Точки экстремума

В баре было немноголюдно. Киллиан с первого взгляда оценил обстановку в помещении и выбрал подходящий вариант. Хорошенькая брюнетка в черном облегающем платье и с чудесными ножками, видневшимися из-под стола. Киллиан приподнял уголок губ в довольной усмешке и неспешно двинулся к барной стойке. Похоже, он проведет грядущую ночь не только с пользой, но и в приятной компании. Облокотившись о столешницу, Киллиан как бы невзначай осмотрелся вокруг, будто только вспомнил, что находится в незнакомом месте, а затем повернулся к бармену. — Хоть здесь у вас есть ром? — дождавшись утвердительного кивка, он хмыкнул: — Это радует. Плесни-ка мне, приятель. — Рекомендую кубинский. — Темный, — покачал головой Киллиан и снова обернулся, делая вид, что изучает бар. Теперь он позволил себе задержать взгляд на той брюнетке и, увидев, что девушка заметила его внимание, весело улыбнулся ей. Черты ее лица были красивыми, а самое главное — запоминающимися, и у него не было сомнений, что именно эту девицу он видел в больнице. Получив выпивку, Киллиан замер, словно задумался о чем-то. Выждав несколько секунд, он украдкой посмотрел на девушку и, удостоверившись, что та наблюдает за ним, развернулся. Отсалютовав ей стаканом, он растянул губы в улыбке и сделал небольшой глоток, не прерывая зрительного контакта. Девушка очаровательно улыбнулась и в ответ отпила из своего бокала. Довольный результатом, Киллиан покинул барную стойку и неторопливо приблизился к ее столику. — Кого-то ждешь? — склонив голову набок, поинтересовался он. — Нет, — девушка жестом предложила занять свободное место. Он опустился на стул и, подняв глаза на сидящую напротив, мысленно усмехнулся. На ней было красивое, в меру скромное платье, не открывающее ничего лишнего, неброский макияж, если не считать темно-красной помады на губах. За свою долгую жизнь он насмотрелся всякого в подобных заведениях и мог отличить, когда девушка желает найти знакомство на одну ночь. И эта миловидная девица явилась в «Кроличью нору» явно не за этим. — Киллиан, — представился он, непринужденно откинувшись на стуле и приподняв левую руку так, чтобы был виден крюк. — Руби, — как ни в чем не бывало с улыбкой ответила она. — И что привело тебя в эту дыру в столь поздний час? — Я бываю здесь часто, — Руби тряхнула головой, поправила прическу и подперла рукой подбородок, — но тебя раньше не видела. Он снова усмехнулся, с откровенным весельем глядя на очаровательную собеседницу. Разумеется, Руби не могла не обратить внимания на крюк и не вспомнить однорукого пациента в наручниках, и он это знал. — Верно, я тут впервые. Руби была хороша собой, мила, ему нравились ее густые темные волосы, большие глаза и стройные ножки, но главным ее достоинством являлось то, что она знает шерифа города. И когда Руби, не переставая обворожительно улыбаться, потянулась к своему телефону, Киллиан, довольный собой, поднес стакан ко рту, пряча появившуюся на губах ухмылку. Сотрудничество с Грегом и Тамарой хоть и обещало быть плодотворным и успешным, не внушало ему особого доверия. Возможно, это из-за того, что его новые союзники не пожелали поделиться с ним информацией. Он всего лишь помог справиться с королевой — дальнейших указаний не последовало. Никто не огранивал его в свободе действий, и это дало Киллиану Джонсу основания полагать, что ему не сказали ровным счетом ничего стоящего. Он понятия не имел, как именно новоиспеченные сообщники собираются расправиться с Румпельштильцхеным и зачем им это. Да и противостояние двух обычных людей сильнейшему магу даже на словах выглядело смехотворным. Но Грег Менделл сумел обезвредить саму Злую Королеву, поэтому Киллиан не спешил отказываться от помощи этих ребят. Однако он не мог поставить все до последнего лишь на одну из сторон, и именно это привело капитана в «Кроличью нору». Краем глаза Киллиан приметил нового посетителя, замешкавшегося в дверях, в котором признал доктора, дежурившего в ночь аварии в больнице. Видимо, это был тот человек, которого ждала Руби, поскольку она моментально напряглась и раздосадовано посмотрела на вошедшего. Киллиан с интересом перевел взгляд с новой знакомой на мужчину. Тот, повернув голову в сторону их столика, чуть нахмурился и, развернувшись на пятках, побрел к барной стойке. Руби поджала губы, и Киллиан, с удовольствием отметив отразившееся на ее лице замешательство, подтвердил свою догадку. Осушив стакан, он медленно поднялся, украдкой наблюдая за ее реакцией. Руби встрепенулась, скользнула взглядом за его спину, судя по всему взвешивая ситуацию, а затем решительно посмотрела на собеседника и улыбнулась: — Надеюсь, ты не собираешься уходить. Киллиан довольно хмыкнул и покачал головой. — Принесу нам выпивку. Постукивая костяшками пальцев по столешнице, он дожидался, пока парень закончит с заказом, и мысленно прокручивал события последней четверти часа. Если Киллиан все верно просчитал, то в скором времени шериф Свон должна нанести визит. Впрочем, в своих подсчетах пират ничуть не сомневался. Окинув выпивку в высоких конусообразных стаканах недоверчивым взглядом, он продемонстрировал бармену протез и указал, за какой столик нужно отнести заказ. — «Пина Колада»? — Руби с интересом посмотрела на поставленный перед ней коктейль и, сняв с края стакана кусочек ананаса, слизала белую пену с фрукта. — Интересный выбор. — Я не силен в смешанных напитках, поэтому доверился вкусу парнишки, — признался он, а затем, сделав глоток, поморщился: — Этот пройдоха все-таки подсунул мне белый ром. — Пират, который не любит ром? — Руби картинно изогнула тонкую бровь и усмехнулась. — Ты нарушаешь традиции, друг мой. — Не спеши называть это ромом, пока не попробуешь настоящий. Руби скривилась, прожевывая ананас, потом отпила коктейль и, поставив локти на край столешницы, сцепила пальцы в замок. — И что же ты называешь настоящим ромом? Растянув губы в широкой улыбке, он провел по ним языком, предвкушая приятное покалывание в кончиках пальцев и наслаждение, разливающееся по телу, когда тема разговора касалась сокровенного — сорта рома. Выдержав небольшую паузу, Киллиан собирался начать, но резко распахнувшаяся дверь нарушила его планы. Последовав примеру доброй половины посетителей, с интересом повернувшихся на шум, он с торжествующей ухмылкой встретился взглядом с Эммой Свон, стремительным шагом направившейся к их столику. — Доброй ночи, шериф. Неужели не спится? — он откинулся на спинку стула, лениво потянувшись за напитком, и приготовился к безупречно отрепетированному представлению, как в следующее мгновение достигшая своей цели Эмма одним резким движением опрокинула на него столик. Едва успев отреагировать, Киллиан вскочил, минуя участь стула, по которому теперь стекала недопитая «Пина Колада». Изумленно уставившись на перевернутый стол и осколки, он шумно выдохнул и поднял на Эмму глаза. — Что, дьявол тебя дери, ты творишь? — Это именно тот вопрос, который я хочу задать тебе, — жестко бросила она, впившись в него взглядом. Уловив в ее тоне неподдельный гнев, Киллиан с удивлением отметил, что Эмма выглядит будто после двухдневной качки с ужасной командой во время шторма. — Судя по всему, тебе необходимо выпить, — попытался он сгладить ситуацию и глянул в сторону барной стойки. — Сойдешь с места — я лишу тебя второй руки, — предупредила она и в доказательство своих слов коснулась висящего на бедре пистолета. Руби осторожно отдалилась от них, и по мрачному беспокойству на лице той он понял, что его план окончательно полетел к чертям. Оглядев Эмму во второй раз, Киллиан пришел к выводу, что кто-то сильно постарался и взбесил ее, причем сравнительно недавно. — Какой строгий шериф, — наиграно ужаснулся он, ожидая в ответ привычной реакции в виде возведенных к потолку глаз. Вместо этого Эмма подалась вперед, и осколок стакана противно хрустнул под ее ногой. Она дернула рукой, словно собиралась нанести удар, но в последний момент передумала. — Я еще раз спрашиваю, — с нажимом произнесла она, пристально смотря на него. — Что ты делаешь? — Коротаю долгую холодную ночь за разговором с прелестной дамой. Позволь полюбопытствовать, весь этот допрос вызван возмущением из-за того, что я выпиваю с кем-то, помимо тебя? Если сбавишь обороты и прекратишь бить посуду, я с удовольствием предложу составить мне компанию. В следующую же секунду Крюк понял, насколько просчитался, попытавшись задать разговору веселый тон. Только сейчас Киллиан заметил, что ее дыхание затруднено, зрачки расширены, а рука, застывшая около бедра, трясется. Эмма действительно едва сдерживала закипающий гнев, была на грани, а он своими шуточками лишь сократил время до взрыва. — Если ты или кто-либо из твоих сообщников тронете мою семью, я сделаю все, чтобы беды и проклятия вашего мира показались действительно сказочными, — продолжая прожигать его взглядом, процедила Эмма, и Киллиан вынужден был признать, что ему стало не по себе. В его планы определенно не входил подобный настрой шерифа. Не до конца понимая, почему Эмма так остро отреагировала на пропажу Злой Королевы, он принялся прокручивать в голове новый план. — Где Регина, Крюк? — в лоб спросила Эмма, не дав ему возможности обдумать дальнейшие действия. — Предположим, я не знаю, — в попытке прощупать почву осторожно выдал он. Шериф недобро прищурилась, поджала губы и отрицательно качнула головой. — Неверный ответ. У тебя осталась последняя попытка, или я запру тебя в участке. Киллиан усмехнулся, хотя что-то подсказывало: она не шутит. Перспектива провести ночь в камере ничуть не прельщала. Он окинул шерифа быстрым взглядом, отмечая, что между ними не более пары футов, и наскоро прикинул возможные варианты развития событий. Учитывая состояние, в котором пребывала Эмма, ее вряд ли удастся застать врасплох и выиграть небольшую фору, поэтому Киллиан шагнул назад, выбрав иную тактику поведения. План потерпел фиаско, даже не успев окончательно сформироваться в голове. Эмма отреагировала моментально и, уверенным движением вытащив пистолет из кобуры, направила оружие на Киллиана. — Еще один шаг, и руки тебе вообще не понадобятся. В баре стихла музыка, прекратилось журчание воды и звяканье стекла. Киллиан не сводил глаз с пистолета, но подозревал, что взгляд каждого присутствующего в помещении прикован к нарушителям спокойствия. Пристально посмотрев на стоящую перед ним Эмму, он нахмурился и мысленно чертыхнулся. Совсем не то, на что он рассчитывал. — Спокойно, Свон, — после короткой паузы произнес он, — ты же знаешь, я всегда готов к сотрудничеству и открыт для предложений. Выбери любой столик, и мы все обсудим. — Обсудим, — кивнув, повторила Эмма, а затем, продолжая держать Киллиана под прицелом, достала из заднего кармана наручники и двинулась к нему, — только в участке. А если вздумаешь бежать, я прострелю тебе ногу. Хмыкнув, он позволил Эмме обойти себя и сдавленно зашипел, когда она резко заломила левую руку и больно сжала предплечье. Он и забыл, сколько силы в этой, на первый взгляд, безобидной женщине. — Никогда не перестану восхищаться твоей нежностью, лапочка, — иронично протянул он, обернувшись к ней через плечо. Опустив глаза, Киллиан увидел, как Эмма надевает наручники чуть ниже локтей, вероятно, рассчитывая, что крепление протеза не позволит так просто избавиться от металлических оков. — Признайся, Свон, ты со всеми используешь эти безделушки, или твои пристрастия распространяются только на дьявольски привлекательных пиратов? — Скорее, на дьявольски самовлюбленных засранцев, — голосом, сочащимся сарказмом, выдала Эмма и подтолкнула его в сторону выхода. Киллиан послушно двинулся с места, с удовольствием отметив, что в этот раз ему удалось предугадать ее реакцию. В участке царил полумрак, единственным источником света была настольная лампа в противоположной части помещения. Однако даже при таком скудном освещении Киллиан мог оценить состояние Эммы. Она выглядела безмерно уставшей и раздраженной, и это совсем не было ему на руку. Поглядывая на шерифа через металлическую решетку, он ждал, пока Эмма первой нарушит молчание, но она не спешила начинать разговор, вероятно, обдумывая ситуацию. — Молчать в твоей компании — одно удовольствие. Мы могли заниматься этим и в баре, — не выдержал он, решив проверить, насколько утих ее гнев. Эмма неспешно приблизилась к камере и, скрестив руки на груди, посмотрела на него. — Ты знаешь Грега Менделла? — Я в этом городишке от силы пару недель, а ты ждешь, что я выучу имена всех жителей? — Киллиан наиграно ужаснулся и покачал головой. — Возможно, мы с ним пересекались, но я не могу быть уверен, что это тот самый Грег Менделл, о котором ты спрашиваешь. Она никак не отреагировала на сказанное, лишь бросила беглый взгляд в окно. — Может, ты знаешь Тамару? Ее голос звучал спокойно, однако выражение лица свидетельствовало о том, что гнев Эммы ничуть не утих. Вероятно, время, за которое они добирались до участка, не помогло ей взять себя в руки. Киллиан улыбнулся и внимательно оглядел шерифа, пытаясь разобраться, что именно заставило ее сменить тактику. — Может быть, — медленно кивнул он, следя за реакцией собеседницы. Эмма молча развернулась, прошла в другой конец комнаты, взяла со стола пальто и, обернувшись к Киллиану, сказала: — В таком случае тебе не помешает отдохнуть, Крюк. Ночь в пятизвездочном участке в камере люкс поможет освежить твою память. — На каких основаниях я задержан, шериф? — Без оснований. Во время отсутствия мэра закон в этом городе я. Эмма фальшиво улыбнулась и, погасив настольную лампу, твердым шагом покинула помещение. Он проводил удаляющуюся темную фигуру взглядом и усмехнулся. Без труда открутив массивную часть крепления протеза, Киллиан освободил от наручников левую руку. Лежанка была ничуть не тверже той, на которой капитан коротал ночи в каюте, поэтому он растянулся на ней во весь рост и, недолго поворочавшись, принял наиболее удобное положение. Он был готов поклясться, что Эмма устроила этот спектакль, рассчитывая на его побег. — Поиграем, милая, — в пустоту пробормотал Киллиан, заложив правую руку с болтающимися на ней наручниками за голову. — Только в мою игру. Из полудремы его выдернули звуки шагов. Поморщившись, он потер затекшую шею и повернул голову в сторону двери. Эмма стояла посередине помещения, одной рукой держа пальто, а вторую уперев в бок. Светлые волосы были растрепаны, лицо бледно, а под глазами залегла легкая синева. — Напомни, Свон, кто из нас двоих ночевал в участке? — нахмурился он и, приподнявшись на локте, спустил ноги на пол. — Неужели и вправду стерегла всю ночь? Приношу глубокие извинения, если не оправдал твоих ожиданий. — О, заткнись, — поморщившись, простонала Эмма. Швырнув верхнюю одежду на диванчик, она сжала виски и сделала пару круговых движений пальцами. — Черт возьми, Крюк, от тебя столько проблем, что мне проще отравить тебя. И поверь, никто меня за это не осудит. Он довольно улыбнулся, отмечая, что вчерашний настрой Эммы практически сошел на нет, и теперь привести план в действие будет гораздо проще. Поправив подол плаща, Киллиан прислонился спиной к стене. — Могу ошибаться, но, по-моему, в обязанности Спасительницы отравление людей не входит. К тому же, это было бы не очень-то гостеприимно. Этот город и без того оказал мне теплый прием — до сих пор ребра болят. — Уж прости, что мы не спешим поить тебя чаем после того, как ты перевернул здесь все с ног на голову. — Вернее сказать, я появляюсь, и все переворачивается. Не исключай возможность череды случайных событий, лапочка. Эмма смерила его взглядом и, раздраженно поджав губы, направилась к столу. Дотянувшись телефона, она уверенными движениями что-то набрала и приложила трубку к уху. — Доброе утро. Можно попросить фирменный завтрак от бабули с доставкой в участок? Нет, не какао. Кофе, крепкий кофе. Без разницы. Огромное спасибо. Голос звучал хрипло, и весь ее вид выражал усталость и напряжение. Киллиан вновь взглянул на нее и покачал головой. — Не прими за заботу, но отдых тебе просто необходим. Не стоило вчера отказываться от выпивки. — Соедините, пожалуйста, с мистером Уоренном, — проигнорировав его слова, произнесла Эмма, по-прежнему держа трубку у уха. — Передайте, что это Эмма Свон. Нет. Не стоит, я сама перезвоню ближе к вечеру, спасибо. Эмма подтянула рукава бирюзовой водолазки до локтей и собрала волосы в низкий хвост. Киллиан молча наблюдал, как она наскоро сложила многочисленные бумаги на столе в неровную стопку, смела в корзину скомканные листы и яблочный огрызок, а затем открыла окно. Прислонившись к подоконнику, повернула голову в сторону камеры. — И что с тобой делать? — то ли ему, то ли самой себе задала вопрос Эмма. — У меня несколько вариантов, но самые интересные из них мы обсудим позже, — он многозначительно улыбнулся. — А сейчас предлагаю наконец разъяснить мне, что происходит. За что я вчера чуть не отхватил пулю, и в чем конкретно ты меня подозреваешь? Эмма посмотрела на него в упор, несколько секунд не сводила внимательного взгляда, будто ожидала чего-то еще, потом отстранилась от подоконника и сделала несколько шагов вдоль камеры. — В сговоре с Грегом Менделлом, похищении Регины, незаконном проникновении в лавку Голда и применении незарегистрированного огнестрельного оружия, — она уперлась руками в решетку и встретилась с ним взглядом. — Весомый список. Надеюсь, у тебя есть еще подозреваемые? Иначе это дело обречено на провал. — Послушай, Крюк, — Эмма устало вздохнула, положив подбородок на металлические прутья, — меня не интересует, что за вражда у тебя с каждым вторым жителем города. Мне все равно, сколько раз ты попытаешься убить Голда. Но сейчас это происходит в Сторибруке, и твои действия затронули мою семью. Если ты надеешься, что подобное сойдет тебе с рук... Не закончив фразы, Эмма обернулась на частую дробь каблуков. Киллиан чуть наклонился вбок, чтобы разглядеть за ее спиной вошедшего человека. Руби замерла на пороге, в явном замешательстве окинув взглядом участок. — Я... не вовремя? — Вовремя. Еще немного — и я бы умерла от голода, — покачала головой Эмма и, хмуро посмотрев на него, развернулась к Руби. Метнув быстрый взгляд на Киллиана, Руби прошла к столу и принялась выгружать содержимое небольшой корзинки. — Ох, ты позаботилась, чтобы я неделю, а то и больше, не выходила из участка, — усмехнулась Эмма, когда на столешницу опустился очередной сверток. — Ты никогда не заказывала еду на вынос. И тем более не отказывалась от какао в пользу кофе. Я подумала, дела действительно плохи, и тебе не помешает хорошенько перекусить. А напоследок, — Руби широко улыбнулась, а затем выудила со дна корзинки сэндвич, — с жареным сыром. — Руби, ты чудо. Эмма с улыбкой коснулась предплечья Руби и взяла белый стаканчик с кофе. Руби закрыла корзинку и, оглядевшись, остановила взгляд на Киллиане. Он подмигнул в ответ, на что та закатила глаза. — А с этим что? — обратилась Руби к Эмме. — Надеюсь, я не зря испортила себе вечер? — Я оскорблен до глубины души, — горестно вздохнул Киллиан, приложив ладонь к груди, но никто не отреагировал на его реплику. — Пока не знаю, — покачала головой Эмма, поднесла кофе к губам и подула на напиток. — Спасибо тебе большое за все. Ты очень выручила и вчера, и сегодня. Руби кивнула, потом с усмешкой посмотрела на то, с каким наслаждением Эмма откусила сэндвич. — Что ж, не буду вам мешать, — весело хмыкнула та и, покосившись на Киллиана, добавила: — Ну, тебе и твоему сэндвичу. После того, как Руби ушла, участок вновь погрузился в тишину. Эмма, стоя у стола, доедала свой завтрак, изредка отпивая кофе, и задумчиво смотрела в окно. Уловив едва слышный утомленный вздох, Киллиан развернулся к шерифу и, решив, что более уместный момент может больше не подвернуться, спросил: — Позволь узнать, почему тебе так важно отыскать королеву? В своей жизни она натворила много чего и нажила немало врагов. Зачем мешать возмездию? Возможно, справедливому. Эмма замерла, и по жалобному шуршанию упаковки от сэндвича Киллиан понял, что она сжала руку. Положив остаток завтрака на стол, Эмма обернулась к нему. — Потому что она мать Генри. И да, если каждый начнет вершить возмездие, мир вокруг сойдет с ума. Киллиан выдержал ее взгляд и чуть склонил голову набок. — В таком случае... Как ты смотришь на то, чтобы отпустить меня? А взамен я помог бы найти Регину. — Предлагаешь сделку? — усмехнулась Эмма и сделала несколько шагов по направлению к камере, не разрывая зрительного контакта. — Я бы назвал это сотрудничеством, милая. Ну, это когда люди доверяют друг другу и работают в команде. Помнишь, мы с тобой пытались этим заниматься? Пока ты не кинула меня, — он вызывающе улыбнулся, приподняв брови. — Твое счастье, я не злопамятен. — Мое счастье, что ты за решеткой. И я готова поспорить, что если ты там и останешься, то у меня будет гораздо меньше проблем. Эмма присела на подлокотник диванчика, находящегося в нескольких футах от камеры, и уперлась руками в колени. — Возможно. Но нельзя откидывать вероятность, что я буду на твоей стороне и помогу решить некоторые проблемы. — Сотрудничать с тобой, Крюк, — словно выходить на бой с завязанными глазами. Полагаешься лишь на собственное чутье и рефлексы, — Эмма нахмурилась, по-прежнему не сводя с него тяжелого взгляда. Киллиан знал, что в этот момент она обдумывает его предложение, пытается взвесить ситуацию. А еще он знал, что нервозность и усталость должны взять свое. — Ты права, я либо подстрахую, либо помогу упасть, — он встал и, вплотную приблизившись к решетке, коснулся крюком прутьев. — Но тебе, черт возьми, необходима помощь. Действовать в одиночку еще опаснее, и ты это знаешь. Малейший промах слишком дорого обойдется. А рисковать ты не готова, признайся. Причина была названа тобой же: дело касается семьи. Подумай, в каком из вариантов риск больше, — Киллиан провел металлом по решетке снизу вверх и посмотрел с кривой усмешкой на Эмму. — Итак, твой ответ, Свон?