С Роком по Ферелдену

      — Значит, тебя зовут Дворкин? - спросил я гнома, после того, как битва была закончена, а легионеры начали оказывать помощь пострадавшим и собирать своих павших товарищей чтобы позднее отдать им последние почести. Заодно Эдриан отправил в разведку отряд легионеров.       — Почитай, уже пятый десяток так и кличут - Главонак с благодарностью принял флягу с травяным чаем и лепешку. - По специальности мастер взрывных дел. Проще говоря, делаю штуки, которые делают бабах. Чем лучше штука, тем больше бабахи.       — Так это ты чокнутый Дворкин? - спросил Эдукан. - Отц.. Его величеству на тебя жалобы приносили чуть ли не ежедневно.       — И так тоже кличут, - кивнул гном, разом проглотив половину лепешки.       — И как же ты попал в окрестности Кэла Хирола? - спросил я, дав Дворкину прожевать и запить.       — Да ученик дурной попался. Забрел в зону испытаний (грамоту надо учить, иногда на табличках пишут важные вещи). А когда заметили было уже поздно. За взрывами то, поди, не услышишь ничего. Ясное дело, «виноватого» нашли быстро, - мрачно запыхтел коротышка - Ну да я неприхотлив, потому и выжил-то в изгнании. Все, что мне нужно, чтобы было бы на ком взрывчатку проверять да из чего ее делать.       А я, признаться, все гадал, куда же нелегкая занесла этого пришибленного коротышку, которого канон привязывал на ПМЖ к Башне. Другое дело, что у нас давно многие вещи пошли своим путем. Я не сильно удивился, поняв, что «прибабахина» выгнали из Орзаммара, а вот то, что он явно немало времени прожил на Тропах приятно поражало - такие живучие кадры нам нужны. А к кому конкретно этот взрывных дел мастер пойдет - ко мне (проводить Посвящение слишком рискованно, пойдет по категории «прочий персонал») или же в ЧВК к Огрену не так уж и важно, раз мы будем тесно сотрудничать.       — Приятная неожиданность, что еще сказать, - хмыкнул рыжебородый, потирая пятерней затылок. - Ты, может, не только шорох наводил, но и окрестности тейга облазил? Может, поделишься полезными находками?       — Если ты про наследие давно погибших предков, то в округе ничего не уцелело, кроме стен построек или укреплений, и то не целиком, - пожал плечами Дворкин, запивая очередной кусок пищи. - А если ты намекаешь на скрытые проходы...       — То «мастер бабаха» их сам делает?       — Именно так, мой рыжебородый сородич.       — Кстати, о бабахах. Дворкин, а у тебя еще много взрывчатки?       — Неа, всего с полторы сотни, если считать то, что в схронах, - пожал плечами энтузиаст - А что?       — Скажем так, Легиону сейчас бы пригодилось твое мастерство.       — Предлагаешь использовать эти штуковины для отвлекающего удара? - с ходу понял Эдриан.       — И не хочу, по возможности, рисковать моим будущим подчиненным, если он не слишком привязался к Тропам, - кивнул я и повернулся к Главнонаку - Готов поработать на Серых Стражей? Комфорта не обещаю, но едой и ресурсами обеспечим. Зарплатой тоже не обидим.       — Только вкалывать придется, как проклятому, - хмыкнул в бороду Огрен.       — Хе, нашел, чем пугать, - оскалился коротышка, показывая, что часть его зубов - специально или же вынужденно - были заменены металлическими протезами. Впрочем, я бы не удивился замене руки протезом из-за очередного инцидента со взрывчаткой. Мы пожали друг другу руки, закрепляя соглашение. Слово гномов довольно крепко, однако позже не помешает состряпать и договор на бумаге, такие документы подгорный народец уважает еще больше, культ летописцев это подтверждает.

Спустя некоторое время

       Найти секретку древних гномов разведчикам не удалось. К тому моменту, как коротышки, возглавляемые Сигрун, добрались до подземной крепости местность уже была заполнена кучей порождений. Легионеры лишь чудом и гномьим матерным умудрились не нарваться на стрелу. После чего разведчики решили, что важнее донести информацию о переменах и споро ретировались к месту привала, ибо каждая минута давала тварям возможность еще сильнее укрепить свои позиции, а рассчитывать на бой между разными фракциями порождений (если таковые вообще тут существуют) дело глупое и заведомо безнадежное - по любому сначала достанется нам.       Информация порадовать не могла от слова совсем - да, мы многих побили в битве у безымянного моста (хроники даже имена строителей не сохранили, а это о многом говорит, ибо любят коротышки все фиксировать, особенно деяния предков, кто от кого ведет свой род и тому подобное), тел стащили и сожгли (воняло даже хуже, чем просто от трупов) немало, одних огров три туши! Однако сигнал тревоги был подан, из тейга подошло подкрепление, порождения перегруппировались и снова были готовы рвать, кромсать и убивать.       Было решено довериться опыту Дворкина еще и в поиске потенциально уязвимого участка для подрыва - после победы, в которой я не сомневался, укрепления лишатся как минимум одной слабой точки, что тоже пойдет в плюс. Мне же оставалось только готовить себя к предстоящему бою, поскольку в этих науках я почти не разбирался, да думать над тем, как ликвидировать потенциальную опасность со стороны големов, ибо по закону подлости...       — Там бессмысленно разнюхивать, - поморщилась молодая гнома, уже ставшая командиром отряда разведчиков. Довольно неожиданно, учитывая ее судьбу и положение в каноне, да и от своего прототипа она отличалась парой не самых приятных шрамов на лице и угрюмой усмешкой, которая почти всегда кривила ее губы. Крепкий топорик, круглый щит, пара кинжалов и несколько метательных ножей - барышня была увешана оружием, которое умудрялось практически не лязгать, а уж как владела, по словам более старших товарищей! Приятное изменение канона, коих так не хватает в моей жизни в Тедасе. - Твари так и кишат, спрятаться негде.       — В таком случае, будем полагаться на чутье Дворкина и мощь его творений.       — В моих детишках не сомневайтесь, - отозвался с энтузиазмом взрывных дел мастер, - Вы только меня прикройте, чтобы я мог взрывчатку заложить, как надо.       — Хоть что-нибудь останется после установки? - спросил я гнома. - Просто я думаю, что внутри не обошлось без матки, а то и двух. Ну, как было в Боннамаре, - пояснил я, посмотрев на командира легионеров.       — Соглашусь, больно много этих тварей, - кивнул тот, поглаживая свою бороду, заплетенную в несколько толстых косичек.       — Смотря с чем сравнивать, - вставил свои пять копеек Огрен. - Вспомни, что было на поле боя с архидемоном или даже под вашей твердыней.       — Воспоминаниям будем предаваться позже, - перебил я коротышек. -Понятное дело, твари не дадут нам разнести стену, так что Легиону придется хорошенько пошуметь, изображая нападение с разных фронтов. С нас удержание тварей подальше от мастера Главонака, с него дыра в укреплениях, которую после можно будет быстро и надежно заделать. После ударный отряд прорывается внутрь, остальные сдерживают тварей, пока те не отступят для защиты маток.       — А кто говорил, что не хочет рисковать Дворкиным? - с ухмылкой напомнил Огрен.       — А есть шанс его не пустить? - вздохнул я с вселенской печалью - Огрен, ты ему в глаза смотрел? Так вот, они пылают как у тебя и Давета, когда вы прибыль чуете.       — Вот-вот. Фиг вам, а не взрывчатка, - вставил Дворкин, для наглядности выкручивая фиги на обеих руках - Уже надоверялся криворуким болванам и это привело меня на Глубинные Тропы! К тому же что вы понимаете в породах? А разброс камня? Или вы сможете высчитать направление взрыва? Или…       — …Надо значит обеспечим, - примирительно сказал Дюран -Схрон то далеко?       — Неа, я тут же давно проверяю своих малышей. Быстрым маршем за полчаса можно в обе стороны, - признался Дворкин - Только у меня там ловушек куча.       — В таком случае ты этих парней и проведешь, - заключил лейтенант, разводя руками. Оно и понятно - что время зазря терять, да и неосторожных бойцов тоже, дружественный огонь еще никому пользы не приносил, кроме ситуаций «вызываю огонь на себя», но, дай Создатель (и сохрани меня от тяжкой участи покровительницы-демоницы) до этого у нас не дойдет.       — Давет, сходи с ними, заодно вспомнишь навыки скрытного перемещения, - я повернулся к другу-сослуживцу, который состроил фальшиво-кислую мину, но возражать не стал. - Да и чутье порождений сможет пригодится, несмотря на наше положение в сердце вражеских территорий.       — А то со своим рыцарским стажем заржавеешь или перестанешь влезать в дверной проем, - Огрен хлопнул себя по животу и рыгнул, - Хе-хе-хе.       — Говори за себя, бородач, в этом мне тебя ни за что не обогнать, - проворчал рыцарь-лучник, хотя, стоит признать, жирком друг-попаданец не спешил заплывать. У него скорее все поедаемое переходит в мышечную массу.       — Мне не грозит, у меня правильный образ жизни, - отмахнулся Огрен.       — Это какой? - Давет недоуменно заморгал.       — Мясо, пиво и драки, - пояснил Огрен.       — А почему он правильный?       — Так что может быть правильнее для порядочного гнома? - пояснил Дюран с лыбой на всю пасть.       — Вот, наш гном! - Огрен тыкнул указательным пальцем в сторону свода пещеры. - Хоть и из благородных вышел.       — Именно, что вышел, - пробурчал Эдукан, давая понять, что для него это не самая приятная тема.

***

      — Держать строй! - глухо раздалось из под глухого шлема лейтенанта Легиона когда очередная волна тварей врезалась в угольно-черную стену из щитов, колошматя по ней всем, что под руку (лапы) подвернется. Лязгал металл, ревели и плевались порождения, стучали наконечники стрел и болтов по защите, но гномы стояли. Пока метал «каменный кулак» в сторону высокой твари, без сомнений одного из «офицеров», в подернутом ржавчиной (или вымазанном в засохшей уже крови) шлеме храмовника, ревущей на подчиненных и размахивающем двуручным молотом я поймал себя на мимолетной мысли, что гномам, как никому еще, подходит ношение тяжелой брони и превозмогание в плотном строю. У них такая мышца нарастает от постоянных физических нагрузок, что они начинают напоминать бочонки из плоти и костей на коротеньких ножках.       С хеканьем Огрен где-то впереди размахнулся молотом и свалил сразу троих генлоков, причем тот, по которому попала головка орудия умер мгновенно, получив перелом ребер и позвоночника; свистнула стрела над ухом - то Давет послал оперенную смерть, которая нашла свою цель в виде левого глаза огра, протискивающегося через ряды мелких сородичей. Тварь взвыла от боли, всякий контроль был утерян, и тварь стала молотить своими конечностями во все стороны, уничтожая союзников.       За нашими спинами усердно трудился Дворкин Главонак, обкладывая взрывчаткой кажущуюся монолитной кладку: я не сомневался в крепости укреплений гномов, однако вряд ли предки бородачей догадывались о появлении нового вещества, способного принести колоссальные разрушения. Главное, чтобы ударную волну просчитал правильно… Не хотелось бы познавать радости полета подобным способом.       В это время легионеры подошли к подземной крепости с нескольких сторон, чтобы изобразить видимость массового нападения. На совсем уж крайний случай, вроде появления големов нескольким разумным была выдана небольшая часть запасов Дворкина, заверившего, что этого более чем достаточно, дабы разнести несколько каменных исполинов. Конечно же, только в теории. Кто ему давал для опытов столь ценный ресурс? Вот-вот, Белен тоже не понял подобного разбазаривания.       Наша позиция была единственной «постоянной», здесь сосредоточились практически все тяжеловооруженные бойцы и мы, Стражи. Разведчики и более маневренные легионеры занимались теми самыми отвлекающими ударами, то тут, то там беспокоя фланги и тылы тварей «комариными укусами». На севере дали залп из арбалетов. Чуть восточнее порубили десяток порождений топорами и отступили назад под прикрытием стрелков, а где-то еще нацелились на занятых попытками добраться до стены щитов, сдерживающей напор тварей.       Если бы не это, то дела у нас бы шли куда хуже. Огров все еще был трудно уничтожать без значительных затрат сил и потерь, но у нас хватало метких стрелков, чтобы пробивать шкуры гигантов, приносивших массу неудобств. А уж если попасть в глаз или пасть, как делал Давет, то ярость и сила противовеса големов оборачивалась против порождений. Главное держаться от них подальше, а уж с генлоками и гарлоками легионеры сладят, хотя чистой победы без потерь все равно не достичь.       В подтверждение этого мимо меня пара коротышек тащила по земле закованное в броню тело легионера. Тяжело раненный гном пытался закрыть ладонью в латной рукавице прореху под мышкой, куда кто-то из нападавших умудрился просунуть острие клинка или же ткнуть копьем. От раны по запятнанной мостовой тянулся кровавый след. Стоило кому-то из бойцов выпасть из линии, как его место занимал брат по оружию, но в эти тревожные мгновения повышался риск прорыва, а твари словно бы инстинктивно бросались напирать на образовывающиеся уязвимости. Я уже всерьез начал подумывать об использовании массового заклинания, остановив выбор на наименее опасном, ввиду довольно тесного противостояния, «ледяном шторме», поскольку молнии очень «любят» притягиваться к металлу, а пламя обязательно выжжет столь драгоценный кислород.       Главнонак же, ни на что не отвлекаясь, готовился творить свое «колдовство». Для него будто бы исчезло все. Для коротышки не существовало сражения, он не слышал шума битвы и не реагировал на попытки торопить его. Особенно навязчивого легионера Дворкин попросту и без затей треснул по шлему, будто нерадивого ученика. Гном тщательно обнюхивал стену, стучал в разных местах кладки, несколько раз даже лизнул холодный камень, после чего замирал, прислушиваясь к чему-то внутри себя и лишь после этого, по каким-то ведомым ему одному признакам прилеплял на алхимический клей небольшие фиалы, внутри которых бурлила, живя собственной жизнью, смесь с добавлением лириумного песка.       Пара кривых, плохо сработанных стрел каким-то чудом умудрилась долететь до меня и бессильно отскочить от качественно сработанного доспеха из драконьей чешуи. Ставшие чувствительными, уколы (чешуя хоть и обеспечивала изумительную защиту, но силу удара не гасила полностью, а дурной силы в тварях хватало) привели в чувство и заставили отвлечься от причудливых приготовлений гения и вернуться к исполнению своей роли в этом кровавом спектакле. Не так уж и часто мне доводилось «сплетать» ледяное заклинание, бьющее по площади, однако опыта подобного волшебства у меня, спасибо Мору, было предостаточно.       Чуть сбивчиво, но уверенно, слетали с уст слоги заклинания, магическая энергия сплеталась в целостную структуру над головами порождений. Многие твари пытались перепрыгнуть через легионеров в тяжелой броне, чтобы добраться до стрелков и раненных за их спинами, однако успешных прыгунов были считанные единицы, большинство недолетало и падало на головы гномов, что рубили их на куски своими топорами. Не было мастеров искуснее гномов в плане ковки, и лучше всего они создавали тяжелые доспехи и топоры, фанатами которых их я считал за глаза.       Наконец, процесс был окончен, и радостный окрик Дворкина потонул в вое ледяного ветра, накрывшего порядки противника за несколько смешавшихся рядов порождений перед порядками легионеров. Побитые, блеклые, вымазанные в крови и прочих выделениях доспехи генлоков и гарлоков стали покрываться прямо на глазах изморозью, бесчисленные пасти стали выдыхать облачка пара, а общий темп атаки окончательно сломался.       — Я добавил активатор! Реакция пошла! - прокричал Главнонак - Через минуту-полторы рванет так, что и портков не останется.       — Страж, сможешь прикрыть отступление своей магией?! - спросил командир отряда легионеров       — Секунд на тридцать-сорок! Расход магии зверский - прикинул я траты маны - И придется полностью сконцентрироваться.       — Годится! Отходим, как только видимость начнет уменьшаться! - прозвучал приказ.       В общем-то урон от снежной вьюги был намного ниже, чем у огненного шторма или взрыва молний, зато он усиливался во временной перспективе, но требовал такую прорву маны, что просто кошмар, зато эту стихийную магию можно отлично использовать как раз в ситуации, которую предполагал бывший принц - скрыть перемещение наших сил, причем не только визуально, но и в аудио-спектре (ептыть, какие только слова в голове не всплывут иногда, особенно когда приходится зубрить в ночь перед экзаменом). Вой ветра стал еще сильнее, «осколки» инея стали полноценной снежной завесой, и тоскливый вой порождений резонировал со звуками вьюги, внося полную какофонию в происходящее. «Достучаться» до отвлекающих отрядов не представлялось возможным, но я был уверен, что там хватит сообразительных ребят, которые поймут наши действия. Другие в Легионе не выживают.       Когда мы скрылись за поворотом, я развеял заклинание, ощущая тяжелую усталость внутри себя, и оперся ладонью о стену приземистого дома, глядящего на меня темным провалом пустого дверного проема, тяжело дыша и ощущая, как «горит» разум. Если бы я стоял на месте, всецело отдавшись лишь поддержке заклинания, сливаясь сознанием с ледяной бурей, то было бы проще, но тут приходилось еще и хоть как-то наблюдать за перемещениями легионеров, а также следить за тем, чтобы не споткнуться и не упасть, тем самым разрушая заклинание. Давненько меня не заставляли так сильно напрягать свое сознание. Метать файерболы и сосульки куда проще, это отработано до автоматизма.       — Ну, и где твой взр... - обратился было Огрен к подрывнику, когда за поворотом бабахнуло так, что, казалось, весь мир вокруг зашатало.       Дейдара гномьего разлива не соврал. Жахнуло знатно. Жар пламени я почувствовал даже через закрытые от усталости веки (как же мне надоели эти зелья маны, даже злости на них не осталось). Пещеру не тряхнуло, но тяжелый гул в полу я почувствовал. Сам взрыв тоже вышел на славу. Кусок стены метра на четыре пострадал так, словно огромный великан со всей дури врезал. Большая часть осколков влетела внутрь и проредила ряды защитников, словно по ним из пушки выстрелили. Но досталось и тем, кто пытался преследовать нас. Некоторых порождений нафаршировало так, что живого места не осталось. Другим снесло голову или размозжило ее до состояния, не совместимого с дальнейшим существованием. Кому-то из порождений повезло больше. Им оторвало лишь руку или ногу. Или даже вовсе основной удар пришелся на «товарищей», случайно прикрывших их от урона.       Однако многие твари выжили, хотя мало кто из них мог бы продолжать угрожать нам; самым примечательным оказался огр, которому размозжило половину черепа каменным обломком размером с дверь человеческой хижины. Однако уцелевшая часть морды показывала, что тварь еще жива - дергано двигались ручищи, дрожал торс, изо рта текла пена пополам с кровью, а уцелевший глаз беспорядочно вращался в глазнице, в нем читались ненависть пополам с безумием. Еще не успела улечься пыль, как покрытые кровью, преимущественно чужой, легионеры перестроили порядки и ощетинившаяся оружием колонна двинулась на штурм пролома, за которым висел бледный полумрак, смердевший гниющей плотью и прочими отвратными запахами.       — Хорошая работа, - хрипло оценил я работу Дворкина, опираясь на плечо Давета, в то время как легионеры разбирались с недобитками - мозги продолжали гудеть, а вкупе с тошнотой от выпитых зелий... В общем, у меня было состояние нестояния. Временное, надо только заставить себя глотнуть целебного отвара, который Огрен в шутку прозвал «рассолом».       — Может меня и прозвали чокнутым, но свое дело я знаю, - с внешней невозмутимостью произнес Главнонак. Но по блеску глаз было видно, что похвала ему приятна.       — А я ведь пытался выйти с ним на контакт... Но его интересует лишь взрывчатка, - признался Огрен, - Ладно, забыли. Алан, готов геройствовать?       — Предпочел бы в отруб часов на десять, но кто же даст, - я скривился, залпом выпивая зелье восстановления маны.       — Когда я пробрался за пролом, оказавшись в подернутом мраком пространстве, гномы уже сделали большую часть работы - несколько раненых прижимались к стенам, отдаваясь заботе боевых товарищей, большая часть бойцов, наносивших удары отвлечения, также воссоединились со своим подразделением. Пара десятков крепышей в латах охраняла проход и даже возводила баррикады из обломков камней и лома - проще говоря, никто не терял времени даром, и мне не след. Где-то дальше по коридору, по левую руку от меня, что-то глухо бумкнуло - похоже, кто-то из гномов решил использовать бомбы по назначению. Уже нарвались на големов?       — Кажется, Дюран двинулся в сторону общих залов, - пробормотал Огрен, припоминая планы тейга. Признаться, мне картография давалась не очень, тем более творения гномьих рук.       Нет, в общем и целом я умел читать карты - суровые наставления храмовников включали в себя не только физподготовку, изучение навыков обращения с оружием, основ магии и местной вариации Библии (куда же церковникам всех мастей без этого дела, частое посещение служб и молебнов тут едва ли не жизненно важная часть их существования). Проблема совсем в другом, а именно в иной системе обозначений, да и вообще гномий язык, изобилующий массой рун, притом весьма специфических был довольно проблематичен для понимания, особенно это касается древних планов и карт, с которых Хранители едва ли не каждую пылинку сдувают.       Конечно, в более поздние годы были приняты значительные упрощения, подгорный народ стал теснее взаимодействовать с людьми, но все равно эти черточки, полоски, волны, насечки и прочее на громадном куске пергамента привели меня в ступор. Нет, я мог понять, что вот тут обозначили коридор, а вон там комнату, тут лестницу, но куда они ведут, что там находится... Эх, это еще труднее для изучения, чем биофизика. Поэтому здесь, в древней тейге, я предпочел положиться на своих орзаммарских союзников.       Минувшие века оккупации Кэл-Хирола не могли не оставить свой след на монументальной архитектуре тейга: я до сих пор помню всю ту грязь и оскверненность оплота Легиона, отбитой при нашей помощи крепости Боннамар, однако тут твари постарались еще сильнее. Если и в самом деле коридоры были когда-то отделаны золотом и серебром, то теперь от них не осталось ни единого следа. И все же за слоями грязи, крови, дерьма и поганых рун порождений проглядывались следы резьбы по камню, куски бород каменных истуканов. Если постараться, то его вполне получится привести в благопристойный вид.       Мы добрались до вершины лестницы, одной из четырех, венчавших «стакан» помещения, на «дне» которого собралась приличная толпа порождений, беснующаяся и плюющаяся слюной. На других «стенках» также хватало тварей, которые вели обстрел из луков и даже пытались допрыгнуть до нас, но чаще всего попадали прямо под топоры суровых бородачей. Ситуацию усугубляло наличие нескольких големов (один, правда, был развален на каменные обломки - видимо, как раз его и подрывали), которыми управлял, кажется, тот упитанный коротышка с магическим посохом за спиной, окруженный со всех сторон телохранителями-генлоками. Как бы его достать и отобрать «пульт управления», ибо нам самим ох как пригодятся эти каменные истуканы?       — Может обвалить пару стен? -тихо предложил Давет - Хватит тех штуковин?       — Взрывчатки то хватит, только как мы спустимся потом? - Дворкин посмотрел на Давета как на последнего, а может и первого идиота.       — Так веревки привяжем, - пожал плечами сэр рыцарь трущоб - Думаю, наших мотков должно хватить.       — Думает он. А дылда думает, что взрывом может полностью завалить выход? В столь узком пространстве даже моего мастерства может не хватить для столь точного обвала, - раздраженно заявил Главнонак - К тому же лично я не жажду встретиться с теми тварями что ждут нас глубже без моих малюток.       — Хватит препираться, словно пожилые супруги, - я ткнул локтем в бок возмущенного рыцаря, кивая в сторону «кукловода». - Лучше займись им, пока союзников не огрели каменными глыбами по головам.       — Нет, ну можно ведь было объяснить нормально, - пробурчал Давет, накладывая стрелу на тетиву, - без... Оскорблений, - выравнивая дыхание, он принялся высматривать просвет между тушами телохранителей владельца жезла. В это время я заморозил нижнюю часть лестницы, что вызвало массовое падение тварей под ноги сородичам; кого-то затоптали до смерти, кого-то просто калечили, хотя было много тех, кто отделался легким испугом. Было и несколько полных неудачников, чьи конечности покрылись льдом - они судорожно пытались выбраться из ледяного плена, пока их товарищей, сражавшихся впереди, рубили на куски суровые бородачи, которые воспользовались моментом, чтобы отбить очередную атаку и перевести дух.       Давет послал стрелу, которая, однако, не была направлена на «кукловода» коротыша; она пробила верхнюю правую кромку щита, после чего прошла под круглым наплечником крупного гарлока в плоть. С его пасти сорвался рев боли и ярости, он обрубил стрелу, торчавшую из деревянного щита, обшитого кожей, после чего потянулся к обрубку в ране, открываясь для следующего выстрела, что попал точно в горло.       Тварь попалась крепкая и страстно желающая жить. Существо забыло о первой ране и потянулось к древку второй стрелы. Порождение, наученное прошлой попыткой не стало обламывать древко, а попробовало протолкнуть стрелу еще глубже, очевидно надеясь вытащить наконечник с противоположной стороны. На что Давет лишь покачал головой и даже не стал добивать противника, а переключился на других противников. И через мгновение стало ясно почему. Таким образом, гарлок лишь навредил себе. Темная кровь потекла еще быстрее. Но прошла практически минута, прежде чем раздался последний хрип.       Образовавшуюся брешь в «живом» щите стали спешно закрывать другие порождения, стремящиеся защитить своего повелителя от смертельного обстрела. В тоже время несколько арбалетчиков решили воспользоваться возможностью, и вот уже один из защитников потерял возможность управляться своей левой рукой - болт пробил предплечье и застрял где-то в плече, блокируя руку; другой получил сразу два «выстрела» в грудь, кольчуга и надетый сверху нагрудник, явно снятый с кого-то из людей черт знает сколько времени назад, его не спасли. Я был уверен, что заклинаниями бы сумел справиться куда быстрее, однако опасался, что огонь, молния или ледышка фатально повредят жезл, и мы в лучшем случае просто потеряем возможность управлять големами, а в худшем их «перемкнет», и те начнут бить всех подряд.       Вместо этого я обрушил ярость стихий на порядки противника, выцеливая стрелков как наиболее опасных для хорошо защищенных, но оттого не слишком поворотливых гномов. Да, стена их щитов весьма крепкая, и пробить даже арбалетным болтом такую защиту сложно; обреченные на смерть бородачи успели хорошо сработаться с братьями по оружию, так что держали строй, отходили и наступали в слитном темпе. А вот во время выпада топором или отражения особо сильной атаки порождения он мог и открыться, и тут уже как повезет.       — Вот так! - выдохнул Давет спустя несколько минут, подсохшие и потрескавшиеся губы скривила торжествующая усмешка: обратив взгляд на центр, я увидел, как среди тел подстреленных охранников лежит владелец жезла, а неумолимо наступавшие истуканы, врубившиеся в наш левый фланг и уничтожившие немало легионеров замерли, словно статуи, прямо посреди боя, занеся над головами сбитых с ног бойцов свои каменные ручищи-кулачищи. Черт, если бы только тут существовало заклинание сродни Акцио, которым в волшебном мире Гарри Поттера, за авторством известной британской писательницы Джоан Кэтлин Роулинг, притягивали к себе предметы...