My wife

      Вейлон очнулся, лежащий на кровати, в какой-то комнате. Света как всегда нигде не было. В глазах все плыло, а плечо дико болело. На ощупь Парк дошел до двери.       — Эдди. Ты здесь? — шепотом программист звал жениха.       Где-то послышался звук открывания двери. В комнату проник луч света. Из-за этого у Парка заболели глаза. Закрыв глаза руками, Вейлон начал отходить обратно к кровати.       — Не помню, когда я в последний раз испытывал это чудесное чувство, — Парк сразу узнал этот голос.       Этот голос такой успокаивающий, нежный… Эдди прижимает к себе Вейлона. Его руки дрожат то ли от переполняющих его чувств, то ли от нетерпения завладеть Вейлоном.       — Скажи Дарлинг, ты меня любишь? — но в ответ молчание. — Я понимаю, дам тебе время на раздумие. Эдди целовал Парка в шею потом в мочку уха затем в висок.       — Это так очаровательно Дарлинг, и в любом случае, я люблю тебя. Рука Глускина была на талии программиста, после она перебралась на ягодицы.       — Дарлинг, надеюсь, ты простишь меня за то, что в прошлый раз я тебя оставил одного? — шепотом повторял Эдди, одновременно подталкивая полуслепого Парка к кровати. — Как твои глаза? Я сильно испугался, когда увидел тебя там, на крыше, не двигающегося. Твои глаза кровоточили, но совсем скоро все пройдет.       Эдди развернул программиста к себе лицом и поцеловал его в глаза.       — А твое плечо? Укусы очень глубокие. Дыхание Парка вдруг стало прерываться. Ему стало жарко. А в низу живота предательски стала поступать кровь. Едва их лица сблизились, губы сами нашли друг друга. Вейлон не заметил, как оказался совсем голый, лежащий на кровати. Эдди покрывал его тело поцелуями, касаясь губами сосков живота и бедер.       Программист как в тумане наблюдал за тем, как Глускин спешно раздевается. Вейлон уже хотел, чтобы жених вошел в него, но Эдди не спешил. Программист словно стараясь влиться в его тело, жадно приник к нему в поцелуе.       Не выдержав, Эдди повернул Вейлона к себе спиной и нагнул. Локтями Парк уперся в подушку. Глускин начал медленно входить в Парка. Со сладкой болью, его тело натягивалось на Эдди. Двигаясь в Вейлоне, Глускин то покусывал мочку его уха, то покусывал и без того истерзанное плечо. Толчок, еще толчок. Ум программиста уже был полностью как в тумане.       — Эдди, я люблю тебя, — в преддверии оргазма прокричал Парк.       — Я тоже…       После нескольких толчков, Эдди и Парк рухнули на кровать полностью измотанными. Целуясь и одновременно пытаясь восстановить дыхание, они уснули. Проснувшись, Вейлон увидел, как он лежит вместе с Эдди на одной кровати совершенно в другой комнате. Видимо Эдди проснулся и перенес его в другое место, где хоть слабо, но горела одна лампочка.       На этот раз, он может повнимательнее разглядеть лицо Эдди. Шрамы, которые покрывали правую часть его лица, выглядели пугающими. Из глаз текла алая кровь, видимо лопнули капилляры. Когда-то зачесанный назад ирокез растрепался, и придавал спящему жениху больше умиления, чем ужаса.       — Нет, пожалуйста, не бросай меня… Не уходи, — Эдди начал дрожать. Он свернулся в калачик как маленькие дети, когда они чего-то боятся. Видимо ему сниться кошмар. Вейлон придвинулся поближе к Эдди и обнял его, дабы успокоить.       — Я здесь. Я тебя не брошу, — шептал Парк на ухо Эдди. От чего тот перестал дрожать и ближе придвинулся в Вейлону.       В скором времени, руки сна снова забрали Парка в свои объятия…