Неизбежное. "Я научусь любить"

Пит не упустит такого шанса. Сейчас я зла! Пит обожает, когда я такая! Для него это наркотик… - Опять убегаешь? – говорит мне Пит в спину. Надменный тон. – Вечно будешь бегать от меня? – теперь его тон командирский. Я останавливаюсь и поворачиваюсь к нему. - Мы не на задании, - отвечаю грубо. – Не говори со мной таким тоном! – хотя сейчас мой тон не лучше. - Ооо, - протягивает Пит. – Смирись, дорогая, что в нашей команде ты всегда будешь на втором месте, - его тон всё ещё командирский. Это обидно. Невыносимо. - Как скажешь, - спокойно говорю ему. – Вернёмся в Капитолий и попрошу Крессиду, чтоб никогда не… - Удачи, Китнисс! – перебивает он меня и смеётся. – Ты, правда, веришь, что она тебе позволит? – он издевается. – После нашей удачи, Крессида только и будет, что ставить в пару тебя и меня, - Пит подходит ближе. – И ты сама это знаешь… - щёлкает он зубами. Молчу. И теперь я вижу его глаза. Киваю, поджимаю губы. - Знаю, - тихо сообщаю. Больше сказать нечего. Я проиграла. Пит прав. Мама права. Хеймитч прав. - Дай я угадаю, что тебя бесит, - голос Пита стал нормальным. - Нет, - строго отвечаю и разворачиваюсь к нему спиной. Мой шаг быстро набирает темп. До моего дома совсем немного идти. Но Пит не отступает. Он почти подбегает ко мне и хватает за руку. - Я тебе небезразличен, - уверенно доносит он до меня. Делаю шаг назад, но Пит не отпускает руку. Я боюсь. Боюсь себя. Боюсь, что Пит прав. Начинаю часто моргать. Он умеет меня целовать… Я хочу, чтобы он целовал меня. Это Пит! - Я тебя ненавижу, - выдыхаю и вырываю руку. Почему мне кажется, что Пит полностью контролирует меня? Как можно так ненавидеть и так хотеть? На этот раз Пит не идёт за мной. Как только забегаю в дом, мне становится плохо. Меня тошнит. Что со мной? Пит мне безразличен! По лицу начинают стекать слёзы. Он манипулирует мной! Мама. Хочу к маме. Она знает, что делать… Только я сама уехала от неё. Уехала к Питу! Она говорила… Она сказала, что я должна жить дальше… Почему я не могу? Это неизбежность? Мы всё равно будем с Питом вместе? Я не смогу быть всю жизнь одна. Хочу его целовать. И теперь я думаю только о его губах… Принимаю душ, думаю о его губах. Пью воду с мыслями о его губах. Перестилаю кровать и представляю, как он будет меня целовать. Надеваю просторную майку и не могу забыть о его губах. Ложусь в кровать… его губы… Почему мы постоянно ругаемся? Наверное, это моя защита. Мне хорошо с Питом. Я ответила на вопрос мамы. Я дрожу, когда он смотрит на меня. Закрываю лицо ладонями. Как? Как я могла не заметить? Я вру сама себе. Я всегда замечала, но всегда подавляла в себе это желание. А если Пит устанет от ссор со мной? Он будет целовать другую… Я злюсь. Не могу представить этого. Нет, могу. Это бесит! Глупость, Китнисс. Он так смотрит на меня… Как на играх… и даже… большее… Мысли о его губах не дают уснуть мне… Я зажигаю все свои семь свечей и смотрю на пламя. Воск стекает по свечам, растекаясь по белой бумаге… И вновь все мысли про Пита. Что он сейчас делает? Он ведь напротив. Спит. Или тоже мучается мыслями… Надеюсь обо мне! Хватит! Задуваю все свечи и накрываюсь одеялом с головой. На улице сильный ветер. Ветки деревьев бьются по стеклу. Вокруг полыхает огонь. Они бегут за мной. Их так много. Они воют. Заставляют бояться. Они пытаются схватить меня, но у них не получается. Вместо меня им попадается Прим. Она была… И её нет… - Нееет! Нет. Нет. Нет. Прим! - Аааааа! Я просыпаюсь от собственного крика. Выдох. Выдох. Выдох. Я вся мокрая. Прим умерла… Что это? Кошмар… кошмары вернулись? Вылезаю из-под одеяла. Кладу ладони на щёки. Пожара нет, ветра тоже нет. Нет и переродков, как нет и Прим. Слышу звук открывающейся двери. Подскакиваю с кровати. Думаю, что взять в руки? Чем можно ударить? Ничего не попадается на глаза. Выбегаю из комнаты и… Пит. Я падаю на него. Наши ноги путаются. Дурацкая темнота. Судорожно вспоминаю, что кроме майки и тонких трусиков на мне ничего нет. А Пит… Мои холодные руки скользят по его голому торсу. На нём только штаны… Наши глаза встречаются и вновь очередная доза раздражённости: - Почему ты без майки? – почти кричу я. Только понимаю, что это глупо. Сейчас ночь. - Потому что, я не люблю спать одетый! – грубо отвечает мне Пит. Его рука нечаянно касается моего бедра, что не остаётся незамеченным ни мной, ни Питом. Мы оба затихаем. А моё раздражение уходит без следа. Пит нарочно возвращает свою ладонь на моё бедро. - Ты кричала, - тихо говорит мне Пит. Свободной рукой он отодвигает волосы с моего лица. Я закусываю губу. Отвести взгляд? Я не хочу. - Кошмар, - смущённо отвечаю ему. – Давно не было, - прикрываю глаза на несколько секунд. Пит передвигает ладонь с бедра на талию. Кажется, я краснею. Пламя внутри разгорается с новой силой. Почему так сложно? - Двенадцатый, - констатирует Пит. И нам всё понятно. Нам обоим снились кошмары здесь. Но после того как Крессида позвала нас в Капитолий, кошмары прекратились. Не знаю почему… Ведь в Капитолии погибла Прим, а кошмары снятся здесь… дома. Здесь я одна… И Пит… Киваю. Он смотрит. Его губы. О них я думала последние часа четыре. Его ладонь задерживается на моей шее, вторая передвигается на талию и сжимает её. - Здесь пыльно, - скомкано говорю. Я не хочу сопротивляться, но почему-то делаю это до сих пор. - У меня дома также, - ухмыляется Пит. – Я приехал два дня назад, - признаётся он. - Тогда может, встанем с пола? – пытаюсь улыбнуться. Пит отпускает мою талию. Я поднимаюсь на ноги и зачем-то протягиваю ему руки. Пит берёт мои руки и встаёт. Он тяжелее. Мы ударяемся бёдрами. Моё сердце вот-вот вырвется на ружу. Неловкая пауза. На нас слишком мало одежды. Это смущает. - Со мной всё в порядке, - отодвигаюсь от него. – Спасибо, что пришёл, - отпускаю его руки. Пит ухмыляется. Он стоит на месте. Начинает разглядывать меня. Хоть и темно, но я понимаю, что Питу не мешает рассмотреть всю меня. Непроизвольно скрещиваю ноги и складываю руки на груди. - Не спросишь, чего я хочу? – вновь его тихий тон. Я забываю, о чём думала до этого. Да или нет? Без понятия. Я хочу. Живи… - Чего ты хочешь? – робко спрашиваю. Тогда Пит делает шаг вперёд и хватает меня в свои объятия. Его губы впиваются в мои так сильно, что становится больно. И я отвечаю с такой же силой. Языки сплетаются. Всё мешается… кожа, слюни… темнота… Она спасает. Пит запускает свои руки под мою майку. Я не смогу его остановить. Я не уверена… Его губы передвигаются на шею. Я хватаю ртом воздух. Пит не остановится. Мне страшно. Руки Пита отодвигают тонкую резиночку моих трусиков. - Пит, нет, - толкаю его. Меня трясёт. Я хочу бежать. Бежать в сторону леса и не останавливаться. Почему мне так страшно? Я виновата. Пит судорожно дышит. Молчит. Становится ещё страшнее. Не успеваю среагировать, как Пит дёргает меня к себе и целует ещё раз. Нежность, грубость: я не понимаю… - Нет, Пит! – уворачиваюсь от его губ. От его сладких губ. Я не могу. Мы не должны… Сама себе противна. Пит выдыхает. - Ты хоть иногда думаешь обо мне, а не о себе? – это гнев. В последнее время, только о тебе и думаю… Но, естественно, говорю не это. - Ты заблуждаешься о своей значимости в моей жизни, - шиплю я. Теперь очередь Пита отталкивать меня. - Ты невыносима! – его руки сжимаются в кулаки. – Хочешь делать вид, что это всё не для тебя, делай! – Пит повышает голос. – Беги куда знаешь… - быстро отступает он назад. И всё. Я лишь слышу, как он захлопывает за собой дверь. Опускаю плечи. Я не бегу. Это нечестно. Он не знает, что у меня внутри. Как я могу, когда Прим… Мама говорила про это. Я много думаю? Неизбежность… Хожу из стороны в сторону. Ну, уж нет! Я не бегаю! Я меняю обстановку! Быстро сбегаю по лестнице и выхожу из дома. Перехожу переулок и захожу в дом к Питу, громко хлопнув дверью. Жаль я не продумала, что сказать, но теперь времени нет! Пит удивлён. Он уже поднимался наверх в свою комнату. - Я не бегу! – громко и твёрдо говорю ему. Пит спускается ко мне и подходит на безопасное расстояние. - А что ты делаешь? – голос не командира, голос обычного парня. – Ты отвергаешь все мои попытки быть… - он не знает, что сказать. И почему мне это нравится? – С тобой… Пит сказал, что… Даже думать страшно. - Я не бегу, - неубедительно повторяю. - Ты сбежала к маме, сразу после, - он осекается. Тот вечер… - Я уехала, потому что мне нужно было сменить обстановку, иначе бы я с ума сошла! – говорю грубо и делаю шаг вперёд. – И это я думаю только о себе? Я вдруг вспоминаю, что у меня есть мама, а у Пита никого… Ему сбегать только сюда, в Двенадцатый. Чувствую себя виноватой. - Отлично! – разводит Пит руки. – Получается, что мы оба эгоисты, которые думают только о себе! - Точно! – вскидываю руки. – Я рада, что мы во всём разобрались. На лице появляется улыбка. Четыре моих шага вперёд. И губы, о которых я мечтала весь вечер, в моей власти. Сегодня вечер сюрпризов для Пита, он не сразу осознаёт, но быстро обвивает мою талию своими руками. Эта близость… Дурманит. Наш длинный поцелуй затягивается. Я отстраняюсь первая. Я слабая. И я вновь запуталась. У него странный взгляд… А я не нахожу ничего лучшего, чем развернутся и уйти. Чёрт! Я забегаю к себе домой и взлетаю вверх по лестнице. Запрыгиваю в кровать. Меня трясёт. И трясёт. Я сама поцеловала Пита. Буквально запрыгнула на него. Мне понравилось. Мне хорошо с ним. Я хочу быть с ним. Всё быстро. Или медленно? Я должна жить дальше? Должна. Хлопок дверью. Нет, Пит! Дай мне разобраться в себе. - Как же ты меня достала! – растянуто, твёрдо и спокойно говорит он мне, когда появляется на пороге моей комнаты. - Уходи, Пит, - говорю я в подушку. – Давай завтра, - предлагаю и поднимаю голову, чтобы посмотреть на него. – Покормим гусей Хеймитча, может, даже поругаемся в его присутствии, - размышляю я. - Китнисс, чего ты хочешь? - он пропускает мимо ушей моё предложение. В момент становится грустно. Я понимаю, чего хочу. Пит стоит на пороге моей комнаты полуголый. Я лежу в кровати… полуголая… Чего же я хочу?.. - Спать… - я скорее предполагаю, чем отвечаю. Мой дрожащий голос. Пожимаю плечами, а потом слёзы. Непроизвольно одна за одной стекают слезинки. Прикрываю глаза. Не хочу, чтобы Пит смотрел на меня сейчас. И опять я хочу бежать в лес. Опираюсь локтями на колени и запускаю руки в волосы. Что со мной? Я устала… Я не слышу, как подходит Пит. Он садится рядом. Его руки тёплые. Моя голова перемещается на его грудь и всё, как не со мной. Я не понимаю. Мне ненавидеть? Мне любить его? Пит берёт меня за руку, и мы ложимся на подушки. Мне тепло. Я слышу, как бьётся его сердце. Медленно. Это успокаивает. Сейчас всё пустое… только мы… эта кровать. Сон. Пит вкусно пахнет… Кошмары мне не снятся… *** Я слышу кряканье гусей. Брань Хеймитча. Нехотя открываю глаза. Я дома. На улице светло. Солнце высоко. Сейчас уже обед. Пит спит рядом. Он обнимал меня всю ночь. Я чувствовала его заботу. Это… Это интересно. Потягиваюсь и разминаю шею. Сажусь на кровать. Вновь смотрю на Пита. Нужно его разбудить? Протираю глаза. Позже. Быстро прохожу в ванну и умываюсь. Отражение в зеркале пугает. Старательно расчёсываюсь и щипаю свои щёки. Хоть какой-то румянец. Я слышала Хеймитча. Его гусей. Здесь так тихо… Нужно к нему сходить. Возвращаюсь в комнату. Открываю шкаф. Беру первое платье, что попадается. Оно светлого цвета. Кружева на подоле и рукавах. Красивое. Почему раньше не замечала их красоты? Поворачиваюсь к Питу. Спит. Выхожу из комнаты и переодеваюсь. Платье коротковато, но переодеваться я не собираюсь. Пит будет смотреть. Ему понравится… Да что со мной! Бью себя ладонью по лбу. Что ему сказать? Мы спали в одной кровати. Я меньше дня в Двенадцатом, а уже спала в одной кровати с Питом! Джоанна будет мной гордиться… Если узнает. Возвращаюсь к нему. Бросаю вещи на стул и поправляю платье. Заправляю мешающие пряди за уши, и сажусь на кровать. Пит сопит. Я ложусь на живот и смотрю. Неизбежное. Мы вместе вернёмся в Капитолий. Мы вместе будем проверять секторы. Чего я хочу? - Пит, - тихо зову. Придвигаюсь ближе. Аккуратно пальцами провижу по его щеке. Он сонно потирает свою кожу. - Пит, - громче произношу. - Что? – отвечает он, не открывая глаз. Его голос. Он в моей кровати. - Уже день, - я смотрю в окно. Мой голос спокоен. - Красивое платье, - слышу рядом. - Да, - поддерживаю его. Медленно перевожу взгляд на Пита. Он открыл глаза. Его сонный вид вызывает мою улыбку. Он всё ещё без майки. - Я обещала зайти к Хеймитчу, - стараюсь не думать о его наготе. - Я тоже, - он переворачивается на живот, и мы совсем близко. Мои глаза неуверенно начинают моргать. Взгляд проскальзывает по его рукам. Не смотри на него. Только само собой получается… Его голубые глаза… Я уже не понимаю, что правда, а что нет. Я хочу его. Я хочу быть с ним. Наверное, всегда хотела. Раздражение от своих мыслей. - Тогда пошли? – предлагаю ему и спешно встаю с кровати. На лице Пита недовольство. Я тоже недовольна. Сама не знаю от чего. Пит ничего не говорит. Он встаёт следом и спускаемся. Молчим. Мне вроде неловко. Или уютно? Пит заходит к себе домой. Я не осмеливаюсь пойти следом. Жду около входной двери. Смотрю на небо. Яркий день. Пит выходит из дома. Он переоделся. Майка есть. Уже спокойнее. - Идём? – спрашивает он. Я киваю. Мы неспешно начинаем идти. Непроизвольно вспоминаю всё, что было вчера ночью. Трепет. Украдкой смотрю на Пита. Ужё всё изменилось…