Титанийское чувство

Как и ожидалось, майор Ханджи взялась за Эрена всерьез. Буквально после каждого взаимодействия с каким-либо, даже самым обычным и простым предметом, женщина набрасывалась на него с безумным взглядом горящих энтузиазмом глаз, спрашивая: «Эрен, что ты чувствуешь?». Вопрошаемого это не радовало, откровенно говоря. Эрен хотел, чтобы над ним вновь взял шефство капрал Леви. Его взгляд, холодный, пронзающий, нравился ему больше, чем безумие Ханджи-сан. А этот… новенький. Грр… Эрен едва сдерживал свою сущность внутри, и готов был стать титаном, только глядя на него. Его потуги что-то сделать, попытки бежать, двигаться или, хотя бы увидеть собственные ноги были тщетны: это человеческое существо только и могло, что пытаться. Оно шевелилось кое-как, чем злило капрала Леви и заставляло его все время гонять парня по кругу, пока тот не выдыхался и падал на землю, словно мешок, от чего капрал злился еще больше и устраивал ему дополнительные нагрузки. Естественно, до ночи. Естественно, за ним следил он сам. Эрен все чаще видел из своего окна, как вымотанный и уставший капрал стоит до самой глубокой ночи на поле, едва выкрикивая имя доверенного ему человека, который все еще бегает или выполняет еще какие-нибудь упражнения, нацеленные на улучшение его «плачевного состояния». Спустя несколько дней мешки под глазами мужчины были еще больше, чем обычно, и Эрен сокрушался, каждый раз видя их. Однако, попытки капрала Леви сделать человека из "мешка с соплями, которого мне всучил этот треклятый Эрвин", как он сам говорил, не были такими уж бессмысленными. Ближе к концу второй недели Олойо перестал рыдать и стал мыслить более-менее вменяемыми мыслями. Он не выглядел лучше, но его мозг явно успешно восполнялся недостающими извилинами, хоть и иногда по утрам капрал Леви находил его под кроватью в слезах. Эрен тихо вздохнул, сидя перед не перестающей что-то быстро и без остановок щебетать майором Ханджи. Он помнил, что она начинала говорить о новом экспериментальном сплаве для лезвий клинков, потом речь зашла о планах захвата еще пары титанов для исследований, а дальше Эрен потерял нить мысли, за которую и так едва удерживался, кивая женщине. Он слышал, как во дворе пыхтит от напряжения и усталости Олойо, а разом с тем - короткие замечания голосом капрала Леви, который показался ему каким-то... не таким, как раньше. Тише? Не такой резкий? Не сокрушает? Эрен точно не мог сказать. Еще... — ...такая идея, Эрен. Эрен? Эрен! Очнись! Парень слегка вздрогнул. — А? - Он взглянул на нее. Майор стояла, сложив руки на груди и сверля его взглядом. Казалось, что если бы не очки - в парне уже была бы дырка, - Простите, я задумался. Я немного... устал. Простите, все нормально, что мне нужно сделать сегодня? — У тебя и правда усталый вид, - садясь на стул напротив Эрена и внимательно смотря на него, сказала Ханджи. - Ты точно хорошо себя чувствуешь? — Да, я в порядке. Так что я должен сделать? — Знаешь, сегодня особо как-то нет никаких дел: Эрвин уехал на пару дней в управление, а свои дела я уже сделала сама. Как-то так... Женщина поднялась и пошла к выходу. Эрен тоже встал. — Но что мне делать сегодня? - спросил он. Ханджи обернулась и поправила очки, с улыбкой глядя на Эрена, который выглядел, точь-в-точь как ребенок, который потерялся. — Думаю, один день можешь посвятить полному безделию. Ну, или своим делам. Если они есть. — Но капрал Леви говорит, что... — Напомню, что ты под моим руководством, Эрен, а не под этим коротышкой. И я, как высшая по званию, говорю - сегодня дел для тебя нет. Можешь быть свободен. И с этими словами она вышла из комнаты и пошла по коридору, свободно ступая по деревянному полу и думая в своей голове очередную безумную мысль. Эрен, который остался стоять на месте, как вкопанный, пришел в себя и сел на кровать. Тот снова прислушался и, услышав короткое: «Поднимай ноги, Мограс!», быстро собрался с мыслями и пошел во двор, где, как и ожидалось, бегал по кругу человек пухлой комплекции и стоял, скрестив руки на груди, капрал. Эрен шел к нему, как вдруг на половине его пути Леви развернулся и пошел в другую сторону за здание. — О, боже, за что мне это досталось… - тихо проговорил шанс человечества и вздохнул. Он потер глаз и зашел за угол. По всему периметру участка, на котором расположилась часть разведкорпуса, росло много зелени, а деревья возвышались над крышей здания в несколько метров, широко закрывая землю своей плотной тенью, сквозь которую сладко лился медовый солнечный свет, вязкими струйками просачивающийся через шелестящую под ветром листву. Но этот день выдался необычайно ветреным, и без плаща было мало удовольствия находиться на улице. Кроме тех, кто, ясное дело, бегал, а не старался не уснуть. Леви сел под деревом и откинул голову назад. Честно говоря, ему было уже плевать на то, что будет делать величайшая ошибка природы в его отсутствие, и мужчина закрыл глаза. Хотелось просто тишины. Холодно. Да плевал он на это с высокой башни. Вообще, хорошо было так — абстрагироваться от целого мира, от всего лишнего и погрузиться в какой-то свой бесконечно глубокий и пустой, где нет мыслей, омут, и остаться в нем на какое-то время, пока не пройдет боль от утраты товарищей и воинов, пока не уйдет злость, ненависть или еще какие-нибудь чувства, которые могут помешать ясности ума, в которой, собственно, и залог его силы. В последнее время этот омут все заманчивее и заманчивее. А что? К черту весь этот пропитанный кровью и слезами мир. К черту всех и всея, что бы там ни случилось. К черту… «Капрал Леви!..». Ривай резко открыл глаза и посмотрел вокруг, подняв голову. Он ошалело оглядывался по сторонам до тех пор, пока не осознал, что он один, и вокруг – только деревья и ветер. Никакого… ...Эрена, кому принадлежал этот голос. Тяжело было бы спутать, даже если бы он захотел специально. Слишком часто в его голове звучал голос парня-сорвиголовы, который все время ошивался вокруг него и не отлипал, как банный лист. Тяжело с ним. Тяжело, но не так, как с этим... Нет-нет. Спокойствие. Сейчас нужно отдыхать. Отды… Эрен проследил за тем, как ушел капрал Леви и перевел взгляд на бегущего к нему Олойо. Парень слегка поморщился, не горя желанием иметь хоть короткий диалог с бегущей к нему массой, но уходить уже было слишком поздно, и Эрену ничего не осталось, как остаться на месте. — Эрен Йегер! - парень остановился возле него и, тяжело выдохнув, ослепительно улыбнулся. — Без надобности называть меня по имени и фамилии, - сказал Эрен, - достаточно просто имени, ладно? Кивок. Через какое-то время парень тяжело выдохнул и оглянулся по сторонам. — Здесь по близости нет капрала? – тихо спросил он. Эрен немного удивленно посмотрел по сторонам. — Нет, вроде бы нет. А что? Парень облегченно выдохнул. — Да совсем с ума с ним сойду! Гоняет по чем зря, не ем почти, жизни не дает, чертов капрал! Понятия не имею, как все здесь его терпят и даже уважают. А ведь таких, видимо много. Эрен изогнул бровь. — Ну, знаешь ли, он сильнейший воин человечества. — И что? Это дает ему право издеваться над людьми? —Не думаю, что он считает нас людьми. —Тем более! Кто он такой, что он называет нас нелюдьми? Эрен, разве тебя это не волнует? Эрен сжал плечо Олойо. — Подожди... «Что он несет…». — Эрен, он не знает меры. — Нет, капрал просто таким образом делает нас сильнее. — Нет, - он тряхнул рукой, и Эрен заметил, что его лицо аж покраснело от злости. - я, правда, не понимаю. Этот мужчина унижает всех, кого видит, а мы это спокойно терпим? Тогда это он нелюдь. Тварь бесчувственная просто… Йегер услышал, как что-то со стоном и грохотом упало в нескольких метрах от него и только потом, когда поднявшаяся пыль опустилась, увидел Олойо, который издавал жалобные звуки, напоминающие проклятия, смешанные с плачем. Рука от чего-то сильно болела. Эрен вздрогнул и посмотрел на поднимающегося с земли парня. Это он его?.. "Эта... это он нелюдь. Тварь... ". Удивление на лице Эрена в одно мгновение сменилось, и сомнения, что это он ударил человека, сказавшего эти слова, испарились, словно и не было. — Эрен?! - а сколько удивления в голосе. - Ты чего? Совсем с ума сошел?!.. — Еще одно слово в таком духе о капрале Леви - я сам стану для тебя кошмаром, нелюдью, тварью, зови, как хочешь. Мне плевать. Я предупредил. И Эрен развернулся и пошел к зданию, больше не сказав ни слова, пока Олойо упал со своих коротких ножек на пятую точку, не выдержав удивления. Йегер плевал на него. Он не хотел думать об этом человеке. Парень зашел за поворот, еще накручивая себя из-за Олойо, и неожиданно замер на месте. Под деревом, не шевелясь и ровно дыша, спал капрал, опустивший голову; его кожа была покрыта мурашками от холода, а его руки - бессильно опущены. Эрен подошел к нему, весь дрожа и сел рядом. Он прикоснулся пальцами к его руке, едва прикасаясь к коже. «Холодный…», - подумал Эрен, слегка вздрогнув, и отдернул руку, словно боясь, что это короткое прикосновение способно вызвать, минимум, атомный взрыв. Он приложил одну руку к своей груди и почувствовал, как о ребра бешено бьется сердце, а по венам разливается необычайно разгорячившаяся кровь, от чего что-то надоедливо и громко стучит в висках. Так… близко. Капрал Леви, такой маленький, беззащитный, хрупкий, словно в состоянии рассыпаться от малейшего ветерка так близко. Ветер. Эрен вздрогнул. «Точно, ведь сейчас холодно. Он… может замерзнуть». Парень оглянулся по сторонам и снова посмотрел на спящего мужчину. «Может, укрыть его? - Он прикоснулся к своему плечу, желая нащупать плащ, но под пальцы попалась только неизменная тонкая рубашка, и Эрен с горечью вспомнил, что оставил плащ в комнате. - Нужно сходить за плащом, чтобы укрыть его". Парень повертелся на месте, но не сдвинулся ни на сантиметр. "Ведь так?..". Йегер не сделал ни шагу. "Ведь его могут увидеть. Хотя, что в этом такого? Спит капрал Леви под деревом. Ничего...". Эрен закусил губу и сел обратно на землю рядом с ним. Он не хотел, чтобы видом этого спящего мужчины любовался кто-либо еще. Это мгновение беззащитного сна, эти минуты полного спокойствия, в которые Леви не мог ничего делать, а Эрен мог глазами впитывать всю его... с позволения сказать, ауру бесподобия в единственном экземпляре, могли стоить больше, чем какая-то жизнь или его сила титана. Йегеру с трудом удавалось ровно дышать от волнения. Сейчас он мог притронуться к его волосам, запустить в них пальцы и не бояться, что за это может лишиться обеих рук, ведь судя по виду высшего по званию, Эрен с уверенностью мог сказать, что вернуться к реальности из мира сновидений капрал Леви готов будет еще не скоро. Он мог притронуться к его расслабленным ладоням, пальцами исследовать каждый бугорок и каждую тончайшую линию. Мог потрогать его плечи и колени. Мог все, но не знал, с чего начать. "Нет, он здесь точно замерзнет, - сказал сам себе Эрен, от которого едва ли не исходил горячий пар, и оглянулся по сторонам, - я могу отнести его в комнату. Только...". — Капрал Леви, - тихо прошептал парень. - Вы не против, если я отнесу Вас на кровать? Здесь холодно. Тот не отреагировал, и Эрен, удовлетворившись его ответом, осторожно взял капрала на руки и поднялся с земли. Голова Ривая опустилась, и его ледяное, по сравнению с телом Эрена, тело инстинктивно прижалось к источнику горячего тепла, в котором нуждалось. Эрен задержал дыхание, смотря на него и с трудом сделал первый шаг. Капрал не был легким на вес, а кровь стучала в висках Йегера так, что только спустя немного меньше получаса Эрен зашел в свою комнату и ногой закрыл за собой дверь. Он подошел к кровати и с величайшей осторожностью опустил ценный груз на немного смятую еще с утра простынь, от чего капрал слегка поморщился, лишившись тепла, исходящего от тела Эрена, и повернулся на бок, спиной к стене. Эрен сел на корточки перед кроватью и посмотрел на лицо спящего капрала, от которого так и исходило спокойствие и умиротворение. «И, правда, такой беззащитный…» - что бы он ни делал, Эрен не мог удержать себя от этой мысли. Он поднес руку к голове спящего капрала и осторожно опустил ее, прикасаясь к его волосам. Ох, какие они... и не жесткие, и не мягкие, но все же… особенные на ощупь, да такие особенные, что Эрену показалось, что его сердце готово выпрыгнуть из груди, разломав все ребра, прямо сейчас. Йегер моргнул пару раз и провел рукой по волосам капрала, нежно прикасаясь к ним и почти не дыша. На мгновение ему почудилось, что высший по званию открыл глаза, но почти получив сердечный приступ, Эрен взглянул на него, и, увидев умиротворенное лицо, облегченно выдохнул, убрав руку. Он прикоснулся к его руке и погладил ее, получая удовольствие от каждого такого редко удающегося прикосновения. «Наверное, капрал не любит, когда его трогают, - размышлял Эрен, продолжая нежно касаться руки Леви, и провел пальцами по его ладони. – Наверное, он считает, что это грязно. Это так на него похоже, и от этого его хочется потрогать еще сильнее». Эрен прикоснулся рукой к его плечу и вздрогнул, тут же отдергивая ладонь: капрал глубоко вдохнул и выдохнул, переворачиваясь на спину, и заложил одну руку под голову. Секунд двадцать Эрен неподвижно сидел, оцепенев на месте, а его сердце, которое, казалось уже, ну не может биться еще быстрее, вначале замерло холодным льдом, а после так застучалось о грудную клетку, что ему даже стало от этого больно. Эрен выдохнул и расслабился, глядя на Ривая, и чему-то улыбнулся. Он не совсем помнил, как ему взбрела эта мысль, и как он уперся руками в кровать. Эрен не знал, как его пальцы словно сами собой прикоснулись к щеке капрала, и как они провели по ней, с особой, еще не ощущаемой никогда ранее нежностью. И уж точно он не понял, как наклонился и в одно мгновение прикоснулся слегка пересохшими губами к губам Леви, соединив его и себя в нежном поцелуе. Это длилось всего секунду, но Эрену показалось, что время замерло, замерзло и перестало идти. Ровно так же, как замер он, когда мужчина открыл глаза.