Дом принцев и принцесс

Фиби лежала на своей кровати и томно смотрела в потолок. Она вспоминала лучшие моменты с человеком, который ее по-настоящему любит, но которому она не может ответить взаимностью. Девушка повернулась на бок и зарылась в свои воспоминания: о, как они были прекрасны! Она вспоминала их первую встречу: она была далеко не теплой, но сейчас Фиби искренне сожалела об этом. Потом она вспоминала их первую сделку, которая показала, что этот человек еще и может быть хорошим другом и помощником… да, другом, именно другом она его считала. Как бы ни странно это звучало, но именно Кайла и сблизила их. Если бы не было вечеринки Виктории, не было спора на поцелуй, не было телефона Кайлы, то Фиби не призвала было своего верного раба. Этот человек смог поменяться радикально в глазах Фиби. Он прошел долгий путь — от раба до друга, а ведь звание Фиби присуждала кому-то не часто и только за особые заслуги. Они могли бы быть прекрасными друзьями, если бы не любовь этого человека… Именно она испортила всю эту идиллию в тот вечер на крыше. Боже, как же все стало сложно… И кстати, этим человеком был Картер. Фиби не могла ответить ему взаимностью, ведь у нее был Джордж, которого та безгранично любила… А может, должна была любить? Постепенно маска спадала с нашего персонажа Фиби Шепард и мы можем взглянуть на то, что творится у нее в душе. О нет, она не принцесса школы. Она совсем не дерзкая и не грубая, это всего лишь ее образ, придуманный для Виктории, чтобы попасть в ее компанию. Да, возможно, у нее сложный характер, но ничего более. В этот момент ей захотелось почему-то написать Картеру, но она не решалась: ведь если она сделает это, то Картер подумает, что она хочет выйти на контакт и его чувства взаимны, а Фиби сейчас совсем не были нужны дополнительные проблемы. Цепочку размышлений прервал звук ботинок, опустившихся на подоконник открытого окна. Фиби вздрогнула и взглянула в сторону окна, возле которого стоял с улыбкой, как ни в чем не бывало, Джордж. Девушка взглянула обеспокоенным взглядом: — Неужели в мое окно можно так легко залезть? — спросила она. — Мне не нужно держать его открытым. — И тебе привет, милая. — Джордж поспешил к любимой и поцеловал ее в щеку, Фиби ответила тем же. Парень криво усмехнулся и сел на ее кровать. — Что-то не так? Мне кажется, ты какая-то бледная. Ты, наверное, заболела. Фиби провела пальцем по его плечу и нежно шепнула на ухо: — Нет, со мной все в порядке, просто устала немного. Кстати, как давно ты освоил искусство залезания в окна? Парень снова ухмыльнулся: — Думаешь, я каждый день так залажу? Просто сегодня решил сделать тебе сюрприз и появился неожиданно. Приятно, ведь так? Он погладил ее по коленям, но Фиби лишь хитро покачала головой, дав знак, что «сейчас она не готова». — О, пожалуйста, не отворачивайся от меня, госпожа, — лукавил парень. С этими словами он силой повернул девушку животом к потолку, чтоб видеть ее лицо. Джордж любил Фиби всей душой и сердцем, без фальши. Он обожал смотреть на ее лицо, купаться в ее глазах, любоваться ее божественными скулами. Фиби взяла его ладонь и прижала к своей щеке. Она наслаждалась этим моментом. Полежав в такой позе еще несколько минут, в полном молчании, она медленно отвела руку Джорджа от себя и взглянула на нее. Она опешила. — Что это? — спросила Шепард, разглядывая его ладонь. Она была шершавой, в царапинах и кровавых потеках. Девушка тут же взяла его другую руку и тоже взглянула на нее — она оказалась такой же. Его руки больше не выглядели ухоженными и красивыми, сейчас они напоминали руки шахтера, усердно работающего целый день. Джордж немного потупил взгляд, но Фиби этого не заметила. — Я просто переиграл сегодня в боулинг, вот и руки все потер. Девушка не переставала смотреть на его поврежденные ладони. Она загадочно протянула: — Выглядит, будто по канату лазил. Ну ладно, это не важно. Они еще немного поразговаривали о жизни и школе, после чего Джордж поспешил уйти: он пообещал матери, что вернется до девяти. Он посчитал, что Фиби действительно больна. Он и представить не мог, в какой тупик скоро зайдут их отношения. О глупый, наивный Джордж…

***

На площадке для скейтбордов, на самом верху горки, с которой молодые спортсмены съезжали на своих скейтах и показывали друг другу разные трюки, одиноко сидели двое. Ими были златовласая девушка, скрывающая свое лицо за черными очками и милая девушка с волосами цвета воронова крыла. Они сидели отстраненно, тихо перешептываясь. — Вик, — начала Джиа, нервно заламывая руки. — Что мы будем делать с этим?.. Ну, ты понимаешь. Я не знаю, как его назвать. Блондинка пожала плечами: — Я называю его убийца, после последних происшествий я не могу называть его как-то по-другому. Знаешь, я сама не знаю точно, как поступить. Вчера мы вызвали полицейских, которые пообещали, что найдут его, кем бы он ни был. Но мне запретили как-либо встревать в это дело, говорят, что я должна быть тихой и не встревать. А что тебе сказали? — Я ходила в участок, на что мне сказали то же самое, что и тебе. Но дело в том, что я не собираюсь сидеть, сложа руки. За мной будут бежать с автоматом, мне что, тоже ничего не делать и надеяться на полицию? Кстати, а что насчет той улики, которую они нашли у тебя в доме? Виктория не отвечала несколько секунд, после чего достала из пачки сигарету и закурила. Она сделала глубокую затяжку, после чего с ее уст сорвалось: — Ткань. — Что «ткань»? — спросила Джиа, отмахиваясь от сигаретного дыма. — Они нашли кусок ткани и обещали провести экспертизу в лаборатории, но результаты придут как минимум через месяц. Через месяц нас, возможно, уже не будет в живых. Она снова сделала медленную, глубокую затяжку, смакуя сигаретный вкус. Внезапно возле девушек присел еще один человек, свесив ноги и положив на колени сумку. — Фиби? Почему ты так задержалась? — спросила Джиа, обнимая в знак приветствия подругу. — Простите, ребята, были страшные пробки. Я примчалась настолько быстро, насколько могла. — Она перевела взгляд на Викторию и на ее сигарету. — Можно? Я забыла пачку. Блондинка вытащила из зубов сигарету и передала Фиби. Она, в отличие от подруги, быстро сделала несколько коротких затяжек и тут же потушила. Джиа хотела что-то сказать, но Фиби перебила ее, удивленно воскликнув: — Очки? Вечером?! Ты что, пила?.. Виктория покачала головой и сняла их, показав подругам свои уставшие глаза с серыми мешками. Сейчас королева школы выглядела не лучшим образом, а красота неожиданно куда-то испарилась. Она действительно поменялась: проблемы подкосили ее. — Все эти интриги и расследования действительно утомили меня. Я даже не могу спать, мне не помогают даже лекарства, — прошептала блондинка, натягивая на себя очки снова. Подруги принялись поддерживать и утешать ее, на что Вик лишь огрызнулась: она не любила жалость. В такие моменты девушка чувствовала слабость, а она делала все, чтобы никто не мог разглядеть в ней этого унизительного чувства. В ее сознании отозвалась фраза из прошлого, которую Вик однажды сказала Арту во время разговора: «Считай меня стервой, сукой, проституткой, только, пожалуйста, не считай меня слабой». — У меня есть догадка, кто может исполнять роль этого конченого маньяка. Но помните, это лишь догадка, я никак не могу это доказать, — сказала Фиби. Девушки с интересом взглянули на черноволосую. Они не были ошеломлены, когда услышали слово «Кайла», ведь сейчас ним мог оказаться кто угодно. — Я тоже думаю, что это кто-то из «золотой десятки», так как он слишком хорошо знает меня и мои страхи, — подтвердила Вик, запустив руку в карман в поисках сигарет, желая снова вдохнуть в себя их божественный аромат. Только сигареты теперь спасали ее от стресса, они стали ее лучшими друзьями. — Я думаю, что за всем этим стоит Джордж, и у меня есть на то причины. Вчера в школе я заметила на его руке жуткие царапины. Увечья такого типа вполне себе могла оставить веревка, сила трения, понимаете, да? Увлекшись этим, я поспешила копнуть глубже. Я спросила, где он вечером тринадцатого декабря, когда возле моего дома повесили мертвого кота, на что он ответил, что был с братом в кинотеатре на сеансе фильма «Врата ада». Когда я освободилась, я поехала в кинотеатр и попросила персонал проверить камеры наблюдения за тринадцатое декабря, на которых, к сожалению, не было видно Джорджа. Более того, фильм «Врата ада» закончил свой показ еще одиннадцатого декабря. Я подумала, что, возможно, в ту ночь он ходил с братом в другое место, которое просто стесняется или боится называть, это может быть тот же стриптиз-клуб. Но, как оказалось, его брат сейчас находится в Великобритании на курсах по программированию. Об этом я узнала, связавшись с ним по социальной сети. В общем, подвожу итог: ни одно слово Джорджа не оказалось правдой. Теперь у него нет алиби, но есть две улики против него. Фиби опустила глаза и отвернулась. Вик не волновалась, обидится ли на ее предположения подруга. Она считала, что просто высказывает свои мысли. — Я тоже видела царапины на его руках. Когда я спросила, как они появились, он ничего вразумительного не ответил. Джиа нервно сглотнула: — Ты просто так сейчас сдаешь своего парня? — Если все это все окажется неправдой — я буду только рада, разумеется. Вот бы с нами сейчас была Розмари. Она бы быстро все решила и вывела всех на чистую воду, в этом деле она была просто мастером. Сейчас именно ее и не хватает. — Розмари? Кто это? — спросила Фиби, стряхивая с себя пепел от сигареты Вик. — Розмари была в начальном составе «золотой десятки», еще тогда, когда ты не перешла в нашу школу. Это было два года назад, тогда с нами был еще один парень (который вскоре переехал) и нас было действительно десять. После его ухода и ухода Розмари нас стало девять, но название «десятка» менять не стали. О, она была чудным человеком: наглая, дерзкая и необыкновенно умная.

***

После важной встречи Виктория поспешила вернуться домой. Возле дома девушку ждал неожиданный сюрприз: она совершенно не ожидала увидеть Арта. — Что ты делаешь тут? — удивилась Вик. — Я пришел, чтобы лично обсудить с тобой одну важную новость. — Какую новость? Подожди, о чем ты? Почему ты просто не позвонил? — закидывала его вопросами девушка. Нескончаемую волну вопросов прервала короткая фраза Арта: — Наши родители женятся.