Рэнх'Ар (переработанный)

В свете факелов фигура Агадара казалась, как минимум, ужасающей. Бледная кожа, полыхающие красным огнём глаза, волосы цвета крови и чёрная сталь доспеха, проглядывающая из-под багровых одежд. Любой здравомыслящий человек, увидев подобное чудовище, должен был бы в ужасе бежать, не разбирая дороги. Да вот только Рэнх «любым» не был. Когда за его спиной захлопнулись тяжёлые двери, и совет магов остался позади, Рэнх понял, что мир вокруг него неощутимо переменился. Факелы разгорелись ярче, в воздухе почувствовался запах гари, а на языке отразился странный, металлический привкус. А в следующий миг прямо перед ним возник демон. Рэнх не боялся его. Он знал, что Агадар никогда не причинит ему вреда. Откуда пришло это знание? Сложно сказать. Оно просто было. Всегда было с ним. — Почему ты не пошёл со мной? — тихо спросил Рэнх, задрав голову и взглянув в красные глаза Агадара. Вопрос этот был весьма уместен, потому как последние годы Агадар почти всегда был рядом с Рэнхом, оставаясь невидимым для других людей. Точнее «не разрешая другим людям себя видеть», как сказал он однажды. Но в этот раз демон оставил Рэнха одного. Тот в ответ одарил мальчика странной, пугающей улыбкой, обнажившей заострённые зубы, и сказал: — Потому что этот выбор предстоит сделать тебе самому, РэнхʼАр. — Выбор?.. — Идём, — сказал Агадар, коснувшись рукой в стальной перчатке плеча Рэнха и двинувшись вперёд по коридору. Рэнх, на секунду замешкавшись, пошёл следом, стараясь поспеть за широко шагающим демоном. Шли они молча, не говоря друг другу ни слова, и Рэнх только и мог, что наблюдать за тем, как слабый ветер развевает полы одеяния Агадара, обнажая сталь доспехов. Сколько Рэнх себя помнил, Агадар всегда являлся к нему в этом доспехе — чёрный, украшенный затейливой резьбой, покрытой какой-то странной, красной краской. Но, что было удивительно, не смотря на такое обилие железа и стали, демон двигался абсолютно бесшумно. Иногда им на пути встречались маги и обычные люди, бредущие куда-то по своим делам, но стоило им лишь взглянуть на Агадара, как они тут же впадали в какой-то секундный ступор, а потом просто разворачивались и шли в другую сторону, словно у них возникало неожиданное и невероятно важное дело. Рэнх и раньше видел подобное. Даже в доме Ротарда — когда старый маг встречался взглядом с Агадаром, то он просто на секунду каменел, а потом отворачивался и вёл себя так, словно ничего не было. Агадар никогда не говорил, почему не хотел показываться людям, а Рэнх не спрашивал его об этом, разумно предполагая, что на это есть свои причины. Но сейчас его куда сильнее волновал другой вопрос, а точнее догадка, которую он не преминул озвучить: — Ты хочешь, чтобы я остался здесь? Среди магов? — спросил мальчик, когда они вышли из здания на улицу, под яркое полуденное солнце. Услышав это, демон резко остановился, чуть было не сбив с ног одного из стражников, идущих внутрь здания. Но человек, как и всегда, на секунду застыл, а затем просто обошёл Агадара, не произнеся ни единого слова. — Если бы мои желания играли здесь хоть какую-то роль… — не договорив, он замолчал, одарив Рэнха долгим, задумчивым взглядом. — Ты видишь сны, — неожиданно сказал он, взглянув Рэнху в глаза. Рэнх понимал, что он имеет ввиду под «снами». — Да, — кивнул он, — я вижу. — Я тоже вижу сны, — сказал демон, двинувшись вперёд по дороге, и Рэнх пошёл рядом с ним. На этот раз Агадар шёл куда медленнее, и мальчику не приходилось выбиваться из сил, чтобы поспеть за ним. — Это редкий дар среди таких как мы. — Ты видишь другой мир? — спросил Рэнх. — Да, — кивнул Агадар, — совсем другой мир, хоть он и очень похож на этот, — взглядом он скользил по зданиям Магистрата, по башням, по садам и мраморным статуям. — Прекрасный, далёкий мир. Когда-то он был моим домом. Там была моя семья и мои друзья. — Был?.. — Был, — согласился Агадар, и на лице его мелькнула странная, непонятная Рэнху улыбка, — его больше нет. Как и всех, кто был мне близок. После этих слов повисла тишина, нарушаемая лишь порывами ветра, налетавшего с востока. Агадар молча смотрел на цветы акации, окружавшей дорожку, а Рэнх… Рэнх пытался себе представить, каким мог бы быть мир Агадара. Пытался и не мог. Фантазия всё-таки не была его сильной стороной. — Ты скучаешь по ним? — спросил он, посмотрев на Агадара. — А ты скучаешь по матери? — неожиданно резко обернувшись, спросил его демон. На секунду Рэнх растерялся, но лишь на секунду. — Нет, — честно ответил он. — Я был ей не нужен. — Что ж, — задумчиво ответил Агадар, — значит ты умнее меня, — на лице его блеснула довольно искренняя улыбка. — Своих друзей я так и не смог отпустить. Впрочем, их было всего двое, и я думаю, мироздание простит мне эту оплошность. А теперь идём. Здесь в Магистрате есть несколько вещей, которые тебе следует увидеть. Нагнувшись, он подхватил Рэнха на руки, и тот почувствовал мимолётное прикосновение к доспеху, который показался едва ли не обжигающим. Мальчик, оторопевший от подобного, дёрнулся, но вырваться не пытался. Да и необходимости в этом не было, потому как всего через несколько секунд Агадар вновь поставил его на землю… точнее уже не на землю, а на холодные влажные камни. С лёгким уколом страха Рэнх обнаружил, что они уже не стояли под открытым небом, а оказались в каком-то странном тёмном помещении, единственными источником света в котором была небольшая лампа, стоящая на железной подставке, вделанной в каменную стену. Собственно, пол и та самая стена были единственным, что мальчик видел в темноте, но это его не особо волновало, потому как Агадар всё ещё был рядом, а это значило, что никакая опасность ему грозить не может. — Мы в одном из хранилищ Магистрата, — отвечая на не заданный вопрос, сказал Агадар. Он неторопливо подошёл к стене и взял слабо чадящую лампу. Как только он коснулся её рукой, пламя тут же загорелось ярче, и теперь света её хватило для того, чтобы отогнать тьму чуть дальше, позволяя Рэнху лучше обозреть место, в котором они оказались. Здесь, как и подобало хранилищу, всюду стояли сундуки, ящики и какие-то непонятные горки, закрытые медленно подгнивающей тканью, из-под которой то и дело показывались, крайне заинтересованные происходящим крысиные мордочки. — В относительном порядке маги содержат только свои драгоценные библиотеки, — пояснил Агадар, проследив за взглядом мальчика. — Здесь же находят свой последний приют вещи, уже отслуживший своё или же просто забытые артефакты давно ушедших времён. Идём. У нас не так много времени. И, не дожидаясь ответа мальчика, Агадар пошёл вперёд, ловко лавируя между нагромождениями древних сокровищ и кучами не менее древнего мусора. Рэнх следовал за ним, всё-таки стараясь разглядеть то, что выхватывал из тьмы свет лампы в руках демона. Вот — статуэтка крылатого змея. Она лежит на полу, и кто-то уже разломил её пополам. Рядом с ней стопка книг, на переплётах которых очень явно виднеются следы крысиных зубов. Чуть правее заросший мхом посох — почти такой же, какой носил Ротард. Всё это почти не вызывало никакого интереса или отклика в душе. Вещи и вещи. Ничего интересного. Но тут взгляд зацепился за какую-то непримечательную, изогнутую палку. Почерневшая, то ли от огня, то ли просто от времени, она стояла прислонённая к стене и почти никак не выделялась на фоне остальных. Разве что размерами. Высотой она была едва ли не на две головы выше самого Рэнха, который даже в таком возрасте был довольно высоким мальчуганом. Рэнх и сам не понял, почему остановился напротив неё. Не почувствовал он и как подошёл Агадар, и с интересом взглянул сначала на «палку», а затем и на мальчика. — Забавно, — только и сказал демон, прежде чем подтолкнуть Рэнха идти дальше. Ещё около десяти минут они шли по мрачному хранилищу, оставляя позади десятки и сотни безвестных артефактов, обречённых провести остатки своих славных дней в застенках магических подвалов. Рэнху казалось, что он слышит тяжкий стон их пробуждения, чувствует полные тоски и печали взгляды, которые вещи бросают им в спины, ощущает, как в воздухе растекается их горе и отчаянье…, но делать хоть что-то мальчик не решался, боясь вызвать недовольство Агадара. Демон остановился, и Рэнх, неотступно шедший следом, чуть было не врезался в него. Хвала Богам, ему всё-таки удалось удержать равновесие и он просто слегка запнулся, выступив чуть вперёд и… — Люди так часто поминают Богов, хотя давно забыли, кто они такие на самом деле. Девять статуй из белого мрамора. Девять крылатых воинов в не тускнеющей даже во мраке подземелья серебряной броне. Девять забытых Богов. От одного взгляда на статуи сердце в груди Рэнха замерло, а руки похолодели от страха, смешанного с чувством благоговения. Мальчик не знал, кто и когда творил эти статуи, не знал, чья рука тесала камень, но здесь, в слабом свете лампы, он видел, что все девять воинов казались абсолютно живыми, реальными, лишь на мгновенье застывшими и готовыми в любой момент броситься на битву с неведомым врагом. Но один из них привлёк внимание Рэнха больше, чем остальные. — Гарлд?.. — выдохнул мальчик, подходя к статуе, стоящей на некотором отдалении от остальных. Этот воин, в отличие от прочих, не имел в руках никакого оружия, но за спиной, между широко расправленных крыльев, виднелось древко могучего копья. Образ действительно почти в точности повторял тот, что Рэнх видел в книге, показанной ему Ротардом, и мальчик с поистине детским восторгом аккуратно дотронулся ладонью до руки каменного воина. — Его имя Энтар, Владыка Драконов, — сказал подошедший ближе Агадар. — Слабейший из девяти, он, тем не менее, сделал куда больше, чем всего его братья вместе взятые. — Энтар, — как зачарованный повторил Рэнх, не отрывая взгляда от лица воина. — Они были тем щитом, что стоял между мирами людей и беспросветной Тьмой, стремящейся пожрать всё, до чего только дотягиваются её руки, — тихо говорил Агадар, не отрывая взгляда от каменных изваяний. На секунду Рэнху показалось, что в его глазах блеснула грусть. — Все они пали. Безумие, страх, ярость и боль сломили всех. Все они пали во тьму, от которой должны были сохранить нас. — Агадар, — прошептал Рэнх, взглянув на демона, — почему ты рассказываешь мне это? — Они будут являться к тебе во снах, РэнхʼАр, — негромко ответил Агадар, проведя стальным когтем по груди ближайшего из каменных воинов — Энтара. На серебряном доспехе остался глубокий след. — Будут пытаться сломить тебя. Ты должен быть готов. — Что?.. Я не понимаю, — помотал головой Рэнх. — Поймёшь, когда придёт время, — вздохнул Агадар, — а теперь идём. Пришло тебе время делать свой выбор. И, не говоря больше не слова, он вновь подхватил Рэнха на руки, чтобы вернуть в мир солнца, света и сварливых магов. *** — Ты понимаешь, кем является твой мальчишка? — сказала Адара через секунду после того, как дверь за Рэнхом захлопнулась. — Я уже перестал считать, сколько раз мне задавали этот вопрос в последние дни, — пробормотал Ротард, крепче сжимая посох и стирая пот со лба. Для обители магии здесь удивительно плохо поддерживался температурный баланс. — И, тем не менее, — продолжила Адара. — Этот мальчик — не человек. Во всяком случае отчасти. Что-то спит в нём, и никто из нас не может сказать, можно ли считать это «что-то» опасным. Тот факт, что ты, Ротард, не смог разглядеть столь очевидной вещи в очередной раз доказывает, что Совет только выиграл, когда ты покинул… — Адара хочет сказать, — вступил в разговор Орейл, — что в мальчике сокрыто нечто, что мы не смогли ни увидеть, ни, тем более, понять. Ситуация, как ты уже успел понять, вырисовывается довольно интересная. — Именно, мой пылкий друг, — заговорила Ирцилла, — ты, Ротард, приютил у себя этого мальчика, и никто, я повторяю — никто, — быстрый и весьма хмурый взгляд в сторону Адары, — из нас не сомневается в твоих способностях. Но мы так и не поняли, что за сущность спит в этом твоём Рэнхе. — Можете не продолжать, — сказал Ротард, окинув взглядом четверых магов, — я уже понял, к чему вы ведёте. «Мальчик не должен покидать Магистрат» сейчас скажет кто-то из вас, словоблудов, а остальные закивают головами. Так вот этого не… — Мнения разделились, — сказал, молчавший большую часть разговора, маг воздуха. Борхуа — кажется, так его звали. — Госпожа Адара и я склонны сказать именно то, что вы сейчас озвучили, мастер Ротард, но… — Мы с Орейлом считаем, что мальчику будет спокойнее у тебя, — сказала Ирцилла, не дожидаясь, пока Борхуа закончит фразу. — Всё-таки, как я уже сказала, никто из нас не склонен принижать твой опыт и твои способности. В случае чего, ты лучше других сможешь распознать опасность и принять меры. — То есть — убить его? — уточнил Ротард, дрожащим от злости голосом. — Принять меры, — спокойно сказал Орейл. — Ты знаешь, что такое магия Ротард, и знаешь какие… вещи, она способна творить. — Но, так или иначе — мнения разделились, — вновь заговорила Адара. — А поскольку ты, номинально, числишься среди магистров, мы, не без опасений, отдаём тебе решающий голос. Я надеюсь, что старость не настолько подкосила твой разум, чтобы ты решился оставить мальчика без надлежащего надзора. «А я надеюсь, что морда твоя не лопнет, когда ты будешь пожирать очередного кабана», — подумал Ротард, глядя прямо в глаза Адаре. Ох, как же ему хотелось сказать, что мальчик остаётся у него просто ради того, чтобы насолить этой злобной бабе, но… всё-таки Ротард ещё не до конца растерял совесть, решившую вступить в дело именно сейчас. — Мальчик сам должен решать свою судьбу, — сказал он, для пущего эффекта ударив посохом по земле. *** Они вновь оказались около дверей Зала Советов. Там, внутри, звучали голоса. Кто-то о чём-то спорил…, но Рэнху сейчас это было совсем не интересно. Взгляд мальчика был прикован к демону, стоявшему напротив него. — Когда ты пройдёшь за эти двери, тебе придётся решить, с кем ты проведёшь ближайшие годы — с магами Магистрата или же с Ротардом. — Но…, но почему я не могу остаться с тобой? — тихо спросил Рэнх с нескрываемой грустью в голосе. Он уже чувствовал, что ответит ему Агадар. — Мне придётся оставить тебя на их попечение, РэнхʼАр, — с грустной улыбкой ответил демон. — Ты должен расти среди людей, а они, — кивок в сторону закрытых дверей, — смогут дать тебе достойную жизнь. — Ты… — в глазах мальчика заблестели слёзы, — ты уходишь? Совсем уходишь? Не уходи!.. Сам не понимая, что творит, Рэнх рванулся вперёд и обхватил Агадара за ноги. Стальные шипы доспеха больно ободрали кожу, он обжёгся, но всё равно не отпускал ног демона. — Не уходи! — повторял Рэнх, чувствуя, как по щекам катятся слёзы. — Не уходи! Возьми меня с собой! — Придет время, и мы с тобой снова встретимся, — прошептал Агадар, отстранив от себя мальчика и опустившись перед ним на корточки. — Придёт время, и мы встретимся, РэнхʼАр. И я заберу тебя с собой. Ну, а пока, — он запустил руку в складки своей мантии и в следующий миг извлёк на свет того самого деревянного рыцаря, купленного Ротардом на рынке. Агадар протянул Рэнху игрушку и сказал: — Я починил его. Нога больше не болтается. — Спасибо, — сказал Рэнх, принимая игрушку и слабо улыбаясь. — Спасибо. — А теперь вытри слёзы и иди, — сказал Агадар, и в следующую секунду двери за спиной Рэнха распахнулись. — Они ждут тебя. Мальчик кивнул и, повинуясь, пошёл в зал. Агадар ещё несколько секунд молча наблюдал за тем, как Рэнх подошёл к Ротарду, как маги задают ему один простой вопрос и как он, Рэнх, смотрит себе за спину. Но он больше не видел демона. Агадар использовал те же самые чары, которыми отводил глаза всем прочим обитателям этого мира. Он больше не увидит демона, и будет расти среди людей. Будет учиться их законам и правилам, будет постигать саму их жизнь. А когда придёт время… Демон ухмыльнулся в ответ собственным мыслям. — Я хотел бы остаться с тобой, Ротард, — сказал мальчик, подняв взгляд на седоволосого мага, и тот ответил ему тёплой, искренней улыбкой.