Изменяя реальность

Aliis inserviendo consumor Служа другим, расточаю себя. *** — Стайлз, — насмешливо растягивает Питер, — это же не настоящее имя. — Производное от фамилии, — Стилински пожимает плечами и смотрит прямо на мужчину, запоминает чужие движения, сравнивая со своими воспоминаниями, выжигая каждую мельчайшую деталь в коре головного мозга. Хейл поднимает брови, демонстрируя снисходительность, небрежно спрашивает: — Мы нигде не встречались? Стайлз лишь качает головой. Не встречались. Не в этой жизни. Питер подходит к Дереку, начинает что-то тихо объяснять. Стайлз не слышит, в голове звучат набатом чужие слова: — Я тебя везде найду, — обещание-угроза-признание. Слишком много смысла в одной фразе. Стайлз — недобанши с голосами в голове (просто голос всегда принадлежит одному человеку). Парню обидно, нет, не то, чтобы он ждал, пока Питер его узнает. Ждал, но не признается сам себе. Так что, действительно, не ждал. Стайлз смирился с тем, что Питер его никогда не вспомнит. Никогда - значит не в этом перерождении, не в это время и не в этой вселенной. Смирился, но сердце предательски пропускает удар при виде волка. Просто бракованный механизм. Стилински все понимает, но ничего не может поделать с противным, разрывающим в клочья разумные доводы чувством. Стайлз зол и понимает, что это глупо. Глупо злиться на невыполненные обещание, на Питера, Дерека и самого себя. Вместо развлечений с друзьями - чтение собственного дневника. Вместо первой любви - предсмертные хрипы и затухающий взгляд. Романтика. Стайлза вполне устраивает его образ жизни. Дерек выделяет Стайлзу комнату, дает льняные брюки, заменяющую пижаму, и отправляет спать. Утром Стайлз просыпается в знакомой комнате, когда-то здесь жила Эрика. На какую-то секунду он счастлив. Счастье Стайлза позволяет ему свободно дышать полной грудью, слышать голоса Эрики и Эллисон, чувствовать тепло горячего тела оборотня. Парень смотрит в потолок, и осознание действительности накатывает панической атакой, ударяя под дых. Голова раскалывается от выпитого недавно алкоголя. Стайлзу хочется сдохнуть, снизу раздается голос Питера, что только усугубляет ситуацию. "Включите похоронный марш", - думает Стилински, спускаясь по лестнице, пришло время вспоминать. Стилински привычно убеждается, что происходящее - реальность, находит свою одежду и бросает её в машинку, спускается на кухню в брюках, что норовят сползти. Стайлз игнорирует крики, доносящиеся с первого этажа. Мозг парня по привычке начинает функционировать только после трех часов дня или же двух стаканов кофе. Питер невозмутимо сидит на стуле, попивая кофе, а вокруг него носится взлохмаченная блондинка, беспрестанно кричащая. Стайлз без стеснения входит на кухню, серьезно, ну что у него Питер еще не видел. Лезет в дальний ящик, где Дерек хранит кофе. Некоторые вещи остаются неизменными. Блондинка резко замолкает, и они с Питером впиваются в невозмутимого парня взглядами. И пока незнакомка думает, какого черта тут делает парень, Хейл находит, что у его племянника отличный вкус. Питер рассматривает карие глаза, кажущиеся до удивления знакомыми. Стайлз ловит на себе чужой взгляд, салютует чашкой Питеру и произносит: — Утра. Питер немного удивленно кивает, к этому времени блондинка уже пришла в себя. Она подскакивает к Стайлзу, который сверлит взглядом свой напиток, и на удивление тонким голосом спрашивает: — А ты еще кто такой? Стайлз привычным жестом лохматит волосы, поднимает взгляд на девушку и, поморщившись, произносит: — Детка, не паникуй, — и это настолько в духе Питера, что Стайлзу хочется пойти и выблевать пинту кофе, — Я знакомый Дерека. Блондинка, видимо, удовлетворена ответом. — Ты говорил, что твой племянник не терпит людей у себя в доме. — Но ты все равно сюда приперлась. Стайлз рассматривает смазливую мордашку и огромную грудь, думая, что тощие подростки не во вкусе Питера. Питер рассматривает обнаженный торс ученика своего племянника и ловит себя на мысли, что педофилами как-то так и становятся. Питер бесцеремонно выпихивает блондинку из лофта. Стайлз усмехается, надо же, он сумел заинтересовать Питера Хейла. — Ты ученик Дерека, — начинает Питер. — Ты дядя Дерека. Питер удивленно поднимает бровь. — Я думал мы играем в игру "продолжи ряд очевидностей". Мужчина закатывает глаза. Стайлз зол и ненавидит весь мир, а точнее себя и Питера. У бывшего друида вселенная всегда состояла из двух человек, несколько нарушенная система ценностей. — Ты напился и напросился к своему учителю домой? Серьезно? — Ты не можешь избавиться от приставучей дуры. Серьезно? О, нет, ты должно быть шутишь. Питер обреченно вздыхает и выходит из кухни. — Ты всегда такой язвительный? — скривившись спрашивает Питер. — Только по вторникам. Питер думает, что воскресное утро не задалось. Стайлз застает читающего Питера в гостиной. Стилински уже оделся, пригладил кое-как непослушные волосы. Парень нагло подходит к мужчине, врываясь в личное пространство, почти выхватывая книгу и читая название. — Все психопаты любят Паланика, — утверждает парень и садится в кресло. За всю жизнь Питеру никто не ставил диагноз так быстро. — Где Дерек? Питер игнорирует наглого мальчишку, отвлекаясь от книги, только чтобы произнести: — Возится с машиной рядом с домом. Почему бы тебе не оповестить его о своем пробуждении. — Тайлер — вторая личность главного героя, — заявляет Стайлз, рассматривая потолок. Питер с грохотом закрывает книгу. — Ты что собрался мне весь день испортить? Стайлз резко поворачивается и смотрит на Питера, в карих глазах закопченное отчаяние, переплетаются с ненавистью. Молчит. — А ты испортил. Испортил всю его гребаную жизнь, привязав и не дав сдохнуть в ближайшей канаве. Заставил мучиться, наблюдать за каждым знакомым жестом и понимать, что он не его. Не его друг, любовник, наставник. Не в этой искусственно созданной жизни. Стайлзу хочется подойти и закричать в лицо Питеру: — Вспомни меня. Вспоминай. Но он лишь криво усмехается и произносит первое, что приходит на ум. — Я — пережеванное сердце Джо. Дерек заходит, как раз вовремя. — Проснулся? Стайлз в ужасном настроении. — Надеюсь, обойдемся без нравоучений? Кстати, ты не находил мой id? — Он у меня, и можешь забыть о нем. — Ну, Де.. — Стайлз вовремя исправляется, — мистер Хейл, я больше так не буду
. — Не будешь пить в барах? Пользоваться поддельным удостоверением личности? Врать отцу? — Попадаться учителям математики, — бурчит Стайлз. — Тебе только шестнадцать. — Семнадцать, — возражает парень, которому под всем подсчетам должно быть девятнадцать, но сдвиги во времени преинтереснейшая вещь. Дерек тяжело вздыхает: — Ты звонил шерифу? — Отправил смс, что я дома. У него дежурство с утра. — Я отвезу тебя домой, и еще одна такая выходка и... — Окей, я все понял. Но можно один вопрос? — Ну? — Дерек поднимает одну бровь. — Всем вам вопрос, — Стайлз показывает рукой на Питера. — Какого черта вы забыли в Бейкон Хиллсе? Дерек и Питер резко сосредотачиваются и смотрят друг на друга, Стайлз видит этот немой диалог: — Ты рассказал ему? — Нет, конечно. Это ты проболтался? — Издеваешься. Мы даже нормально не общались. Стайлз думает, что у Хейлов все-таки очень богатая мимика. — Хмм. Стайлз. А с чего ты взял, что в нашем пребывании здесь есть какие-либо скрытые мотивы. — Во-первых, Дерек, простите, мистер Хейл, Вы же закончили MIT, причем, судя по всему довольно успешно. Зачем выпускнику одного из самых крутых вузов Америки возвращаться в город, из которого он так сильно пытался выбраться. Что следует из того, что вы поступили в вуз, который расположен настолько далеко от нашего городка. Далее, вместо того, чтобы сделать себе блестящую карьеру, Вы становитесь учителем, если это мечта всей вашей жизни, то зачем было тащиться в MIT. Во-вторых, статус временно заменяющим обязанности как бы намекает, что вы тут ненадолго. — Ну а я чем тебе не угодил? — спрашивает Питер. — Вы, мистер Хейл, — Стайлз вкладывает столько яда в это обращение, что сарказм сложно не заметить, — не удосужились поменять номера на вашей машине, которая числится в угоне. Не удосужились скрыть следы от мозолей на руках, такие же возникают от постоянной стрельбы. Ну и остальное по мелочи. Дерек смотрит на Стайлза широко распахнутыми глазами, и только не открывает рот от удивления. Питер первым приходит в себя и довольно-таки комично аплодирует Стайлзу. — Я впечатлен, мальчик. Но право, неужели у тебя не хватило мозгов промолчать о своих выводах и уйти по-тихому. Потому, к сожалению, я вижу один выход из сложившейся ситуации: размазать твои мозги по стенке, — спокойно произносит Питер. Стайлз фыркает. — В лучшем случае, вам удалось бы подстроить мою смерть, как суицид, чтобы шериф не продолжал расследование. Не думаю, что вам нужны проблемы с шерифом. Но если даже у вас найдется достаточная сумма денег, чтобы моя смерть никому не мешала, то Вы, мистер Хейл, допустили один прокол. — И ты, конечно, с радостью просветишь меня? Стайлз кивает головой в сторону Дерека. — У вашего племянника слишком сильное чувство ответственности. Дерек бы не позволил проломить мне череп. Питер тяжело вздыхает, прикрывает глаза рукой и хрипло смеется. Стайлз лишь продолжает рассматривать потолок, улыбаясь. У Стайлза хобби следить, чтобы с Питером Хейлом ничего не случилось. Стайлз не намерен объясняться. *** Парень уже ложится спать, когда слышит сигнал с полицейской рации. Стайлз — чертов параноик, потому что радио, настроенное на нужную волну играет без остановки. Стилински расшифровывает сигнал, обозначенный, как звуки выстрелов, а в таком маленьком городе, как Бейкон Хиллс, подобное редкость. Стайлз параноик, но да, он нацепил на машину Дерека Хейла жучок, потому что он почти сталкер. Стайлз сопоставляет сигнал, полученный полицией, с местоположением автомобиля учителя математики, он набирает номер Дерека, повторяя мантрой: — Возьми-возьми-возьми. Дерек берет трубку, слышит голос Стайлза и шипит: — Какого черта, Стайлз? — Не клади трубку, волче. Во-первых, к вам сейчас выезжает наряд полиции. Если нужно, могу отсрочить их приезд минут на десять, не больше. Нужно? — Да, — отвечает запыхавшийся Дерек, в трубке слышны звуки стрельбы и непрекращающийся грохот. — Во-вторых, Питер с тобой? — Да, черт, — Дереку явно становится не до разговоров, Стайлз слышит характерный звук, трубка летит на пол. Стилински думает, что Дерек мог бы поехать на разборки не на Камаро, проигнорировать звонок от «Доброжелатель, возьми-трубку-чтобы-не происходило», конечно, Стайлзу везет. Он быстро надевает кроссовки и натягивает футболку. GPS навигатор показывает чужое местоположение, бывшему друиду кажется, что он не ездил так быстро вечность. Бросая джип в двухстах метрах, Стайлз бежит, на ходу проверяя, заряжен ли пистолет, и благодаря всех известных богов за халатность полиции по отношению к списанному оружию. Стайлз узнает силуэт Питера еще издалека, напротив него стоит незнакомая парню женщина, немного позади на заброшенном складе раздаются звуки выстрелов. Классика жанров, только вместо клыков и когтей огнестрелы. — Прости, дядя, но ты слишком мешаешь, — Лора улыбается, держа Хейла на мушке. У Питера перед глазами не пробегает вся жизнь, лишь мысль, что, кажется, в этот раз он проиграл. — Надеюсь, на эпитафию Дерек выберет что-нибудь веселое, — Питер слышит щелчок, снимаемого с предохранителя пистолета, невольно зажмуривается. Раздается выстрел, в лицо Питеру ударяет горячая струя чужой крови. Мужчина невольно закашливается, удивленно моргает и видит Стайлза. Стайлз стоит прямо, сжимает в опущенных руках пистолет. Чужое спокойствие удивляет и отрезвляет, у подростка, убившего человека, даже не дрожат руки. Стайлз подходит к Питеру, пачкая белоснежные кроссовки в вязкой красной жидкости. Он достает из кармана белоснежный платок, протягивает Питеру. Усмехается, Питер всегда любил пафос, видимо, это передается половым путем. Мужчина послушно берет его и вытирает лицо. Стилински с сожалением смотрит на безнадежно испачканные кроссовки, вздыхает: — Только вчера купил. Стайлз усмехается, проходя мимо Питера. — Скоро здесь будет полиция. Передавай привет Дереку. И Питер тут совершенно не при чем, уверяет себя Стайлз. *** С утра в школе Стайлз выглядит кошмарно. Он без зазрения совести засыпает в пустующем кабинете. Сон парня нервный и беспокойный, события прошлой ночи порядком вымотали. Стилински старается не думать о смерти Лоры, о том, что даже сейчас он вынужден убивать ради человека, который его даже не помнит. Пистолет неосмотрительно валяется на дне портфеля. Дерек с легкостью узнает местоположение Стайлза. У Питера, видимо, свои каналы информации. Стайлз просыпается мгновенно, услышав скрип половиц под чужим весом. Парень поднимает голову, одаряя Питера усталым взглядом. Смотрит на часы, висящие на стене кабинета, узнав точное время, убеждается, что происходящее не сон. Привычки из набора юного психопата. — Чем обязан? — голос еще хриплый ото сна. Питеру кажется, что подросток напротив него прожил несколько жизней и уже старше него. Заготовленные заранее вопросы кажутся неуместными. — Кто ты такой? — Стайлз. Я вроде уже представился. Хейл в мгновение оказывается рядом, хватая парня за горло и заставляя того встать. Стайлз в ответ лишь ухмыляется. Питер отпускает парня и идет к выходу, понимая, что ничего не добьется. — Дамайон, Питер. Дамайон. Питер замирает в дверях, оборачиваясь. Слишком резко, по мнению Стайлза. — Мое имя Дамайон. — Стайлз пожимает плечами. — У меня их много, но это так, если тебе интересно. Питер заторможенно кивает и выходит из кабинета, Стайлз лишь бьется головой об парту, он до последнего думал, что Хейл вспомнит. Бьется головой еще раз, коря себя за слабохарактерность и теплившуюся где-то внутри надежду. *** Когда Скотту и Стайлзу исполняется пятнадцать, они подписывают клятвы о вечной дружбе и строят планы по завоеванию мира. Скотту восемнадцать, когда он умоляет Стайлза сваливать из этого города. — Чувак, после того, как ты очнулся, мне кажется, ты медленно умираешь. Я думал, что это пройдет, но я уже не знаю, — Скотт тяжело вздыхает и смотрит на Стилински своими по-щенячьими огромными глазами. Эллисон девятнадцать, когда она понимает, что её родители не совсем сочетаются с любовью всей её жизни. Она напивается вместе со Стайлзом, жалуется на Скотта, затем выслушивает чужую историю про оборотней, и советует Стилински издать книгу. Эллисон пьет дешевый бурбон из горла (впервые за девятнадцать лет), и рассказывает про то, что совсем не планирует получать высшее образование. Стайлз впервые за долгое время вспоминает, что ему семнадцать. У него рутинные будни, учеба и преследующие ошибки. У него впереди счастливая жизнь без оборотней и без Питера Хейла. *** Когда Айзек возвращается домой, его встречает непривычная тишина и сообщение на ответчике, гласящее, что отца вызывали в участок. На губах невольно появляется застывшая улыбка. — Как дела, Айзек? — вопрос застает врасплох, заставляя нервно и запуганно вздрогнуть. — Какого черта ты забыл в моей квартире, Стилински? Стайлз широко улыбается. — Как насчет Мексики? *** Лидия просыпается от ночных кошмаров каждую ночь, её кошмары странные, потому что не пугают. Каждую ночь она проживает новую жизнь, спеша забыть восполненные фантазии с наступлением солнца. Она выходит на крыльцо и смотрит на водную гладь, ощущение ностальгии накатывает волнами. Все выходные Лидия проводит в доме у озера, потому что так правильно. Её "правильно" выплывает откуда-то изнутри. Стайлз заявляется к ней в дом под утро, явно в невменяемом состоянии. Лидия не хочет знать, откуда он знает этот адрес, обычно дом пустует, но старый джип на крыльце воспринимается как нечто обыденное. Пройденное, а оттого правильное. Стайлз взлохмачивает вихры, смеется и без приглашения входит в дом. Его смех заразителен, ей становится весело от этого шоу абсурда. Стилински достает пакет сока из холодильника, он идет на чужую кухню так уверенно, будто был там тысячу раз до этого. — Решил заехать, — говорит Стайлз так многозначительно, будто это что-то объясняет. Лидия вопросительно поднимает брови, действительно, что удивительного можно найти в визите пьяного одноклассника в три часа ночи. Одноклассника, с которым она никогда не общалась. Она садится рядом, чувствует как её оплетают холодные руки. В их объятиях пошлости меньше, чем в "Джоконде" да Винчи. — Все-таки Нью-Йорк, — тихо произносит Стайлз, засыпая. Ему снится Питер, читающий что-то в своем макбуке, снится его язвительное: «Я бы не оценил твоего самобичевания после моей смерти. И да, я привык просчитывать все вероятности». Стайлзу снится чужое: «Волчонок, от меня так просто не избавиться». Непривычно тихое: «Я тебя везде найду». Стайлз впервые за долгое время спит спокойно.