Butterfly Effect // Эффект бабочки

Каждая любовь начинается с платонической, но в моей любви этот «этап» чересчур затянулся. Я встречаюсь с Бекхёном уже больше года, но за всё это время наши отношения так и не могут зайти дальше поцелуев. А я уже давно хотел большего. Я хотел Бекхёна, хотел обладать им, сделать своим во всех смыслах. Не то, чтобы Бек не хотел того же, просто он боялся, он боялся заняться сексом со мной. Я не виню его в этом, его ведь можно понять, но я уже устал ждать. Ждать, когда же у Бекхёна пропадёт этот глупый страх. Я вообще не знал, откуда он взялся, знал только, что он связан с чем-то произошедшим ещё в детстве Бека. Я и не стал допытываться у него о подробностях, лишь думал, как его от этого страха избавить. Но ничего не помогало, стоило Бекхёну понять, что я собираюсь сделать, когда я требовательно целую его, пробираясь рукой под одежду, или начинаю тереться о его пах, парень сразу же отстраняется, говоря, что не хочет этого. Он говорил, что ему и без секса нравятся наши отношения, он считает их нежными и романтичными. Нет, я не имею ничего против объятий, держаний за руки и простых поцелуев, но ведь хочется большего, это словно инстинкт. Конечно, особо мои отношения с Бекхёном не изменит то, что мы переспим, но мне уже надоело, что наши отношения похожи на отношения школьников, ограничивающихся всего лишь поцелуями и тем, что мы всё свободное время проводим вместе. Мне это надоело, и поэтому я решил, что всё же Бекхён должен избавиться от своего страха. Надеюсь, его отношение ко мне после этого не изменится, ведь всё же любовь Бека для меня намного важнее. - Нет-нет, Чанёль, остановись, - как и всегда сказал мне Бекхён, отталкивая руками, когда понял, что простой поцелуй может зайти слишком далеко. Но ведь сейчас я не хотел останавливаться, а хотел получить своё. Поэтому, никак не отреагировав на его слова, я продолжил целовать, но уже перейдя с губ на шею. – Остановись же ты! – уже намного требовательней сказал Бек чуть раздражённым голосом, но в его глазах я заметил сильную взволнованность и страх. – Знаешь же, я за платонические отношения. Неужели ты без этого станешь меньше любить меня? - Конечно же, - ответил я, на уже ставший привычным вопрос. – Но неужели тебе никогда не хотелось стать моим, слиться со мной, почувствовать меня каждой клеточкой своего тела? – отступать сегодня я уж точно не собираюсь, поэтому после также привычного ответа продолжил говорить, а точнее нашёптывать на ухо Бекхёна, целуя и покусывая мочку. – Пойми, секс это не просто удовольствие и удовлетворение своих потребностей, это намного больше. - Я боюсь, - тихо проговорил парень, напрягшись от моих действий и слов, не зная, как реагировать. - А ты не бойся. Я люблю тебя, поэтому буду осторожен, ты будешь чувствовать только удовольствие. Я уже не особо следил за своими словами и действиями, потому что понял, что наконец могу получить то, чего хочу уже так давно. Возбуждение, давно уже появившееся, мешало трезво соображать, думать не только о себе. А тут ещё Бекхён, видимо, прислушавшись к моим словам, решил с ними согласиться и позволил мне снова целовать свою шею, откинув голову назад. Поняв это, я стал выцеловывать его нежную, бархатную кожу, засасывая и покусываю её. Не замечая, что Бекхён весь сжался и зажмурился, в ответ на мои ласки. Когда же я понял это, то резко остановился, не желая делать что-либо против воли парня. - Бекхён, я тебя всё-таки насиловать не собираюсь. Если не хочешь, так и скажи, не буду настаивать, – сказал я, наплевав на то, что уже давно хочу его отыметь, мне же важнее его чувства, а не секс, как я уже говорил. - Прости, - тихо произнёс Бек, открывая глаза и смущённо посмотрев на меня. – Ты, наверное, всё же прав, говоря, что это должно произойти, так пусть сейчас, я готов. Просто когда я был маленьким, то случайно увидел, как изнасиловали мою маму, поэтому и боюсь до сих пор заняться сексом, считаю, что это нечто до крайности ужасное и неприятное. Но пусть мой первый раз будет с тобой, а не с кем-то другим, - сказал парень, стараясь выдавить из себя хотя бы подобие улыбки, но из-за детских воспоминаний у него это получилось с трудом. - Ты уверен? – ещё раз спросил я. Меня поразили слова Бека, о том, что он видел, как насиловали его маму, он ведь ещё никогда мне этого не рассказывал. И теперь я почувствовал себя самым настоящим гадом, потому что чуть не сделал с ним тоже самое. - Я абсолютно в этом уверен, - уже более искренне улыбнулся Бекхён, глядя на удивлённого меня. – Я же люблю тебя, и ты меня любишь, поэтому мне нечего бояться. Знаешь, я ведь уже много об этом думал, поэтому не думай, что это решение внезапно пришло в мою голову, - продолжил Бён, кладя свои руки на мои плечи и придвигаясь ближе. – Давай уже, пока я не передумал, - сказал он, уже сам целую меня в губы. Страстно, кусая мои губы, проникая своим языком в мой рот. Я не ожидал такого резкого напора Бека, и поэтому сначала я был просто поражён им, но затем быстро понял, что не смогу упустить такого шанса, пока Бекхён действительно согласен. Я повалил его на кровать, наваливаясь сверху, вновь спускаясь поцелуями к бархатной коже на шеи, а пальцами забираясь под свободную футболку Бекхёна. Сначала он издал звук, похожий на сдавленный стон, но потом я заметил, что Бек вновь испуганно зажмурил глаза и сжался. - Нет, не останавливайся. Прости, всё в порядке. Правда, - быстро проговорил парень, когда я снова отстранился, заметив его страх. - Если я не остановлюсь сейчас, то не смогу и потом, даже если ты будешь меня об этом просить, - честно ответил я, всё ещё помня, что Бекхён рассказал о своём детстве. - Вот и правильно, потому что я не собираюсь просить тебя останавливаться, - сказал парень. – И вообще это же ты первый начал, а сейчас сдаёшь назад. Не надо так, - ухмыльнувшись, добавил он. После этого, он внезапно повалил меня на себя, причём умудрился это сделать так, что сверху оказался он. Такого поворота я уж совсем не ожидал, чем, видимо, и решил воспользоваться Бек. Теперь уже он целовал мою шею, оставляя на ней засосы. Не став медлить, он стянул с меня футболку, откидывая её куда-то в сторону и спускаясь поцелуями ниже, проходя своим горячим языком по моим ключицам, кусая их и вновь касаясь их языком. Я же думал о том, что именно этот человек боялся заняться сексом, хотя сейчас по его действиям этого совсем уж не скажешь. Не останавливаясь, Бек продолжал спускаться ниже, проводя дорожку поцелуями от ключиц к затвердевшим соскам, прикусывая и играясь и ними. В действиях Бекхёна не было ни неловкости, ни неуверенности, чему я удивился бы, если бы мог, все мои мысли были сейчас только о нежных губах и влажном, горячем языке, которым Бек хозяйничал по моему телу. Неуверенность могло выдать только рваное, горячее дыхание Бекхёна, которое я также чувствовал на своём теле, но ему могло быть и много других объяснений. Но я не хотел о них думать, я просто наслаждался тем, что со мной делал Бек, не сдерживая низких стонов, что рвались из моей груди, когда Бекхён касался какого-нибудь особо чувствительного участка на моей коже. Бек ненадолго отстранился от меня, для того чтобы стянуть футболку и с себя. Этим я не мог не воспользоваться, повалив парня, и вновь оказываясь сверху. - Теперь твоя очередь получать удовольствие, - опустившись к уху Бека, проговорил я, даже сам не узнавая свой голос, таким низким и грубым он сейчас был. Устраиваясь на бёдрах Бекхёна, я специально потёрся о его пах, чем вызвал у парня стон, но он смог сдержать его, крепко стиснув губы. - Эй! Не сдерживайся, я хочу слышать твой прекрасный голос, - проговорил я, взглянув в глаза Бекхёна, в которых я уже не видел прежних неуверенности и страха, лишь их еле уловимые остатки. Ухмыльнувшись, я поцеловал Бекхёна, размыкая плотно сжатые губы, проникая языком в рот Бекхёна и сплетаясь с его языком, которым всего пару мгновений назад Бек выводил непонятные узоры на моём теле. Не разрывая поцелуя, я вновь коснулся возбуждённого члена Бекхёна, но в этот раз он уже простонал в поцелуй, слегка прогнувшись в спине. Вновь ухмыльнувшись, я отстранился от губ Бекхёна, спускаясь ниже, проделывая тот же путь, что и он на моём теле – от шеи к ключицам, слегка кусая их, дальше к затвердевшим бусинам сосков, и ещё ниже к животу, выводя на нём непонятные узоры и иногда прикусывая нежную, светлую кожу, на которой так и хотелось оставлять засосы на каждом её сантиметре. Сейчас Бекхён уже практически не сдерживал стонов и негромкого поскуливания, словно таким способ просил чего-то большего. То, что парню до сих пор было немного страшно, его выдавали только крепко стиснутые кулаки, но раз уж он сам сказал, что не хочет, чтобы я останавливался, я и не буду. К тому же я ведь сказал, что буду доставлять ему удовольствие. Отстранившись, я вновь коснулся паха Бекхёна, но уже для того, чтобы расстегнуть молнию и стянуть с парня узкие чёрные джинсы, которые сейчас были абсолютно не нужны. Отбросив их в сторону, я посмотрел на Бекхёна, взгляд которого хоть и был затуманенным, но в глубине всё же ещё оставался небольшой страх, возможно, он уже догадался, что я хочу сделать. Но я ведь предупредил, что не смогу остановиться, и я сейчас уже перешёл эту тонкую грань. Поэтому я лишь ненадолго отвлёкся, для того чтобы взглянуть на Бекхёна, а после стянул с него и боксеры, последнюю оставшуюся вещь, освобождая его давно вставший член. Ещё раз взглянув на слегка покрасневшего Бекхёна я опустился и, облизнув губы, осторожно обхватил губами головку его члена. Сразу же я услышал первый громкий стон парня. Услышав его, я понял, что последние остатки неуверенности у него пропали, и поэтому я стал продолжать начатое. Проведя по головке языком, слизывая капельки естественной смазки, я стал постепенно заглатывать его член во всю длину. Я специально делал это медленно, то и дело останавливаясь, проводя по члену языком, желая тем самым доставить Бекхёну больше удовольствия. И судя по его рваному дыханию и стонам, которые он уже не сдерживал, и которые становились всё громче, у меня это получалось. Но долго я решил это не продолжать, прекрасно понимая, что надолго Бекхёна и не хватит. Поэтому заглотив его член полностью и немного подвигав головой, продолжая водить по нему языком, выпустил его изо рта, напоследок ещё раз слегка коснувшись губами головки. Когда я сделал это, Бекхён издал звук, похожий на разочарованный стон, но стоило мне поднять взгляд на его лицо, я увидел, что его щёки смущённо порозовели, и глаза прикрыты, то ли также из-за смущения, то ли всё же из-за удовольствия. Слегка приподнявшись, я потянулся к прикроватной тумбочке, где всегда был припрятан тюбик со смазкой и пачка презервативов, как раз для такого дня. Достав их, я склонился над лицом Бекхёна, дожидаясь, когда же он откроет глаза и поднимет на меня смущённый взгляд. - А ты думал, на этом всё закончится? – ухмыльнувшись, задал я вопрос, невесомо целуя Бека в губы. К моему удовольствию, ни во взгляде парня, ни в каких-то его действиях я больше не видел страха, значит, что против его воли я ничего не делаю, а это очень даже хорошо. Оторвавшись от поцелуя, я открутил крышку от тюбика со смазкой, выдавливая себя на руку немного вязкой жидкости, неотрывно следя при этом за лицом Бека. Но, к моему сожалению, стоило ему осознать, что я сейчас намерен сделать, как небольшой страх и волнение вновь проскользнуло в его взгляде. - Не бойся. Я буду осторожен с тобой, - снова наклонившись к лицу парня, проговорил я, прикусывая мочку его уха. В это же время я рукой развёл ноги Бекхёна в стороны, мягко проведя по одной из них ладонью и закидывая себе на плечо. Вновь поцеловав парня, я осторожно ввёл один палец в него анус. Возможно не ожидая этого, Бек довольно сильно укусил меня за губу, практически прокусив её. Понимая, что ему нужно дать время привыкнуть, я снова стал целовать его шею, желая этим отвлечь от пока мало приятных ощущений. И судя по тому, что довольно скоро Бек начал поскуливать и вилять тазом, явно прося большего, у меня это получилось. Поняв его немного странные знаки, я ввёл ещё один палец. На это парень отреагировал уже тем, что несильно впился короткими ногтями в мою спину, царапая её. - Бекхён-и, потерпи немного, потом будет приятней, - взглянув в глаза парню, проговорил я. На это он понимающе кивнул, прикусывая нижнюю губу. Желая, чтобы парень терпел как можно меньше, я стал аккуратно растягивать мягкие стенки его ануса, введя следом и третий палец. К счастью и для меня и для Бека, я довольно быстро нашёл нужную точку, и с губ Бекхёна сорвался первый стон удовольствия. После этого я ещё немного продолжал растягивать парня, понимая, что нужно сделать это как можно лучше. Но поняв уже то, что ни я, ни тем более Бекхён больше уже не сможем сдерживаться, я вытащил пальцы и потянулся к своим брюкам, снимая их вместе с бельём и освобождая уже так давно стоящий и требующий разрядки член. Сделав это и надев на него презерватив, я закинул ноги Бекхёна на свои плечи и стал постепенно входить. - Бекхён-и, ты расслабься. Так и мне и тебе будет легче, - тихо проговорил я, чувствуя, что стенки его ануса сжимаются, с трудом пропуская меня дальше. И желая ему помочь с расслаблением, я вновь опустился к его шее, которая и так была уже вся покрыта красными пятнами, а руками поглаживая его бока, касаясь сосков. И это помогло, Бекхён всё же смог расслабиться, а я ввёл член на всю длину, ощущая, как тёплые стенки ануса приятно сжимают его. Дав парню немного времени привыкнуть, я стал двигаться, сначала медленно, затем постепенно наращивая темп. Я быстро сообразил, под каким углом нужно двигаться, чтобы касаться простаты парня, поэтому я практически сразу стал слышать приятные стоны Бекхёна, которые становились всё громче, но не переходили на крик. Небольшую комнату моей спальни наполни негромкие звуки шлепков, когда мои яички ударялись по его аккуратной попке парня, стоны Бека и моё тяжёлое дыхание. Из-за этого, что мы оба уже и так были на пределе, то хватило всего нескольких толчков, чтобы Бекхён, к члену которого даже не потребовалось прикасаться, с особо громким и протяжным стоном кончил первым, сжимаясь внутри, из-за чего и я кончил практически одновременно с ним, изливаясь в презерватив. Выйдя после этого из него и сняв использованную вещь, откидывая её на пол, я лёг на грудь Бекхёна, слушая его тяжёлое дыхания и ощущая, как сильно бьётся его сердце. - И что? Это было так уж страшно? – немного отдышавшись и придя в себя, спросил я, поднимая взгляд на Бека. - Не так страшно, как я себе представлял, - слабо усмехнувшись, ответил парень, обнимая меня и осторожно проведя пальцами по моей спине в тех места, где её немного саднило, видимо, он мне её исцарапал. - А я тебе говорил. Я ведь люблю тебя, по-другому и не могло быть, - слегка приподнявшись, проговорил я, улыбнувшись парню. - Я знаю, и я тебя люблю так сильно. Просто не мог переступить через свой страх, - пожав плечами, сказал он. Да уж, с учётом того, что он мне рассказал о детстве, такое его поведение понятно и вполне оправданно. - Так что, получается конец нашим платоническим отношениям? – после небольшой паузы спросил я. - Нет. Платонические отношения – это в перерыве между сексом, - смеясь, ответил он, мягко поцеловав в губы.