В полушаге

Что осталось от Хейлов? Опаленный пожаром дом, заросли аконита на заднем дворе да полупустое семейное хранилище. Остался Дерек. Остался Питер, но, по правде говоря, лучше бы он сгорел. Осталась Малия. Дерек не знает, почему хватается за нее как за спасительный круг. Она же не пахнет домом, стаей. Она пахнет чужими людьми, лесом, пилюлями из Дома Эха. Раздражает нюх запахом горечи и осознания собственной беспомощности. Всегда стоит чуть позади, врезаясь в спину потерянным взглядом. Если бы Дереку предложили сбежать прямо сейчас, ничего не взяв и никого не предупредив, он бы позвал с собой Малию. А она бы согласилась. Потому что одержимый жаждой власти отец, разваливающаяся на части стая и тяжесть прошлого ― этого, на самом деле, достаточно, чтобы исчезнуть. Но Дерек давно сбежал из города, из Калифорнии, из штатов, а Малия вбита в это место на карте ― одержимым властью отцом, разваливающейся стаей, тяжестью прошлого. Она пахнет усталостью, ожиданием и мокрой шерстью. Она стоит одна, врезаясь в пустоту перед собой невидящим взглядом.