минут беготни — остаётся неизвестным. — Ах ты! — прошипел вдогонку мальчишке Портгас, погрозив кулаком.       Лезть на мачту не хотелось совсем. А Луффи, если ему приспичит, мог живым и сырым съесть бедного моллюска. Эйс-старший с интересом и каким-то странным удовольствием наблюдал за душевными муками себя младшего, который смотрел вверх, раздумывая лезть или нет ему на мачту. — Эй, Лу, дай-ка эту штуку сюда, — произнёс командир второго дивизиона и выхватил банку из резиновых ручонок. — Что это? — спросил Эйс, разглядывая мутную воду. — Отдай! — возмутился Монки, обиженно засопев. — Это мой осьминожка! — Да держи, — улыбаясь, произнёс Портгас, протягивая банку. — Если это твое….       Дальше договорить он не мог — влажная от воды, пролившейся за край во время беготни, банка выскользнула из кривых ручек Эйса-старшего и под испуганные взгляды наблюдающих за этой банкой начала падать. Младший Портгас, увидев падающую на себя банку, испуганно отскочил, цепляясь ногой за дремавшего за ним пирата, того самого, что увидел каракатицу. Падая на спину, Эйс выставил вперед руки, чтобы прикрыть лицо от падающей банки. Но он немного не рассчитал траекторию её падения, и банка приземлилась не на него, а рядом с лицом пирата, разбиваясь на осколки выплёскивая мутную жижу и осьминога прямо на лицо пирата. — Ох ё… — протянул старший Портгас, спрыгивая с мачты, прихватив с собой Луффи. — Бежим, — коротко бросил он, прихватывая себя-младшего и сдёргивая осьминога с лица бедного пирата. — Вот и вся история, — закончил Эйс-младший, удовлетворённо складывая руки на груди.       Удивлённое лицо пирата повернулось к старшему Портгасу. Тот, тихонько попятился назад, пытаясь скрыться в толпе остальных. Скрыться ему не дал Марко, который вовремя заметил попытку к побегу и схватил за плечо Эйса. — Так значит, это не дети виноваты? — произнёс он, удерживая Эйса на месте. — А наш командир второго дивизиона? Значит, это ты пугаешь моих подчинённых? — произнёс Феникс, а Портгас лишь скривился на это заявление. — Идём, нам предстоит серьёзный разговор….       Портгас-младший довольно оскалился, видя, как Марко уводит печального Эйса в сторону своей каюты. А нечего было безучастно смотреть на его страдания под мачтой и отбирать обед в пользу Луффи!