Слова, Жесты и их Последствия

      Незаметно дни сменяли друг друга, и я не успел оглянуться, как пролетело ещё полгода. Наступили тёплые солнечные деньки, а это означало – время сдачи первой в моей жизни практики. Я очень хотел, чтобы Стайлз проверил меня здесь, на ферме, но он твёрдо настоял на том, чтобы практику я проходил в Доме. Он переживал по поводу того, что большую часть своей жизни я провёл на домашнем обучении и хотел, чтобы я учился общаться с другими людьми, выбить меня из моей «зоны комфорта», как он выразился, потому что юности присуще любопытство и нельзя запираться в своём мирке, когда в Мире так много всего! Необходимо учиться широте мысли, узнавать новое и развивать воображение, без этого не может обойтись ни один Паук или Верба да и любой человек.       Поэтому, хоть основным моим учителем всегда был Стайлз, если не считать старика Карла, потому как они с Кинаном были единственными живыми существами, посвящёнными в мою «проблему», но Стайлз всегда заставлял меня посещать заочный ежесеместровый курс занятий. Курс предназначался специально для таких студентов как я, что по каким-то причинам проходили надомное обучение. Нас было немного, всего четверо: Мишель, из клыка чёрной лисы – очень болезненный (что-то связанное с порванными ещё в глубоком детстве потоками в его теле, отчего он постоянно заболевал, стоило оказаться там, где много чарующих), но невероятно солнечный, открытый ребёнок. Именно ребёнок, потому что он был даже младше меня, худенький и невысокого роста, со смоляными непослушными кудряшками, открытой улыбкой и ярко горящими глазами. Он быстро подружился со мной из-за природной живости и неуемного любопытства, свойственного всем лисам. И я также быстро проникся к нему, потому что в глубине души всегда думал, что возможно, лишь возможно, моя семья была тоже из лисиц. Может быть корсаки, если судить по окрасу моих волос (кто бы что ни говорил, я всегда считал, что если бы люди могли обращаться зверями, то они были бы похожи на своего покровителя). Но я под пытками не признаюсь, что иногда думаю об этом...       Торен принадлежал когтю красного волка, он был не самым большим представителем своей большой, судя по Ф-снимку, семьи, что всегда носил с собой, но самым старшим - коренастый, мускулистый и очень разговорчивый. Охотно сыпал байками о своих младших братишках и стремился по-братски опекать нас всех, особенно Мишеля. Учиться в Академии он не мог лишь по той причине, что ему было необходимо работать на ферме, а также приглядывать за своими младшими, потому что его отец скончался ещё тогда, когда Торен оканчивал первый курс и ему пришлось вернуться домой и взять на себя роль главы в семье, и хотя это не надолго - красные волки своих не бросают, брат его отца в скорости собирался продать свой дом и переехать жить к ним издалека – но на это требовалось время, и уже второй семестр Торен с нами.       Ксана – чуть холодная и отстранённая девушка из клыка ядозуба, представители их клыка всегда держатся несколько обособленно, но ничего плохого о Ксане я сказать не могу, думаю, как и она о нас, кроме того, разве что, что порой её раздражает громоподобный смех Торена. Причина, по которой она находится с нами, мне не известна. И впрочем, я могу сказать, что с некоторой натяжкой, мы всё же являемся если не друзьями, то хорошими приятелями, что обмениваются редкими звонками, когда очень хочется обсудить новое плетение, а до редких двухнедельных занятий ещё долго.       Так как у преподавателей, конечно же, были основные занятия, с нами они занимались тогда, когда все остальные студенты разъезжались по домам, кроме тех, кому некуда было ехать: им разрешалось жить в Академии. Поэтому вся огромная территория казалась удивительно пустой.       Но нам было не до скуки - график был плотный, профессора читали нам лекции, мы отрабатывали навыки на полигонах, а затем сдавали экзамены, и так все три недели. Мне вполне хватало общения с ребятами в моей группе и с преподавателями, которые с неугасаемым энтузиазмом учили нас новому. Теперь Стайлз сказал, что мы поедем незнамо куда, в один из домов на Летучих Островах.       Такой выбор меня сильно вдохновил, Кинан даже рассмеялся, видя, каким энтузиазмом загорелись мои глаза, когда Стайлз сообщил мне об этом. Если вы как я, никогда не были на территории Летучих Островов, то думаю, вы меня поймёте. Кто из детей не мечтал своими глазами увидеть огромные острова-конструкты, созданные много столетий назад гениальным инженером - Салли Белым Питоном, единственным альбиносом за всю историю клыка аметистового питона. Несмотря на то, что покровителем его клыка считается змея, Салли всегда мечтал летать, как дети Первых Крыльев, он придумал «Сердце» - огромный механизм, способный получать энергию из воздушных потоков, достаточную для удержания в воздухе целого архипелага островов, и накапливать её для создания приемлемой для существования человека атмосферы. А воплотили его идею в жизнь совместно лучшие конструкты обычных людей и Особых. До сих пор Острова остаются собственностью клыков аметистовых питонов и открыты для всех желающих, а не выкуплены самыми Влиятельными или Богатыми.       То, когда-то было только мечтой Белого Питона в наше время самое посещаемое и романтичное место отдыха, которое стоит посетить хотя бы раз в жизни. А самым популярным местом является Дом Праздника, что находится на центральном острове – где проходит возможно, самое яркое, ожидаемое и романтичное событие каждых тринадцати лет – Белый Бал, день, когда небесные светила, отождествляемые со Зверобогами сходятся вместе перед оком Великой Проматери и наступает самая долгая светлая ночь. Ночь, когда на людей опускается благословение Проматери, так говорят легенды... Сейчас это событие называют Парадом, но традиционно празднуют. И самый красивый вид у тех, кто на острове.       Конечно же, оказалось, что мы направим свои стопы не в Дом Праздника, а в город острова поменьше в архипелаге, но Летучие Острова от этого не перестают быть Летучими и я всё так же радовался, что проведу там целый месяц вместе со Стайлзом. Ну и куда же он без Кинана. Так что отправляемся втроём.       Я не мог уснуть всю ночь от волнения, и в предрассветных сумерках я вышел на улицу, чтобы встретить рассвет и заметил рыжую лисицу, что прошмыгнула прямо перед моим носом, на мгновение ощерившуюся в мою строну, видимо, я спугнул её. И если бы я принадлежал когтю рыжей лисы, то встретив покровителя когтя с Даром, посчитал бы что получил Предзнаменование. Хорошее или плохое... Если бы... Полудохлая мышь вяло трепыхалась у меня под ногами. С лёгким вздохом я поднял её на ладонь и, подождав, пока исцеляющее плетение сработает, отпустил её обратно.