Не зря зовется монстром он

      По-прежнему льёт дождь. По-прежнему мрачно. С приходом Херобрина в игровом измерении стало неспокойно. Каждый старается не показываться монстру на глаза, все отсиживаются по домам. Ещё с последней встречи с Херобрином Маркус дал оповещение в Мировой чат о том, что как только монстр окажется близко к кому-нибудь из людей, достаточно мысленно позвать его. Но пока никто не звал. Или всё было тихо-мирно, или Херобрин убивал мгновенно, так, что жертва его даже не видела. Второго варианта Нотч очень боялся, поэтому усиленно просматривал коды игры, день и ночь отсиживаясь в замке, находящемся в Далёких землях. Он искал строки, принадлежащие Херобрину, но, читая одни и те же команды на четвёртый раз, видел только то, что добавил сам. Дуб, листва дуба, воздействие ветра на каждый листок…       Маркус обессиленно потёр глаза. «Всё-таки, может, проще договориться с этим монстром, пусть и родным братом, чем искать «пропись» Херобрина, дабы стереть его из этого мира? Тем более, его кода тут совсем нет! Вот странно, в строках мира он не значится, а на самом деле – он здесь…» — крутилось в голове Нотча. От нескольких дней почти беспрерывного видения чёрного «экрана» с величайшим множеством ярко-зелёных строк перед самыми глазами Маркус долго не мог отойти. В этом мире Майнкрафта, внутреннем, кодов гораздо больше, ведь «внутриигровой» мир почти идентичен реальности, и каждый нюанс поведения природы, мобов, каждый характер и прочее прописаны в строках кода.

***

      Херобрин с чудовищной скоростью летел по лесу, маневрируя между стволов и изредка задевая кроны, отчего листья катапультировались и плавно падали на землю. Он не знал, куда спешил, не знал, зачем, просто нёсся, наслаждаясь ледяным ветром и запахом дождя. Снизу, мобы, увидев его, мгновенно разбегались, как тараканы, но некоторые не успевали, и были снесены потоком воздуха. Херобрин взял выше и, буквально кожей почувствовав страх этих существ, от переизбытка сил непроизвольно выпустил пару фаерболов в криперов, слившихся с кустами. Те, моментально вспыхнув, зашипели, но не успели взорваться, с тихим «пыфф» рассыпавшись в пиксели.       С лёгкой грустью подумав: «Я недостаточно хорошо управляюсь со своими силами», Херобрин опустился на траву. Кругом стояла тишина. Серость витала в воздухе, окутывая всё печалью. И доля этой печали проснулась в сердце Херобрина. С непонятной для него извиняющейся улыбкой он взглянул на оставшихся криперов, но те брезгливо отвернулись и, гордо подняв «головы», почапали вглубь леса. Херобрин внезапно понял, что остался совсем один. Один-одинёшенек, в этом огромнейшем мире Майнкрафта. Убийца, которого все боятся, изгнанный, лишний, тот, кого презирают даже мобы. Душевная боль сковала его и навсегда поселилась в сердце. Никогда ещё Херобрин так не жалел о том, что поддержал затею брата, помог ему её осуществить. Но тут же нахлынула злость. «Если бы не Маркус, скрывший не сколько то, что я помогал ему, а то, что я вообще существую, я бы даже бровью не повёл! Но он разболтал всем, что меня никогда не было! Идиот! Думал, я ему прощу? Думал, что с того света я его не достану? О, как же ты ошибся!» — Херобрин с яростью просверлил взглядом паука, некстати зашуршавшего в траве. Тот, замерев, несколько секунд простоял не двигаясь, а затем медленно завалился на бок. И не пошевелился.       «Что за чёрт?!» — мелькнуло в голове Херобрина, но тут он почуял энергию. Живую. Кто-то шёл недалеко от этого места. Словно волк, почуявший добычу, он пошёл по следу и затаился, увидев бирюзовую футболку. Это был паренёк, наверное, чуть младше Херобрина. Русые волосы пышной шапкой обрамляли его лицо, а глаза были голубыми-преголубыми, с фиолетовым оттенком. Паренёк осмотрелся, материализовал железный топорик и стал рубить ель. Херобрин телепортировался. Парень, почувствовав что-то не то, перехватив топорик покрепче, обернулся. Но не испугался, а с облегчением выдохнул.       — Я уж думал опять крипер! — весело воскликнул он, развернувшись к Херобрину. — А ты кто? Я тебя раньше не видел…       Херобрина больше удивило не то, что незнакомец не убежал, а то, что он не обратил ровно никакого внимания на его глаза. Ничего не ответив, Херобрин с каменным лицом просто пошёл на парня.       — Э… Эй, ты чего? — тот стал понемногу отступать. — Если надумаешь драться, то я пущу в ход топор!       Херобрин проигнорировал его угрозу. Он просто захотел испепелить болтливого парнишу на месте. И чем ближе он подходил к нему, тем сильнее становилось это желание. Когда Херобрин подошёл достаточно близко, он хотел схватить паренька за шею, но тот отвёл его руку обратной стороной топорика. Херобрина это разозлило, и он, сделав обманный выпад, попытался вырвать топор из рук голубоглазого, но и эта попытка не удалась: тот, неудачно махнув инструментом, со всей силы прошелся им по ключице Херобрина. По футболке тут же заструилась чёрная кровь. И Херобрин всё-таки поднял парня над землёй, проигнорировав небольшую неприятность. Голубоглазый с выражением ужаса и лёгкого удивления уставился на быстро затягивающуюся рану монстра, но тут же стал вырываться из стальной хватки. Наверное, он никогда бы не высвободился, если бы Херобрин сам не кинул паренька на траву.       Тот проехался на спине, но вскочил быстрее, чем монстр подошёл к нему. Выставив вперёд топор, парень следил, чтобы тот постоянно был между ним и приближающимся Херобрином. Но то, что сделал чудище, окончательно выбило его из колеи. Херобрин с равнодушием на лице властно вытянул руку вперёд. Паренёк сначала не понял, чего он хочет, но тут топорик с чудовищной силой вырвался из его пальцев и направился к монстру. Тот, не пошевелившись, взял его за рукоятку. Топорик вспыхнул. Дерево обугливалось, трескалось, рассыпалось в пепел, металл стал плавиться, но Херобрин даже бровью не повёл и, когда от инструмента остался лишь пепел, он стряхнул его с ладони и подошёл к пареньку. Тут он заметил его запястье крупные часы, на дисплее которых крупными зелеными цифрами светилось: «15», а под ними, уже мельче, значилось: «20».       — Как тебя зовут? — спросил Херобрин, смотря на «часы». У Маркуса он видел такие же.       — Стив… — голос Херобрина оказал на паренька такое же действие, как и на других: нагнал страх. — А что?..       Херобрин хмыкнул:       — Найду тебя после респавна, Стив, — последнее слово он будто выплюнул.       Призвав кирку, Херобрин быстро взмахнул ею снизу вверх, чуть-чуть задев верхним лезвием дуги кирки живот Стива. Тот вскрикнул, отшатнулся, но Херобрин, в мгновение дематериализовав кирку, резко ударил паренька в грудь. Стив почувствовал адскую, невыносимую боль; кровь – на этот раз, кровь Стива – буквально полилась на траву. Херобрин, пробив грудную клетку паренька, держал его сердце, ощущая теплоту крови, как оно судорожно бьётся в его ладони.       Стив чувствовал, как холодные пальцы монстра сжимают его сердце. Боль стала не такой невыносимой, словно грудь онемела. Парень не мог понять, кричит он, или нет, стоит, или повис. Он ничего не мог сделать. Стив лишь вцепился в руку Херобрина, царапал, дёргал – но монстр остался неподвижен. Паренёк видел, как кровь струится по его футболке и сероватой коже Херобрина. Сознание Стива стало мутнеть. Херобрин злобно ухмыльнулся. В его глазах появился одержимый огонёк, а одно веко дёрнулось.       — Ещё увидимся, твор-р-рение, — прорычал он и, сжав сердце, с силой дёрнул на себя; сделав «рокировку», он свободной рукой мгновенно ударил в то же место, но в этот раз Стива отбросило огненным шаром.       Кровь фонтаном взметнулась в серое небо, окрасила траву в вишнёво-красный; Стив закричал, захрипел и затих. Херобрин с безумным оскалом посмотрел на тело Стива, тут же вспыхнувшее ярким пламенем, но, тряхнув головой, согнал наваждение. Уже без эмоций он взглянул на сердце, ещё продолжающее биться в его ладони. Сжав его, монстр бросил сердце на траву и пошёл в сторону обрыва, напоследок окинув взглядом бордовую от крови траву.       Стоя на краю пропасти, Херобрин посмотрел на руку. По локоть в крови. Перевёл взгляд на футболку: черная от той же крови. «Я – монстр, — подумал он, теперь смотря на острые камни, вздыбившиеся внизу, под обрывом, —моральный урод. И это уже не исправить. Ну… тогда ничто не удерживает меня больше. Никакие морали».       — Брин?.. — раздался сзади знакомый голос.       Херобрин резко развернулся и увидел Маркуса. Тот явился на зов Стива, но парень поздно позвал Нотча.       — Ты убил Стива? — Маркус не мог найти подходящих слов, — ты ведь создал его!       Херобрин, безумно оскалившись, бешено закивал.       — Ты убил свое же создание! — Нотч был не в силах поверить в это.       Херобрин, захохотав, всё так же стоя спиной к обрыву, оттолкнулся и ухнул вниз. Маркус кинулся к краю, вскрикнув:       — Дурак! — он остановился, вспомнив, что Брин умеет летать. «Возможно, очередная обманка…» — мелькнуло в голове Нотча.       Но Херобрин не появлялся. У Маркуса появилось дурное предчувствие. Всё-таки решив подойти к краю, он лишь вздохнул, увидев Херобрина на камне, с торчащим из груди «шипом». Вся его футболка почернела от крови; лицо было спокойным и умиротворенным. «Когда он не злой, он так похож на себя» — с грустью подумал Маркус. Чувство вины, как тогда, когда он узнал, что Брин попал в аварию, снова стало грызть его. В этот раз он мог спасти его! Но не сделал этого! Идиот!       Маркус поджал губы. Потерял брата второй раз… Как так можно было! Да, он стал чудищем, да, он жесток, да, немного самовлюблён, но какой-никакой, да брат.       Нотчу пришла мысль: «А если он тоже респавнится?», но она тут же померкла. В «прописях» нет его кода. Вдруг он так и останется насаженным на скале? Маркус снова взглянул на его необычайно красивое и спокойное лицо. В чём-то Нотч чуял подвох, но не мог понять, в чём именно. Тяжело вздохнув, он развернулся было, чтобы уходить, но ужасающее действо, развернувшееся прямо перед ним, заставило остановиться…