Несуразная семья.

      Когда это произошло впервые, Адалинда облилась молоком, приготовленным для кормления Лукаса, Бат, зашедший к ним по поводу происходивших в соседних домах кражах и, как всегда, схлынувший от волнения, побелел и почти лишился чувств, а Диана по-птичьи склонив голову к плечу, оторвалась от собирания слов из кубиков.       Потому что впервые кто-то из них видел грудного младенца с глазами черными, как сама бездна.       Когда-то мама Ника рассказывала, что не у всех проявляются способности Гримма. Возраст, когда происходят первые изменения, тоже различен, но вряд ли такое могло произойти раньше десяти лет. Во всякой случае, когда Ник и Адалинда обсуждали данную тему, никто из них не смог вспомнить ни одного случая более ранних обнаружений способностей. Поэтому месячный Лукас, подвижный и улыбчивый, взирающий на мир глазами Гримма, стал для них полной неожиданностью.       Ник отреагировал на это сообщение с каким-то безнадежным смирением. Мол, это еще не самая дурная новость, какую можно было ожидать. Вечером того же дня он вернулся со смены в сопровождении Монро и Розали. Привычно склонившись над ребенком, лежащим на диване и забавно шевелящим маленькими ножками и ручками, Ник указательным пальцем погладил Лукаса по пухлой щечке. Малыш тут же крепко ухватил его в ответ. Мужчина улыбнулся и решительно подозвал к себе Розали. Если вырывать больной зуб, то резко.       - Действительно черные… Удивительно! – Через некоторое время отозвалась Розали, тряхнув головой и снова приобретая человеческий облик. – О Гриммах много написано и рассказано, но младенцы… я такое впервые вижу.       Стоящий рядом Монро согласно угукнул. Он не перевоплощался, чтобы не напугать ребенка, но смотрел на него через плечо жены с поистине научным интересом.       - Это может как-то на него повлиять?       - Ник, я впервые вижу ребенка Гримма и ведьмы, так что понятия не имею, что будет дальше. Уверен, что никто этого не знает. Но не думаю, что стоит о чем-то волноваться. Разве что Лукасу не придется объяснять, почему он вдруг начал видеть странных существ – малыш же видит их с рождения.       Ник взлохматил пятерней волосы и устало прикрыл глаза. Вообще-то в глубине души он очень надеялся, что родительские гены не будут мучить мальчика хотя бы до подросткового возраста, но, как видно, не судьба. Взрослеющей по часам Дианы с ее невероятной силой было явно мало для их тихой и спокойной жизни. Но, может быть, Монро прав? Может быть, из-за того, что способности Лукаса проявились с рождения, для него не будет шоком разнообразный и пугающий мир существ, где с его особенным даром опасности будут поджидать на каждом шагу? Может быть, уникальность Лукаса поможет Нику и Адалинде подготовить сына к тому, что ожидает его в будущем?       Гримм тяжело вздохнул и оглядел гостиную. В комнате стояла гнетущая тишина. Супруги Монро стояли притихшие, будто сообщили, что его сын неизлечимо болен, и боялись лишний раз вздохнуть.       - Хотите с нами поужинать? – Спокойно предложил Ник, словно и не узнал только что шокирующих новостей. Просто с некоторых пор он решает проблемы по мере их поступления, а сейчас самое главное, чтобы малыш не увидел кого-нибудь вроде схлынувшего потрошителя – ему только разрушенной детской психики не хватало. Ник не смог спасти Джульетту и мать, но сына он убережет любой ценой.       Монро и Розали недоуменно переглянулись, но синхронно кивнули в ответ.       …Адалинда покачивала Лукаса и задумчиво улыбалась. Кто бы сомневался, что сын Ника Берхарда будет особенным.