Это только временно

      Утро добрым не бывает. Особенно когда тебя ждёт приготовление завтрака, поднятие на третий этаж и кормление злобного альфы.       Как хорошо, что под рукой есть обезболивающие. Выпив две таблетки, я готов творить. Довольно быстро спустился по лестнице, в ускоренном режиме приготовил завтрак. Заварил кофе. И меня опять чуть не стошнило от этого аромата. Вроде бы уже сутки не ел, а как-то все равно. А впрочем, я же не для себя готовлю...       Ох, чёрт, ещё же уборка... Но я в любом случае постараюсь выделить время и на альфу. Составив всё на поднос, несу альфе, доношу до столика и тут же ухожу от греха подальше. Не дай бог он догадается опять использовать постельное бельё для ловли меня любимого... Кстати, надо бы ему вернуть одеяло.       Он косится на меня, видит, что не сможет достать и оттого бесится. Готов поспорить, он бы ещё пару раз приложил меня о стенку, чтобы добить. По крайней мере, его взгляд говорит именно об этом. Ну ничего, мы ещё найдём общий язык. У нас ещё месяц впереди...       Опускаюсь на попу в безопасной зоне. — Доброе утро, наверно. — Пошёл нахер. — Я тоже рад тебя видеть. Как спалось? — Ты меня вообще слушаешь?.. — Слушаю. Чем хочешь заняться? — Свалить отсюда к себе домой, повалить какого-нибудь омегу в постель и долго с ним не высыпаться. — А кушать хочешь? — Немного. — Кушай. Не волнуйся, я не отравил еду и ничего туда не подсыпал.       Альфа недоверчиво косится на меня, но к столику всё же подходит. — А кто готовит? — Вообще-то, я... — Ты?.. — смотрит на меня с сомнением. — Вот уж не думал, что маньяки-похитители будут готовить заложникам... Ещё и уговаривать поесть. — Ешь уже. — ... — Хочешь, музыку включу? Или книгу почитаю. Можно в приставку сыграть. — Не х... Погоди, ты сказал в приставку? — Ну да, а что? — А ты уверен, что мы тут сыграем? — кивает в сторону не слишком нового телевизора. — Ну, можно и в гостиной сыграть... — Серьёзно? Ты меня похитил или замуж выдал? — Нечто среднее.       Альфа тяжело вздохнул, качая головой. Осознал, видать, с кем разговаривает. — А что, если я захочу сбежать? Ты же меня не остановишь. — Ты не сможешь. Все двери заперты на ключ, ключи я спрятал в надёжное место. Окна все закрыты, и выбить их у тебя не получится. — Господи, да я же тебя одним ударом прибить могу, это-то ты понимаешь? — Вполне, поэтому надеюсь на твоё благоразумие. В общем, чтобы дать ответ у тебя есть тридцать минут. Ясно? — Ага... — Отлично, я пока уберусь в комнате.       Выхожу из комнаты, спускаясь вниз. Спина опять начала ныть и болеть при каждом шаге. Опять две таблетки обезболивающего. Взяв в руки тряпку, иду убирать близкую к гостиной комнату. На её уборку ушло как раз полчаса, так как она не очень большая и не очень захламлена. Но это ещё стоит учесть мою синюю спину.       Возвращаюсь к моему пленнику, быстренько убрав всё по местам. Ему не обязательно видеть срач в оставшихся комнатах. — Ты как? Определился? — просовываю голову в промежуток между дверью и стеной. — Конечно. Пошли играть. — Хорошо, подожди немного.       Забираю поднос и иду за ключом в свою комнату. Лежит в тумбе, под дном второго ящика. От входной двери на правом бортике кровати с обратной стороны. Быстро взяв нужное, поднимаюсь к альфе. Он уже сидит на кровати, оперевшись локтями на колени, и смотрит прямо на меня. Подхожу и опускаюсь на колени перед ним, отстегиваю от его ноги кольцо, которое, жалобно звенькнув, выпадает из моих внезапно онемевших рук. А всё почему? Да потому, что альфа этот положил свою руку на мою голову и потрепал по волосам. Жест, вроде, и ничего, но вот его лицо... Чего только стоит эта его надменная улыбка, чувство превосходства в почти чёрных глазах. Вот только… спешу встать, чтобы скинуть со своей головушки его теплую ладонь. Не будет он здесь относиться ко мне покровительственно. По крайней мере, не сейчас.       Беру его за руку, и мы уже вместе спускаемся вниз. Вот только он ещё не знает, что я его даже в гостиной не отпущу. Там на диване наручники с очень длинной цепочкой, чтобы можно было, вроде как, отойти и заняться своим делом, но в то же время быть на привязи. А вообще, у меня очень много наручников. Мне почему-то нравятся они. Это мой, так сказать, фетиш. Дома целая коллекция. Притом, самые разные: от средневековых кандалов, до полицейских наручников, есть самые различные аналоги, лично мной сделанные и переделанные. Даже у каждого замочка свой индивидуальный ключик. Единственный в своём роде, неповторимый. Такой очень трудно взломать. Практически невозможно. Проверено многими мастерами, пытавшимися взломать его по моей просьбе.       Сажусь на диван, незаметно защелкнув у себя на запястье одно кольцо. Теперь осталось, чтобы на диванчик сел и альфа. Ну же, давай! Хватит смотреть на меня, как на идиота, садись, мать твою! Аллилуйя, он всё же сел! Моя реакция не заставляет меня долго ждать, поэтому, схватив его левое запястье, защелкиваю железный обруч. А альфа-то офигел от такого поворота! Глазки-то из орбит вылезут, если так их выпучивать. И брови уползут куда не надо. — Неужели ты действительно думал, что будешь здесь свободен? — раз уж играю злодея, то играть буду до победного конца. — Была такая надежда. А играть-то теперь как? — Вот так, — беру в руки джойстик, запуская игры и показывая, что наручники тут не помеха. — Слушай, а у тебя есть восьмибитные игрушки? То я прям залипаю по ним. — Есть, конечно. Я и сам люблю в них порой сыграть. В бомберов? — А давай. Только тот, кто проиграл выполняет желание победителя, идёт? — Идёт! Готовься выполнять! — Не надейся, я в этих играх ас! — Минус один, — я уже успел подбить его один раз, пока он что-то доказывал мне. — Чего? Это было нечестно! Ну, погоди у меня!.. — а теперь он меня взорвал. Да щаз же, не уступлю!

***

      Вот уж не думал, что с этим омегой будет так здорово. Я даже в какой-то момент забыл, что меня похитили и не выпускают никуда. Этот сучонок умеет отвлекать. Вот только обломится, я своего добьюсь! И спину посмотрю, и о нем узнаю, и… и… и узнаю цель моего визита в этот дом. Вот, точно! Как там, один раз проиграл — выполнил желание? Отлично, я всё узнаю! Потому что никто лучше меня в приставку не играет. Проверено.       Блядь, похоже, нашёлся человек, который обошел меня в восьмибитной игрушке... И ведь в бомберах слил! А мне в этой игре вообще равных не было! Ну ладно, желание так желание... — Ответь, почему ты хочешь сбежать? Я ведь тебя кормлю, холю и лелею. Почему?       Блядь... И что ему ответить? Правду? Не поймёт. Соврать? Обидится. Значит, нечто среднее. — Понимаешь, у меня только-только начался отпуск, который я полгода у начальства вымаливал. Всего один месяц, за который меня убить хотели. А тут ты со своим похищением. Ещё и игнорируешь меня, когда я прошу тебя подойти поговорить, — так, пока всё нормально. Возможно, я даже смогу его разговорить. — Вот скажи: неужели так сложно просто поговорить со своим заложником? Мне, может, грустно, больно и одиноко, а тут ещё ты. — Хорошо, — Джеймс холодно кивнул, — я приму это к сведению... Играем дальше? — вот это скорость. С такой быстротой менять своё настроение... — Играем!       Да, детка! Минус один. Надо либо добить его, либо подобрать жизнь. Хм, а что бы выбрали вы?.. Жизнь? Пф, ну и ладно. Идём добивать! Да, выкуси! Пора загадывать желание... — Ну-с, — предвкущающе потираю руки, плотоядно улыбаясь, — начнём. Покажи спину. Прямо сейчас. — А ещё что показать? — так, не надо мне тут желчью плеваться, это я и сам могу. — Я ничего показывать не буду, лучше сделаю так... — да ну всё нахуй!       Он меня поцеловал. Хотя нет, не так. Он меня, мать твою за ногу, поцеловал! И классно так поцеловал. Мягко, в губы и без языка. Почти по-детски невинно. Ага, если не считать его руки. Которая, к слову, легла сначала на колено, а потом медленным, плавным движением перешла на грудь, почти тут же скользнув к затылку, прижимая. Вот же!.. Я не знаю, как, но поцелуй из разряда «невинный» перерос в нечто... слишком взрослое. Но, чёрт, где он так целоваться-то научился?! Его язык мягко проскользнул в мой рот, прошелся по нёбу, он заставил моё тело пылать одним лишь поцелуем, сгорать от желания. Господи, он великолепно целуется... Бог, если ты есть, пошли мне такого же омегу, а? Чёрт, я же атеист... Да похер, у меня в планах найти такого же себе.       Сука, обломал всю малину. Не мог ещё полминуты подождать, не? Тебя убить за такое мало, волшебная птица обломинго, которая, оказывается, нихера не сказочная, а существует в реале. Вот, только что пролетела. — Играем дальше, — в его руках опять джойстик, а сам он ставит уже третью бомбу. — Я не понял, — пытаюсь загнать его в ловушку, ставя бомбы в определённом порядке, — это ты щас типа откупился? Если да, то это было нечестно. — Но что-то ты не сильно сопротивлялся, — самодовольный придурок. То, что я не сопротивлялся, было обусловлено тем, что ты так неожиданно это сделал. Примерно так я и сказал. Ну, и чуть-чуть нецензурной лексики для бóльшего эффекта. Самую малость. Через слово-два. Но ведь это не много? К тому же я волнуюсь, так что пошло оно всё к ебеням, буду говорить так, как сам того хочу.       У меня появился серьёзный противник. Который меня уже дважды уделал. Да, я сказал дважды. Второй раз выполняю желание... — Какое у тебя имя? — че? Хера с два! Какая там система откупов? Поцелуй? Отлично, я не буду отвечать на вопрос. Просто поцелую его. И счёт будет один-один.       Чёрт, я не могу. Хоть убей — не могу! — Мужское, — ну, я хоть попытался не отвечать прямо... — Вот уж не ожидал, что у мужика будет мужское имя... Это так внезапно.       Я тоже не ожидал. Вот прям честно не ожидал, что меня назовут Оливером. Я бы предпочел быть Алексом. Прям как льва из Мадагаскара. — Давай заново, — требую реванш! — Пф, — не надо мне тут глазки закатывать, победа будет за мной! — Играем до трёх, и если я победил, то ты даже не пытаешься сбежать. — А если я выиграю? — Желание, которое я непременно выполню. Не считая желания уйти. И показать что-нибудь.

***

      Да, я поддался, но он-то об этом не знает. Пусть у него будет ощущение мнимой победы. Ну, и чего Ваша душенька изволит? — Сними с меня эти кандалы. Я хочу нормально передвигаться по всему дому. Клятвенно заверяю, что не буду пытаться сбежать.       Ну, раз уж ты этого так хочешь... — Ты свободен! — отстегиваю с его и с моей руки наручники. — Можешь ходить по всему дому, исключая мою комнату, ясно? — Я же сказал, что хочу передвигаться по всему дому, — каков наглец. Буду запираться в комнате.       Как можно требовать у похитителя свободы передвижения? Это противоречит всем законам похищения! Ты должен бояться и требовать отпустить тебя! И вообще, страдай! Чего? Ты куда пошел?       А ну стоять! Не иди никуда! Прекрати подниматься ко мне в комнату, придурок! Захлопываю дверь перед самым его носом, злобно зыркнув напоследок. В мою святая святых ты не зайдешь, даже не надейся! — Почему нет? — Может, потому, что это моя комната? — И что? — да ты совсем обнаглел, что ли? — Мы договаривались на весь дом. И кстати, я шёл за одеялом.       И всего-то? Да пофиг, мою комнату ты все равно не увидишь. — Подожди, сейчас принесу, — быстро заскочив в комнату, захлопываю за собой дверь. Ибо нефиг. — Какого?!       С какой такой внезапной радости он зашёл? Совсем обнаглел? Выходи! Да выходи же ты! У меня уже сил нет даже чтобы вытолкнуть его из комнаты. Мда, в бессознательном состоянии он был покладистее. Блин, ну почему я на уровне его подбородка? Нечестно же! — Неплохо обставлено, — и не хмыкай тут! Чёрт, я мишку не убрал... — Как мило. Спишь с игрушками? — Нет, я им душу нерадивых заложников, не понимающих с первого раза, что в мою комнату не стоит заходить. — И много их было, маньячина? — эй, я знаю, что тебе смешно! Хорош лыбу давить! — Бесишь. — Так отпусти. — Не дождешься. У тебя ещё месяц впереди, так что советую привыкнуть к мысли о заточении и не пытаться сбежать. Или я устрою стрельбу по живым мишеням, — в довершение всего мило улыбаюсь, чуть наклонив голову вправо.       Ахаха, где фотоаппарат?! Ну вот почему его нет у меня под рукой, когда он так нужен? О, телефон! — Чего? — долго думаешь, тормоз! Фотография уже у меня, можно валить. Ага, как же. Попробуй эту глыбу хотя бы обойти... Да кого вообще волнует размер? Шустро проскользнув у него под рукой, выскакиваю в коридор, быстро поднимаясь по лестнице в его комнату и держа под мышкой одеяло. Запираюсь изнутри на замок, а фотографию отправляю Феликсу, добавив к нему наш короткий диалог. Ответ приходит почти мгновенно.       «Ты спишь с игрушками?»       Ясно, проехали.       «Чёрт, у Роберта припадок. Он ржёт, как коняра, и не может остановиться!»       Я тоже не могу остановиться, глядя на эту фотку. В рамочку поставлю. Ага, а еще траурную ленточку добавлю, потому что до своего выпуска он не доживает, если будет так стучать в дверь.       Проходит пять минут. Альфа не перестаёт колотить дверь. Сидим и ждём, пока не перестанет дубасить дверь.       Десять минут спустя. Он не перестаёт пытаться открыть дверь. Вяленько, но продолжает долбиться.       Я дождался. Через полчаса альфа все же прекратил бить кулаками в дверь, и я смог почти нормально выйти. Если не считать его тушки, сидящей возле двери и опирающейся о стену. Глаза закрыл, дышит ровно. Спит? Серьёзно? Отлично, он заснул. И куда я его теперь? Подниму или нет, вот в чем вопрос. Окей, в тот раз я же его дотащил до третьего этажа? Дотащил. А сейчас надо всего-то занести в комнату.       Взяв его под мышки, затаскиваю его спиной в комнату. Когда ноги касаются бортика кровати, довольно подтягиваю его на руках, роняя рядом с собой на мягкий матрас. — Фух... а ты тяжёлый... — Я знаю, — повернул голову и смотрит на меня как на идиота, но с лёгкой долей восхищения в глазах. — Вот только захера ты меня потащил? Уж не ебанулся ли ты, омега, чтобы носить здоровенного альфу? — Мне показалось, что ты заснул и можешь в любой момент проснуться, а так как я не люблю, когда на меня смотрят, если я сплю, я решил закрыть тебя в комнате. — Ты собирался спать? — смотрит с издевкой. — Ну да, а организму отказывать нельзя. Хочет - значит надо, — какой же я плохой, вру незнакомому человеку... — Нельзя отказывать? Хорошо, я приму это к сведению. Вот только будь готов ко всему, мой организм иногда очень странно себя ведёт. — Ладно, я пошёл. Если что, то я у себя в комнате. Ах да, ты же не сможешь зайти. — В смысле? — В самом что ни на есть прямом. Меня нет, — поднимаюсь с кровати и шустро спускаюсь по лестнице вниз в свою комнату. На улице лето, жара, а у меня там кондиционер. Запираю дверь, надеваю свою любимую безразмерную футболку, сняв шорты и тёплые домашние носочки, и ложусь, наконец, спать. Весь день в сон клонило. Где Магнус? Он же совсем недавно был на месте. О, вот он! Упал с комода. Да, я назвал мишку Магнусом. Итак, всем хорошего дневного сна. И тебе тоже, Магнус.

***

      Я, конечно, знал, что все омеги немного странные, но не настолько же... Начнём по порядку.       Во-первых, он может угрожать мне с милой улыбочкой на лице и при этом реально наводить самый настоящий, первобытный ужас.       Во-вторых, только идиот мог попытаться поднять альфу. И только у упертого дебила это могло получиться, хоть и я, должен признаться, удивлён.       В-третьих, я не знаю, что он делает по ночам, если отсыпается днём, но он делает это без меня! Мог бы и позвать... Я бы, может, помог чем-нибудь.       В-четвёртых, он спит с игрушкой! С плюшевым, мать его, мишкой! Если не с кем обниматься, то приходи ко мне, чего сложного-то?       А может?.. Да нет, бред какой-то. Да нахер! Окей, мне же ничто не мешает прийти к нему. Не считая замка. Хотя когда это хоть кого-то останавливало? Окей, я не зря учился взламывать замки. Где-то в кармане была невидимка. Хорошая штука, универсальная. И волосы подобрать, и замок взломать...       А теперь нужно аккуратно и тихо подобраться к двери. Тихо, Оливер, а не шлепнуться на лестнице, споткнувшись о собственные ноги. Да ну нафиг, спецназовец из меня никакой. Об этом я узнал ещё классе в пятом. Нахер, нахер, нахер всё!!       Вот она, заветная дверь в преисподнюю. Ну а что? Я ведь не знаю, что у него внутри. Вдруг у него автомат под подушкой, и живым я оттуда не выйду? Распрямив невидимку, вставляю в замок и точными движениями пальцев нажимаю на нужные части механизма. Щелкнув, замок открывается, а я тихо (на этот раз и вправду тихо) захожу в комнату. О, как мило, он обнимает во сне мишку. И я подозреваю, будь на этом месте я, он бы меня задушил. Просто он так обхватил этого мишку ногами... Хочется попробовать кое-что...       Аккуратно, с осторожностью сапера, вытаскиваю из его рук мишку. Омега тянется к предмету обнимашек, а тут уже я выполняю свою задумку. Просто ложусь рядом, а Джеймс уже сам притягивает меня к себе и довольно сопит, уткнувшись мне где-то в районе ключиц. Одну ногу положил мне на талию, а вторую подсунул под меня и притянул. Безусловно, он странно спит. А ещё он горячий. Очень горячий. А вообще, я ведь тоже не выспался. Можно и поспать с ним. Тепло, удобно, обнимашки. Все как я люблю.

***

      Спали они около трёх часов, пока Оливера не разбудил звонок телефона. Звонили, что неудивительно, Джеймсу. Сбросив вызов, альфа поставил телефон на беззвучный и снова провалился в сон.       В конечном итоге, Оливера разбудил вечером омега, покрасневший и что-то кричавший, сидя на кровати в той же футболке. В суть альфа не вникал да и не собирался. Просто сгреб рукой и притянул к себе, повалив омегу обратно на кровать. — Ты чо тут забыл, придурок?! — что-то до Оливера все же долетело. — Мне приснился страшный сон, и я пришёл к тебе за утешением, в надежде, что ты меня не отвергнешь, — сонно пробормотал альфа, опять погружаясь в царство Морфея. — Но!.. — Спи. Не трать время. — Сейчас восемь часов! — Крис пытался вырваться из лапищ альфы, но куда уж там. Хватка-то железная. — Раньше ляжем — раньше встанем. — Убью тебя... — Лучше прояви свою любовь к пленному утром, хорошо? — Тебе не жить. — Ага, мишкой меня убьешь. Я запомнил. Спи давай.       Недовольно бурча что-то, омега все же успокоился и вскоре заснул спокойным сном.