Моя огненная камелия

Пару дней назад — Но, пап! — Нет. — Но… — Я запрещаю, — твердо сказал Узумаки Наруто. — Если не слушаешь меня, как сын отца, послушай, как шиноби Хокаге. Боруто, стиснув кулаки, едва ли не разорался в гневе на всю резиденцию. — Но ее видели у Амегакуре, я мог бы… — Боруто, не мог бы! Мы не можем бежать сейчас, потому что Сарада готова к очередной попытке нашего нападения, — терпеливо произнес Нанадайме. — Нужно выждать хотя бы месяц… — МЕСЯЦ? — взвыл Боруто. — Да через месяц она может быть на другом конце карты! — Вопрос закрыт. Боруто злился и даже не пытался этого скрывать. Отец так беспечно возился с документами и так легко пропустил мимо ушей тот факт, что Учиха Сарада была обнаружена у Амегакуре, что складывалось впечатление, будто никому и не нужна куноичи, сбежавшая четыре года назад. — Скажи, ты слушал Хокаге и вообще кого-либо, когда искал Саске-сана? — не унимался Боруто. Наруто, устало подняв голову, отодвинул в сторону стопку документов. — Нет, — признался он. — И поэтому так долго за ним гонялся. Только слаженные действия, стратегия и тщательно продуманная операция могут увенчаться успехом. А бежать в другую деревню, на край света, только потому, что кто-то видел там кого-то похожего со спины на твою подругу — крайне неразумно. — Почему ты не можешь просто отправить меня на разведку? Я же не прошу собрать команду. — Потому что это отходит от основного плана, Боруто. Я был в твоей шкуре, поверь моему опыту. И, судя по тому, как Нанадайме уткнулся в документы, разговор явно был окончен. Боруто вышел из резиденции и, щурясь от солнца, гневно бормотал себе под нос ругательства в адрес Сарады, отца, Саске, постоянно допекающего его после тренировок фразой «можно было и лучше». До тренировки оставалось примерно полчаса, и, зная появившуюся у Саске привычку опаздывать минут на десять, Боруто направился на полигон в Долине Водопадов. Тренировки с Саске проходили в режиме «холодной войны». Оба понимали, что не в восторге от работы друг с другом, но никуда не денешься, раз начали, надо идти до конца. Тренировались куда реже, раза три в неделю, и куда жестче, Саске словно выплескивал всю ярость, накопившуюся внутри. Что делал Саске в остальные четыре дня? Боруто понятия не имел, хотя слухи, витавшие вокруг квартала Учиха после побега Сарады, вырисовывали такие откровенно глупые сценарии, что слушать противно. Кто-то поговаривал, что Саске и сам подумывает о побеге из деревни. Кто-то вообще уверял, что исчезновение Сарады — давно продуманная руководством Конохи операция по постепенному уничтожению клана Учиха. В резиденции ходили слухи, что Саске занимается поисками некой Кагуи Оотсутсуки, но Нанадайме их опровергал. Самым же реалистичным из того, что можно было услышать, был слух о том, что Учиха Саске, в свободное от тренировок время, просто-напросто пьет. Не зная, верить или нет, Боруто пришел на тренировку и, дождавшись Саске, как обычно, без малейших следов вчерашнего времяпровождения в компании алкоголя, удивленно уставился на грифельную доску, которую сенсей притащил с собой. Мелом нарисовав треугольник, Саске обвел его вершины в круги и пояснил: — Сарада опасна только благодаря трем факторам, что бы там не говорили идиоты, сравнивающие ее мощь с силой Обито Учихи. Первый фактор ее силы — коса. — Саске указал на одну из вершин. — Ты уже сталкивался с ее косой и отметил, что Сарада феноменально владеет тайдзюцу, учитывая ее рост, вес и габариты оружия. — Она способна изменять траекторию полета, управляя веревкой, — сказал Боруто, вспомнив, как бывшая подруга, лишь чуть потянув на себе веревку, заставила косу полететь совершенно в другую сторону и едва ли не перерубила его на две части. — Это усложняет процесс уклонения. — Поэтому лучший вариант — отбивать атаку. Уклонение не поможет, — сухо сказал Саске и указал на вторую вершину треугольника. — Второй фактор — огонь. Не верю, что говорю это, но она, черт побери, в этом деле гений. — Как уклоняться от огня? — От Катона уклоняться легко, но Сарада развила эту технику настолько, что радиус ее действия не дает возможности спастись и не попасть под удар. — То есть, без вариантов, даттебайо? — С вариантами. Побольше теневых клонов, поменьше глупого риска. И третий фактор — ее напарник. — Напарник? — удивился Боруто. — Напарник — не оружие и не техника. — Поверь, он и оружие, и техника и живой щит, — протянул Саске. — Общая картина: коса, огонь, напарник. Все. Это и есть хваленая сила. Можно ее победить? Конечно. — А Шаринган? Вы не учли Шаринган. Саске снисходительно усмехнулся. — Он не входит в ее приоритетные приемы. — Почему? — У нее всегда были с ним проблемы. Так, разговоров достаточно, переходим к практике. Следующие несколько часов Боруто уворачивался от Огненных Шаров, которые, как он заметил, были действительно слабее, чем у Сарады, но если Сараду можно было засечь благодаря огромной косе (не самому незаметному оружию), то заметить Саске среди огня, пепла и деревьев было практически невозможно. Он словно был везде и сразу. — Сойдет, — проворчал Саске, переводя дыхание и выдыхая дым. — Если сражаться против меня. — А если против Сарады? — То ты уже полчаса как обгоревшая плоть. — Надеюсь, косой вы меня испытывать не будете? — не удержался Боруто. — Инициатива наказуема. Обещаю, что к следующей тренировке добуду косу. Боруто устало вздохнул. — Почему отец не разрешает мне отправиться за ней в Амегакуре? — вырвалось у него. Саске вскинул бровь и, спрятав катану в ножны, произнес: — Потому что там тебе делать нечего. — Вы сейчас начнете говорить о слаженных действиях, стратегии и тщательно продуманных операциях? — Нет, я скажу о том, что очередная попытка «спасения» рассмешит и выбесит Сараду. — И почему вы так уверены? — Потому что девятнадцать лет назад это смешило и бесило меня. __________________________________________________________________ Боруто проснулся и попытался резко вскочить, вглядываясь в темноту. Дышать было тяжело и очень скоро он понял почему. Сарада, сидя у него на груди, терпеливо дожидалась, пока он проснется, не предпринимая ничего. Дождавшись, наконец, когда Боруто открыл глаза, она, неспешным и даже плавным движением наклонилась и, подняв с пола косу, занесла ее. — Сарада, — прошептал Боруто. — Если выслеживаешь кого-то, не стоит спать, — прошептала Сарада ему в самое ухо. — Не думай двигаться, или я скормлю ему твои глаза. Только Боруто хотел было спросить кому она собиралась скармливать глаза, как в его ногах словно ожил какой-то комок и вверх по ноге вдруг поползла крупная черная змея, мигающая алыми глазками. — Орочимару тебя научил? — Конечно, — кивнула Сарада. — Ты один, да? Отвечай правду, я все равно узнаю. Змея подползала все ближе, а лезвия косы уже царапали грудь, а Боруто, не в силах оторвать взгляд от косы, кивнул. — Твоя нянька тебя отпустила? — несмотря на отнюдь не смешную ситуацию, улыбнулся Боруто. — А твоя нянька тебя отпустила? — Какая нянька? — Которая мой отец. — Так вот оно что! Ты ревнуешь? — Нет. Просто ненавижу. — Его? — Тебя. Боруто снова улыбнулся. — Ты дура, Сарада-чан. И небось не такая крутая, без своей косы. — Конечно, Боруто, поэтому и ношу ее с собой. — Лезвия чуть впились в кожу, на сантиметр, не больше, но боль тягучей волной пронеслась по всему телу. — Сарада-сан, делай, что хотела, и пошли, — послышался в темноте мужской голос «няньки» куноичи. Боруто перевел взгляд в источник шума и увидел могучую фигуру Суйгетсу, безучастно восседающего на татами. — А что ты сделаешь, Сарада? — спросил Боруто. — Убьешь меня, как Маи? — И не надейся. Я хочу, чтоб ты и ваши шиноби перестали меня искать. Взамен на твою жизнь. — Ты не убьешь меня. Не сможешь. — Я смогу, — пообещал мечник. — Иди домой, парень. Ты не шпион, ты просто выскочка. Слезай с него, Сарада-сан, у нас еще дела. Сарада, пригрозив Боруто косой, встала с него и, подмигнув на прощание, приблизилась к окну. — Надеюсь, ты меня услышал. А если нет, я загляну к Химавари. Сколько ей, тринадцать? — Блефуешь, — фыркнул Боруто, но насторожился. — Вот и посмотрим, — улыбнулась невероятно орочимаровской улыбкой Сарада и, прыгнув в окно, оставила за собой лишь сквозняк и кровоточащие ранки от косы. Черная змея сверкнула глазками и, испарившись, отправилась вслед за хозяйкой.