Важнее всего на свете

Когда Чондэ зашел в спальню, омега лежал на кровати, не переодевшись, и, подложив ладошку под щеку, мерно дышал. Подойдя, мужчина присел на край, смотря на супруга. Осторожно, словно боясь разбудить, он протянул руку, убирая со лба Минсока прядь волос. Склонившись, поцеловал в щеку, на мгновение прислонившись лбом к плечу юноши. – Спите, мои малыши, – еле слышно прошептал он, поднимаясь и выходя, прикрыв дверь. Омега открыл глаза, невидящим взглядом смотря в стену. Что он наделал? Зачем согласился на эту авантюру? Если его сердце молчало, то альфа… Как теперь просить развод, когда малыши родятся и слегка подрастут? «Глупый Минсок! Сам попал в свою же ловушку!» Но эта нежность – если признаться честно – подкупала. Она отличалась от той, которую дарил Джун, но была…более настоящей, что ли. Рыжик не знал, как правильно выразить свои ощущения. Нет, Чондэ не трясся над ним, но и показывал, что муж дорог ему. Каждой омеге хочется такого отношения, что греха таить? НО… Сколько их уже насобирал рыжик за последние дни? Размышляя о Джуне, Чондэ и малышах, Минсок сам не заметил, как задремал. И, когда супруг лег рядом, подполз к нему, прижимаясь и согревая ладони на груди Чондэ. Накрыв обоих одеялом, тот поморщился от запаха чужого альфы, не переставая обнимать истинного. Губы скривились, а в уголках глаз собралась влага, прорываясь редкими каплями вниз – к носу, губам, подбородку. Молча, сжимая в объятиях своего омегу, Чондэ выплескивал эмоции, которые не мог продемонстрировать раньше. Он альфа, он должен защищать семью. Но это не значит, что иногда даже сильнейшему не нужна минута слабости. *** Утром, когда омега проснулся, Чондэ уже ушел на работу, оставив супругу записку, которую тот прочитал, завтракая. Минсок был рад, что не пришлось испытывать неловкость, просыпаясь в одной кровати. Он никогда не был с альфой настолько интимно близко (течка не в счет, это особый случай), и поэтому страшился неизвестности. Как вести себя? Что говорить? – Папа, – улыбнулся рыжик, принимая вызов. – Как вчера доехали? – Отлично! – судя по настроению, мужчина был доволен жизнью. – Нас отвезли родители Чондэ, весьма милые люди! – Я не успел с ними толком познакомиться, – пробормотал омега, вспоминая смазанное приветствие старшим и руку альфы, утягивающую в сторону стойки регистрации. – Не переживай, еще будет время! – утешил родитель. – Как ты? – Хоооорошооо, – потянулся Минсок, улыбаясь ощущению спокойствия, пришедшего после звонка папы. – Заметно! – неверно истолковав интонации слов ребенка, хихикнул бета. – Это не то, о чем ты подумал! – запротестовал омега, краснея и отчего-то шепча в трубку. – Ты замужем, поэтому имеешь полное право, – снова хихикнули. – Я приеду через пару дней, привезу документы. – Какие? – О переводе в другую школу, – усмехнулся мужчина. – Ты же не планировал сидеть дома? – Я не думал об этом, – признался Минсок. – Зато подумал Чен, и попросил объяснить в школе твою ситуацию, – гордость за зятя была слышна в каждом слоге. – Он позвонит мне сегодня и скажет, в какую школу тебя могут принять. Насколько я понял, у него есть какие-то связи, которые помогут. – Но я все равно не смогу доучиться до выпуска, – вздохнул омега. – Ты лучший ученик Ансана, малыш, и я думаю, что из-за беременности тебе позволят сдать экзамены экстерном. В любом случае, Чондэ всегда рядом, положись на него. Он хороший человек, Минни, и заботливый альфа. Твое сердце не зря выбрало его. «Не выбирало», – думал рыжик, откладывая в сторону телефон и рассматривая ладони. – «Мое глупое сердце выбрало не его». *** – Ты не хочешь рассказать мне? – Исин сидел на кушетке, рассматривая друга, который что-то писал в карточке омеги. – О чем? Думаю, ты все знаешь от Мена. – Ой, это мне неинтересно, – отмахнулся китаец. – Неважно, с кем он был и как долго, главное, что сейчас он с тобой. Расскажи, как вы познакомились! – Честное слово, Син, ты иногда хуже аджуммы на рынке! – Чееееен, Чен-Чен-Чен, я же не отстану, – улыбнулся омега, демонстрируя ямочки на щеках. – Он пришел в мой кабинет чтобы сделать аборт, доволен? – вздохнул альфа. – Я учуял его когда он был в коридоре, но не мог сразу сказать о нашей парности. Он и так был напуган и растерян. Важнее в тот момент было отговорить от безумного шага. – И ты дал послушать сердцебиение малышей, – кивнул сам себе китаец, прерывая. – Да, именно так. Эта мера в более половины случаев приводит к отказу от аборта. – Я знаю, – прошептал Исин. – Прости… – Ничего, все в порядке, – улыбнулся омега. – А знаешь, вы с Меном нашли свои пары именно в этом кабинете, разве не забавно? – Действительно, – пробормотал Чондэ. – Радуйся, что в тот день Менни попросил поменяться сменами! – Я рад, – указал на свой животик Исин. – И зачем он отговаривал меня признавать детей, когда сам в похожей ситуации? – ворчал альфа, ставя подпись и возвращая карту другу. – Потому что знает, как это сложно принять, – смотря в глаза Чондэ, ответил омега, поднимаясь. – Не каждый кровный отец может воспитать малыша, что говорить о чужих? Но вы у меня оба – исключение из правил! – Не передумал сообщать ему класс ребенка? – Нет, – хихикнул Исин. – Поэтому и хожу именно к тебе: не выдашь. Мы поспорили на желание. По условиям – он должен угадать сам. Хотя, после Чонина, Мени не хочет в семье еще одного альфу. – Ну и дурак, – фыркнул Чондэ, провожая друга и обнимая его на прощание. – Ждите нас с Минсоком в гости на выходных! Махнув рукой, омега улыбнулся, направляясь к выходу. А Чену захотелось позвонить мужу и узнать, чем он занимается. Но, одернув себя, альфа кивком попросил пройти следующего пациента, стараясь не думать о Минсоке. *** Открыв ноутбук, омега зашел в скайп, с радостью видя, что Тао сейчас онлайн. Но, прежде чем он успел нажать на вызов, пришли все сообщения, отправленные другом за все время, которое прошло с возвращения из Китая. – Привет, хен! – брюнет улыбался, скосив глаза на свое изображение и поправляя челку. – Как ты долетел? Почему не позвонил? – Между прочим, международные звонки – весьма не дешевая вещь, – фыркнул Минсок. – Слишком много событий, не мог раньше зайти сюда. Как твои дела, пандочка? – Отлично, – хихикнул Тао и поманил кого-то пальчиком, прищурив глаза при улыбке. – Это Ифань, мой альфа. С экрана на омегу смотрел тот самый парень, которого юноша видел пару раз в Китае. Поздоровавшись, альфа отошел, пустив Тао, который стал тараторить о том, что он безумно скучает по другу, что без Минсока словно все стало серым. – Не драматизируй, – рассмеялся рыжик, тут же замолкая, только сейчас осознав истину. – Постой, ты практически безупречно говоришь на корейском! – Ну да, – кивнул китаец. – Тогда какого хрена ты… – Это было забавно, хен, – хихикнул Тао. – Простишь? – и умильная рожица на весь экран. – Подумаю, – буркнул Минсок, недовольный тем, что его дурачили. – У меня есть для тебя новость, – блеснув глазами, сообщил брюнет. – Никто еще не знает об этом! Даже Фань! – У меня тоже есть новости, – вздохнул рыжик. – Выкладывай! – Я жду ребенка! – выпалил Тао, тут же отвлекаясь на глухой звук чего-то упавшего. Спустя мгновение китайца уже страстно целовали, сжимая в объятиях. – Эй, нашли время! – прошептал Минсок, чувствуя, как белая зависть ворочается в сердце. Он тоже хотел такой реакции от Джуна… – Эй, – чуть громче. – Не собираюсь извиняться, – ухмыльнулся Тао, когда его отпустили. – Поздравляю! – омега был счастлив за друга, и непроизвольно опустил ладонь на живот. Китаец, заметив этот жест, приподнял бровь. – Неужели? – Восемь недель, – улыбнулся рыжик, – близнецы. – Поздравляю! – Тао почти пропищал это, подскакивая на стуле от переполнявших эмоций. – Это еще не все, – хором сказали омеги, демонстрируя палец с обручальным кольцом. – Оу, так он все же сделал тебе предложение? – удивился брюнет. – Нет, – тень боли мелькнула на лице Минсока, но тут же пропала, но друг успел заметить ее. – Я встретил своего истинного, и мы вчера поженились. – И мы вчера, – оба посмеялись над совпадением, продолжая болтать на различные темы, которые так или иначе крутились вокруг семьи и альф. Когда они попрощались, Минсок еще долго сидел, смотря на черный экран. Он догадывался, что Тао в курсе его беременности, и реакция младшего только подтвердила эти догадки. Но это изумление брюнета на известие о свадьбе настораживало. Он что-то знал, но не говорил? Почему был уверен, что Джун не женится на нем? Вопросы, на которые Минсок не мог ответить, а задать Тао не решился. *** Чондэ зашел в квартиру, принюхиваясь. Пахло вкусно. «Минни готовит?» Надев тапочки, аккуратно составив уличную обувь на полку, альфа прошел на кухню, останавливаясь в дверях: омега, тихо напевая что-то, суетился у плиты. Небольшой хвостик на голове, и заколотая на заколочки челка делали его еще моложе, а широкая футболка и домашние шорты придавали фигуре хрупкости. Периодически заглядывая в лежащую на столе книгу, рыжик возвращался к кастрюле, помешивая и добавляя новые ингредиенты, при этом забавно надувая щечки. «Теперь я действительно чувствую, что женат», – промелькнула мысль в голове у альфы. – «Я дома…» Подойдя, не скрывая своего приближения, Чондэ обнял Минсока, скрещивая руки на его животе. Омега мог бы отстраниться, не позволить, но просто стоял, продолжая свое занятие и игнорируя предательски учащенное сердцебиение. Еще после разговора с папой и Тао рыжик решил, что постарается быть хорошим мужем, несмотря на юный возраст. Сомнения по поводу данного альфой обещания еще терзали мысли омеги, но он понимал, что полностью избегать телесного контакта не получится. И, прежде чем это случится на публике (а что случится, Мин знал наверняка!), юноша хотел привыкнуть к этим рукам, привыкнуть к чужому альфе, который волею судьбы был его.