Изменяя реальность

Auribus tento lupum Держу волка за уши. *** Стайлзу нравится Питер. Он хитрый, умный и саркастичный. В детстве Стайлз мечтал вырасти и стать кем-то похожим, крутым парнем в дорогом костюме. Питера всегда привлекала сила в любом её проявлении. Стайлз не может оставить Питера равнодушным. Он сильный друид, от него пахнет книжной пылью и магией вперемешку с безумием. Стайлз почти каждый вечер проводит в заброшенном доме Хейлов. По утрам навещает Морелл. Девушка рассказывает только то, что нельзя вычитать в книгах. Она не говорит про древние ритуалы, по её мнению, они не нужны Стайлзу. Морелл объясняет древнюю латынь, учит лечить и заживлять даже самые глубокие раны, рассказывает, как остановить оборотня в полнолуние. Морелл думает, что из парня выйдет прекрасный лекарь. У подростка нет стаи, а Девкалион будет рад второму друиду. Возможно, постепенно альфа альф позволит ей уйти, оставив достойную замену. Для Стилински получаемых знаний мало. Ему нужно знать, как убить оборотня, остановить каниму, вызвать черта и прочих сверхъестественных существ. Подросток уверен, чтобы выжить, нужно уметь играть на опережение. Не ждать пока придётся вспоминать заклинания, ускоряющие регенерацию. Не ждать момента, когда останется лишь выбирать эпитафию на чью-то могилу. Стайлз боится в один прекрасный день забыть о грани между самозащитой и нападением на всё что движется. Когда Стилински смотрит фильмы про сумасшедших маньяков, мечтающих окрасить мир в красный цвет, ну или просто видит Питера Хейла, ему становится страшно. Страшно не пасть жертвой чужого сумасшествия, а когда-нибудь стать таким же. Стайлз ненавидит мятную жвачку, поэтому всегда носит с собой пару пластинок. Не выносит ярких, пестрящих красками футболок - подросток носит их изо дня в день. Друида тошнит от часов, от их противного тиканья, от проклятого скрежета шестеренок. Стилински носит наручные часы, практически не снимая. С каждой пробитой секундой Стайлз понимает, что его время подходит к концу. Исчезает, растворяясь в едкой кислоте будней. Стайлз уверен: он катастрофически ничего не успевает. Он читает все книги, которые только может достать. По мнению подростка, когда он умрет, то ему придется долго побродить по третьему кругу ада, чревоугодия. Для Стайлза — книги, наполненные древними знаниями, основной источник пропитания. Питера удивляет жадность подростка, но он как всегда делает свои выводы и молчит. Записывает на будущее, чтобы потом использовать. Возможно, ждет, пока Стайлз сам ему все расскажет. А может, ему просто плевать. Стилински сам еще не разобрался окончательно. Но сказать ему нечего, кроме того, что в какой-то момент та часть мозга, отвечающая за инстинкт самосохранения, противно заскрежетала. Заскрежетала в тот момент, когда Мэтт избивал отца, а его сын только смотрел и ничего не мог сделать. Или когда прекрасная рыжеволосая Лидия лежала в луже собственной крови, а Стайлз только и мог молить о пощаде. Или тогда, когда рябиновый круг замкнулся и заработал, Стилински понял, он может сделать хоть что-то. И теперь, когда у него есть шанс добраться до силы, его вряд ли что-то остановит. Стайлз ласково называет своё помешательство юношеским максимализмом и жаждой жизни. Питер называет это медленным суицидом и начинающим психозом. Иногда оборотень и друид расходятся во мнениях. Питер знает много различных ритуалов, ради этого некоторым пришлось отдать жизни. Питер и Стайлз никогда не говорят о том, что действительно важно. Стилински часами обсуждает, кто круче - волк или лев. Оборотень и друид сходятся на мнении, что волк в полнолуние явно растерзает льва. Стайлз рассказывает, почему Флеш самый опасный персонаж комиксов, Бэтмен — гей, а 23 июля - Всемирный день китов и дельфинов. Когда проживаешь больше, чем одну жизнь, приходит некое подобие просветления, замечает Стайлз. Питер мысленно с ним согласен. Через месяц после знакомства с Морелл, у Стайлза на спине появляется руна жизни. И Питер тут совершенно не при чем, уверяет себя Стилински. Воскресший оборотень иногда говорит мудрые вещи, если уметь читать между строк и иметь иммунитет к сарказму. И, конечно, уметь находить ту тонкую грань, между советом и промывкой мозгов. У Стайла не сразу, но получается. Питер не такой уж бесчувственный, по мнению подростка. Ну а в том, кто из них более безумен, сомневаются оба. Стайлз - бракованный белый кролик, но не из книги известного писателя, из ее экранизации 1988 года. Из его брюха сыплются опилки, и друид все время носит булавки, закрывая ими постоянно образующуюся пустоту. Питер - Буджум. Особый вид снарков, который очень опасен. Если кто-нибудь случайно встречает на пути Буджума, этот человек тут же бесследно исчезает. Растворяется в облачке здравого смысла. Подросток думает, что если бы его отца убили, он бы не остановился, убив одного возможного виновника. Он бы уничтожил все, что только связано с ним. Выжег бы траву, по которой тот ходил. Питер солидарен с сыном шерифа, но молча замечает, что он еще не остановился. Для Питера известная цитата "Смерть - это только начало" не является пустым звуком. Оборотень не ищет в ней метафоры и аллегории, иногда слова стоит воспринимать буквально. — Волчонок, друиды не должны никому доверять. Сильного друида все хотят заполучить в свою стаю, только чтобы использовать, — говорит как-то раз Питер, не отвлекаясь от книги. — Питер, Дамайон, — говорит Стайлз. Питеру не нужно спрашивать, достаточно недоуменно поднять брови. — Мое имя Дамайон. — Какой же ты кретин, Стилински, — вздыхает Питер, закатывая глаза. Стайлз считает, что он планирует жить не так долго, чтобы тщательно выбирать тех, кому стоит доверять. Стайлз удивляет Хейла сочетанием крайностей. Стилински сочетает в себе параноидальную недоверчивость, ожидает от жизни подвоха, но если доверяет, то доверяет полностью, не оставляя себе ничего. Питер завидует этой способности, и находит, что, когда тебя предают много раз, она исчезает. Стайлз категорически не согласен, он думает, что у него иммунитет к разочарованию. К разочарованию в людях, оборотнях, волшебных пнях. Подростка, действительно, сложно чем-либо удивить. Питер не занимается благотворительностью, а у Стайлза под кожей выжжено правило, что за все нужно платить. Стилински понимает, что древние фолианты, которые достает Хейл, ему, шестнадцатилетнему подростку, в жизни не найти. А если найти, то явно не в этой. Друид владеет магией исцеления совсем неидеально, но отсутствие навыков компенсируется силой. — С такими темпами ты сделаешь из меня альфу, — усмехается Питер. — Сомневаюсь. Воскрешение из мертвых забирает много сил даже у сумасшедших маньяков, хотя существует пара интересных ритуалов, — Стайлз говорит серьезно. — Твоя сила слегка ненормальна, — Питер смотрит прямо в глаза, и в его словах ни грамма сарказма. Стайлз совсем не любит, когда оборотень становится не саркастическим дядюшкой сгоревшего семейства, а продуманным циничным психопатом. — Мне еще далеко до Супермена, но с Зеленым Фонарем я бы поборолся. Ты знаешь, что легион Зеленых Фонарей - это своеобразная стая? — Стайлз, — спокойно и невозмутимо. — Питер, ты серьёзно хочешь об этом поговорить? Ты молчал столько времени, чтобы сорваться в конце. А как же спортивный интерес. А как же... — друид не договаривает до конца. — У людей не может быть такой силы. Неметон разрушит твое тело за пару лет, — Стилински кажется, что таким же тоном Питер обсуждает погоду. Сегодня в Бейкон Хиллс холодно. Возможен дождь, - И что же ты придумал, чтобы этого избежать? Даже у меня не так много версий. — Три года по моим подсчетам, — Стайлз контролирует свое сердцебиение. Он спокоен, как кит, которого поймали охотники. — Зачем тебе это? — всплывший факт не входил в планы оборотня. — Атрофия головного мозга, дожить до семнадцати лет уже выдающийся результат. К двадцати годам я впаду в старческое слабоумие. — Ну что же, тогда тебе не должно быть обидно, — Питер ничем не выдает своих эмоций. Если он, конечно, их испытывает, думает Стайлз. Питер считает, что Стилински родился бракованным во всех смыслах этого слова. — Не говори никому. — Ты хочешь сказать, что МакКолл не знает? — Я не хочу, я говорю, что никто не знает. Отец знает, поэтому закрывает глаза на все, что происходит. — И ты решил поведать эту печальную историю воскресшему оборотню? — Питер, не только ты умеешь строить коварные многошаговые планы. Ты недооцениваешь людей. Особенно людей, которым осталось жить не так уж много. Хейл давно понял, что человек, который не цепляется за жизнь — одно из опаснейших существ, и ему точно не нужно напоминать об этом лишний раз. *** На тренировках Айзек выкладывается полностью. Ломает кости, теряет литры крови. Боль заставляет мучиться от ночных кошмаров немного меньше, но совершенно точно не спасает от депрессии вперемешку со скукой. Скука серая и липкая, застывшая в воздухе и обволакивающая все вокруг. Айзек натыкается на Стайлза в старом полуразрушенном доме случайно, парень даже не понимает, какого черта он там делает. — Чаю? — Стайлз чувствует себя восьмидесятилетней старухой-кошатницей, принимающей гостей, но ничего умнее не придумывает. Питер только закатывает глаза в своей фирменной манере и утыкается в ноутбук. — Я думал, у тебя квартира в Нью-Йорке, — говорит Айзек. — На старости лет тянет к родным местам, — снисходительно отвечает Питер. У оборотней обострена интуиция, поэтому каким-то шестым чувством Айзек понимает, что нельзя спрашивать, что здесь забыл Питер, а тем более Стайлз. Одним вечером Стилински, как будто намекает на это, говоря преувеличенно серьезно. — Первое правило оборотнического клуба никогда не говорить об оборотническом клубе. Питер усмехается и замечает, что Стилински совсем не оборотень. Стайлз многозначительно играет бровями и фыркает. Питер думает, что в Стайлзе больше от волчонка, чем от человека. Больше волчих повадок, чем привычек. Больше инстинктов, чем решений. Айзек думает, что Стайлз пугающе прав. Хейл решает не объяснять подростку, что стая — это своеобразный круг по хвостатым интересам. Стайлза - шестнадцатилетнего школьника, раздражает Айзек с его неуверенностью в себе, неуместным сарказмом и вечным пессимизмом. У Стайлза - друида, жреца Неметона, Айзек вызывает жалость. Айзек не волчонок, а брошенный всеми щенок, который ищет помощи. Стайлз хочет схватить скальпель и натянуть на лицо беты улыбку, шире чем у Арлекина. Айзеку не хватает семьи, он скучает по брату, его мучают кошмары. От сына шерифа веет теплотой и спокойствием. Но самое главное - силой, она не давит на него, как сила Дерека, она просто есть. Айзек рассказывает Стайлзу про самоубийство брата, про отца. — Он не виноват, — Айзек пытается объяснить Стилински, что его отец не заслуживает смерти от рук обезумевшей ящерицы. — Я знаю, Айзек, я знаю. Стайлз точно понятия не имеет, что нужно говорить в таких случаях. Стайлз знает, что если Ад существует, то туда точно попадут все оборотни. С жёлтыми, красными, синими глазами. Стайлзу кажется, что для Айзека сам волчий Бог сделает исключение. В прошлой жизни Айзек, по-видимому был маньяком или сутенером, по-другому Стилински не может объяснить, почему старший брат беты покончил жизнь самоубийством, мать умерла при родах, а отца-садиста убила обезумевшая канима. Подростки говорят о многом, о любимых книгах, сериалах, музыке. Стайлз узнаёт, что Лейхи не равнодушен к Эллисон, но слишком уважает Скотта, чтобы что-либо предпринять. На руке Стилински появляется руна "сострадание". Когда парень смотрит на нее, он вспоминает одного кудрявого оборотня. *** Вскоре к их компании присоединяется Эрика. За её маской сексуальной блондинки Стилински видит всё ту же девочку, страдающую эпилепсией, желающую привлечь внимание. С Эрикой все проще и быстрее, чем с другими. Она приходит, и ей не нужно ничего объяснять. Здесь уже есть Айзек. Дерек приходит в один прекрасный вечер, к тому времени Питер и Стайлз уже закончили ритуалы и теперь просто читают книги. Айзек спит, облокотившись на Стилински, Эрика читает модный журнал. — Питер, когда я просил тебя присмотреть за бетами, я не думал, что ты воспримешь это так буквально. — В следующий раз, прежде, чем перегрызать мне горло, вспомни каким душкой я был, — Питер не говорит причину, по которой здесь все собрались. Причина с упреком смотрит на Питера своими карими глазами и запихивает старинный фолиант куда-то под подушку. Дерек слушает тишину и впервые за долгое время он забывает про пожар, сумасшедшего дядю, охотников и канима. Он пьет чай, который приготовил Стилински. Парень приносит с собой контейнер с вкусным чаем, много-много бутербродов. Стайлз знает, что Питер ест сэндвичи с курицей, листом салата и кусочками помидоров. Эрика терпеть не может болгарский перец, но обожает оливки. Айзек любит зеленый чай, а Питер черный с бергамотом. Айзек ест всё подряд, но только приготовленное Стайлзом или Эрикой. Вскоре сын шерифа узнает, что Дерек предпочитает пепперони и Доктор Пэппер. Но прежде Дерек спрашивает, что здесь делает Стайлз. Когда видит его впервые, удивленно поднимает брови, заставляя друида думать, что у Хейлов это семейное. Может предложить им оформить патент, мысленно замечает подросток. — Мы думали, ты бросил дом, — говорит Стилински. — Я просто отлучился на пару месяцев. — Мы купили подушки, — Айзек впервые что-то говорит. Дереку по ушам режет местоимения «мы». Питеру надоедает волнующийся Стайлз и хмурящийся племянник, беты затаились и навострили уши. Он кидает подушку прямо в лицо неожидающему подвоха Дерека. — Правда мягкие, — замечает старший Хейл. Стайлз предлагает Дереку чаю и не ждёт, пока тот не согласится. — Там жидкий аконит? Скажи сразу, Стилински. Парень в ответ лишь закатывает глаза. Дерек краем глаза подмечает, что у Питера и Айзека есть собственные кружки. И нет, Дерек совсем не хочет себе такую же. Дерек бы выгнал гиперактивного подростка из своего дома, но волк внутри него боится, что за ним уйдет вся стая. Абсурдное чувство, если учесть, кто здесь альфа. Поэтому Дерек перевозит подростков в лофт. Оборотень никому не признается, но, когда Стайлз задерживается допоздна в лофте и едет по плохо освещенной дороге, альфа бежит рядом с машиной до самого дома шерифа. Проверяет, добрался ли друид благополучно, вплоть до того, зашёл ли он в дом. Потом ждёт пару минут, и услышав, что Стилински захлопнул дверь своей комнаты, отправляется в лофт. Там его ждёт Айзек, дремлющий на диване. Он просыпается, увидев альфу, и вопросительно смотрит на него. — Всё хорошо, — отвечает Дерек, и только тогда Айзек уходит в свою комнату, по пути заходит пожелать Эрике спокойной ночи и сообщает, что Стилински ушел, добрался до своей комнаты благополучно. Альфа понимает, что происходит что-то неправильное, но ничего не может поделать. — Расслабься, племянник, Стилински — друид, — утешает Дерека Питер как-то раз, — Это инстинкт, так что единственное, что ты можешь сделать - выделить Стайлзу комнату. По выражению лица Дерека непонятно, то ли он испытывает удивление, то ли что-то из области «конечно, я вам так и поверил.» — Ты не удивился, когда твой дорогой дядюшка явился из мертвых, но то, что подросток, вечно находящий проблемы на свою пятую точку, друид, тебя удивляет. — И ты молчал. Ждал, пока мне надоест совершать вечерние прогулки перед сном вслед за старым джипом, а оставшееся время думать, почему я терплю гиперактивного подростка в своем доме, — Дерек слишком устал, чтобы ругаться и сердиться на Питера. — Знаешь, твоя помощь была неоценима, — Питер разводит руки и усмехается. — Посмотрел бы я на тебя на моём месте, — огрызается альфа, открывая холодильник в поисках еды. — Во-первых, Стайлз с Эрикой испекли печенье, если тебя это интересует. Тебе повезло, Стайлз вовремя успел припрятать несколько для вечно хмурого альфы. Во-вторых, мы живём в веке, когда, чтобы узнать добрался ли человек до дома, необязательно изображать сталкера. — Питер заканчивает фразу и показывает экран смартфона. Дерек видит смс от Стайлза «Мятных снов, зомби-оборотень». Следующим вечером Хейл спрашивает Айзека, не легче ли отправить Стилински смс, а не ждать возвращения Дерека. Проснувшийся Лейхи не сразу соображает, в чем дело. Но затем показывает Дереку сотовый с смс на экране: «Ночи, кудряшка». — Зачем тогда... — Альфа не успевает договорить. — Так спокойней, — уверенно заявляет Айзек и отправляется спать. Тем же вечером Дереку приходит смс от друида: «Не ревнуй, хмуроволк» и следующая «Сладких снов ♡». — Я дал ему твой номер, можешь не благодарить, — объясняет Питер. Дерек закатывает глаза и уходит, под довольное урчание внутреннего волка. Следующим утром в лофт заявляется Скотт. МакКолл требует объяснений. — Почему бы тебе не спросить у своего друга? — Дерек искренне не понимает, за что ему всё это. Выясняется, что Скотт обиделся на Стилински и теперь не разговаривает с ним. Альфе хочется биться головой об стену. — Друида всегда будет тянуть к волкам, а стае без друида неспокойно, поэтому, если беты привязались к Стайлзу, я не могу его выгнать, — объясняет Хейл, выбрав самое нормальное объяснение. — Но Бойд же в твоей стае, и он не тусуется со Стайлзом. — Стилински не друид моей стаи. У меня есть Дитон. Может ты сам поговоришь с твоим другом? А не будешь неделю дуться и доставать меня своими смс. И Айзека. И да, даже Питера не стоит. Твоего друга здесь никто не съест. Дерек не может сказать волчонку, что если он запретит бетам общаться со Стайлзом, они будут страдать от этого не только морально, но и физически. Дерек не может сказать, что он боится, что его беты уйдут, если он поставит их перед выбором. Дерек не может признать, что Питеру он не может приказать ничего принципиально важного. Хейл не знает, как объяснить, что в стаю Дерека не входят Стилински, Скотт, Лидия. Питер гуляет где-то рядом с ней, как лис, готовый бросить стаю в любой момент. В стаю Стайлза не входит Бойд и вряд ли входит сам Дерек, зато Питер полноправный её член. Альфа осознает, что Питер не загрызет Стайлза, видимо сумасшедшие лояльны друг другу. Дядя понимает, что друид всегда сможет принести больше пользы живым. В отместку Стилински будет требовать помощи и совета Питера во всех начинаниях. Айзек тянется к друиду, ибо рядом со сгустком силы, которая не хочет его уничтожить, кошмары беспокоят меньше. Эрика носится рядом со своей первой любовью, и ей уже не до брутального альфы. Скотт просто не поймет, как альфа может опасаться какого-то мальчишки. Хуже всего было то, что положение вещей устраивало Дерека. Скотт, привязанный к Стайлзу, автоматически прилагался к друиду, а, следовательно, к стае. Шериф, отец Стилински, узнав об оборотнях, выгораживал сына, а, следовательно, стаю перед законом. Более того, если даже Питер носится с этим подростком, то значит из Стилински действительно выйдет толковый друид. Дитон — друид Талии, поэтому Хейлу совсем бы не помешал преданный советник. Тем временем в Бейкон Хиллс появилась стая альф.