Точки экстремума

Киллиан стоял на углу улицы, прислонившись спиной к фонарю, и со скучающим видом рассматривал вывеску букинистической лавки. Крепко сложенный пожилой мужчина несколько раз одарил его пытливым взглядом через оконное стекло и, выглянув на улицу, даже спросил, не заинтересовался ли он какой-либо книгой на витрине. Вот и сейчас мужчина, похоже, уже осознав, что Киллиан не является потенциальным покупателем, снова бросил на него недовольный взгляд поверх очков и вернулся к подметанию пола. Сунув правую руку в карман плаща, капитан неспешно почесал крюком подбородок. Стоять на одном месте было холодно и утомительно, а периодически посматривающий на него продавец лавки начинал раздражать. Киллиан давно бы сменил месторасположение, но с этого угла открывался удобный обзор входа в кафе. Находясь в разгар дня посреди города, он уповал лишь на то, что ни Свон, ни ее отцу не придет в голову искать беглеца практически на соседней улице. Впрочем, его это мало заботило. Куда важнее для Киллиана было столкнуться с последствиями своей маленькой прихоти. Тамара вышла из кафе одна, сжимая в руке картонный стаканчик и, как Киллиан и рассчитывал, сразу же заметила его. Он неторопливо перешел дорогу и остановился у машины, к которой она подошла несколько секунд назад. — Я в курсе последних событий, — не глядя на него, сказала Тамара и, открыв дверцу машины, поставила на переднее сидение сумку. — И даже не будешь ругать меня за изменение правил? — облокотившись о кузов, с наигранным разочарованием поинтересовался Киллиан. Тамара усмехнулась и, сделав глоток, посмотрела на него. — Для тебя это игры, капитан? Я-то думала, ты отнесешься к предстоящему с должной серьезностью. Здесь не Неверленд, и имеешь ты дело не с потерянными мальчиками. Совсем не с потерянными, — она многозначительно приподняла брови, качнула головой и оглянулась на двери кафе. — Просто запомни, что каждое действие — даже малейший шажочек, — влечет за собой последствия. И последствия могут быть не такими уж маленькими. Она говорила неспешно, с легкой утомленностью, со спокойной улыбкой в уголках губ, словно до этого объясняла то же самое кому-то другому и не раз. Киллиан внимательно наблюдал за ней, пытаясь уловить, какие эмоции на самом деле скрывались за внешней безмятежностью. — Не думаю, что ход наших мыслей совпадает. Но тем не менее ты, сам того не подозревая, отчасти сделал то, что нужно, — вновь переведя на него взгляд, кивнула Тамара. — Продолжай занимать Эмму. Чем больше ты привлекаешь внимания, тем лучше. Постарайся отвлечь ее этим вечером. Так, чтобы она оказалась подальше от города. — Будешь вытаскивать из участка своего дружка? — весело хмыкнул он, пытаясь вернуться к интересующему его вопросу. — Делай что хочешь, — будто прочитав между строк, улыбнулась Тамара и аккуратным движением поправила шарф. — Но помни: только глупцы спешат делать ставки, не изучив возможности противников. Дверь, сопровождаемая звяканьем колокольчика, дернулась, и из кафе вышел Нил. Завидев Крюка, тот помрачнел и ускорил шаг. — Какие-то проблемы? — сперва оглядев Киллиана, затем Тамару, хмуро спросил Нил. — Абсолютно никаких. Тебя-то я как раз и ждал, — оживился он. — Как вернулся в город, все мучаюсь вопросом, отчего же твой отец как ни в чем не бывало ходит на своих двоих. Не подскажешь, к какой на этот раз мерзости прибег Темный, чтобы спасти свою старую шкуру? Нил посмотрел на него исподлобья долгим взглядом и, коснувшись плеча Тамары, заставил ее забраться внутрь машины. — Тебе лучше спросить у него, — захлопнув дверцу, бросил тот. — Ваши взаимоотношения гораздо длиннее и богаче. Может, по старой дружбе отец тебя и просветит. Он точно знал, как занять Свон. Расположившись в кресле, Киллиан, закинув ногу на ногу, не глядя тасовал карты. До автоматизма отработанными движениями пальцы проворно перебирали потертую колоду, периодически раскладывая карты на столе. Это очищало разум, помогало собраться с мыслями. Киллиан выудил из колоды пикового туза и, зажав карту между пальцами, поднес к лицу. Рассматривая туз, он обдумывал слова Тамары. Ему действительно было известно непозволительно мало, чтобы выбирать чью-либо сторону. Он не знал мотивов Грега и Тамары, зато знал, чем руководствовались Свон и ее семейка. Мог прикинуть, какие силы будут на стороне добра, если к ним примкнет королева, но не имел ни малейшего понятия о силах тех двоих. Да и есть ли у них силы вообще? Он рискует втянуться в игру, правила которой ему абсолютно неведомы. Но с другой стороны, Капитан Крюк всегда может успеть затеять собственную. Звуки шагов вывели его из размышлений и оповестили о спускающемся в капитанскую каюту госте. Вернув туз в колоду, Киллиан быстро разложил карты, а затем снова собрал. Эмма зашла внутрь и, окинув каюту быстрым взглядом, молча заняла место на стуле у противоположной стены. — Нет, ты не можешь перейти к делу, не оглядевшись вокруг, — он сокрушенно покачал головой и откинулся на спинку кресла. — И каким же я буду капитаном, если не покажу гостье корабль? — Схваченным, — не поведя бровью, ответила Эмма. Он хмыкнул и с интересом посмотрел на нее. Лицо Эммы не выражало ничего, кроме спокойствия и уверенности. Исчезла неестественная бледность и вселенская усталость во взгляде. Киллиан готов был поклясться, что не только увидел, но и ощутил произошедшую перемену. Не в силах сдержать торжества, он приподнял подбородок вверх и улыбнулся. — Не отказывайся от небольшой экскурсии, Свон. Твое воображение не охватит даже частичку чудес, увиденных капитаном этого корабля. Здесь собраны вещицы едва ли не со всех концов света, и каждая из них хранит память о том или ином месте. — Да тебя сейчас разорвет от самодовольства, — Эмма насмешливо сощурила глаза и поднялась со стула. — Единственная вещь, которая меня интересует на этой посудине, — мой телефон. И к твоему сожалению, я пришла не за сомнительной экскурсией. Закрывай свой кораблик на ключ — или что вы там делаете, когда оставляете корабль без присмотра — и идем со мной. Камера истосковалась по тебе за этот день. Проведя рукой по мягкому подлокотнику кресла, Киллиан поерзал в поисках наиболее удобного положения. — Хочешь снова меня задержать? — Хм, дай подумать, — она, скрестив руки на груди, уперлась плечом в дверной косяк. — Ты по-прежнему обвиняешься в похищении человека или в содействии похищению. Добавим к этому побег, незаконное проникновение на частную собственность, мелкую кражу... Да, я здесь определенно ради твоих историй об увиденных мирах. — Свон, — Киллиан чуть склонил голову набок и внимательно посмотрел на Эмму, — мы можем продолжать обмениваться остротами — не скрою, этот процесс доставляет мне огромное удовольствие, — или перейдем к делу. Эмма нахмурилась и, за несколько шагов сократив расстояние между ними, встала по другую сторону стола. — Я думала, капитан корабля должен быть более внимательным, — с плохо скрываемым раздражением начала она. Ее лицо оставалось невозмутимым, но в голосе проскользнули ледяные нотки. — Либо ты так занят самолюбованием, что совершенно не следишь за ходом разговором, либо не понимаешь слов. Следи за моими губами, — Эмма, наклонившись, уперлась ладонями в стол. — Ты арестован, Крюк. Едва сдержав готовый сорваться с языка комментарий касательно ее губ, Киллиан тоже подался вперед, и между их лицами осталось не больше двух футов. — Ты думаешь, я одолжил твою побрякушку и оставил послание с координатами только для того, чтобы ты меня арестовала? Радость моя, нам надо поговорить, и ты это знаешь. — Верно. В участке и поговорим. Ты, я, решетка, наручники — не будем нарушать традицию. Киллиан резко поднялся, заставив Эмму отстраниться и переместить руку к кобуре, обошел стол и, придвинув к нему стоящий у комода стул, сжал пальцами деревянную спинку. — Сядь, Свон. И мы поговорим здесь, — с нажимом произнес Крюк, вперив в нее серьезный взгляд. — Ты в этом тоже заинтересована. Стиснув зубы, от чего по ее скулам забегали желваки, Эмма молча заняла предложенное место. Кивнув, он вернулся в кресло и, оперевшись локтями о стол, посмотрел на сидящую напротив. Узкая ладонь взметнулась в требовательном жесте. — Мой телефон. — Когда средство связи оказалось в кармане Эммы, она откинулась на спинку стула и скрестила руки на груди. — А теперь у тебя три минуты, чтобы озвучить хотя бы одну вескую причину, почему я не могу запрятать тебя за решетку. — За это время я бы не только озвучил, но и доказал одну из причин, — приподняв бровь, усмехнулся он, — но, к сожалению, нам необходимо поговорить о деле. Буду краток, милая, и предельно откровенен: без меня у тебя не получится защитить ни этот город, ни свою семью. — Это угроза? — Непременно, но не от меня. Я же, напротив, хочу помочь. Не за твою прекрасную улыбку, разумеется, но ведь любая помощь имеет свою цену. Эмма, проверив время на несуществующих наручных часах, со скучающим видом подняла на него глаза. — Пока не убедил. Осталось две минуты. — Да брось, ты ведешь себя так, будто я уговариваю тебя что-то купить, — раздраженно бросил он, в нетерпении сжав руку в кулак. — Дело серьезное, и каждый может пострадать в сложившейся ситуации. В том числе и я, поэтому и предлагаю помощь. Тряхнув головой, Эмма пододвинулась на край стула. — Пока ты льешь воду, Крюк. Скажи что-нибудь конкретное, и тогда я выслушаю тебя. С кем мы имеем дело? Что они хотят? И какого черта в этом участвуешь ты? — И где гарантия, что ты не кинешь меня, как только я выложу тебе все? Эта информация — единственное, что у меня есть, — он стукнул кулаком по столу и нервно дернул руку обратно. — В ней, собственно, и заключается предлагаемая помощь. Но если я просто расскажу тебе, что мне известно, то рискую остаться ни с чем. Свон, меня такой расклад совершенно не устраивает. Она несколько секунд пытливо смотрела на Киллиана, словно пытаясь что-то прочесть на его лице, а потом медленно кивнула. — Хорошо. Я даю тебе слово, что ты не останешься без поддержки. Если ты расскажешь все, и это окажется правдой, то я согласна на сотрудничество, и ты можешь рассчитывать на мою помощь. Киллиан ничуть не сомневался в собственной выдержке, но на всякий случай опустил голову. — Тот парень, Грег Менделл — вот причина переполоха в твоем городе. Вероятно, у него есть подсобник. Но беспокоиться тебе нужно не о них. — Он умолк, затем постарался продолжить с естественной серьезностью: — Имя того, кто стоит за всем этим, — Питер Пэн. Сущий демон в обличии ребенка. Он действует на расстоянии, поэтому не подвергается риску. Зато рискуем мы все, и Грег тоже, хотя и не знает об этом. — Питер Пэн? Серьезно? — Эмма усмехнулась и, потерев переносицу, покачала головой. — Ну, Злая Королева и огнедышащий дракон — еще куда ни шло. Но мальчишка в зеленом трико в роли злодея? — Его внешность обманчива, Свон. По силе он может сравниться с Темным, а в коварстве — с самим морским дьяволом. Эмма поджала губы, явно не зная, как реагировать на сказанное, и выжидающе посмотрела на него. — И чего же хочет этот Питер Пэн? — Я не знаю. Но долгое время я жил в Неверленде, это место было своего рода тюрьмой для меня и моей команды. Все эти года Пэн искал одного человека, — Киллиан, привстав, навис над столом. — Мальчика с сердцем Истинно Верующего. Ребенок, чья вера насколько крепка, что способна убеждать и других. Мальчик, который сам верит и помогает поверить остальным. И если люди Пэна оказались в Сторибруке, то значит, он думает, что этот мальчик находится здесь. Я не знаю, действительно Истинно Верующий в этом городе или нет, но знаю другое: мест, которых коснулись лапы Пэна, больше не существует. В своих поисках Пэн беспощаден, уничтожает все вокруг. Это можно назвать прикосновением смерти, если угодно. — Он замолчал, давая Эмме время переварить полученную информацию и сполна осознать серьезность сказанного. В слегка прищуренных зеленых глазах плескалось недоверие, и Киллиан, опустившись в кресло, продолжил: — Если они не соврали, и за всем этим вправду стоит Пэн, то Сторибруку придется несладко. Сочтя свой монолог достаточно эффектным, он не стал ничего добавлять и, постучав костяшками пальцев по столешнице, перевел взгляд на Эмму. В каюте некоторое время царила тишина, затем Эмма прошла в другой конец помещения и обратилась к Киллиану: — Один вопрос ты все-таки оставил без ответа. Как ты замешан в этом деле? И снова цепкий взгляд, будто пытающийся заглянуть внутрь, посмотреть насквозь. Не самый приятный, отметил Киллиан про себя. — Какой-то человек нашел меня в том подвале, в Нью-Йорке, привез сюда. Грег встретил нас на границе города и, не забыв упомянуть о том, что Крокодил все еще дышит, предложил мне сделку, от которой было трудно отказаться. — Эмма с интересом склонила голову и сделала шаг обратно к столу. — От меня требовалось лишь вынудить Регину добровольно надеть на себя браслет Коры, и я прекрасно справился с заданием. Эмма подалась вперед, напряженно вглядываясь в его глаза. — Кто привез тебя в город? — севшим голосом спросила она, и Киллиан с удивлением отметил, что ее спина напряглась и неестественно выпрямилась. — Не знаю. В подвале меня вырубили, а все остальное время, до встречи с Грегом, глаза были завязаны. Ее взгляд вновь стал беспристрастным. Киллиану показалось, что плечи Эммы слегка дернулись, как если бы она вздрогнула. Обхватив себя руками, словно ей было холодно, шериф прислонилась к деревянной поверхности шкафа. — И с чего ты решил сдать своих новых друзей? — ее спокойный голос и ничего не выражающее лицо сильно контрастировали с неуверенными мелкими движениями, которые то и дело привлекали внимание Киллиана. — Потому что они обмолвились о Неверленде, а я не за тем прожил долгую жизнь, чтобы так глупо и бессмысленно ее окончить. Ну что, Свон, допрос окончен, или ты все еще мне не веришь? — приподняв брови, усмехнулся он. Эмма улыбнулась и, обойдя стол, приблизилась Киллиану практически вплотную. Нагнувшись, чтобы ее глаза оказались на уровне его лица, она произнесла спокойным твердым голосом: — Скорее этот город провалится в Ад, чем я поверю тебе. Но будь по-твоему, — Эмма выпрямилась, — мы начнем разрабатывать твою версию и, возможно, найдем какие-нибудь зацепки. Я обещала свою поддержку, если сказанное окажется правдой. Но если ты все же осмелился соврать, то начинай молиться морским богам, Крюк, — она похлопала его по плечу и двинулась к двери. — А теперь идем, поведаешь все это Дэвиду. Когда Эмма наконец повернулась к нему спиной, он позволил губам растянуться в ухмылке. Довольный, что его маленький спектакль прошел именно так, как и было задумано, Киллиан последовал за Эммой.