За гранью разумного

Джон неподвижно лежал на кровати, сжавшись в комочек настолько, насколько ему позволяли цепи. Разочарование, боль, обида – все перемешалось, мысли спутаны в один тугой клубок страха и безумно хочется, чтобы этот ужас, наконец, закончился. Хочется завернуться в кокон собственной беспомощности навсегда, отсоединившись от реальности, позабыть, что она есть и в ней есть Шерлок, позабыть обо всем... Но не выходит. Вчера детектив заходил лишь пару раз, спрашивая о том, как он себя чувствует и не надо ли чего, но Ватсон упорно играл в молчанку, отворачиваясь от двери и накрываясь одеялом с головой. Ночь прошла беспокойно – Джон лихорадочно метался по кровати, натягивая цепи так, что сильно растер себе кожу, что-то шептал в полусне. Воспоминания были сбивчивыми, но последним, что Джон помнил, были уверенные руки, которые начали разминать судорожно сокращавшиеся мышцы и, оставшийся на краю сознания легкий поцелуй в губы, нереальный настолько, что, скорее всего, его и не было по-настоящему – всего лишь фантазия измученного рассудка. Попытка бежать провалилась – цепи никак не хотели сниматься, а старинная дубовая кровать все еще была крепкой – вот только теперь это из преимущества превратилось в наказание. Джон пытался позвать миссис Хадсон, пока Шерлок ушел куда-то, но эта идея не увенчалась успехом – она либо ничего не слышала, либо детектив что-то ей сказал насчет возможных криков о помощи. Хотя на нее можно было и заранее не рассчитывать. Положение было безвыходным, к тому же очень хотелось пить, а Шерлок, как назло, все не возвращался. В горле пересохло, голова начала кружиться, и поэтому пришлось оставить попытки вырваться из этой своеобразной темницы, и просто без сил повалиться на кровать. Мир перед глазами сделал тройное сальто, и Джон потерял сознание. Очнулся он от резкого запаха нашатырного спирта и первым, что увидел, было взволнованное лицо запыхавшегося Шерлока. Детектив все еще был в пальто, а рядом беспорядочно валялись пакеты из супермаркета, из некоторых выпали продукты. Джон был, мягко говоря, изумлен. Холмс сходил в магазин и купил продукты? Такое банальное действие совсем не вязалось с образом гениального детектива. - Ты в порядке? – спросил Шерлок, все еще обеспокоенно глядя на своего пленника. - Да, - Джон все еще не мог перестать удивляться и поэтому спросил. – Ты купил продукты? - Ну, должен же кто-то их покупать. Правда, я понятия не имею, как это приготовить, но, думаю, если рассматривать процесс приготовления пищи как реакцию химических элементов, то все получится. Джон еле сдержал смешок. Еще никто на его памяти не пытался связать приготовление пищи и химию воедино. Шерлок все-таки еще такой ребенок... который приковал его цепями к постели. – Отпусти меня, - попытался начать Ватсон, хотя и был уверен, что Шерлок никогда не ответит утвердительно, и был прав. - Нет. - Тогда я буду голодать. И Джон снова отвернулся к стене и не двигался до тех пор, пока шуршание пакетов не стихло, а дверь не щелкнула, подтверждая, что Шерлок ушел. Молчаливое противостояние продолжалось. Однако, в одиночестве Джон пробыл совсем немного – в скором времени детектив вновь вернулся, принеся с собой восхитительный запах, в котором можно было явственно ощутить имбирь и мускатный орех. - Шерлок, я же сказал, я не буду есть! - Я помню, Джон, но мне совсем не хочется ужинать одному, - ответил детектив, тем временем аккуратно устанавливая столик для завтрака в постель на уровне коленей Джона – так, что до еды можно было дотянуться, не испытывая дискомфорта. Затем Шерлок сходил на кухню, с которой вернулся с подносом, где уже был сервирован ужин на двоих, потом присел на кровати и, пожелав Ватсону приятного аппетита, изучающим взглядом окинул свое первое приготовленное самостоятельно блюдо, немного сомневаясь в его пригодности для еды. Затем осторожно попробовал, и, кажется, остался вполне доволен тем, что получилось, потому как начал неторопливо есть, старательно пережевывая каждый кусочек. - Не хочешь попробовать? – поинтересовался он у Джона, который еле боролся с желанием накинуться на еду – он не ел уже где-то два дня. - Нет, спасибо. - Господи, какой же ты упрямый... - Шерлок закатил глаза, а затем перегнулся через столик и коснулся губ Джона своими. Теперь это точно не была фантазия - поцелуй определенно был настоящим, но только вот в каком же безумном мире это все могло произойти? Казалось бы – всего мгновение, что оно может значить по сравнению с вечностью, но порой даже мгновения способны изменить все. На губах остался привкус грибов с томатами и, кажется, сыром, и еще чего-то неуловимого, тонкого, но идеально дополняющего букет. Обонятельные рецепторы уже давно сходили с ума от количества ароматов, но когда к этому безумию присоединились и вкусовые, Джон уже не смог сдерживаться. - Сволочь, - Ватсон беззлобно констатировал факт, отправляя в рот первую ложку ужина. Шерлок только улыбнулся в ответ. - Знаю. Ужин прошел на удивление мирно и спокойно, наверное, потому, что они оба молчали, лишь изредка обмениваясь внимательными взглядами. Либо у Шерлока оказался талант к приготовлению пищи, либо же это было сумасшедшее везение, но грибы получились просто восхитительными, о чем Джон, будучи человеком культурным, не преминул сообщить новоявленному повару. Холмс скептически посмотрел на него: - Это грибы, их практически невозможно испортить. К тому же, в сочетании с томатами и сыром они дают вкус умами*, который нам по определению приятен. Специи же усиливают восприятие вкуса через обоняние и вот – тебе уже нравится то, что у меня получилось. Все просто, Джон, никаких чудес. - Я просто хотел поблагодарить. Лекция по физиологии не была обязательна. После этих слов Шерлок молча вышел из комнаты, захватив с собой поднос и складной столик, но Джону показалось, что из комнаты исчезло гораздо больше – сразу стало пусто и даже немного тоскливо. Единственным вариантом избавиться от вмиг возникшей ниши, нарушающей гармонию, служащей проходным двором для одиночества и страдания было позвать Шерлока обратно, пусть даже и под бредовым предлогом, но гордость не позволяет этого сделать даже в ущерб себе. Джон уже настроился на очередную ночь в бесконечных метаниях по кровати, только теперь уже на полный желудок, но его ожиданиям не суждено было сбыться – Шерлок вернулся, держа в руках два стакана с глинтвейном, один из которых протянул Джону. Жажда, до этого момента затихшая, моментально дала о себе знать, и Ватсон залпом осушил почти половину бокала, наслаждаясь теплом пряного напитка. Сейчас все было как-то до одури правильно и понятно – и то, что Шерлок, не отрываясь, смотрит на него, и то, что он делает то же самое – все так, как и должно быть. Немного странно, немного удивительно, и мысли отчасти спутаны – из-за глинтвейна или же этих невозможных глаз. Тепло, уютно и мгновение становится вечностью, приобретая свой особенный смысл. И хочется поделиться только что обретенным равновесием со всем миром, но мир не поймет – никто не поймет, кроме них двоих. И почему-то это совсем не пугает, даже наоборот, и хочется с головой окунуться в этот водоворот новизны... Заснул Джон на удивление легко. * - кому интересно – читаем Википедию. http://ru.wikipedia.org/wiki/Умами п/а: то, что меня опять унесло в романс, не означает, что основная идея заявки будет забыта.