Двадцать три несчастья

К этому всё и шло, рано или поздно это должно было случиться. Джеймс запрокинул голову, прижимая пальцы к носу, хотя это мало помогало справиться с кровотечением. - Отличдый хук, - прогундосил он. Гарри усмехнулся и слизнул каплю крови с разбитой губы. - Джентльмены? - “Бобби” неуверенно заглянул в проулок. С одной стороны, мужчины явно были высокого сословия, с другой - сидели в закутке за мусорными баками, избитые и в грязи. Гарри и Джеймс переглянулись. Первый небрежно пожал плечами, заодно проверив, не выбил ли себе сустав, а второй поднялся и направился к полицейскому, сверкая голливудской улыбкой, что в сочетании с подбородком, залитым кровью, выглядело жутковато. О чём они говорили, Гарри не вслушивался, но спустя пару минут офицер ушел, напоследок посмотрев на Джеймса почти с благоговением. Схватка вышла короткой и донельзя бестолковой. Ни тот, ни другой не стремились причинить серьёзный ущерб, скорее выплёскивали накопившиеся претензии, используя вместо слов - кулаки. - Вы меня укусили, - с восхищением сказал Джеймс, потирая шею. - Вы подставились. Гарри задрал голову, чтобы взглянуть на Джеймса, и чуть прищурился от солнца. От помойки воняло просто нестерпимо, но Гарри продолжал сидеть, привалившись к ней. - А как же дуэльные правила? - В уличных драках нет правил. А мы с вами, как вы можете заметить, на улице. Джеймс выглядел до того довольным, что у Гарри зачесались кулаки вмазать ему ещё раз. - Всему есть место, и всё хорошо на своём месте. Должен сказать, что у вас невероятный стиль. - Вынужден сообщить, что вы дерётесь слишком предсказуемо, как по учебнику. - Дадите пару уроков? - Джеймс снова потёр укус на шее. - Могу даже прямо сейчас. - И Гарри, коротко размахнувшись, пнул его в лодыжку. Мелкая мстительность, конечно, но она принесла уж очень много удовольствия. Джеймс упал на одно колено, но улыбаться не перестал. - Вы посмотрите, я молю, преклонив колени, о храбрый Галахад! - Хотите ещё один урок? Гарри угрожающе дёрнул ступнёй, и Джеймс, рванул перекатом влево, поправил причёску - чёртов позёр - и устроился у стены напротив. - Собака, что лает, редко кусает. Гарри закатил глаза. - Я удивлён, что вы продержались так долго, - сказал Джеймс после паузы. - Я думал, что вы… как это говорится? Протрёте мне лицо? - Начищу рожу. - Да-да! Что вы начистите мне рожу после истории с Джозефом. - Вы не должны были забирать пса себе. Как не должны были разговаривать сегодня с Эггси. - Эггси? А, юный Анвин. Право слово, мы ведём себя как разведённые родители, которые бьются за опеку над ребёнком. - Нет. Вы всего лишь лезете не в своё дело. - Я знаю, что обо мне говорят, - неожиданно совсем другим тоном произнёс Джеймс. - Многие относятся ко мне с неприязнью. Кто-то считает, что я тогда струсил. Кто-то - что был недостаточно подготовлен. - На мгновение с него слетела маска, обнажив человека, который остро переживает положение, в котором оказался. - Хотите правду, Галахад? - Нет. - И те, и другие правы. Гарри потёр лоб. Он предпочитал считать Джеймса щеглом и поверхностным фигляром. Так было проще его недолюбливать; проще перекладывать на него часть собственной вины и злости. - У всех бывают минуты слабости, - с досадой сказал он. До чего нелепо утешать человека, которому только что сломал нос. - Я всё время возвращаюсь к тому моменту. Прошло почти два года, но я всё равно почти каждый день думаю о том, что можно было сделать. Лучше проверить данные или… - Тщательнее обыскать заложника. - Забрать его с собой и допросить у нас. - Сломать сразу все кости. - Среагировать быстрее. - Вы не единственный, кто был в той комнате. И вы не единственный, кто думает об этом. Джеймс вытащил из кармана платок и принялся оттирать кровь. - И вновь я не могу не восхититься вашим профессионализмом. Вы вели себя так хладнокровно, так сдержанно, словно не ваш друг только что прикрыл вас от взрыва. Гарри посмотрел в сторону и неопределённо повёл плечами. Он не станет объяснять, что в тот момент просто не поверил в происходящее. Он искренне считал, что всё это сон, симуляция, игра. Что Ли поднимется через пару минут и будет дразнить его за медлительность и шутить о том, что теперь он должен ему песню. И уж конечно, он не станет рассказывать, как осознание правды настигло его, будто голодный зверь, уже дома. Как он выл и кричал прямо в коридоре, едва захлопнув за собой дверь; как напивался до потери вменяемости; как не спал сутками, потому что боялся, до ужаса боялся собственных снов: тех, в которых Ли умирал, и тех, в которых он был жив, - и не ясно ещё, какие были хуже. - За каким чёртом вас понесло к Эггси? Как вы вообще о нём узнали? - Персиваль рассказал. Точнее, он упомянул, что у Ли остался маленький сын, и я… - И что вы? - Виновной совести не нужен обвинитель. - Будет невежливо, если я выбью вам зубы во время беседы по душам? - Полагаю, не только невежливо, но ещё и крайне малоэффективно. Гарри фыркнул, а Джеймс раскатисто захохотал, потом ойкнул и схватился за нос, из которого снова пошла кровь. - Так что вы хотели сделать? - Я хотел рассказать ему об отце, о том, каким он был человеком, о том, как я благодарен ему. Но в последний момент передумал и просто спросил дорогу. - Не нужно напоминать им о… О нас, о службе, о том, что Ли погиб на ней. Он не хотел, чтобы агентство вмешивалось в их жизнь. - Что не мешает вам следить за ними. - Я делаю это как частное лицо. И не слишком часто. Они должны жить дальше. Гарри поднялся и спустя минутное сомнение протянул руку Джеймсу. Тот встал, приложил ладонь к сердцу и чуть поклонился. - Благодарю, сэр Галахад. Гарри заложил руку за спину и коротко кивнул. - Не стоит беспокойства, сэр Ланселот. И быстро зашагал прочь, оставив Джеймса стоять столбом, приоткрыв рот от удивления. У выхода из проулка он остановился и, не оборачиваясь, произнёс: - Если вы ещё хотите, то завтра в три часа я могу провести для вас учебный спарринг. После чего свернул налево и растворился в толпе.